Часть 9

Юзуру: Я был рад. В ту секунду, когда я увидел всех репортеров, собравшихся вокруг тренировочного центра снаружи, мое сердце подскочило к горлу и оставалось там, пока я не увидел, как Хави смеется, преследуя тренера Брайана по льду и схватив его в удушающий захват. Мама была недовольна тем, что я солгал. Некоторые из моих друзей в Японии были злы на меня за то, что я не сказал им, что не вернусь. Такахаши-сэнсэй сделал короткое гневное заявление о том, как он гордится тем, что тренировал БЫВШЕГО олимпийского чемпиона; как будто это было прелюдией к моему уходу. Вот почему я был удивлен, когда пришел на тренировку этим утром, и тренер Брайан обнял меня и похлопал по спине. Казалось, его совсем не смутила вся эта пресса, и теперь, когда я видел, что Хави тоже не злится на меня, дышать стало намного легче. —Ты в порядке? -мягко спросил меня тренер Гислен, и я кивнул ему. —У меня все отлично. Когда я ушел, Хави все еще был на льду, с лицом, застывшим в полугримасе, когда он делал прыжок за прыжком. Тренер Брайан, казалось, наверстывал упущенные часы вчера. Я встретил свою маму снаружи, которая, к счастью, была сейчас безлюдной, и не мог не заметить, как ее взгляд все время скользил к двери, словно она ожидала, что Хави будет прямо за мной. Я молчал по дороге в балетную студию и игнорировал ее тяжелые вздохи, которые были частью ее усилий заставить меня поговорить с ней. Мне было нечего сказать, на самом деле. —Позвони мне, когда закончишь -она тихо сказала, когда машина остановилась, и я напевал, закрывая за собой дверь. Я побежал вверх по лестнице, не оглядываясь, и к тому времени, как я толкнул дверь в студию, я чувствовал себя намного лучше. —Юдзуру-сан! -я фыркнул, увидев раскрасневшегося Филиппа, отчаянно махавшего рукой из детской репетиционной студии. —Добрый день. — я улыбнулся ему, когда оказался достаточно близко, и он счастливо улыбнулся в ответ. —Как ты сегодня? — он отмахнулся от моего вопроса. —Ты принес его? — прошептал он, и я пошевелил бровями, когда я опустил сумку и расстегнула молнию. Его глаза загорелись, когда я достал одну из своих любимых кукол Винни-Пуха. Когда я вчера проводил время с Филиппом, он рассказал мне, как он иногда сильно нервничает. —Это как… Я знаю, что мне нужно делать, но когда я пытаюсь это сделать, все мое тело просто…- он изобразил замирание с выражением паники на лице. —Тебе страшно? —Да —тихо сказал он, ковыряя ногти. —Иногда я просто волнуюсь, что госпожа Екатерина лжет, и я на самом деле отстой. И я думаю о том, что моя мама наблюдает за мной, а потом начинаю задаваться вопросом, пришел ли кто-нибудь из школы на концерт и наблюдает ли за мной…- сказал он, и его глаза с каждым словом становились все шире. —Это похоже на огромное давление. -я ответил с кривой улыбкой. —Ну, во-первых, я уверен, что госпожа Екатерина никогда в жизни не лгала, никогда. -я преувеличил это слово, и это вызвало у меня смешок. —Поэтому я почти уверен, что ты отличный танцор. И все нервничают, знаешь ли. Так что ничего страшного, если ты тоже так делаешь. —ТЫ нервничаешь? -спросил он меня недоверчивым тоном. —Конечно. — моргнул. —Я все время нервничаю. Но у меня есть секретное оружие. —Секретное оружие? —Мммм -я взъерошил его кудрявые волосы. —Каждый раз, прежде чем покататься на коньках, я даю пять Винни-Пуху, и все у меня хорошо. —Винни-Пух? — пролепетал он. —Да. -я кивнул. —Он у меня уже много лет, и он ни разу меня не подвел. —Действительно? —Ты обещаешь хорошо заботиться о нем? -спросил я его, и он посмотрел на меня с самым серьезным выражением лица, которое только может быть у восьмилетнего ребенка. —Я обещаю. — яростно сказал он. —Хорошо. Если ты будешь заботиться о нем, он будет заботиться о тебе, да? — он осторожно взял куклу из моих рук и нежно погладил ее по маленькой красной рубашке. —Спасибо. —С удовольствием, Филипп. -я отпустил его, и он побежал показывать другим ученикам свою куклу. —Чему ты улыбаешься? — спросила госпожа Екатерина, жестом показывая мне, что я должен подпрыгивать, словно марионетка на веревочке. —Ничего — прохрипел я. —Ты не умеешь лгать. -она подняла бровь. Я усмехнулся и снова улыбнулся. На самом деле, я улыбался, потому что по какой-то причине чувствовал себя нелепо счастливым. Сегодня, когда я отдал Филиппу своего пух-сана, я чувствовал себя особенным, и я знал, что по-своему он будет дорожить тем, чем я так долго дорожил, и я почти чувствовал себя родителем, передающим семейную реликвию. Я был в восторге от счастья. —Вытяни ноги. Я хочу видеть прямые линии. -она рявкнула, и я подчинился, прежде чем она достала свою ужасную деревянную линейку. Но я не перестал улыбаться. Хавьер: —Папа будет разочарован — говорила Лора по телефону, но я со вздохом подавил чувство вины. —Я действительно не могу уйти. Мне нужно выучить новую хореографию, и сейчас у меня просто много дел. —Не могу поверить, что ты мне не сказал, что теперь тренируешься с ТЕМ САМЫМ Юдзуру Ханю —пробормотала она в третий раз, и я закатил глаза. —Я не думал, что это так уж важно. — пробормотал я. —Вот это да… Он же олимпийский чемпион. Многие ли могут так сказать, а? —У меня буквально 7 титулов чемпиона мира, сестренка. — проворчал я, слегка обиженный тем, что она, похоже, забыла, и она хихикнула в ответ. —Я знаю, знаю. Но Юдзуру просто… -она тяжело вздохнула. —Он в реальной жизни такой же красивый, как по телевизору? — слово «ещё красивее» отчаянно ныло, пытаясь сорваться с моего языка, но я хмыкнул и отложил телефон. —Передай папе, что я увижу его через несколько месяцев, хорошо. И извини. —Ты такой раздражающий, ты знаешь это? — сказала она, и я почти почувствовал, как она пристально смотрит на телефон. —Я тебя люблю. —Ты меня слышишь? —Cuìdate (испан. :береги себя)- рассмеялся я, вешая трубку. Мне было стыдно за то, что я лгал. В глубине души я знал, что если бы я просто попросил тренера Брайана немного отпуска, чтобы вернуться домой в Испанию на мой день рождения, он бы не имел никаких проблем. Но у меня просто не было сил ехать домой прямо сейчас. То, как я себя чувствовал сейчас… Я бы уехал домой и никогда не захотел бы возвращаться. Я просто так УСТАЛ в последнее время, и я знал, что один взгляд мамы заставит меня собрать вещи и переехать обратно в наш дом с тремя спальнями в Мадриде. Мне просто нужно было пережить этот год. Еще один год, сказал я себе, а затем… И что потом? Я даже не знал. —Спасибо. — Юзу принял мою флягу с теплой улыбкой, от которой у меня свело живот и взорвалось бабочками. Я даже не знал, что способен вызывать бабочек… —De nada. (испан. : не за что)- сказал я и плюхнулся на скамейку рядом с ним. —Это тебе — сказал он, положив мне на колени небольшой круглый термос с обедом. —Что это? -я поднял его, он был еще теплый. —Клецки(японская еда) -сказал он, и когда я тупо уставился на него, его щеки стали довольно ярко-розовыми. —Э-э… Это… обед. Для тебя. —Ты приготовил мне обед? - спросил я, и он кивнул. —Да, я… Ты всегда делаешь мне горячий шоколад. — ответил он, защищаясь, и я потянулся, чтобы положить свою руку ему на плечо. —Спасибо. —Пожалуйста - сказал он, слегка расслабив плечи. —Так что же это? -я попытался открыть его, но он остановил меня. —Нет, нет… ты сможешь открыть его, когда придешь домой. —Ладно. -но теперь мне стало любопытно. Когда он убедился, что я не собираюсь открывать банку, он снова принялся натягивать коньки. —Эй, ты занят в следующие выходные? - выпалил я, и он снова замолчал, глядя на меня. —На следующих выходных? -спросил он, а затем слегка нахмурился. —У нас тренировка. —Ну, тренер дает мне выходной, потому что у меня день рождения — объяснил я, и в его глазах зажегся свет. —А, понятно. Так ты не будешь на тренировке? —Нет, мои друзья хотят устроить мне вечеринку. -я фыркнул и поставил банку с обедом рядом с сумкой. —Хочешь пойти? —Пойти? —На мою вечеринку? - уточнил я, и его рот открылся. —Хочешь, чтобы я пришел на твою вечеринку? —Если хочешь… -я попятился. Может, он на самом деле не хотел проводить со мной свободное время и считал меня странной и… —Хорошо. -он просто сказал и начал завязывать шнурки. Бабочки в моем животе снова проснулись. —ХОРОШО? —Да - усмехнулся он, и прежде чем я успел опомниться, он уже был на льду. —Хорошо - просиял я и встал, чтобы присоединиться к нему. Я ухмыльнулся, когда позже в тот день пришел домой и открыл свой ланч-бокс. Я его разогрел и был приятно удивлен временем, когда все было готово. Хави: Эти клецки с бульоном на воде не так уж плохи на вкус. В ответ Юзу отправил улыбающий стикер