your message

Всю следующую неделю, как и ожидалось, от Саши не было вестей. Антон время от времени связывался с Есенией, чтобы погулять. Пару раз он даже приходил к ней с продуктами.  До Нового года осталось всего-ничего, совсем скоро этот год окажется позади. Однако праздник не радовал Антона еще с момента, как он понял, что деда Мороза не существует. Вдруг ему стало интересно, верил ли в него Саша, когда был ребёнком? Сидя на качеле во дворе их дома, Антон краем глаза наблюдал за раскачивающейся девочкой на соседней, и размышлял. Перед прогулкой он потрудился заплести ей косички, и теперь светлые волны не были растрепаны, как обычно, а представляли собой аккуратные заплетенные между собой локоны.  — Тош, а у тебя есть родители? — вдруг послышался детский голос с соседней качели. Есеня обернулась на парня. — Есть конечно, — не задумываясь ответил Антон, поднимая взгляд на вечернее небо. — И какие они? — Хм-м… Как бы объяснить… — он задумался, хмуря брови.   Было бы очень нетактично описывать их как "идеальных родителей", зная ситуацию в семье девочки. Потому он старался подбирать слова: — Мама у меня достаточно эмоциональная. Часто мелочи ты воспринимает как катастрофу. Неосторожные слова воспринимает близко к сердцу, кашель для нее — смертоносная эпидемия, а за мои косяки ругается так, будто я банк ограбил, — рассказывал Антон, вспоминая нелепые ситуации из-за чувствительности матери. Он легонько оттолкнулся от земли, продолжая. — Но на реальные проблемы она реагирует с холодной головой и быстро все решает. Честно, я ей восхищаюсь. Есеня внимательно слушала, время от времени кивая. По окончанию рассказа она уточнила: — А папа? — качель начала постепенно останавливаться, и девочка подтянула к себе ноги, уперевшись стопами на деревянную сидушку.  — Отца я вижу нечасто. Не могу назвать его примерным отцом, но с ним бывает весело, — коротко высказался Антон. Девочка задумчиво хмыкнула, положив голову на острые коленки. Она поежилась от морозного ветра. Неожиданно на кончик ее носа упала большая снежинка, и она забавно пыталась посмотреть на нее, скосив глазки к носу. Бросив эту затею, она стряхнула её, вновь продолжая разговор:  — А у меня никого нет, — поделилась бесцветным голосом Есеня. — Мама умерла, а папу посадили, — добавила она и равнодушно пожала плечами. — Только Саша, и тот оставит меня. На последней фразе ее взгляд потускнел и она опечаленно вздохнула.  — С чего ты это решила? — мягко спросил у нее Антон. Девочка поджала свои вишневые губки, колеблясь. — Он же наркоман. Они все рано умирают, — все же неуверенно отозвалась она и потупила взгляд. Девочка была права, но едва ли Антон хотел принимать эту правду. Он понуро опустил голову, погружаясь в тяжелые мысли. — Или он сам этого захочет, как мама… — тоскливо протянула Есеня тихим голоском, смотря на укрытый снегом двор опустошенным взглядом. "Их мать… Покончила с собой?" — скрепя сердце догадался Антон.  Представив, что Саша может поступить также, парень страшно побледнел, становясь белее мела. Потеряв обоих, пусть и не очень хороших, родителей, Есеня больше всего боялась, что и брат её оставит. Он всегда был для сестры самым дорогим человеком, потому его потеря будет гораздо мучительнее для нее. Девочка не представляла свою жизнь без Саши. И Антон с ней полностью согласен. Очевидно, что Саше самому приходится очень туго, но не смотря на это он для девочки словно стальная крепость — всемогущая и неприступная. Саша создает иллюзию, будто он несокрушимый, особенно для сестры. И все же Антон видит, как эта крепость стремительно рушится.  Нетрудно догадаться, что эти дети пережили нечто страшное. Антон даже близко не знает о их прошлом, но он сделает все возможное, чтобы они жили счастливо.  — Саша всегда защищал меня… — тоскливо начала Есеня, обхватив колени маленькими ручками. — И заботился. Мне не нужны родители, — она горько захныкала, продолжая. — Только бы он меня не оставлял… Пустая качель шатнулась, когда Антон переместился к девочке. Он сел перед ней на колени и погладил по голове, мягко улыбаясь: — Есень, он тебя не оставит, — парень нежно, успокаивающе посмотрел ей в глаза, когда она подняла голову.  — Папа постоянно бил Сашу с мамой… Но меня не бил, потому что Саша меня защищал, — детские слезки дорожками стекали по щекам, падая на голубую куртку девочки. — Я знаю, что родители должны защищать детей, но… Меня защищал брати-ик — продолжала Есеня, вытирая покрасневшие глаза. — Он не должен был… Но защищал… — Потому что любит тебя, — ласково, но уверенно заявил парень. Поднявшись с колен, он прижал девочку к себе, поглаживая по голове. — И будет с тобой рядом. В последнем и сам Антон уже не был уверен. Но хотелось верить, что он сможет помочь Саше и его милой сестренке.  Постепенно всхлипы прекратились, Есеня успокоилась. Девочка сиплым голосом начала: — Из-за меня его… — она резко прервалась, будто её в живот ударили, и отвела взгляд. Антон переспросил, обеспокоенно смотря на ребёнка.  — Я забыла, — отрезала девочка, уходя от ответа.  Антон сделал вид, что поверил. Он не хотел никаким образом давить на Есеню, если захочет — сама расскажет. Однако незаконченная фраза беспокоила, ведь это касалось Саши и там определенно что-то серьезное, о чем девочка не может рассказать. Неизвестность напрягала его больше всего. Антон опустился обратно на качель, напряженно раздумывая. Очевидно, сам Саша ничего не расскажет, но продолжать и дальше отмалчиваться уже никак нельзя. Если он будет страдать в одиночку, то окончательно утопит себя. Все равно что самому себе могилу рыть, сразу же закапывая. Антон не мог этого допустить. Есть люди, которым не все равно.  И Антон главный из них.  *** Пробуждение было поистине неожиданным. Что-то мокрое и холодное прилетело ему в лицо, отчего Саша в испуге дернулся, выкрикнув привычное "Блять!", и это упало ему на грудь, обдавая холодом обнаженную кожу. Отогнав сон, Саша присмотрелся. На нем лежала мокрая тряпка. Он быстро скинул её на пол и попытался сфокусировать взгляд. Звон в ушах путал сознание, а зрение все еще подводило, но Саша, пусть и с трудом, смог различить размытый силуэт. — Ты кто… — собственный хриплый голос раздался у него в голове. Саша прищурился, в попытках разглядеть человека. Силуэт подошел ближе, и он смог различить молодую девушку. — Мать твоя, не узнал? — девушка сложила руки на груди и вздохнула. — Моя мать была красавицей. Я бы под тонной наркоты не спутал тебя с ней, — съязвил Саша, взлохмачивая белые волосы. Зрение понемногу начало приходить в норму, и теперь парень наконец смог признать квартиру подруги. Разглядеть он смог на только комнату, но и собственное тело. — Блять, Милена… Мы что, переспали?  — Ты дурной чтоли? Делать мне нечего, как с малолетками спать, — Милена деловито вздернула нос, сверху вниз смотря на Сашу. Парень облегченно выдохнул. — Опережая твои вопросы, я не знаю что ты здесь делаешь и где твоя одежда. Посреди ночи ты обдолбанный в одних трусах, ввалился ко мне в квартиру. Саша усмехнулся. Стыдится нечего, ведь если он не помнит, значит этого не было.  — Раз уж так судьба сложилась, я тут у тебя недельку поживу, — улыбнулся Саша, непринужденно потягиваясь. — Чего-о? Ответа Саше не требовалось, он просто поставил подругу перед фактом. Хозяйка квартиры, понимая что спорить бесполезно, сдалась без сражения и пошла к шкафу за одеждой. Саша, одетый в меховую пижаму, любезно предоставленную Миленой, попивал остывший кофе. В кухню вошла Милена. — Розовый тебе к лицу, — ехидно подметила она, рассматривая образ Саши, рассевшегося на диване у окна. — Мне все к лицу, — отмахнулся тот, с трудом подавляя зевок. — Дай свой старый телефон.  Девушка недоуменно посмотрела на него, но через мгновение до нее дошло, и она пошла в коридор рыться в ящиках. — Спасибо, — кивнул Саша, когда девушка вернулась. Глядя на сим-карту, которую до этого оставил у Милены, он улыбнулся. Вставив свою симку в аккуратный телефон подруги, он включил его и зашел в мессенджер. Закрепленный контакт "Тоша<3" горел сотней непрочитанных сообщений и пропущенных, отправленных Антоном осенью. Читать их было слишком горько, тем более что дело уже минувших дней, потому Саша просто написал сообщение. Псина: тоша привее!!! надеюьь ты соскучился по мне, инач я буду горько плакать  Ответное сообщение пришло незамедлительно, и Саша усмехнулся. Антон, в отличие от Саши, всегда быстро отвечает. Тоша<3: Я думал у меня глюки…. Тоша<3: Размечтался. Не скучал. Псина: ;(( Тоша<3: Шучу, конечно я скучал, идиот. Ты как там? Все хорошо? Саша самодовольно заулыбался, глядя на сообщение. Псина: кнш вск заебись, меня приютили и обогрели. правда я хз где шарахался до сеглдняшнего дня ..  Какое-то время они еще переписывались, пока у Антона не появились срочные дела по дому. Спешно попрощавшись, Саша выключил телефон и положил на стол. Подняв взгляд, он наткнулся на задумчивую девушку, сидевшую на столешнице. — Ты странно улыбался, — прокомментировала Милена, когда заметила его взгляд. Оказалось, все это время она наблюдала за ним.  — О чем ты? — равнодушно переспросил Саша. — Забей. Мысли вслух, — она легко спрыгнула со столешницы. — Идем спать. Начинало светать, однако Саша за эту ночь не смог сомкнуть глаз. Милена рядом уже видела десятый сон, но парень уже и забыл о её существовании.  Он уже давно знал, что долго не проживет. Саша всегда жил, словно кукла, без собственных желаний и чувств, однако… Впервые у него появились сомнения насчёт скорой смерти.  В тот день он рассказал Антону о намерении покончить с собой вовсе не потому что хотел попрощаться. Саша хотел, чтобы тот его остановил, ведь только он может изменить его решение. Первое правило его существования всегда было "ни к кому не привязываться", но он упустил момент, когда этот человек стал настолько дорог ему. Саша долго отрицал это. Однако скрывать свои чувства, на которые, как прежде казалось, способен он не был, от самого себя было бессмысленно. Саша не мог понять эти чувства, ведь ни к кому никогда такого не испытывал. Еще полгода назад он прошерстил весь интернет, расспросил всех знакомых, а ответ оказался не так прост. Саша не был уверен, но себе он не доверяет больше, чем кому бы то ни было. Симпатия? Любовь? Если симпатия еще куда ни шло, то насчёт любви… У всех разные понятия этого слова.  Он поцеловал Антона, поддавшись мимолетному порыву, и теперь даже не знает как объясниться ни с Антоном, ни с самим собой. Можно ли назвать нормой, что Саша поцеловал своего лучшего друга? Друзья ведь таким не занимаются. Это неправильно. Было ли это простым интересом? Нет. Правда в том, что он давно до одури хотел этого. Коснуться, поцеловать… И это очень странно. Саша ненавидел прикосновения, но только не от Антона. В глубине души Саша уже давно понял, что чувствует. И больше всего он боялся, что и Антон догадается об этом. Рано или поздно это должно было произойти, ведь тот слишком долго относился к Саше как к нормальному, коим он никогда не являлся. Он всегда был неправильным и относиться к нему по-человечески было бы очень странно. Саша никогда не хотел расстраивать Антона, а тем более вызывать у него отвращение. Он не мог позволить ему увидеть и малейшей частички гнилой души Саши.