Сладости не для детей

      В Стране конфет никогда не бывает скучно, а в магазине сладостей, возвышающимся замком среди гор розовой сахарной ваты, — тем более. Гул голосов не стихает, разносится эхом по большому залу, заставленному витринами с лакомствами. Мрамор блестит от зажжённых канделябров, на поверхности приходится чуть скользить, неясно, от материала пола это или от шалости месячной давности, когда Честер измазал всё вокруг оливковым маслом. Витраж разноцветным полотном пропускает заходящее солнце, окрашивая некоторые участки помещения практически во все цвета радуги.       Честер заводит шутовскую коробку перед прыгающими от нетерпения детьми, чьи глаза от удивления и озорства выглядят огромными.       — Та-дам!       Из жёлтого ящика с резким звуком вылетает смешная рожица на пружине, покачивается из стороны в сторону в сопровождении простенькой мелодии, отчего малышня вопит и смеётся. Честер наблюдает за посетителями, сам улыбается, хоть усталость сопровождает его последние часы и грозит повалить с ног.       Может, хотя бы сегодня Мэнди не будет отчитывать его? Он поворачивается к стоящему поодаль трону, ожидая увидеть начальницу в хорошем настроении. На её блондинистые волосы падают сине-фиолетовые лучики, сама девушка щурится, стараясь скрыться от бликов, потому встаёт. Честер на мгновение позволяет себе залюбоваться сморщенным носиком, считая это донельзя милым. Та лишь переговаривает с кем-то по телефону, её брови то хмурятся, то забавно поднимаются. Мэнди резко разворачивается и покидает магазин. Честер недоумённо следит за тем, как её фигура исчезает, но быстро возвращается к работе и повисшим на нём детям.       Когда за окном понемногу темнеет, а колокольчик над главным входом перестаёт звенеть так часто, Честер облегчённо вздыхает, расслабляясь. Рабочий день, пролетевший незаметно и непринуждённо, подходит к концу. Он обходит весь зал, протирает пол, пока не слышит громкие шаги.       — Честер, знакомься, — Мэнди врывается в магазин, и, благодаря вовремя подставленной кем-то руке, дверь, к счастью, не впечатывается в стену. Ещё одной замены стёкл их бюджет бы не пережил, — это Берри, он будет нашим аниматором. Смотри, даже в костюме пришёл!       Он облокачивается на швабру, скользит взглядом от обуви нового работника до головы. Это занимает дольше обычного, и Честер со странным мандражом вскидывает подбородок, чтобы осмотреть Берри. Слишком высокий. Из выреза костюма виднеются накаченные руки, на одной из них красуется татуировка подковы, вместо лица Честер лицезреет голову единорога, однако рогом оказывается перевёрнутый рожок мороженого. Его чуть ли не пробивает на смех от дурацкого костюма, ведь пошит он вырвиглазным фиолетовым цветом, в местах видны потёртости, вывод об использованности костюма напрашивается сам. Честер, конечно, считает себя клоуном, но Берри превзошёл его зелёный наряд.       — Будем знакомы, — Берри протягивает ладонь в перчатке. Фраза глушится маской, тем не менее чёткий тон низкого голоса долетает до ушей Честера.       Вдруг все шутки перестают генерироваться. Разница в росте и телосложении смущает, Честер чувствует себя так, будто одним лишь видом Берри вдавливает его в вымытый пол, хотя образ должен вызывать иные мысли. И детям будет весело рядом с ним?       Рукопожатие затягивается. Берри словно прощупывает таким способом личность Честера, отчего становится не по себе. Он мечется к Мэнди, выглядящей счастливой от подмоги в работе. Та не говорила, что собиралась нанять ещё кого-то. Честер мысленно подмечает, что это довольно неприятно.       — Так, пойдём, я введу тебя в курс дела, а завтра приступишь, — начальница обращается к Берри, заставляя того наконец отпустить Честера. — А ты, — осматривает строго, — придумай, как завлечь больше клиентов.       — Я шут, а не таргетолог.       — Мне без разницы, — отрезает Мэнди, а после улыбчиво ведёт Берри в свой кабинет, что-то активно рассказывая. Как она смеет так относиться к Честеру, без продыху работающему с ней уже два года?!       В груди оседает смутное чувство ревности и несправедливости. Он заканчивает уборку, складывает инвентарь в подсобку и как можно скорее выходит на улицу. Под светом фонарей-тростей плетётся по мосту через широкую реку белого шоколада. Мысли про Берри откидывает, пока непонятно, чего ожидать, однако они не перестают появляться и раздражать. Сворачивает к дому, уводя нить своих рассуждений к Мэнди. Неужели та так и не поняла, что Честер порядком нескольких месяцев намекает ей на симпатию? В последнее время он старается меньше пакостничать, идеально выполняет свои обязанности, но это остаётся незамеченным. Ещё и этот Берри нарисовался, явно пришедший по душе начальнице… Завтра Честер обязательно покажет, что так просто внимание Мэнди тот не получит. ***       Почти всё время до обеда Честер наблюдает за работой Берри. Без костюма он ещё не видел новенького, будто тот сросся с ним с концами. Все контакты с посетителями вызывают смех, и ему действительно забавно наблюдать за тем, как Берри пытается угодить клиентам, как на нём катают младшеклассников, и он парится в своём одеянии, несмотря на кондиционер в зале. Честер невольно прислушивается к рассказывающему очередную сказку Берри, и, хотя содержания вовсе не запоминает, голос мужчины, чарующий своей охриплостью и низкими нотками, пару раз прогоняет табун мурашек по коже.       Заранее получив разрешение в виде «делай, что хочешь» от Мэнди, Честер решает провести трансляцию на своём ютуб-канале. Способ обретения популярности та не назвала, потому парень решается делать то, что у него выходит лучше всего — шутить.       — Всем привет, дорогие подписчики, вы на канале «Честер-красавчик четырнадцать восемьдесят во…» — говорит, смотря в камеру телефона, пока его не перебивает возмущённая Мэнди где-то в конце ряда автоматов с жвачками:       — Я тебе сказала рекламу сделать, а не отлынивать!       Закатывает глаза, пропуская замечание мимо ушей. Он поднимает руку выше, дабы помещаться в кадр. Поправляет свою розовую чёлку, красуясь.       — В общем, сегодня мы пранканём кого-нибудь, — сдерживает смешок, разворачиваясь и открывая вид на Берри, стоящего за кассой. — Есть пожелания?       В чате прямой трансляции летят комментарии разного содержания. Честер бегло читает, хихикая.       анонимус2009: подложи подушку-пердушку своей начальнице! если сделаешь, то завтра приду с девушкой к вам.       анальный_терминатор: Честер, выеби меня.       эдгар_эмочка1007: чё за бугай за кассой?       — Приводите к нам своих детишек, у нас есть крутой единорог, — подбегает к Берри и тыкает в рог, — а для взрослых девушек, — он играет бровями, — есть возможность оценить размер не только рога.       — А ты сам проверь для начала, — Берри закидывает руку за шею Честера, тем самым прижимая к костюму вплотную. Душит слегка бицепсами. — Но ты прав, моя конфетка не для детей… — проговаривает.. томно?       Честер вздрагивает, оказавшись в ловушке. Он совсем бессилен, сопротивление бесполезно, а Берри это, кажется, даже приходится по вкусу.       — Понял-понял! Отпусти, — пугливо таращится в камеру, пока зрители в восторге от мускулов Берри.       — Что, испугался? — издевательски тянет, осознавая своё превосходство. — Шутки закончились? А так много из себя строил.       — В отличие от тебя, я не кобыла какая-то… — кряхтит.       — Смотри, чтоб мой рог не пронзил твой зад.       — М-м, жёстче, — шутливо стонет. Такой приём всегда работает против подобных особей. Главное, чтобы Мэнди не увидела.       — Я запомню, — Берри ослабляет хватку, по-свойски невесомо проводя от бедра до ягодицы Честера.       — Честер! — кричит Мэнди со своего трона. — А ну оперативненько пополни запасы шоколадных конфет! Не доставай новенького.       Оказавшись на свободе, Честер раздосадованно плетётся к отделу шоколада. Берри его ещё лапать удумал, вот же ж…       — Прикиньте, если подменить конфеты на навоз? Кажется, наш единорог отлично справится с этой задачей, — последнее произносит чуть тише. И хоть жутко хочется сделать подобное, Честер высыпает из коробки правильные сладости, нервно думая, что может поднять активность на стриме.       сосокдрако: облей единорога, хочу посмотреть на его кубики пресса.       Точно. Он на радостях набирает воду в ведро, затем идёт в подсобку и аккуратно ставит его на край двери. Заезженный пранк, однако эффективный и смешной. Берри наконец снимет свой уродский костюм.       — Так, я ставлю вас на полку, скоро вернусь, не уходите! — Честер регулирует обзор, предупреждая зрителей.       Стараясь выглядеть непринуждённо, он как можно естественнее просит Берри о помощи:       — Слушай, там коробка наверху тяжёлая на складе, я один не справлюсь, — мнётся, делает вид, что ему самому неловко с такой просьбой.       Тот едва слышно вздыхает и поднимается. Честер ведёт его за собой, а дойдя до места назначения — пропускает Берри вперёд. Мэнди даже не замечает пропажу сразу двух работников, сосредотачиваясь на подсчёте выручки. Дверь приоткрывается, Берри заходит, после чего на него выливается вода, а на пол звонко падает железное ведёрко.       — Очень смешно, — холодно реагирует, как только боковым зрением видит камеру. Костюм мгновенно мокнет и тяжелеет, неприятно прилипая.       Честер смеётся и хватается за живот, пускай реакция была скудная, но от молчания его порывает уже на ржач.       — Т-ты… будто о-описался, — смеясь, указывает на пятно, действительно напоминающее недержание.       — Иди-ка сюда, — Берри тянет на себя Честера, закрывает дверь так, что та хлопает довольно громко. Как бы с петель не слетела. Из света остаётся только гнусно висящая лампочка.       — Мне не жарко, спасибо, освежаться не хочу, — мямлит, выворачиваясь и стараясь избежать крепкой хватки.       Берри свободной рукой берёт телефон с полки и выключает его, затем вжимает тело Честера в стену.       — Не жарко, говоришь? А мне очень даже.       — Ну, сними свой прикид, не знаю, я тут не при чём, я ведь тебе помочь хотел!       Лопатки ноют от холодной и твёрдой стены, на Честера наваливаются чуть ли не всем телом. Он сдавленно дышит, не понимая, что от него хотят. Берри стягивает перчатки, кидает их куда-то, затем отходит, потихоньку снимая влажные части своего костюма. Из-под головы единорога появляется смуглое лицо, блестящее потом. Честер не сводит взгляда с голубых глаз, выражающих нечто странное. Бровь Берри приподнимается, тяня за собой пирсинг, как бы интересуясь мнением о своей внешности. Мужчина вертит головой, дабы покрашенные в несколько сразу цветов волосы, примятые до этого, приняли более-менее презентабельный вид. Честер сглатывает вязкую слюну, наблюдая за каплей пота на виске Берри, что покатилась вниз по шее. Тот остаётся в одной мятой майке и штанах.       — Готов проверить? — с хищной улыбкой спрашивает, наклоняется, впечатывая ладонь рядом с головой Честера. Синие радужки притягивают, будто гипнотизируют.       Он от удивления раскрывает рот, пытается что-то сказать. Не дурак, понимает, в чём суть. Просто посмотреть на агрегат Берри и уйти? С одной стороны ему действительно интересно, а с другой — он, вроде как, влюблён в Мэнди. Что она подумает о нём, если прознает, чем они тут занимались?       — Эм… Я… Не скажу, что прям натурал, но девушки мне нравятся больше, — Честер облизывает свои сухие губы, смотря куда угодно, только не на нависшее над ним лицо нового работника. Берри настойчив и достаточно красив. Щёки вспыхивают от стыда, а в маленькой комнате становится до ужаса душно.       — У тебя милое личико, — грубые шершавые пальцы поднимают подбородок Честера, зрительный контакт налаживается, — ротик, наверное, тоже рабочий? — Берри вглядывается в зелёные глаза, в которых читает интерес и неуверенность. — Это всё останется здесь, никто не узнает.       Колено Берри оказывается между ног Честера. Из-за их разницы в телосложении и росте он чуть ли не спокойно присаживается на подставленную ляжку. Это вызывает странный трепет в животе.       — Ну, как видишь, шучу своим ртом я отменно, — пытается съехать с комплимента. — Ты упираешься мне прям туда, это, конечно, приятно, но нам нужно вернуться в зал, смена ещё не закончилась.       — Приятно? А так? — явно игнорируя просьбы, Берри слегка двигает ногой, и Честер жмётся к стене с новой силой.       Трение вдруг приносит столько крышесносных ощущений, что он несдержанно выдыхает, пальцами сжимая чужое запястье, которое не выходит обвить полностью. Член отзывается и наливается кровью. Честер краснеет пуще прежнего, не понимая реакцию своего организма. Он ещё раз смотрит на Берри, что дышит ему в лоб. Одеколон, пахнущий смесью карамели и ванили, не состыковывается с грозным образом, тем не менее Честер вдыхает его всё больше и больше. Нос Берри большой и с малозаметной горбинкой, он вспоминает, как слышал где-то в интернете про соотношение члена и носа у мужчин.       — Ладно, показывай, — со смешком говорит, самовольно потянувшись к резинке штанов, думая, что быстро заглянет, и на этом странный инцидент завершится. Интерес берёт верх.       Берри снимает одежду вместе с бельём, Честер напрягает зрение, чтобы при плохом освещении осмотреть достоинство.       — Пиздец он большой… Это же ненормально.       Вставший член переваливает по сантиметрам за двадцать три уж точно. Глаза Честера широко раскрываются, будто он только что увидел восьмое чудо света. Немного завидно.       — Знаешь, что я умею им делать? — шёпот Берри под ухом, заставляющий тело задрожать.       — Ну, я своим тоже много чего умею, несмотря на размер, — Честер не собирается сдавать позиции в этом плане, потому самодовольно усмехается, чтобы тот не зазнавался.       Берри не отвечает, член упирается куда-то выше пупка, бёдра не перестают двигаться. Он следит за тем, как венистый ствол льнёт к его рубашке.       — Не поможешь устранить проблему? — берёт руку Честера, укладывая на головку. — Ты ведь виновник этого. По-братски, иначе я скажу Мэнди, что ты очень плохой мальчик.       — Ну, если по-братски… Ты тогда тоже, — методично начинает движения насухую.       — Умничка.       Похвала мотивирует продолжать усерднее. Ширинку звонко расстёгивают, Честер уже почти ощущает огромную чужую ладонь у себя на паху, когда брюки спускаются, как все его представления разбиваются в одну секунду. Мир мажется, тесная подсобка опрокидывается вверх-дном. Берри переворачивает его, фиксирует своими руками голени, прессуя к стене, а сам обхватывает губами пенис Честера. Он зажмуривается, тёплая полость рта едва обжигает его, совсем выбивая из колеи. Стонет, опаляя дыханием находившийся рядом с носом пенис Берри. До него наконец доходит в какой позе они сейчас — чёртово шестьдесят девять стоя.       Разум затуманивается с каждым причмокиванием, и Честер запоздало припадает к внушительному члену. Мажет кончиком языка, проходясь по выпирающим венкам, вяло целует головку, отвлекаясь на то, чтобы дышать. Кровь приливает к голове, перед глазами темнеет, но Честер насаживается и проталкивает несколько сантиметров себе в рот. Предэякулят вяжет почти безвкусно, он как можно больше слюнявит периметр члена, так как знает, насколько это важно при минете. Помогая себе пальцами, двигает ими и головой поступательными движения. Честер слышит, как сверху глушатся вздохи, ощущает крепкие руки, уверенно держащие его.       С самого своего появления Берри поселил внутри неоднозначные чувства, и фантазия Честера нарисовала ещё вчера пару сюжетов, в которых его вот так зажимают, а большие руки оглаживают живот, затем спускаются к бёдрам. В его компании невозможно не обратить внимание на рост и мышцы, Честер слаб и хрупок по сравнению с Берри, что заводит до невозможности. Пускай они всего второй день знакомы, харизма новенького и его голос подкупают.       В один момент берут так глубоко, что Честер отрывается от посасывания и обильно кончает, держась за чужую талию. Голова кружится, лёгкие горят, он думает, что вот-вот потеряет сознание. Берри ставит его в нормальное положение, помогает сесть и отдышаться. Тело потряхивает в сладостной судороге.       — В порядке? — вытирая стекающую с губ сперму, хлопает по плечу.       — Да, — яро кивает, а потом подмечает, что Берри всё ещё не получил разрядку.       Встаёт на колени и накрывает ладонью головку, водит ею кругами, смотрит на коллегу. Честер весь растрёпанный, взмокшая чёлка мешается, Берри, видя это, осторожно убирает её в бок.       — Ты сейчас очень сексуальный, не могу сдерживаться, — после этих слов Честера насаживают на член, держа за затылок, и просто-напросто начинают трахать в рот. — Как хорошо… Ты заслуживаешь большего, чем отсос в подсобке, — Берри перебирает фалангами взлохмаченные локоны, сжимает в кулак несколько.       Взять по самые гланды Честер, естественно, не может, да и целиком — тоже. Это не соревнование, за подобную «работу» его никто не оценит и зарплату не выплатит, но как же, блять, хочется вырвать из уст громадного Берри ещё восхвалений собственных умений. То в нёбо, то глубже в горло упирается головка, прекрасно чувствующая себя в влажном рту. Расслабляет горло, принимая ещё и ещё, до талого, пока не срабатывает рвотный рефлекс. Он тянется к стояку, снова дающему о себе знать, медленно надрачивает.       — Если бы я только знал, что ты так можешь, — Берри запрокидывает голову, прикрывает веки, — я бы трахнул тебя ещё вчера, — двигается резко, а потом замирает, изливаясь на язык Честера, а непопавшие капли разлетаются по подбородку и губам.       Сам он от выражения лица Берри — пошлого и пребывающего в экстазе — кончает на пол. Честер вытирает тыльной стороной руки потёкший макияж, жадно ловя нужный воздух.       — Честер, ты где?! — слышится голос Мэнди за пределами подсобки.       — Пойдём, — Берри поднимает парня, вытирает салфетками следы спермы. — Не пожалел?       — Отъебись, — Честер стыдливо отворачивается, но шёпотом всё же добавляет: — нет.       Кажется, Мэнди теперь ему не нравится.