Вернутся к фанфику

Мальчишник 🍻

27 июня 2024, 15:28
Баку еще никогда не было так весело, когда он вместе с безумной толпой отрывает рукава розовой рубашке Эдди. Или когда лежит на диване, и Эдди заливает ему в рот пенящееся шампанское, которое стекает по подбородку на шею и обивку дивана. Ди-джей пускает их к микшерному пульту, и они скорее беснуются, чем миксуют трек, нажимая все кнопки подряд. Но им весело! Весело, будто сегодня последний день на Земле. — А что мы празднуем? — спрашивают их несколько танцующих парней и девушек под какофонию звуков, будто кто-то жевал пластинку, прежде чем запустить ее в проигрывателе. — Свадьбу! — кричит им Эдди, размахивая одной рукой, пока другая занята кнопками. — Свадьбу! — соглашается Бак, гримасничая от усердия. Толпа радостно ревет им в ответ. Они хватают две бутылки шампанского, скручивают с них проволоку и трясут, точно на церемонии награждения «Формула-1». Пробки вылетают из горлышек бутылок под давлением, а пенное шампанское фонтаном выстреливает прямо на ковер и на их одежду. — Эй, а почему вы вместе на мальчишнике? — спрашивает девушка, когда Бак плюхается на прожженный кем-то диван. Бак лично тушил его подушкой. Он знает, как это делать — он пожарный! Девушка показывает на Эдди, который опрокидывает в себя шот текилы. — Эдди мой партнер во всем! — с гордостью отвечает Бак, перекрикивая музыку. На его белой футболке остались пятна от шампанского, на брюки кто-то пролил красное вино. Его лицо раскраснелось от выпитого алкоголя, но он давно не чувствовал себя так свободно и счастливо. Особенно после всей кутерьмы с подготовкой мальчишника, которую они полностью взяли на себя вместе с Эдди. Бак слышит этот вопрос еще от нескольких человек с вечеринки и счастлив рассказать, кем ему приходится Эдди. Эдди и правда его партнер во всем. Они всегда готовы прикрыть спину друг друга. Они слаженный тандем на работе и лучшие друзья в жизни. Они рассказывают друг другу о своих страхах и слабостях. Эдди безоговорочно доверяет ему безопасность Кристофера, они буквально воспитывают его вместе. Эдди его партнер во всем. Это отличный тост! Бак подрывается с места, держа в руке бутылку пива, и залезает с ногами на диван. — Эй, ребята! — он салютует в воздух бутылкой, перекрикивая музыку и привлекая к себе внимание. — За Эдди! — За Эдди! — проносится эхом по гостиничному номеру. Эдди тоже поднимает бутылку, салютуя ему, и смеется. Его немного покачивает. — За Бака! — кричит Эдди в ответ, и по толпе новый тост прокатывается волной, как кричалка на стадионе. Наблюдая за Баком, Эдди тычет горлышком бутылки в его сторону. — Я люблю этого парня, — вновь повторяет он, язык немного заплетается, пока он пытается объяснить дрэг-квин по имени Памела всю ту бурю эмоций, что переполняет его. Слова душат, желая вырваться из груди, чтобы рассказать, как он любит Бака. — Бак, он… он всегда прикроет мне спину… Я во всем полагаюсь на него. Он обожает Кристофера! Они вместе делают математику! Бак ведь не знает математику… но после удара молнии… у него открылся дар. Понимаешь меня? Когда-нибудь мы поедем с ним в Вегас! Памела смеется, и Эдди улыбается, не понимая, смеются над ним или с ним. Рубашке Эдди конец — они уже оторвали ей рукава, на ней пятна от алкоголя, теперь она похожа на жилет. Эдди безжалостно срывает ее с себя. Толпа радостно кричит, и Бак тоже, когда подбирает с пола то, что осталось от рубашки, и отрывает от нее воротник. — Это мой партнер! — громко объявляет Бак и торжественно надевает на Эдди воротник, точно вешает ему на шею награду. Пальцы плохо слушаются, Эдди трясется от смеха, но у Бака все же получается застегнуть единственную оставшуюся пуговицу, чтобы воротник не соскользнул с шеи Эдди. После отжимания на спор и бутылки пива, которая почти полностью пролилась на пол, пока Эдди пытался влить ему ее в рот для поддержания боевого духа, Бак вновь плюхается на диван, чтобы перевести дыхание. Эдди плюхается рядом с ним. — Ребята, ребята! — доносится откуда-то с другого конца комнаты, где стоит диджейский пульт. — За Бака и Эдди! — За Бака и Эдди! — гремит на весь номер. В воздух взмывают руки, держащие бутылки, бокалы и стаканчики. — За Бака и Эдди! — преисполнившись энтузиазма, ревет сам Бак и хватает с журнального столика два бокала с шампанским — в них налито лишь наполовину. Прямо у него под боком пьяно смеется Эдди. Бак шутливо пихает его плечом и тоже смеется, а затем сует один из бокалов в руку Эдди. Ладони Эдди дрожат от неудержимого смеха. Он умудряется плеснуть шампанского на свои уже изгвазданные розовые брюки Крокетта… или Таббса. Не все ли равно теперь? — За Бака и Эдди! — кричит уже сам Эдди, пытаясь заглушить музыку и веселый гомон. Толпа незнакомцев весело скандирует им и вновь вскидывает свои напитки, повторяя тост. На бокале Бака остался след чьей-то помады. Он в один глоток опрокидывает в себя остатки шампанского, Эдди так же лихо повторяет за ним, за вечер уже наловчившись закидываться шотами текилы. Они радостно кричат, стукаясь плечами, Эдди с размахом ставит свой пустой бокал на столик, промахивается и отбивает ему ножку. Бокал Бака и вовсе падает на ковер, закатываясь под журнальный столик. — Поцелуй! — с азартом скандирует какая-то группа девушек. — По-це-луй! По-це-луй! — подхватывают другие, и в считанные секунды номер жениха наполняют требовательные крики. Они будто на спортивном матче, и «камера поцелуев» во время тайм-аута выбрала именно их. Эдди обнимает Бака поперек спины и притягивает к себе, чтобы тот услышал. Он говорит ему прямо в ухо, пытаясь перекричать толпу. — Это они нам? — Обнаженная и покрытая черными волосками грудь Эдди прижимается к плечу Бака. — Похоже на то, — соглашается Бак. Комната перед его глазами качается, взгляд помутнел, теряя фокус. — Если ты не против! Эдди думает ровно две секунды. — Да, почему нет? — он пьяно хихикает в ухо Бака, обжигая горячим алкогольным дыханием. В его голове витает хмельной туман. — Шутки ради! — Да, шутки ради! — мигом соглашается Бак с тем же азартом, с которым около двух часов назад кричал про Убер. — По-це-луй! По-це-луй! — продолжает скандировать неугомонная толпа, потрясая в воздухе кулаками и бокалами, расплескивая их содержимое. Бак разворачивается всем корпусом к все еще хихикающему Эдди и кладет ладони на его шершавые от темной щетины скулы. Его язык пробегается по розовым губам, и Эдди вмиг становится серьезным. Он даже не улыбается. Бак смотрит только на него, проваливаясь в черные омуты глаз. Что-то внутри него обрывается, он забывает дышать, застывает всем телом. У Эдди красивые глаза. Почему он раньше не замечал, какие у него красивые гла… Все мысли вылетают из головы — Эдди тянется к Баку и прижимается губами к его рту. Щетина на его подбородке колется. Толпа радостно улюлюкает, поощряя их. Ладони Эдди ложатся на уши Бака, удерживая его голову, и несколько секунд они ничего не делают и даже не закрывают глаза. Они просто осоловело смотря друг на друга, прижимаясь друг к другу губами. Их груди вздымаются и опадают на каждом вдохе и выдохе. А затем Бак засасывает его нижнюю губу, делая судорожный вздох через нос, и чувствует, как Эдди вздрагивает всем телом. Он раскрывает рот шире, наклоняя голову. Эдди выдыхает ему в рот, а затем касается верхней губы кончиком языка. Их носы сталкиваются, трутся друг о друга. Баку хочется еще как-то коснуться Эдди, и он кладет ладони ему на шею поверх розового воротника, сцепляя пальцы. Язык Эдди проникает в его рот, и Баку кажется, что в его груди взрывается целая вселенная. Кровь стучит в висках, а ресницы Эдди щекочут. Он едва не залезает к Баку на колени, но покачивается. Бак перехватывает его поперек обнаженной спины, чтобы не дать упасть и не разрывать поцелуй. Крики вокруг становятся тише… а может, дело в том, что сердце Бака оглушительно стучит где-то под горлом? Он чувствует ртом, как в губах Эдди бьется пульс. Поцелуй влажный и неряшливый, но это лучшее, что могло произойти с Баком за этот вечер. А может и за всю его жизнь. Губы Бака перемещаются на колючий подбородок Эдди, и тот довольно стонет, прогибаясь в спине, когда его целуют в кадык. До Бака как сквозь вату доносится чей-то шепот — музыка стихла. Кто-то смущенно кашляет. — Ура! — наконец кричит чей-то голос, разбивая неловкую тишину, и несколько голосов вторят рядом. Эдди отодвигается — чужие крики спугнули его, и Баку приходится с сожалением выпустить его из своих объятий. Лицо горит, от него пышет жаром, будто он вылез из сауны. Кровь по венам разносит алкоголь и блаженство от пьяного и пьянящего поцелуя. — За Бака и Эдди! — вновь звучит, на этот раз в тишине, и эхом по всему номеру проносятся выкрики тоста, точно залпы салюта. Кто-то пытается вложить им в руки новые бокалы, но Эдди отталкивает их локтем, кладет ладонь на щеку Бака и пару раз хлопает по скуле, заросшей светлой щетиной. Эдди улыбается ему, хмельные глаза сияют восторгом. Бак не может не улыбаться ему в ответ.

Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!