Глава 1. Хорошие умирают первыми

«Хорошие умирают первыми, но те, чьи сердца сухи, как летняя пыль, сгорают дотла».

— Уильям Вордсворт

      Малфой не проронил ни слова.       Гарри снова взглянул на него, отчаянно стараясь смотреть куда угодно, только не на кровь, окрасившую его руки. Малфой выглядел опустошённым, почти безжизненным, и Гарри видел, как дрожат его пальцы, лежащие на коленях. На бледной коже его лица виднелись брызги крови, и, хотя выражение его лица было безучастным, Гарри видел страх в его серых глазах. Именно это потерянное, отчаянное чувство ужаса, исходящее от мужчины, убедило Гарри в том, что Малфой не виноват.       Но если не он, то кто?       — Так, ладно, —голос Гермионы прорезал нарастающую панику, как заклинание, приковав к себе всеобщее внимание, и все в испуге уставились на неё, —Думаю, первое, что нам нужно сделать, — это проверить палочки у всех по очереди. Мы ещё не знаем, было ли это заклинание или зелье, но если это было заклинание, то мы должны знать, кто его произнёс.       —А если это было зелье? —воскликнул испуганный голос, —Что, если мы все тоже были отравлены?       Гермиона покачала головой.       —Думаю, в этом случае мы бы уже столкнулись с такими же последствиями.       —Что происходит? Почему дом не даёт нам уйти? —возмутился голос, и Гарри повернул голову, пытаясь разглядеть говорившего. Здесь было довольно много людей, с которыми он, хотя и учился вместе в Хогвартсе на протяжении многих лет, практически не общался и едва ли мог узнать их по имени, не говоря уже о голосе.       —Что происходит? —всхлипнула Падма Патил, и Парвати притянула её ближе к себе, пытаясь утешить, несмотря на свой очевидный страх, —Что, чёрт возьми, произошло?       —Нам нужно найти способ выбраться отсюда! —закричал другой голос, и толпа зашумела, когда всё больше и больше людей начали переговариваться друг с другом, паника снова начала расти.       —Все двери заперты!       —Я не могу аппарировать!       Гермиона произнесла заклинание, призывающее к вниманию, внезапная вспышка ярких искр утихомирила всех, и они вновь повернулись к ней лицом.       —Мы должны сохранять спокойствие, —сказала она ровным голосом и с мрачным выражением лица, —Я знаю, что всё произошедшее ужасно, но паника только усугубит ситуацию. Первое, что нам нужно сделать, — это проверить палочки каждого по очереди, чтобы выяснить, кто именно наложил это заклинание. Тогда мы сможем придумать, как выбраться отсюда.       —Кто, чёрт возьми, избрал её главной? —пробормотал чей-то голос, и Гарри вгляделся в толпу.       —Сначала проверьте палочки слизеринцев! —горячо потребовал кто-то, —Это должен быть один из них! Это они пригласили всех сюда, это должен быть один из них! Скорее всего, это были все они! Они привели нас сюда только для того, чтобы убить!       —Мы ни черта не сделали этой девчонке! —огрызнулся Забини, сердито шагнув вперёд, —Неужели ты думаешь, что кто-то из нас настолько глуп, чтобы совершить убийство на глазах у сотни грёбаных свидетелей?       —Сначала проверьте палочку Малфоя! —крикнул кто-то, и в этот момент Малфой поднял голову, лицо его ожесточилось, и он медленно поднялся на ноги.       —Вы действительно думаете, что я такой идиот, чтобы совершить убийство в собственном доме? —спросил он низким голосом, глядя на Энтони Голдштейна, —Особенно если в доме присутствуют три грёбаных аврора и чёртова Грейнджер из отдела магического правопорядка?       —Да, —просто ответил Голдштейн, скрестив руки и глядя прямо на блондина.       —Тебе нужно отвалить, Голдштейн, —прорычал Забини. Слизеринцы придвинулись ближе друг к другу, словно ожидая, что на них нападут всей толпой, —Я уже сказал тебе, что никто из нас этого не делал!       —И мы должны просто поверить вам? —Захария Смит вышел вперёд, чтобы высказаться, и Гарри захотелось закатить глаза. Какого чёрта Малфой вообще пригласил этого придурка?       —Верь во что хочешь, Смит, —огрызнулся Малфой, сжимая кулаки, —Мне ни черта не нужно тебе доказывать. Но если это успокоит твою хрупкую психику, я с удовольствием попрошу Грейнджер проверить мою палочку.       Выйдя вперёд, он протянул руку, чтобы передать свою палочку Гермионе, удивив Гарри своей готовностью отдать её так просто. Он был уверен, что это не Малфой совершил ужасный поступок, но брюнета всё равно удивило, что он так охотно отдал свою палочку другому человеку.       Кивнув, Гермиона быстро наложила проверяющее заклинание на палочку Малфоя, обнаружив, что последнее заклинание, которое Малфой произнёс, было Акцио. Гарри не мог не задаться вопросом, что же вызвал блондин.       —Теперь вы, блять, довольны? —прорычал Малфой, выхватывая свою палочку у Гермионы и бросая взгляд на Голдштейна и Смита. Ни один из них не сказал ни слова, просто глядя в ответ.       —Теперь остальные слизеринцы, —сказал Симус, бросив тяжёлый взгляд на группу слизеринцев, столпившихся на другом конце комнаты.       —Это должен быть один из них!       —Мы должны запереть их прямо сейчас, пока они не сделали это с кем-то ещё!       —Они, блять, спланировали это, они привели нас сюда только для того, чтобы убить нас всех!       Толпа продолжала кричать, надвигаясь на маленькую группу слизеринцев, и Гарри видел, как сжимаются их кулаки вокруг палочек, готовясь защищаться.       —Всем заткнуться! —крикнул Гарри, вскакивая на ноги, —Мы не собираемся обострять ситуацию до того, как узнаем, кто наложил это проклятое заклинание! Гермиона, —повернулся он к ней, протягивая свою палочку, —Проверь мою палочку, а потом я начну проверять палочки слизеринцев, чтобы все успокоились. Рон, ты начнёшь с той стороны комнаты, а Гермиона продолжит с этой. Все согласны? —сузив глаза, Рон окинул взглядом толпу, ожидая какого-нибудь комментария или жалобы, но был встречен лишь молчанием.       Дождавшись, пока Гермиона проверит его палочку и вернёт её обратно, он подошёл к слизеринцам, которые стояли ещё ближе друг к другу.       —Никто из нас не произносил это заклинание, Поттер, —сказал Малфой, бросив мрачный взгляд через плечо Гарри.       —Я никогда не говорил, что это кто-то из вас, —вздохнул Гарри.       Если честно, он понятия не имел, кого подозревать. Слизеринцы тоже были бы его первой догадкой, но в их неподдельном страхе было что-то такое, что заставляло Гарри сомневаться в своих прежних подозрениях.       —Давайте я проверю каждую из ваших палочек, чтобы никто не мог вас ни в чём обвинить, хорошо?       Забини шагнул вперёд, окинул Гарри изучающим, сложным взглядом и долго молчал, прежде чем без слов передать Гарри свою палочку. Вздохнув, Гарри начал пробираться сквозь группу слизеринцев, испытывая одновременно разочарование и облегчение, когда палочка за палочкой доказывала их невиновность. Вскоре не осталось ни одной палочки, которую можно было бы проверить, и Гарри повернулся лицом к большой толпе позади него, практически ощущая их взгляды, направленные на него.       —Никто из них этого не делал, —сказал он остальным и увидел несколько недоверчивых взглядов и покачиваний головой, —Никто из них не использовал ничего тёмного, —повторил он, —Я проверил каждую из их палочек.       —Гарри, —тихо произнесла Гермиона, увлекая его через комнату, чтобы поговорить с ним наедине. Мгновение спустя рядом с ними появился Рон с мрачным видом, —Кто-нибудь из вас нашёл того, кто это был?       Оба покачали головами.       —Я тоже, —нахмурилась она, изучая толпу.       —Как это возможно, Гермиона? —задался вопросом Рон, поворачиваясь, чтобы изучить толпу, —Мы проверили всех, и мы одни в доме.       —Это были не слизеринцы, —сказал Гарри, чувствуя беспокойство. Кто, чёрт возьми, убил её?       —Я бы не был так уверен, —мрачно сказал Рон, —Может быть, кто-то из них произнёс заклинание, а потом сразу после этого наложил другое, чтобы проверяющее прочитало его.       —Это можно сказать и о любом из остальных, —заметил Гарри, не понимая, почему он защищает слизеринцев.       —Да, но остальные не психопаты, —возразил Рон, —Я думаю, что Смит был прав, предлагая запереть их всех, по крайней мере, пока мы не придумаем, как выбраться отсюда.       —Мы не будем никого запирать, пока не убедимся в их виновности, —перебила Гермиона, —Гарри сказал, что проверил палочки, и я верю его словам, что он ничего не нашёл. Мы проверили всех остальных и разрешили им оставаться на свободе, и мы собираемся оказать такую же любезность слизеринцам. Мы не можем допустить ухудшения ситуации, мы должны сохранять спокойствие и не давать остальным паниковать. Всё может очень быстро перерасти в жестокость, если мы сразу начнём указывать пальцами, особенно без каких-либо доказательств.       —Хорошо, хорошо, —вздохнул Рон, —Что же нам теперь делать?       —Так кто это был? —потребовал чей-то голос, и все трое повернулись, чтобы увидеть Смита, который смотрел на них сузившимися глазами, —Кто, чёрт возьми, наложил это грёбаное заклинание?       Обменявшись взглядом со всеми тремя, Гермиона ответила напряжённым голосом.       —Мы не знаем, —сказала она, —Никто из нас не нашёл ни на одной из палочек ничего предосудительного.       —Что, чёрт возьми, это значит? —яростно спросил Смит, —Это должен быть кто-то в этой комнате! Разве вы трое не считаетесь самыми могущественными волшебниками нашего поколения? —насмешливо произнёс он, —И вы не можете найти того, кто убил её?! На мне всё ещё есть её кровь! Кто-то в этой комнате сделал это!       —Прекрати, Смит, —вмешался Невилл, тоже шагнув вперёд и сложив руки на груди, —Ты не единственный, кто смотрел, как она умирает, и сейчас ты ничем не поможешь.       —Да, Смит, заткнись нахрен! —раздался голос, и толпа снова зашумела.       —Все заткнитесь! —громко сказал Рон, выглядя довольным, когда толпа затихла.       —Теперь, —спокойно произнесла Гермиона, —Я думаю, что на данный момент нам нужно сосредоточиться на поиске выхода. Я хочу, чтобы все, кто ещё не пытался аппарировать, попробовали.       Все кивнули, и Гарри закрыл глаза, чтобы сосредоточиться, представить себе гостиную своей уютной лондонской квартиры и приготовиться к аппарации... но натолкнулся на стену: что-то мешало ему покинуть поместье — твёрдая защита, которую он не мог преодолеть. Стиснув зубы, он открыл глаза и увидел, что на лицах всех остальных застыло разочарование.       —Ну, —сухо сказала Гермиона, —Судя по тому, что мы всё ещё здесь, я могу предположить, что ни у кого ничего не получилось. Малфой, —обратилась она к блондину, который тихо разговаривал с Паркинсон, —Ты уже опробовал свой камин?       Покачав головой, он пересёк комнату и подошёл к большому камину, в котором громко трещали оранжевые языки пламени. Взяв из стоящей на нём чаши большую горсть порошка, он бросил её в пламя и стал с нетерпением ждать.       Но ничего не произошло. Пламя оставалось оранжевым и таким же жарким, как и прежде, и Гарри почувствовал, как в его жилах нарастает беспокойство. Что, чёрт возьми, происходит? Неужели они действительно оказались в ловушке в Малфой-мэноре? Кто, блять, заманил их в ловушку и что им нужно?       —Гарри, —тихо произнесла Гермиона, с тревогой вглядываясь в панические перешептывания толпы, —Отправь патронус Робардсу, объясни ситуацию.       —Хорошо, —кивнул Гарри, быстро произнося заклинание и не обращая внимания на вздохи толпы, наблюдавшей за тем, как лунно-белый олень оживает и уносится галопом.       —Мы послали его за другими аврорами, —сообщила Гермиона, —Помощь должна скоро подойти, и я не сомневаюсь, что они найдут способ вытащить нас отсюда. А пока, я думаю, мы должны запечатать комнату, в которой она умерла, —странно, что все они до сих пор не произнесли её имя, чего Гарри не замечал до этого момента, —И потом мы все можем умыться. Я не знаю, сколько времени понадобится аврорам, чтобы получить сообщение, и сколько времени им понадобится, чтобы найти способ вытащить нас отсюда, так что мы можем пробыть здесь ещё как минимум несколько часов. Не удивляйтесь, если в итоге нам придётся остаться на ночь.       —Я не собираюсь ночевать в этом месте! —горячо заявил Смит, и Гарри услышал несколько ропотов согласия.       —О, простите, —сказала Гермиона холодным голосом, безучастно глядя на Смита, —Я не знала, что ты придумал свой собственный блестящий план, как вытащить нас всех отсюда. Уверена, мы все с удовольствием его выслушаем.       От её слов Смит покраснел и открыл рот, чтобы сказать бог знает что, но один лишь взгляд Рона заставил назойливого блондина замолчать.       —Так вот, —продолжила Гермиона, не обращая внимания на Смита, —Я думаю, нам стоит провести эту ночь всем вместе. Надеюсь, мы не задержимся здесь надолго, но, если вдруг понадобится, столовая достаточно просторна, чтобы мы все с комфортом в ней разместились, и мы можем наколдовать кровати, чтобы спать.       —Но мы до сих пор не знаем, кто её убил! —Паркинсон нахмурилась, сузив глаза, —И вы хотите, чтобы все провели ночь в одной комнате с убийцей?       —А ты бы предпочла провести её в одиночестве? —резко спросила Гермиона, и Паркинсон сделала паузу, обдумывая слова. Казалось, она содрогнулась при мысли о том, что проведёт ночь одна после того, как стала свидетелем такого ужасного происшествия.       —Я не собираюсь ночевать с ними! —Смит бросил взгляд на слизеринцев в углу, —Я предлагаю запереть их всех вместе на ночь в отдельной комнате. Если утром один из них будет мертв, мы будем знать, что убийца — слизеринец.       —А если один из нас действительно убийца, —ровным голосом сказал Забини, наклонив голову и глядя на Смита со жгучей ненавистью, —Ты действительно считаешь разумным так открыто оскорблять нас?       —Это угроза? —воскликнул Смит, доставая из мантии свою палочку. Забини тоже вытащил свою и сделал шаг вперёд, ненависть была отражена в каждом сантиметре его лица.       —Прекратите, вы оба! —резко сказала Гермиона, вытаскивая свою палочку, —Никто не будет заперт, и никто не будет драться! И я лично разберусь с каждым, кто будет враждовать с другими или разжигать панику!       В ответ на это предупреждение оба парня отступили на шаг, продолжая зыркать друг на друга.       —Мы здесь не останемся, —сказал Малфой, подтаскивая Забини обратно к остальным, —Вы можете переночевать в столовой, а мы переночуем в моих личных покоях. Я не доверяю ни одному из вас и уж точно не позволю себе заснуть в вашей компании.       —Мы постараемся не слишком скучать по вам, —усмехнулся Смит, и Малфой схватил Забини за руку, чтобы не дать ему сделать ещё один шаг вперёд.       —Ты слышал Гермиону, Смит, —тихо сказал Гарри, не в силах сдержать жгучую неприязнь, которую он всегда испытывал к этому человеку, и которая, словно лесной пожар, пронеслась по его телу, —Если мне придётся заткнуть тебе рот, я это сделаю.       Смит сверкнул глазами, но ничего не ответил на это замечание.       —Полагаю, я не могу заставить вас остаться на ночь в столовой, —вздохнула Гермиона, —Если вам всем будет удобнее провести её одним, то я не вижу в этом ничего страшного. Но, —она повернулась, чтобы обратиться ко всем собравшимся, —Никто не должен сейчас бродить в одиночестве. Мы до сих пор не знаем, что происходит и кто виновен в её убийстве. И мы понятия не имеем, может ли что-то подобное случиться снова. Так что постарайтесь всегда быть рядом с двумя другими людьми, по крайней мере до тех пор, пока мы не получим ответы.       —Значит, это всё? —Нотт заговорил скучающим голосом, —Я бы хотел лечь спать и постараться забыть о том, что теперь я знаю, как выглядят кишки человека, или о том, что мы все до сих пор в её крови, —это замечание вызвало возмущённые взгляды, но Нотт проигнорировал их, поднимаясь на ноги, —Ну что ж, —сказал он, взмахнув рукой, —Веди, Драко. Давай убираться отсюда.       Малфой кивнул и, не говоря ни слова, выскочил из комнаты, а слизеринцы последовали за ним.       Вздохнув, Гарри обернулся к толпе.       —Тогда, —сказал он ровным, как он надеялся, тоном, —Давайте отправимся в столовую и подготовимся ко сну.

***

      Дверь захлопнулась за Гарри, и стены его крошечной квартирки зазвенели, когда он взмахнул палочкой и развёл огонь в камине. Господи, как же холодно было на улице. Гарри подумал, что можно было бы наложить согревающие чары, но он всегда забывал об этом.       Пересекая комнату, он снял куртку и бросил её на спинку дивана, после чего направился на кухню за пивом. Открутив крышку с бутылки, он сделал большой глоток, мышцы болели от интенсивных тренировок, которые Робардс заставлял их проходить на работе.       —Проклятый рабовладелец, —простонал Гарри, поворачивая голову из стороны в сторону и чувствуя, как горят мышцы на затылке, при этом верхнюю часть тела как будто подожгли.       Внезапный стук в окно отвлёк его внимание от ноющих мышц, и он поставил полупустую бутылку пива на стол, чтобы вернуться в гостиную. С другой стороны окна на него смотрела сова, и Гарри пересёк комнату, чтобы впустить её, заметив, что это была очень большая и очень красивая сова, державшая какой-то свиток с причудливой печатью и чёрным атласным бантом.       Почувствовав любопытство, Гарри развязал бант и вскрыл печать. Открыв свиток, он увидел чёрные чернила, такие же чёрные, как и бант. Чем больше он читал, тем выше поднимались его брови, пока он не убедился, что выглядит нелепо. Неужели это приглашение настоящее?       Подойдя к камину, он бросил в него щепотку порошка, а затем сунул голову в изумрудное пламя и назвал адрес Гермионы. Спустя мгновение он с тошнотой смотрел на внутреннее убранство её квартиры.       —Гермиона! —громко позвал он, надеясь, что она не забаррикадировалась в своём личном кабинете, как она очень любила делать, —Гермиона!       —Я здесь, Гарри, в чём дело? —спросила она за долю секунды до того, как появилась в поле его зрения. Она опустилась на пол перед камином, скрестив ноги, и с любопытством уставилась на Гарри.       —Ты тоже это получила? —поинтересовался Гарри, —Совой?       Она выглядела растерянной.       —Что получила совой?       —Какое-то приглашение на встречу выпускников, которую, судя по всему, устраивает Малфой, —сказал Гарри, борясь с желанием бурно жестикулировать, —В Малфой-мэноре. В следующем месяце. Там написано, что он пригласил всех с нашего курса и что это только для нас. Разве ты не получила его?       Гермиона нахмурила брови, поднимаясь и направляясь к кофейному столику, заваленному нераспечатанными письмами и перьями, горшочками с чернилами и наспех исписанными пергаментами.       —Ты об этом? —она протянула свиток, похожий на тот, который Гарри получил всего несколько минут назад.       —Да!       Нахмурившись, она открыла его и быстро пробежалась по словам, нахмурившись ещё сильнее.       —Ну, и что ты думаешь? —спросил Гарри, —Должно быть, это какая-то ловушка или что-то в этом роде, так?       —Я не знаю, —медленно произнесла она, —Какая ему от этого выгода? И приглашать столько людей в ловушку, которую так легко отследить? Малфой никогда не был настолько очевиден в своих схемах. Он всегда был немного хитрее в своих планах.       —Да, помимо всего прочего, он всегда был таким, —пробормотал Гарри.       —Признаться, мне любопытно, —сказала Гермиона, всё ещё глядя на приглашение, —Является ли это какой-то плохо спланированной ловушкой или нет.       —Да, —неохотно согласился Гарри, не желая признавать, что, хотя инстинкты говорили ему не идти, какая-то часть его души хотела принять приглашение из нездорового любопытства, —Но это же в Малфой-мэноре, Гермиона!       Гермиона уже открыла рот, чтобы что-то сказать, но вдруг её голова резко дернулась в сторону.       —Подожди секунду, Гарри, кажется, у моего окна сова.       Она исчезла из виду, а Гарри стал ждать, считая секунды и изо всех сил стараясь не обращать внимания на пульсацию в мышцах шеи. Наконец она снова появилась, неся в руках письмо.       —Это от Малфоя, —удивлённо произнесла она, разрезая печать и вытряхивая письмо, —Грейнджер, —прочитала она, —Я уверен, что ты уже получила моё приглашение на встречу, которую я устраиваю через несколько недель — что-то вроде встречи выпускников Хогвартса. Прежде всего я хотел бы заверить тебя, что это действительно настоящее письмо и это ни в коем случае не какая-то уловка, —на это Гарри закатил глаза, —Я знаю, что многие из нас всё ещё переживают последствия войны, и я надеюсь, что эта встреча поможет примирить всех и, надеюсь, умерить затянувшиеся обиды и позволить прошлому стать прошлым. Я знаю, что у вас нет причин доверять мне, но я и другие слизеринцы решили проглотить свою гордость, —Гарри фыркнул, —и предложить перемирие. Вы, конечно, ни в коем случае не обязаны присутствовать, но я надеюсь, что вы трое придёте. Я знаю, что о Мэноре у тебя, Поттера, и Уизли, особенно у тебя, Грейнджер, остались не самые лучшие воспоминания, и мне очень жаль. Я надеюсь, что, приехав сюда при более счастливых обстоятельствах, вы втроём сможете увидеть дом в ином свете и, возможно, избавитесь от любых теней, оставшихся после вашего последнего визита сюда. Все остальные слизеринцы изо всех сил стараются забыть прошлое, и мы хотели бы получить шанс доказать вам троим, что мы действительно изменились. Надеюсь увидеть вас через несколько недель. С наилучшими пожеланиями, Драко Малфой.       Замолчав, она подняла глаза от письма, по-прежнему выглядя удивлённой.       —Вот уж не ожидала ничего подобного.       —Ты действительно на это купилась? —спросил Гарри, чувствуя, как его охватывает иррациональное чувство обиды при мысли о том, что Малфой послал Гермионе письмо с извинениями и не послал его Гарри. Ведь именно Гарри спас жизнь этому гаду! Почему он не заслуживает благодарности и извинений?       —Я не знаю, —задумчиво произнесла она, снова глядя на пергамент в своих руках, —Кажется, это искренне. И, как я уже сказала, что он может сделать нам такого, что не будет мгновенно обнаружено? В конце концов, он оставил очень открытый бумажный след. А Малфой умеет себя беречь: он не стал бы мстить таким очевидным способом. Если бы он попытался это сделать, то навредил бы только себе. Может быть, он действительно хочет начать всё с чистого листа.       —Это вообще возможно с его прошлым?       Гермиона пожала плечами.       —Я уверена, что это будет нелегко, и я уверена, что ему не удастся помириться со всеми, кто учился на нашем курсе. Но я думаю, что тот факт, что он готов попытаться, несмотря на то, как весь народ продолжает относиться к нему, по крайней мере, заслуживает похвалы. Я думаю, что это, по крайней мере, стоит рассмотреть.       —Но это же в поместье, Гермиона, —тихо произнёс Гарри, чувствуя, как вздрагивает при воспоминании о своём единственном визите в этот ужасный дом, —Неужели ты действительно не против вернуться в это место?       В ответ Гермиона опустила взгляд, накручивая прядь волос на палец.       —По правде говоря, я не уверена, —тихо призналась она, опускаясь на пол, —Но... мне кажется, он прав — нужно взглянуть на дом с другой стороны и, возможно, получить какое-то успокоение от травмы, которую мы все там пережили. Я думаю... —она глубоко вздохнула и посмотрела на Гарри, —Если он действительно предлагает перемирие, как он говорит, то думаю, что я бы хотела хотя бы попытаться. Я не хочу, чтобы прошлое продолжало преследовать меня. Может быть, поездка туда только усугубит воспоминания, но... —она прикусила губу, —Но, может быть, от поездки туда станет только лучше. Может быть, благодаря этому воспоминания наконец-то начнут исчезать.       Гарри смотрел на неё одновременно с шоком и восхищением.       —Ты говоришь серьёзно. Ты действительно хочешь принять его приглашение.       —Мне любопытно, —пожала она плечами, но Гарри видел, что она пытается сделать движение более непринужденным, чем оно было на самом деле, —И нам не обязательно оставаться. Если мы приедем туда и поймём, что это слишком, для любого из нас, то всё, что нам останется, это уйти. Он же не может держать нас там взаперти, верно?       —Да, —пробормотал Гарри, зная, что он примет это проклятое приглашение, если Гермиона собирается это сделать, —Что может случиться?!

***

      Гарри проснулся от криков.       Вскочив на ноги, он огляделся в поисках своих очков, нашёл их рядом с собой и нацепил на себя. Сначала он растерялся — куда все подевались? Кровати, которые они наколдовали, всё ещё стояли на своих местах, но все они были пусты.       —Гарри, —раздался голос слева от него, и, повернувшись, он увидел, что Гермиона и Рон смотрят мимо него, а остальная толпа, прижавшаяся к стене позади них, в ужасе взирает через плечо Гарри.       Ужас охватил его, когда он медленно повернулся, не желая видеть то, что так всех напугало. Его сердце замерло от увиденного зрелища. Первое, что он увидел, была кровь — целое море крови, окрасившее всё вокруг в тёмные брызги и образовавшее на полу лужу цвета ржавчины.       Затем Гарри заметил тело.       У дальней стены, прямо в центре большой лужи полузасохшей крови, сидел неподвижный труп девушки, широко раскрытыми глазами глядя на свои колени. Её руки лежали на верхней части бедёр, ладонями вверх, а пальцы были скрючены. Они были совершенно неподвижны и окрашены в пунцовый цвет; длинные каштановые волосы спадали по обе стороны лица, как занавес, а кончики казались почти чёрными от количества засохшей крови в каштановых прядях.       Но всё это было не то, на что Гарри не мог перестать смотреть. Большой горизонтальный разрез рассекал её живот, вываливая внутренности на колени. Что-то, будь то нож или заклинание, разрезало её на части и оставило истекать кровью в комнате, полной людей, и ни один из них ничего не замечал до недавнего времени.       —Что, чёрт возьми, произошло, Гермиона? —прошептал он, отворачиваясь от жуткого зрелища.       —Мы не знаем, —мрачно ответила Гермиона, —Падма первой заметила её.       —Кто-то убил М-М-Мэнди, —всхлипывала Падма, цепляясь за Парвати, чтобы удержаться на ногах, —Я проснулась, а её не было в кровати рядом со мной, и я встала, чтобы найти её, и... —она жестом указала на стену, не в силах продолжать.       —Мэнди Броклхерст лежала в кровати рядом с вами, когда вы обе заснули? —спросил Гарри, придвигаясь ближе к Падме, которая кивнула в ответ.       —Она заснула раньше меня, —заплакала девушка, —Я знаю, что она заснула! Я не могла уснуть, но я знаю, что она была рядом, когда я наконец уснула!       —В какой кровати она лежала? —тихо спросил Гарри, чувствуя, как его охватывает сочувствие, пока Парвати ещё крепче прижимает к себе сестру, —Можешь показать мне, Падма?       Падма снова кивнула, вырвалась из объятий Парвати и повела Гарри к кровати в самом центре кучи зачарованных матрасов, медленно ступая на дрожащие ноги.       —Она была прямо здесь, —сказала она ему, и новый всхлип вырвался из её горла, когда она посмотрела вниз на кровать.       —И ты не слышала, чтобы она вставала ночью? —спросил Гарри, успокаивающе положив руку ей на плечо.       —Н-н-н-нет! —Падма покачала головой.       —А кто-нибудь вообще что-нибудь слышал? —Гарри повернулся к остальным, —Что-нибудь в течение ночи? Кто-нибудь проснулся и заметил, что её нет в кровати?       Все покачали головами, большинство по-прежнему с ужасом смотрели на неподвижное тело Мэнди.       —Всем встать в шеренгу, —приказала Гермиона, направляясь к Гарри, —Я снова проверю у всех палочки.       —Да, потому что в прошлый раз это так хорошо сработало, —язвительно проворчал Смит, заслужив не один взгляд, —Мы все знаем, кто это сделал, —продолжил он, —И это не кто-то в этой комнате! Я же говорил, что надо было запереть слизеринцев! И теперь Броклхерст мертва!       —Почему бы нам не начать с твоей палочки? —холодным голосом предложила Гермиона, —Потому что, к твоему сведению, прошлой ночью я заперла все входы в эту комнату.       Это, похоже, на мгновение заставило Смита замолчать, он выглядел так, словно хотел возразить, но благоразумно решил не делать этого.       —Отдай ей свою чёртову палочку, Смит, —угрожающе сказал Рон, выпрямляя спину.       —Откуда нам знать, что она этого не сделала? —Смит ответил язвительным тоном, —Она постоянно проверяет палочки, не проверяя свою!       Рон угрожающе шагнул вперёд, а Гермиона быстро приблизилась к нему и положила свою руку на его.       —Пусть Поттер их проверит! —сказал кто-то, и толпа зашумела в знак согласия. Гермиона криво улыбнулась, протягивая ему свою палочку.       —Что ж, Гарри, похоже, сейчас они доверяют тебе больше, чем мне.       —Вы все сошли с ума, если думаете, что Гермиона имеет к этому какое-то отношение, —сказал им Гарри, принимая палочку и быстро произнося проверяющее заклинание, —Видите?       —Теперь ты, Смит, —прорычал Рон, и рука Смита крепче сжала его палочку, —Если мне придётся вырвать всю твою руку из тела, чтобы забрать палочку, я это сделаю.       —Ага, прямо перед тем, как ты выпотрошишь меня, как сделал это с ней? —Смит вызывающе поднял подбородок, и Гарри с Гермионой пришлось сдержать Рона при этом обвинении.       —Просто отдай им палочку, Смит, —жёстким голосом сказал Невилл, —Ты серьёзно обвиняешь Рона и Гермиону в том, что они виновны в смерти Мэнди? Ты ведь понимаешь, кто они такие, правда? И что они оба работают в правоохранительных органах?       —Да, Смит, —сказал Дин позади него, —Как продвигается твоя работа по мытью посуды в «Дырявом котле»?       Смит покраснел от этого вопроса и сердито шагнул вперёд, чтобы без слов передать Гарри свою палочку. Вздохнув, Гарри проверил её и отдал обратно.       —Итак, —обратился он к группе, —Постройтесь в шеренгу.       —Как это возможно, Гермиона? —негромко произнёс Рон, когда они втроём стояли в углу гостиной, куда все переместились после проверки палочек, —Мы снова всех проверили и ничего не нашли!       —Я не знаю, —обеспокоенно сказала Гермиона, —Я не врала, когда говорила, что вчера вечером закрыла все двери. Так что, что бы они там ни думали о причастности слизеринцев, они не могли проникнуть в ту комнату, чтобы убить её.       У Гарри внезапно свело желудок, когда ему в голову пришла ужасная мысль.       —Ты же не думаешь, что с ними тоже что-то случилось?       Не дожидаясь ответа, Гарри вытащил из кармана палочку и начал пятиться из комнаты, но его остановила Гермиона, схватившая его за руку.       —Гарри, куда ты идёшь? Мы не можем бродить здесь одни! —напомнила она, пытаясь оттащить его назад.       —Со мной всё будет в порядке, —сказал ей Гарри, высвобождая руку, —Я должен найти их, Гермиона, мне нужно убедиться!       —Тогда мы с Роном тоже пойдём, —мрачно сказала она, и Рон вздохнул, но кивнул.       —Нет, —покачал головой Гарри, —Вы двое должны остаться здесь и не дать всем запаниковать. И как можно больше удерживайте Смита от разговоров. Просто успокойте всех, а я пойду найду слизеринцев и приведу их обратно, хорошо?       —Я пойду с тобой, Гарри, —тихо сказал Невилл, подойдя к нему сзади, —Гермиона и Рон присмотрят за всеми здесь, а мы с тобой пойдём искать остальных.       —Хорошо, —кивнул Гарри, почувствовав облегчение от мысли, что у него есть ещё один аврор, который будет прикрывать его спину, —Вы двое не против? —спросил он Гермиону и Рона, которые обменялись взглядами и кивнули.       —Тогда пойдем, Нев, —сказал Гарри, чувствуя почти бешеную потребность добраться до слизеринцев и убедиться, что все в порядке. Двое мужчин вышли из комнаты и остановились, оглядываясь по сторонам, —Ты случайно не знаешь, где находится спальня Малфоя?       —Мне кажется, что я один из последних, кому ты должен задавать этот вопрос, —сухо сказал Невилл, и Гарри фыркнул, —Полагаю, все спальни находятся наверху.       Кивнув, Гарри направился к большой лестнице, и они начали подниматься в тишине. Чем выше они поднимались, тем сильнее Гарри чувствовал, как волосы на его затылке встают дыбом, и необъяснимая тревога овладевала им. Казалось, что дом наблюдает за ними. Несмотря на то, что было утро, небо за окном было серого цвета, как мокрый цемент, а внутри дома было гораздо темнее, чем Гарри ожидал. Тени прилипли к стенам, словно слой чернильной краски, и Гарри с тревогой оглядывался на всё, мимо чего они проходили, и постоянно напоминал себе, что ничего не поджидает их, чтобы броситься из темноты.       Он обернулся на громкий скрип, достал палочку, но в поле зрения ничего не было. Коридор был пуст.       —Этот дом чертовски жуткий, да? —пробормотал Невилл, и Гарри заметил, как крепко он держит свою палочку.       —Как, чёрт возьми, Малфой живёт здесь один? —недоумевал Гарри, зажигая кончик своей палочки Люмосом и поднимая её вверх в попытке разогнать тени, но свет, казалось, только создавал ещё больше теней, каким-то образом умножая их, пока Гарри не почувствовал себя почти в клетке с темнотой. Невилл пожал плечами.       —Может, поэтому он и устроил вечеринку для стольких людей. Может, хотел, чтобы поместье не казалось пустым.       —Да, эта вечеринка определённо подняла настроение.       Раздался ещё один скрип, и Гарри с тревогой огляделся вокруг. Казалось, будто сам дом стонет.       Без предупреждения Гарри протянул руку, чтобы остановить Невилла.       —Ты это слышишь? —прошептал он, —Кажется, я слышал шаги.       Оба стояли молча и неподвижно, напряжённо прислушиваясь к любым звукам.       —Я не слышу никаких... —начал Невилл, но Гарри его прервал.       —Ну вот, опять! —прошипел Гарри, уверенный, что услышал тихие шаги, приближающиеся откуда-то из коридора. Мужчины перешли в оборонительную позицию, приготовившись к тому, что на них надвигается тень.       Но всё было тихо. Шаги прекратились, ничто не двигалось.       Затем голос произнёс «Поттер», и на свет вышла фигура, и Гарри с Невиллом инстинктивно среагировали: Гарри применил обезоруживающее заклинание, а Невилл наложил на них двоих защитное заклинание.       —Ради всего святого, Поттер, почему ты нападаешь на меня?!       Гарри наконец-то узнал голос, и оба тут же отступили, Невилл отменил заклинание, а Малфой шагнул вперёд, оскалившись.       —Какого чёрта? —прошипел он, протягивая руку за своей палочкой.       —Я не знал, что это ты, извини, —смилостивился Гарри, возвращая палочку блондину.       —А кого, блять, ты ждал? Это мой дом, знаешь ли, —заметил слизеринец, убирая палочку.       Гарри и Невилл обменялись взглядами.       —Здесь только ты, Малфой?       —Да, потому что остальные трусы, —ответил Малфой, закатив глаза, —Мне показалось, что я слышал, как кто-то ходит здесь, и я захотел узнать, кто это. Остальные предпочитали жить в неведении, и я ушёл.       —И все вы в порядке? —спросил Гарри, всё ещё крепко сжимая палочку.       —Да, —Малфой бросил на него странный взгляд, —Мы все в порядке. Мы забаррикадировались в моих комнатах, как я и говорил.       —Значит, никто не проник сюда ночью? —спросил брюнет, подходя ближе к Малфою, чтобы осмотреть его на предмет повреждений. Тот выглядел невредимым.              —Нет, —осторожно ответил Малфой.       —А сегодня утром ты первым вышел из своей комнаты?       —Да, —кивнул Малфой, выглядя ещё более настороженным, —Что случилось, Поттер?       Вздохнув, Гарри провёл рукой по волосам.       —Позови остальных и приведи их вниз. Нам нужно поговорить всем вместе, чтобы решить, что делать дальше.       —Что случилось, Поттер? —потребовал Малфой, делая шаг ближе, —Очевидно, случилось что-то плохое, что именно?       Гарри снова вздохнул и потянул себя за чёлку.       —Мэнди Броклхерст мертва, —ответил он ровным голосом, —Мы проснулись и нашли её лежащей в луже крови.       —Что? —Малфой побледнел и отступил на шаг, —Что? Она умерла? Ещё один человек умер? Как?       —Мы не знаем, —честно сказал Гарри, желая иметь ответ на этот вопрос, —Мы снова проверили все палочки, но ничего не нашли.       —Ну, в той комнате явно кто-то был! —тут же заявил Малфой, —Вы не можете винить в этом никого из нас, мы даже не были на одном этаже!       —Никто не обвиняет вас, Малфой, —вклинился Невилл, и Малфой повернулся к нему с сузившимися глазами, —Но нам нужно обсудить это всей группой.       —Хорошо, —сказал Малфой холодным тоном, —Я пойду за остальными. Вы двое возвращайтесь вниз, мы встретимся с вами там.       —Мы пойдём с тобой, —сказал Гарри и начал идти вперёд, но жёсткий взгляд Малфоя остановил его.       —Поттер, —сказал он, голос стал ещё холоднее, чем прежде, —Кто-то в той комнате убил её. Я не доверяю никому, кто присутствовал при этом, в том числе и вам, как ни прискорбно это признавать. Мы с остальными спустимся на вашу маленькую встречу, но, если нам снова придётся забаррикадироваться в спальне, я не хочу, чтобы кто-то ещё знал, где находится моя комната.       Гарри заскрипел зубами, подавляя желание ответить.       —Хорошо, Малфой, —выдавил он из себя, —Просто будь с ними внизу в ближайшие пять минут. Нам нужно разобраться с этим дерьмом и найти способ выбраться из этого грёбаного дома.       Глаза Малфоя сузились, но он ничего не сказал, просто скрестил руки и пристально смотрел на двух авроров, пока они не поняли намёк и не повернули обратно в ту сторону, откуда пришли, возвращаясь вниз, в гостиную.

***

      —Это странно, Гермиона, —пробормотал Гарри, потягивая бокал шампанского, который он взял с длинного стола в передней части огромной комнаты.       —Да, чертовски странно, —согласился Рон, оглядываясь по сторонам, —Мы же не были так близки с кем-то из присутствующих в школе, правда? Даже если мы учились в одном классе. Я до сих пор не могу поверить, что ты убедила меня прийти.       —Не будь таким легкоубедимым, —ухмыльнулась Гермиона, потягивая своё шампанское.       —Я даже не хочу знать, как ты его убедила, —ухмыльнулся Гарри, когда Симус и Дин подошли поздороваться.       —Привет, Гарри, мы слышали, что вы трое будете здесь, —сказал Дин, кивнув.       —Я бы не пришёл, если бы не было вас, —сказал Симус, оглядывая своих однокурсников, —Но мы должны были увидеть это место, не так ли? Всегда было любопытно, как всё здесь выглядит.       —К тому же Симус хотел получить всю бесплатную еду и напитки, —добавил Дин с ухмылкой.       —Только поэтому Рон тоже здесь, —Гарри дёрнул подбородком в сторону рыжего, заслужив добродушную ухмылку.       —С этим не поспоришь, —согласился он и поднял бокал за Симуса, после чего опрокинул его в себя.       —Чертовски вкусная еда, —кивнул Симус, —Хотя я бы обошёлся без этой часовой речи Малфоя за ужином о том, что он исправился, перечислил кучу денег в пользу военных благотворительных организаций и выразил надежду, что мы можем отбросить прошлое перед лицом светлого будущего, или о чём он там, блять, болтал. Можно было подумать, что он возомнил себя чёртовой МакГонагалл или кем-то в этом роде, судя по тому, как он продолжал говорить. Вот уж кто любит произносить речи.       —Хотя он всегда был претенциозным болваном, да? —сказал Рон, ища, куда бы поставить свой пустой бокал, но потом, пожав плечами, уничтожил его, —Малфой, я имею в виду, а не МакГонагалл. Не то чтобы у неё не было таких моментов.       —Малфой, претенциозный? —язвительно спросил Дин, притворяясь шокированным, —С каких это пор?       Они все фыркнули.       —А если серьёзно, —сказал Рон, обводя взглядом комнату, —Мы сейчас буквально стоим в бальном зале его дурацкого особняка. У кого, чёрт возьми, в доме есть бальный зал?       —В этом доме определённо есть что-то странное, —согласился Симус.       —Я пойду выпью ещё, —объявил Гарри, копируя Рона и убирая свой пустой бокал, —Вернусь через секунду.       Отвернувшись от компании, он направился через большую комнату к длинному столу, уставленному бокалами.       —Наслаждаешься вечеринкой, Поттер? —раздался голос слева от него, и он повернулся, чтобы увидеть Малфоя, который спокойно смотрел на него, прислонившись к столу.       —Всё вполне неплохо, я полагаю, —пожал плечами Гарри, не понимая, о чём Малфой хочет поговорить. Он никогда раньше не проявлял желания вести вежливую беседу с Гарри, —Хотя я всё равно не понимаю, зачем ты вообще это устроил.       Малфой вздохнул.       —Ты что, не слушал ничего из того, что я говорил за ужином? —на этот вопрос Гарри снова пожал плечами, —Всё, чего мы хотим, — это жить дальше. Мы хотим, чтобы прошлое наконец перестало наказывать нас за глупые решения, которые мы принимали в детстве.       —С тех пор как закончилась война, не прошло и двух лет, —заметил Гарри, —Ты же не стал старше на десяток лет или что-то в этом роде. Может, просто дать людям время отойти от всего в их собственном темпе?       Малфой снова вздохнул, в его голосе звучало разочарование.       —Ты хочешь сказать, что совсем не повзрослел с тех пор, как закончилась война? Мы все выросли; никто из нас не остался тем же, кем был два года назад. И мы со слизеринцами просто хотим получить шанс доказать это — всё, на что мы надеемся, это шанс быть увиденными в другом свете, и мы подумали, почему бы не начать с людей, с которыми мы проводили почти каждый день в Хогвартсе?       —То есть вы надеетесь, что мы все станем друзьями? —спросил Гарри, скептически приподняв одну бровь, —Я не думаю, что это действительно так просто, как устроить званый ужин.       —Конечно, —согласился Малфой, —Но, по крайней мере, с этого можно начать. Мы не ожидаем, что этот вечер полностью изменит отношение людей к нам. Всё, чего мы хотим — это сделать шаг в правильном направлении; положить начало переменам. Разве это так уж плохо, Поттер? Ты предложил Тёмному Лорду возможность раскаяться, но не нам?       Вопрос заставил Гарри задуматься. Несмотря на его первоначальные подозрения, Малфой действительно выглядел искренним.       —Я здесь, Малфой, ведь так? —хрипловато сказал он, делая глоток шампанского, чтобы отвести взгляд от блондина.       —Я не был уверен, что вы придёте, —признался Малфой, поднимая свой бокал, —Блейз считал, что вы втроём не придёте. Теперь он должен мне пять галлеонов, так что за тебя, Поттер, —он слабо улыбнулся Гарри, —Ты сделал меня на пять галеонов богаче, просто появившись.       Гарри удивил их обоих, хихикнув.       —Да, потому что больше денег — это как раз то, что тебе нужно, не так ли? —сказал он, устремив взгляд на хрустальную люстру, сверкающую над их головами; Гарри всё ещё не мог поверить, что это чей-то дом. Улыбка Малфоя стала шире.       —Ты так говоришь, будто есть способ ответить «нет» и не быть при этом полным идиотом.       Гарри уже открыл рот, чтобы ответить, как вдруг его внимание привлёк громкий звук. Звон разбивающегося стекла, казалось, разнёсся по всей огромной комнате, и Гарри с Малфоем, как один, повернулись, чтобы увидеть Ханну Эббот, стоящую в нескольких метрах от них с расширенными от ужаса глазами, одна её рука была изогнута в виде клешни, а другая сжимала палочку, направленную в пол, как будто она собиралась убрать разбитое стекло и пролитое шампанское, усеявшее пол у её ног. Вскрик боли вырвался из её рта за мгновение до того, как она упала на колени среди острых как бритва осколков стекла, всё ещё разбросанных по полу. Гермиона, Невилл и Сьюзен тут же бросились к ней, так как она закричала так, словно её пытали. Что, чёрт возьми, происходит?       Гарри и Малфой машинально шагнули к ней, когда резкий зловещий звук заставил их обоих споткнуться от ужаса и замешательства, а толпа зрителей вокруг них зашлась в крике ужаса, почти заглушаемом воплями Ханны и её мучительными рыданиями. Гермиона подошла к Ханне первой, опустилась рядом с ней и начала накладывать на неё залп заклинаний, которые, казалось, становились всё более неистовыми по мере того, как Ханна продолжала кричать. Вдруг послышался треск, и Гарри огляделся по сторонам, гадая, откуда он доносится. Неужели дом разваливается?       —О Боже! —потрясённо произнесла Гермиона, и Гарри попытался поспешить к ней, чувствуя себя так, словно бежит по луже засыхающего цемента. Всё происходило будто в замедленной съемке; почему же его ноги не двигаются быстрее?       —Ханна! —закричала Сьюзен, и Гарри удивился, когда она появилась на полу рядом с Гермионой, —Ханна, что происходит?! Что с ней?!       Сьюзен повернулась к Гермионе, по её лицу текли слёзы, и она беспомощно наблюдала, как её подруга рухнула на пол, упала на спину и начала хрипеть, едва не захлебнувшись густой кровью, пробивающейся к горлу. Она перекатилась на бок и выплюнула её, кашляя и пытаясь сделать вдох через переполненные кровью лёгкие; Гарри практически слышал, как они наполняются кровью.       Снова раздался странный треск, и Гарри поднял глаза к потолку, гадая, не собирается ли он обрушиться на них. Но булькающий звук вернул его внимание к Ханне, и он с ужасом увидел, как она начала биться в конвульсиях, неконтролируемые спазмы сотрясали всё её тело, когда она пыталась сделать хриплый, мучительный вдох через губы винного цвета, и Гарри вздохнул, когда наконец понял, что это был за странный треск.       С громким пронзительным криком грудь Ханны внезапно разорвалась, разломившись пополам изнутри, а грудная клетка вырвалась наружу. Гарри услышал, как Сьюзен тошнит и она корчится от боли при виде бьющегося сердца Ханны, выставленного на обозрение всей комнаты. Оно яростно пульсировало в груди, набирая скорость в отчаянной попытке сохранить ей жизнь, в то время как её тело продолжало дергаться. От вида её лёгких, выставленных на показ, Гарри тоже чуть не стошнило: зрелище ужасно напомнило ему сырое мясо.       С последним хриплым вздохом лёгкие Ханны перестали двигаться, сердце перестало биться, и всё вокруг словно рассыпалось на глазах. Всё произошло так быстро, за считанные секунды, а Гарри казалось, что прошло целое столетие. Что, чёрт возьми, только что произошло? Что происходит?       —Что... —Малфой пытался говорить, его рот был открыт от шока, а глаза расширены от ужаса.       Вокруг них раздавались крики, Гарри знал это. Люди кричали, плакали, рыдали, бежали, и он испугался, когда кто-то закричал:       —Я не могу аппарировать! —и крики стали громче, когда другие начали пытаться.       —Ты не можешь исчезнуть из-под защитных чар, —прошептал Малфой, его голос был пустым.       —Рон! —позвал Гарри, отыскав рыжего и поспешив к нему, —Нам нужно отвести всех в другую комнату, СЕЙЧАС! Мы должны увести их подальше от её тела и вызвать других авроров!       —Хорошо, —мрачно сказал Рон, повернулся к толпе и немедленно попытался вывести их из комнаты. Невилл быстро присоединился к нему, а Гарри обернулся к Гермионе, которая поднялась на ноги и потянула за собой трясущуюся Сьюзен Боунс.       —Парвати! —позвала Гермиона, остановив темнокожую девушку на месте, и та перевела испуганный взгляд на Гермиону, —Возьми Сьюзен с собой в другую комнату, хорошо?       Парвати кивнула и вышла вперёд, обхватив Сьюзен за плечи, и Гарри увидел, как отчаянно она старается не смотреть в сторону Ханны.       —Гермиона, что, блять, только что произошло?       Гарри спросил низким голосом, снова взглянув на Ханну, прежде чем отвернуться от ужасающего вида её изуродованного трупа, кровь продолжала стекать, органы влажно поблёскивали между костями грудной клетки, вытягиваясь из тела, как длинные окровавленные пальцы цвета ржавого песка, протянувшиеся через её грудь. Гарри содрогнулся от этого зрелища.       —Что с ней только что произошло? Что это было?!       —Понятия не имею, —ответила Гермиона, в голосе которой звучало недоумение, —Всё произошло так быстро. Она была в полном порядке, я понятия не имею!       —Думаешь, дело в её напитке? —спросил Гарри, —Думаешь, она могла отравиться?       Гермиона беспомощно пожала плечами.       —Она не реагировала ни на одно из моих исцеляющих заклинаний, но я понятия не имею, что это было. Это было либо зелье, либо очень сильное проклятие, потому что, что бы это ни было, оно точно не было естественным.       —Она мертва, —глухо произнёс Малфой, и Гарри удивлённо повернулся к нему, недоумевая, что блондин всё ещё здесь делает. Почему он не вышел из комнаты вместе с остальными? —Она мертва.       —Малфой, —сказал Гарри, сохраняя мягкость голоса, —Тебя не должно быть здесь.       —Но... —Малфой звучал так потерянно, и Гарри пришлось бороться со странным желанием обхватить его за плечи, чтобы утешить, —Но это мой дом.       —Нет, —покачал головой Гарри, придвигаясь ближе и, поддаваясь искушению, положил руку на плечо Малфоя и осторожно начал выводить его из комнаты, —Я имел в виду, что ты не должен быть здесь, в этой комнате. Давай выведем тебя отсюда, хорошо?       Малфой не ответил и не попытался отстраниться от брюнета, и Гарри крепче сжал его руку, услышав, как Гермиона произнесла позади них ещё несколько заклинаний, после чего последовала за мужчинами. Гарри поинтересовался, куда делись остальные, но тут услышал панические голоса, доносящиеся из открытого дверного проёма дальше по коридору. Войдя в комнату, они увидели, что все вокруг смотрят на них широко раскрытыми глазами, некоторые из них были усеяны пятнами крови Ханны на коже и одежде.       Малфой с ничего не выражающим лицом направился к слизеринцам, которые стояли все вместе и выглядели такими же испуганными, как и все остальные. Гарри никак не мог перестать смотреть на Малфоя: куда бы он ни смотрел, его взгляд постоянно возвращался к ошеломленному, молчаливому человеку.       И как бы он ни старался, Гарри не мог выкинуть из головы образ бьющегося в конвульсиях тела и разрывающейся груди Ханны, как и не мог перестать задаваться вопросом, что же, чёрт возьми, произошло в той комнате.