Почему играют в азартные игры?

— Так, в общем, сильно головой не тряси. Не дай бог упадут и сломаются!  Серёжа инструктирует Арсения в последний раз перед выходом на задание. Тот мастерски организовал аудио и видеозапись с помощью этих крутых технологий и теперь переживает.  — А ты думаешь там будет разносящий бас играть? Чтобы я башкой тряс во время танца, — скептически хмыкает Попов.  — Не думаю, но, зная тебя, всё может быть, — хмурится Матвиенко.  — Это мне как оскорбление или комплимент понимать?   — Понимай как знаешь. Арс, не еби мне мозг, я и так ночью уже настрадался.  — Да? А я думал, что это ты кого-то ебал… — наигранно задумчиво тянет Арсений.  — Да ну тебя. Эти блогерши хоть и крутые, но две из них такие тупые будто. Или притворяются, чтобы не влезать в неприятности. Вообще у них чувства эмпатии ноль, человек пропал, а им хоть бы хны.  — Ого, ты знаешь слово эмпатия! — хлопает в ладоши Попов.  — Арс, я сейчас вот этот вот проводочек так натяну… — Понял-понял, — поднимает руки Арсений. — Спасибо. Будешь на связи?  — Конечно, — фыркает Серёжа. — Мало ли что с тобой случится. Всегда же найдёшь приключений на свою красивую задницу.  — О, а вот это точно был комплимент! Ты смотри, как бы кризис ориентации не хватил в тридцать лет.  — Арс. Провод, — предупреждающе говорит Матвиенко.  — Да всё, я уже ухожу. Адрес точный?  — Конечно. Езжай давай.  Арсений кивает, машет рукой на прощание и выходит из технического кабинета. В груди поселяется какое-то нехорошее предчувствие, но он от него отмахивается. Сейчас важно сосредоточиться на задании и не выдать себя раньше времени.  Лёгкий мандраж преследует его до самого клуба. Ехать Попов решил на своей машине, хоть и собирался выпить для приличия уже внутри. Но надеялся, что делать много этого не придётся и к моменту отъезда можно будет садиться за руль.  На входе охранник, подозрительно похожий на Дмитрия Нагиева, скептически его осматривает и чуть ли не рявкает: — Имя.  — Арсений Попов. Я есть в списках, — спокойно отвечает Арсений, стараясь держать лицо и не выдавать, что ему здесь как-то не по себе.  — Проходите, — будто бы недовольно цокает головорез (да, у Арсения отличная фантазия и способность видеть проблемы там, где их нет, что же тут поделать).  Внутри уже играет ненавязчивая музыка, которая не мешает посетителям общаться между собой, как в клубе, например.  Пространство выглядит как ресторан, здесь есть столики, мимо проходят официанты, в центре присутствует место для танцев, недалеко располагается небольшая сцена. Ни намёка, что это покерный клуб. Но чуть дальше точно есть проход, скрытый бордовым занавесом, который наверняка ведёт в помещение с игорными столами.  Все пришедшие одеты в костюмы, платья, и Попов рад, что у него всё-таки есть смокинг, так получается не сильно отсвечивать.  Знакомых лиц практически нет, да и те, что кажутся понятными, не виделись с ним лично. Арсений видел их или в социальных сетях, или в новостях.  У бара не очень много народу, поэтому он направляется туда, чтобы не стоять с пустыми руками.  — Здравствуйте, будьте добры Джин-тоник, — обращается Попов к бармену.  — Одну минуту, — добродушно усмехается тот. — Первый раз здесь?  — Откуда вы знаете? — наигранно доброжелательно посмеивается Арсений.  — Видно, что вы чувствуете себя неуютно. Пришли попытать удачу в игре?  — Вроде того, — уклончиво отвечает Попов.  — Ваш коктейль, — бармен протягивает ему стакан, украшенный долькой лайма.  — Благодарю, — кивает Арсений и ретируется, пока тот не успел рассмотреть в нём что-то ещё, например, камеру… Он отходит в неприметный угол, чтобы понаблюдать за посетителями клуба. Уж тут собрались сливки общества. Какие-то ещё люди из правительства, парочка блогеров, критики. Дамы в изящных облегающих платьях, готовые отвлекать внимание одним взмахом руки, заставляющим декольте чуть дрогнуть. Некоторые мужчины сняли пиджаки, оставшись в рубашках, которые подчёркивают их мускулатуру.  Арсений хмыкает. Да, богатеть ему не стоит, раз не нравится находиться на таких мероприятиях. Тут все слишком пафосные, наигранно улыбающиеся, а сами готовые вставить тебе палки в колёса. Как Ирине, например… Он что, встал на путь антикапитализма?  Попова кто-то задевает плечом и тут же оборачивается.  — Извините! Намного не сориентировался в пространстве, — немного хихикает, какое совпадение, Руслан Белый.  — Ничего страшного, — вежливо улыбается Арсений и прикладывает к губам бокал, делая микро глоток.  — Вы здесь впервые? Меня зовут Руслан, — Белый протягивает руку.  — Арсений, — Попов уверенно отвечает на рукопожатие.  — Ого, у вас крепкая хватка. Случайно не занимаетесь каким-нибудь бизнесом? — заискивающе улыбается Руслан.  — Вроде того, — остранённо отвечает Арсений. — А что, вы занимаетесь чем-то подобным?  — Да, если нужно продвижение, обращайтесь, — Белый играет бровями. Фу.  — Благодарю, пока реклама не требуется, — Арсению и хочется слиться с разговора, но и информацию узнать надо. — Скажите, Руслан, вы сегодня планируете играть?  — О нет, — смеётся Белый. — Скажу по секрету, — тот наклоняется прямо к уху Попова и шепчет туда. Арсения перетряхивает, — в прошлый раз проиграл более полумиллиона, пока не рискую.  — Ого, — Арсений ведёт плечом, лишь бы исключить Руслана из поля личного пространства, — думаю, правильно. Не стоит ступать на скользкую дорожку азартных игр.  — Ха-ха, ну ты даёшь, — неожиданно переходит на «ты», что не слишком радует, но даёт повод думать, что жертва заинтересована. — Скользкая дорожка это у других личностей. Но ничего, всем когда-то приходится преподносить урок, — задумчиво завершает Белый. — Извини, я отойду, надо кое с кем поговорить.  Руслан уходит, а Арсений выдыхает с облегчением. Ну и мутный же тип. И что значит эта фраза про урок? Он наказывает тех, кто отступается от намеченного плана? Может похитить человека, избить его?  Мысли мечутся в голове, и Попов старается продумать план действий, как бы выведать ещё что-то полезное.  Неожиданно его опять толкают. Он поворачивается, чтобы разразиться громкой тирадой. Конечно, хотелось быть не очень заметным, но это уже слишком! Однако весь запал исчезает, стоит только ему увидеть, что же за хам его толкнул.  — Здравствуйте, — неловко машет ладонью Шастун.  — Антон! Что вы здесь делаете? — в удивлении приподнимает брови Арсений.  — Я… Меня пригласили. Вот и пришёл, — чешет затылок Антон, а Попов тут же распознаёт ложь в словах. — Вам очень идут очки!  — Вы работаете в крупной компании? — скептически интересуется Арсений, пропуская комплимент мимо ушей.  — Вроде того… А вы тут какими судьбами?  — Я по делу. Подробности рассказывать не буду.  — Это связано с моей сестрой, да? Скажите, умоляю!  — Антон, я не могу разглашать информацию. И можете так громко не говорить об этом? Тут везде уши!  — А, я понял, пойдёмте!  Шастун бесцеремонно хватает его за рукав пиджака и тащит куда-то через весь зал. Арсений шикает и воровато оглядывается, но людям будто бы нет до них дела.  Антон затаскивает его в… туалет. А потом ещё и в кабинку, запирает дверь.  — Вы с ума сошли? — шипит Попов. — Что это за самодеятельность?  — Это чтобы нас никто не подслушал, — как само собой разумеющееся говорит Шастун, тоже шёпотом.  Всё же туалетная кабинка не рассчитана на двух взрослых мужчин, поэтому они еле помещаются. Антон стоит слишком близко, дышит практически в щёку, ещё и руку свою поставил на стенку прямо у головы Арсения! Ну реально хам последний.  Но почему-то внутри что-то скручивается, нервно-приятно. Господи, как давно у него не было секса… — Антон, я не собираюсь вам ничего рассказывать, — предварительно сглотнув, сообщает Арсений.  — Но почему? Я же клиент, должен знать!  — Потому что вы мне мешаете! Ставите под угрозу расследование! Мы можем спугнуть преступника, вы не понимаете?  — Так это похищение?! — вскрикивает Шастун, из-за чего Попову приходится прикрыть чужой рот рукой.  — Тише!  Антон, совсем охамевший, слегка кусает его за внутреннюю сторону ладони.  — Ты что, оху… — одёрнув руку и выпучив глаза, незаметно даже для себя переходя на «ты», начинает возмущаться Арсений, но не успевает закончить, потому что губы накрываются чужими.  Шастун целует его! Жадно, влажно, без спроса! Это ужасно нелепо, неожиданно, несогласованно! Но так приятно… А ещё руки Антона скользят под пиджак, гладят и сжимают бока, талию, заставляя неосознанно и совсем бездумно простонать.  А потом дверь в туалет с грохотом открывается, заставляя их резко отпрянуть друг от друга. Арсений прислушивается к тому, что происходит за дверью, настороженный и надеющийся, что не зря сейчас находится в этом неловком положении.  — Да не ори ты, — он узнаёт по голосу Белого. — Я в туалет зашёл, тут нормально слышно. Ну, Горбачёва. И что? У меня есть все документы, не еби мозг. Её проблемы, нужно было нормально вопросы решать и сотрудничать. Теперь пусть наслаждается наказанием. Так, сейчас вообще не время. Мне тут нужно найти кое-кого. Бывай.  Дверь снова хлопает, и Арсений выдыхает. Пиздец.  — Пиздец! — говорит Антон. — Это он? Да я его сейчас собственными руками… А кто это вообще?  — Так, Антон, спокойно, — строго говорит Попов. — Никаких лишних телодвижений, ты меня понял? Я сейчас выхожу, а ты уже потом, минут через пять. Ясно?  — Ладно-ладно. Я надеюсь, что всё под контролем.  — Конечно.  Арсений вылетает из кабинки, а потом и из туалета. Всё-таки этот Руслан причастен к исчезновению Ирины. Он её похитил и держит в доме? Или в каком-то отдельном месте для таких «провинившихся»?  Попов осматривается в зале, стараясь найти Белого взглядом, но в итоге тот находит его сам, приобнимает за талию. Ну что за наглость?! — Давно не виделись, Сень, — ласково говорит тот.  — Я бы попросил, — возмущённо давится воздухом Попов. — Руслан, мне нужно задать вам пару вопросов.  — Предпочитаю быть сверху. Личный водитель наготове, можем ехать прямо сейчас, — булькает Белый, стараясь, видимо, поцеловать в шею.  — Что вы себе позволяете? — не выдерживает Арсений, пытаясь отстраниться.  — Ну-ну, я же сразу всё понял. У меня на таких, как ты, чуйка. Не стоит играть в недотрогу, только время зря потеряем. Поехали?  — Никуда он не поедет.  Тяжесть чужой руки наконец-то исчезает с талии. Арсений поворачивает голову и видит, что Антон придерживает Белого за плечи.  — Ты ещё кто такой? Фамилия?  — Тот-кто-может-тебе-врезатьтуев. Подойдёт?  — Тебя кто пропустил вообще? Охрана!  — Руслан, успокойтесь, пожалуйста, — вмешивается Попов.  — Не переживай, Сень, сейчас этого выведут отсюда, и мы продолжим.  — Ничего вы не продолжите, — грозно говорит Шастун.  — Так, мне это начинает надоедать, — хмурится Руслан.  — Послушайте, мне нужно поговорить с вами по поводу исчезновения Ирины Горбачёвой. Я так подозреваю, вы в курсе, где она находится, — решает перейти к делу Арсений.  — Что? — Белый замирает и перестаёт пытаться позвать охрану. — Так, ясно. Пойдёмте.  Попов замечает, что Антон направляется за ними и тормозит его.  — А ты куда? Ты не детектив, нечего тебе там делать. Езжай домой.  — Но… — Без «но». Антон, не вмешивайтесь в расследование, пожалуйста, — холодно отрезает Арсений.  Он разворачивается и, не оглядываясь, идёт в комнату, где скрылся Руслан. Она оказывается небольшой, будто бы для переговоров, с двумя креслами и столиком между ними.  — Ну и кто же это к нам пожаловал на вечеринку? — ухмыляясь, интересуется Белый.  — Попов Арсений Сергеевич, частный детектив, — Арсений демонстрирует удостоверение. — Могу я задать пару вопросов?  — Валяй, — равнодушно машет рукой Руслан.  — Вы работали с Ириной Горбачёвой?  — Ну допустим.  — Почему перестали?  — А эта сучка возомнила из себя невесть что. Начала нарушать условия договора, вести себя как последняя… — Руслан Викторович, я бы попросил.  — Да-да. В общем, не сошлись характерами  — Вы причастны к исчезновению девушки?  — Нет, конечно, я же не еблан.  — А факты свидетельствуют об обратном… — Это какие же? Мальчик, ты не знаешь, с кем связываешься. Если у тебя будет что-то большее, чем простые слова и подозрения, приезжай, поболтаем.  Белый достаёт из внутреннего кармана пиджака небольшой листочек, ручку и что-то пишет, а затем передаёт Арсению.  — Вот мой адрес. Можешь приехать и просто так, чтобы мы продолжили то, что начали. Не волнуйся, даже если меня не будет дома, умная система оповестит о твоём приходе. И я тут же примчусь к тебе, договорились?  — Руслан Викторович, я бы всё-таки хотел подробнее… — Я ничего не знаю про Горбачёву, сказал же. Эта дура могла и сама всё подстроить. Вы квартиру вообще проверяли её? Она мне денег должна, так что, как найдёте, маякни мне, я бы попросил её вернуть должок.  Арсений вздыхает. Здесь он больше ничего не добьётся.  — Спасибо за разговор. Всего доброго.  — Точно не хочешь продолжить этот вечер, Сень? — противно улыбается Белый.  — Как только вы прекратите меня так называть.  Арсений разворачивается и гордо уходит, с прямой спиной и расплавленными плечами. Ещё не хватало дальше общаться с этим типом.  Попов покидает клуб, и доходит до машины. Вечер выдался трудным. Как раз звонит Серёжа.  — Арс, я же просил тебя… — Что?  — Не искать приключений на свою задницу. Совсем дурак?  — Серёж… — А этот Антон ничего, кстати. И глаза красивые… — Чего?! — Ты же не забыл, что всё с очков пишется и передаётся мне? Слишком близко удалось рассмотреть лицо Антона, я заценил.  — Господи, — Арсений прикрывает лицо ладонью. — Так, забудь про это!  — Ну уж нет, — хихикает Матвиенко. — Это новый повод для подколов, так что терпи.  — Скажи, ты же можешь взломать охранную систему дома?  — Ты что там задумал? — с подозрением тянет Серёжа.  — Нужно проникнуть в дом Белого, я думаю, там что-то есть.