Глава 14. Более одинокий, чем недоверие

«Какое одиночество может быть более одиноким, чем недоверие?»

— Джордж Элиот, «Мидлмарч»

      —Он мёртв, —глухо повторил Дин, глядя на них расфокусированным взглядом, —Вы уверены?       Рон и Гарри переглянулись.       —Эм, вполне, Дин, да, —подтвердил рыжий.       —Кто из них? —прошептала Падма, испуганно вцепившись в руку Парвати, —Кто из них это сделал?       —Это значит, что мы уже можем уходить, верно? —вмешался Майкл, прежде чем Гарри успел объяснить, что они до сих пор не знают, кто из двух хаффлпаффцев на самом деле убил Кевина, —Это могли быть только Джастин или Захария. Это не должно быть слишком сложно, когда подозреваемых всего двое.       —И это значит, что мы наконец-то сможем заставить того, кто это сделал, выпустить нас из этого проклятого дома, —мрачно добавил Энтони с напряжённым выражением лица.       —Кто из них? —поинтересовался Симус, повторив вопрос Падмы, —Я ставлю на Смита. Этот придурок точно не стал бы колебаться, чтобы воткнуть другу нож в спину.       Гарри внутренне поморщился, гадая, догадывается ли Симус, насколько близко к истине он случайно подобрался к убийству Кевина.       Гермиона вздохнула.       —Боюсь, всё не так просто.       —Что не так? —спросил Энтони с тем же суровым выражением лица. —Заставить выпустить нас отсюда? Просто скажи нам, где они, Гермиона, и мы их заставим.       —У нас до сих пор нет однозначного представления о том, кто виновен, —призналась она, —Есть несколько... сложностей с этим последним нападением.       —Тогда какое это имеет значение? —спросил Энтони, нетерпеливо взмахнув рукой, —Почему мы вообще предполагаем, что это был только один из них? Скорее всего, это были оба!       Гарри и Рон переглянулись, и Гарри понял, что Рон думает о том же, о чём и он. Что, если Энтони был прав? Что, если это были они оба? Они предполагали, что убийства совершает только один человек, но что, если это предположение было ошибочным? Что, если Захария и Джастин каким-то образом работали вместе? Это, конечно, значительно упростило бы задачу — совершить серию убийств с посторонней помощью.       Но это не объясняло, кому принадлежал отпечаток пальца.       —Ну и какой у нас теперь план? —спросил Дин, складывая руки, —Ты же сказала, что их двоих где-то заперли, так? —он подождал, пока Гермиона кивнёт, —Так какой у тебя план, чтобы выяснить, кто из них это сделал?       —Какие могут быть сложности? —поинтересовался Майкл, переглянувшись с гриффиндорцами, —Ты сказала, что есть сложности. И какие же?       Гермиона снова вздохнула.       —Я бы предпочла не говорить о них сейчас, по крайней мере, до тех пор, пока мы не получим более чёткое представление о ситуации. Просто дайте нам ещё немного времени, чтобы всё обдумать, и я обещаю, что мы всё объясним.       —Этого недостаточно, —возразил Энтони, —Ты не можешь скрывать от нас информацию, которая напрямую влияет на наши чёртовы жизни, Грейнджер! Мы находимся в этом положении так же прочно, как и вы, и мы заслуживаем знать, что происходит на самом деле!       —Да, —ответила она, опираясь на другую ногу и глядя на мужчину спокойным, непоколебимым взглядом, —Да. Мы все находимся в одинаковой ситуации. Но это стало расследованием Авроров в тот момент, когда произошло первое убийство, Энтони, и я боюсь, что у тебя нет ни подготовки, ни опыта, чтобы заниматься расследованием.       —То есть ты хочешь сказать, что вы четверо можете контролировать всю ситуацию и все наши жизни только потому, что вы чёртовы авроры? —воскликнул он, удостоившись пристального взгляда Рона.       —Да, —с сарказмом ответил рыжий, —Ведь это так отличается от внешнего мира, не так ли? Авроры, контролирующие места преступлений? Может, мы и застряли в этом доме, Энтони, но это не значит, что законы изменились.       Энтони оскалился в ответ.       —Они меняются, когда на карту поставлены наши жизни!       —Нет, —сказал Рон суровым голосом, —Не меняются. То, что мы оказались здесь в ловушке, не означает, что мы всё ещё не подчиняемся законам Министерства.       —Ты так и не ответил на вопрос Дина, —перебила Парвати, бросив на Энтони странный взгляд, —Какой у вас теперь план? Как вы собираетесь выяснить, кто из них это был?       —Кто-нибудь из вас слышал что-нибудь прошлой ночью? —спросил Гарри, пока что игнорируя вопросы. Им нужно было получить как можно более ясную картину прошедшей ночи, прежде чем принимать решение о том, как действовать, —Что-нибудь вообще? Кто-нибудь слышал что-нибудь в коридоре? Может, кто-то бегал по коридору?       Группа приостановилась, обмениваясь взглядами друг с другом.       —Нет, —пожал плечами Майкл, выглядевший обеспокоенным, —Я не слышал. Падма?       Она покачала головой.       —В смысле, дом довольно сильно скрипит, но кроме этого, я не думаю, что слышала что-то странное.       —А ты, Энтони? —Парвати повернулась к нему, —Это ты не спал всю ночь.       На это заявление Энтони покраснел от раздражения и бросил на Парвати испепеляющий взгляд, и Гарри задумался, что это значит. Неужели он не хотел, чтобы она рассказала аврорам, что Энтони был единственным человеком, бодрствовавшим всю ночь?       —Энтони? —спросила Гермиона, приподняв одну бровь. Все повернулись, чтобы посмотреть на него, и Гарри задался вопросом, осознает ли мужчина, насколько сурово он смотрит на них в ответ.       —Нет, —коротко ответил он, —Я ничего не слышал.       Гарри сузил глаза, недоумевая, почему мужчина вдруг так напрягся. Он держал себя в руках, губы были сжаты в тонкую линию, когда он смотрел в ответ на брюнета, и Гарри подумал, какой большой скандал начнётся, если он потребует проверить палочку Энтони.       —Я думаю, вам лучше пока остаться здесь, —медленно произнёс Гарри, желая поговорить с Роном и Гермионой без лишних слушателей и обсуждений, —Пока мы не закончим анализировать это последнее нападение.       Возмущение было незамедлительным.       —Вы не можете держать нас здесь! —крикнул Энтони.       —Мы можем помочь! —возразил Майкл, скрещивая руки.       —Вы запираете нас внутри? —испуганно спросила Падма, вцепившись в руку Майкла.       —Пожалуйста, Гарри, не оставляй нас! —взмолилась Парвати, спотыкаясь, и приблизилась к нему на несколько шагов. Её глаза были большими и испуганными, и Гарри не обращал внимания на остальных, разговаривая с ней.       —Мы скоро вернёмся, —мягко сказал он, утешающе положив руку ей на плечо. Как только он коснулся её, она потянулась, чтобы накрыть его руку своей, и подошла ещё ближе, пока не оказалась всего в нескольких дюймах от него.       —Почему мы должны оставаться здесь? —прошептала она, обводя комнату испуганным взглядом, —Почему мы не можем пойти с тобой? Ты же говорил, что вместе нам безопаснее!       —Так и будет, —рассудил он, —Вы будете вместе, Парвати, мы не оставим тебя здесь одну. Ты будешь с остальными. Но нам нужно закончить проверку и поговорить с Джастином и Захарией. Здесь вы все будете в полной безопасности.       Энтони насмешливо хмыкнул, явно не веря ни единому его слову.       —Не оставляй нас одних, Гарри, —умоляла она, цепляясь за его рубашку, —Пожалуйста, я не хочу, чтобы кто-то из нас был следующим!       —Всё в порядке, Парвати, —сказал Майкл, помогая Падме осторожно оттащить её от Гарри, —Теперь мы знаем, что это был либо Джастин, либо Захария, и они оба заперты. Здесь у нас всё будет хорошо.       —Ты обещаешь? —спросила она, обращаясь к Гарри. Она смотрела ему в глаза, не моргая, и он старался не отводить взгляд, —Ты обещаешь, что у нас всё будет хорошо?       Он колебался, не уверенный в том, что должен или даже способен обещать такое. Да, он считал, что виновным должен быть Джастин или Захария, поскольку только они были в комнате во время убийства Кевина, но всё же ему не хотелось обещать в такой абсолютной уверенности, что со всеми остальными всё будет хорошо. В конце концов, оставался ещё Стефан. Он всё ещё находился где-то в доме, и Гарри подумал, не работает ли Стефан с кем-то из остальных. Возможно, он работал с Джастином или Захарией, а может, и с ними двумя.       Гарри больше ни о чём не думал; он не был уверен ни в чём.       —Здесь вы будете в безопасности, —тихо сказал он, —Вы все останетесь вместе, да? Мы скоро вернёмся.       Парвати кивнула и вздохнула, продолжая смотреть на Гарри ещё несколько секунд, прежде чем отвести взгляд.       —Вы уверены, что вам четверым не нужна помощь? —спросил Майкл тихим голосом, оглядываясь по сторонам, —Наверняка мы можем что-нибудь сделать.       —Есть кое-что, —ответил Невилл таким же тихим голосом, —Оставайся здесь и присматривай за всеми. Убедись, что Падма и Парвати в безопасности.       Майкл нахмурился и кивнул, оглядываясь на Падму и Парвати, которые шептались друг с другом у дальней стены.       —Конечно, —согласился он.       —С ними всё будет в порядке, —вклинился Энтони, глядя на Парвати таким пристальным взглядом, что Гарри стало не по себе.       Что означал этот взгляд?       —Ну ладно, —сказал Рон, взмахнув руками, —Мы пойдём. Вы, ребята, закройте комнату за нами, хорошо?       Майкл и Энтони согласились и с торжественным видом закрыли за четырьмя гриффиндорцами дверь. Гарри наблюдал за тем, как дрожь магии пробежала по дверной раме, после чего в коридоре воцарилась тишина.       —Полагаю, нам пора идти, —сказал он, чувствуя странную пустоту и задаваясь вопросом, что же им теперь делать. Что ещё можно исследовать на месте преступления, чего они ещё не обнаружили?       —Что, по-твоему, мы должны сделать в первую очередь? —спросил Рон, направляясь к комнатам, в которых они заперли Захарию и Джастина.       —Думаю, нам стоит поговорить с ними ещё раз, —вздохнула Гермиона, —Начиная с Захарии.       —А что, если это действительно они оба? —тихо произнёс Гарри, стараясь не обращать внимания на тени, сгущающиеся по краям коридора. Господи, было ли когда-нибудь время суток, когда в этом доме не было теней, прилипших ко всему, что попадалось на глаза?       —Это вполне возможно, —признала Гермиона, бездумно накручивая прядь волос на палец, —Хотя это всё равно не объясняет найденные нами улики.       —Что, если один из них работает со Стефаном? —медленно выговорил Гарри, в его голове роились сомнения и обвинения, —Что, если именно так они это сделали, Гермиона? Что, если именно так Стефан попал в комнату? Что, если они всё это время работали вместе? Это даже могут быть оба хаффлпаффца и Стефан!       —Ты что, думаешь, они нас разыгрывают? —Рон приподнял одну бровь, —Думаешь, именно поэтому они практически сразу начали обвинять друг друга?       —Они даже не пытались обвинить кого-то ещё, —пожал плечами Гарри, —Может быть, поэтому Захария продолжает указывать пальцем почти на всех остальных людей. Может, это просто попытка отвести те же обвинения от себя.       —Не самый тонкий способ заявить о своей невиновности, —подумала Гермиона, задумчиво постукивая по нижней губе.       Рон бросил на неё неодобрительный взгляд.       —Тонкий? Захария? Ты так говоришь, как будто эти два слова вообще могут быть использованы в одном предложении.       Гермиона неохотно улыбнулась, но в следующую секунду это выражение исчезло.       —Но зачем им это делать? —задался вопросом Невилл, и Гарри оглянулся, почти забыв, что этот человек всё ещё здесь.       —Ну, —пожал он плечами, почёсывая затылок, —Захария ненавидит слизеринцев. Просто ненавидит их. Он сказал мне, что единственной причиной, по которой он вообще пришёл на эту вечеринку, было желание посмотреть, как они будут вымаливать у всех прощение. Что, если это какой-то обратный способ отомстить им? Что, если он просто пытается подставить их, чтобы они выглядели виновными?       Невилл нахмурился.       —Немного перебор для такой формы мести, не так ли? Ведь это не просто убийство незнакомцев, это наши однокурсники.       —Да, —согласился Гарри, —Большинство из них всегда недолюбливали Захарию. Он никогда не был популярен. У него даже никогда не было друзей. По крайней мере, я этого никогда не замечал. Я действительно не думаю, что в этом доме есть кто-то, кто был бы ему по-настоящему дорог, кроме него самого.       —С этим не поспоришь, —кивнул Рон, —Он тот ещё гадёныш, которому, похоже, нравится давить на людей. Я не вижу, чтобы всё, что сказал Гарри, было меньшей мотивацией, чем у любого другого в этом доме. Ведь кто-то нас всех убивает. И Захария определённо кажется наименее стабильным человеком здесь, так что... я согласен с Гермионой, надо начать с него.       —Я не думаю, что всё так просто, —заметила Гермиона, прикусив губу, —Мы упускаем что-то важное. Осталось слишком много вопросов без ответов.       —Что ж, —сказал Рон, пожав плечами, —Тогда пойдём и получим эти ответы.

***

      —Неужели вы четверо наконец-то пришли выпустить меня? —проворчал Захария, как только дверь открылась. Он сидел у окна вдоль дальней стены и смотрел на серое небо, —Полагаю, вы наконец поняли, что всё это дело рук Джастина.       —Мы пришли поговорить с тобой, —поправила Гермиона, закрывая за гриффиндорцами дверь. Захария просиял.       —Поговорить со мной о том, чтобы вернуть мою палочку и выпустить меня из этой богом забытой комнаты, ты это имеешь в виду, верно, Грейнджер?       —Не совсем, —резко ответила она, скрестив руки на груди, —Нам нужно ещё раз услышать, что произошло, Захария. Всё, что произошло. Каждую мельчайшую деталь прошлой ночи и сегодняшнего утра.       Отчего-то его взгляд стал ещё острее.       —Это был Джастин. Джастин убил Кевина. Вот что произошло, Грейнджер, и это всё, что вам нужно знать!       —Да, мы слышали. Но мы также слышали, как он говорил то же самое о тебе. Я бы хотела, чтобы обе версии предыдущей ночи были изложены как можно яснее. Поэтому мы решили начать с тебя.       —Ага, с невиновного, —пробормотал он, с недовольным видом опускаясь в кресло.       Гермиона приподняла одну бровь.       —Тогда давай послушаем историю о твоей невиновности.       Захария заскрипел зубами.       —Я уже говорил тебе, —жёстко сказал он, —Мы пошли в комнату. Мы подготовились ко сну. Я заснул. Джастин убил Кевина. Когда я проснулся, Кевин был мёртв, а Джастин был рядом. Я оглушил его и пошёл искать Поттера. Он позвал вас троих. Я показал вам, где лежит тело. Вы совершили глупую ошибку, заперев меня, вместо того чтобы оглушить Джастина, как должны были. А теперь вы здесь, и всё ещё обвиняете меня в том, чего я, блять, не делал. Конец грёбаной истории.       —Кто выбрал комнату? —спросила Гермиона, глядя на него с нечитаемым выражением лица. На лице Захарии промелькнуло недоумение.       —Кто выбрал комнату? Я не думаю, что это было такое уж решение, просто один из нас указал на неё и сказал: «хотите спать там?», а остальные согласились.       —И кто же указал на неё? —спокойно продолжила она.       На лице мужчины появилось неловкое выражение.       —Джастин.       —Хорошо, —сказала Гермиона, доставая блокнот и карандаш и начиная что-то записывать в него, —Джастин выбрал комнату. Ты уверен?       —Да, —огрызнулся Захария, —Конечно, я уверен. Я был там.       —И сколько времени вам троим понадобилось, чтобы найти комнату?       —Не знаю, —прорычал Захария, —Я не засекал время. Мы долго ходили туда-сюда, пока Джастин не указал на комнату.       —И никто не уходил в течение ночи?       —Конечно нет, —ответил он тем же нетерпеливым тоном, —С чего бы кому-то уходить?       —Итак, —перебил Гарри, хмуро глядя на мужчину, —Если бы я сказал тебе, что кто-то пытался проникнуть в комнату Драко прошлой ночью и что ты единственный, кто знает, где она находится, что бы ты ответил?       Захария уставился на него.       —Но... но я не пытался! —пронзительно закричал он, —Я не пытался туда проникнуть! Я не выходил из комнаты прошлой ночью!       Гарри ничего не ответил. Он смотрел на собеседника, приподняв одну бровь, пока Захария не заёрзал на своём месте и не смог посмотреть Гарри в глаза.       —Это был не я, Поттер!       —Как удобно, правда, Смит? —проговорил Рон, стоя со скрещенными на груди руками и расставленными ногами, —Ты уже признал, что ты был единственным очнувшимся в комнате.       —Я этого не говорил!       —Говорил, —поправила Гермиона, —Ты сказал, что проснулся, заметил тело Кевина и тут же оглушил спящего Джастина. В какое время, по-твоему, это было?       Чем больше она говорила, тем более ужасающим становилось выражение лица Смита.       —Прошла всего минута или две, прежде чем я нашёл Поттера!       —И во сколько, по-твоему, это было?       —Не знаю, спросите у него! —сердито сказал Захария.       —Мы спрашиваем тебя, —ответила Гермиона всё тем же спокойным голосом.       —Я не знаю! —сказал он, и эти три слова были острыми, как лёд, —Рано!       Гермиона приподняла одну бровь.       —Значит, ты не можешь указать нам никаких временных рамок?       —Я не знаю! —крикнул Захария, —Было чертовски рано! Что, блять, такого важного во времени?! Кевин умер! Джастин убил его! Почему вы все концентрируетесь на самых несущественных деталях?!       —Ни одна деталь в расследовании не является несущественной, —сказала ему Гермиона, —Особенно временные рамки.       —Что ж, —начал Захария, и эти слова пропитались сарказмом, —Мне очень жаль, что я сразу же не проверил время, как только увидел мёртвое тело Кевина, лежащее рядом со мной! В следующий раз, когда убьют одного из моих друзей, я обязательно посмотрю на время!       —Ладно, —пожал плечами Рон, —Итак, ты не можешь назвать время, когда ты обнаружил тело, и никто не может подтвердить твоё алиби. Ты говоришь, что не выходил из комнаты, но ни один человек в этом доме не может подтвердить это. И ты говоришь, что не оглушал Джастина вплоть до сегодняшнего утра, прямо перед тем, как отправиться на поиски Гарри, но, опять же, ни один человек не может это подтвердить. Насколько нам известно, он был оглушён уже несколько часов, когда мы его нашли. И кто-то определённо был в коридоре прошлой ночью. Кто-то определённо пытался проникнуть в комнату Малфоя. И ты — единственный человек, который знает, где она находится. Должен сказать, Смит, —продолжил Рон, —Что всё это выглядит не слишком хорошо для тебя.       Захария уставился на него, тяжело дыша. Глаза у него были большие и круглые, а рот приоткрыт.       —Но это был не я, —прошептал он, едва шевеля губами, —Это был не я.       —Ты слышал что-нибудь ночью? —спросил Гарри, —Хоть что-нибудь. Любые звуки из коридора. Что-нибудь в твоей комнате.       —Нет! —Захария яростно замотал головой, —Нет, я ничего не слышал! То есть, я думаю, я бы вспомнил, если бы услышал, как кто-то бежит по коридору посреди ночи, верно?       Глаза Гарри мгновенно сузились.       —Бегал? —спросил он, копируя позу Рона, —Мы сказали, что кто-то был в коридоре, а не то, что он бегал. Если ты ничего не слышал, откуда ты знаешь, что он бегал?       На этот вопрос глаза Захарии стали такими большими, что Гарри на мгновение забеспокоился, как бы они не выскочили у него из орбит.       —Я... я не знаю! Я не знаю! Я ничего не слышал! Я... это была просто фигура речи, Поттер! Вот и всё! Я не имел в виду это в буквальном смысле!       —Знаешь, что самое забавное, Захария, —непринужденно сказал Гарри, его тон прямо контрастировал с напряжённой позой, —Спальня Драко находится даже не рядом с этой комнатой. На самом деле она находится в противоположном конце дома. Но кто бы ни пытался проникнуть туда прошлой ночью, он побежал сюда. В этом направлении. В сторону комнаты, в которой был ты.       —Это был не я! —пискнул он, откинувшись в кресле, —Это был не я, чёрт возьми!       —Ещё забавнее то, —продолжал Гарри, —Что на этот раз было использовано настоящее оружие. Кухонный нож. И, прошу, поправь меня, если я ошибаюсь, но разве ты не был одним из тех, кто помогал прибраться после ужина вчера вечером и убирал посуду?       Рот Захарии был открыт, но казалось, что он совсем не дышит.       —Отвечай на вопрос, Захария, —тихо попросил Невилл.       —Д-да, —вздохнул мужчина, наконец выдохнув, —Но я ничего не брал! Я не брал нож!       —Но есть ли кто-нибудь, кто может это подтвердить? —спросил Рон.       Захария ничего не ответил.       —Ладно, —вздохнула Гермиона, —Значит, у тебя вообще нет алиби на прошлую ночь. И никто не может подтвердить всё, что ты говорил до сих пор. Прости, Захария, —снова вздохнула она, —Но я думаю, что ты останешься в этой комнате на некоторое время. Нам нужно срочно поговорить с Джастином.       —Вот увидишь, —отчаянно сказал Захария, сжимая кулаки, —Увидишь, когда поговоришь с ним! Это он виновен, а не я! Я не трогал Кевина! Я ничего ему не сделал! Я не прикасался к этому ножу и не причинял Кевину вреда!       Гриффиндорцы обменялись тяжёлыми взглядами.       —Что ж, —медленно произнесла Гермиона, делая паузу, чтобы записать что-то в блокноте, —В том-то и дело, Захария. Мы не совсем уверены, что ты не прикасался к этому ножу.       —Что? —страх в его глазах немного ослаб, но в их глубине плескалось смятение, —Что это значит? Нет, я не трогал! Я не прикасался к нему! Я даже не заметил его!       —На ручке был обнаружен один из твоих отпечатков пальцев, —тихо сказал Гарри, внимательно наблюдая за реакцией мужчины. Он обменялся взглядом с Роном, который ободряюще кивнул. Гарри знал, что с технической точки зрения лгать подозреваемому во время допроса — это вполне законно, но он никогда не любил так делать. Однако сейчас он был достаточно отчаян, чтобы прибегнуть к подобным мерам, если это принесёт результат.       В ту же секунду лицо Захарии потеряло цвет.       —Ты лжёшь, —прошептал он, —Ты точно лжёшь. Это неправда. Всё это неправда. Я... это... ты лжёшь! —без предупреждения он вскочил на ноги, крича, —Вы лжёте, Поттер! Все вы! Это неправда! Вы пытаетесь свалить всё на меня! Я, БЛЯТЬ, НЕ УБИВАЛ ЕГО!       —Мы лишь сказали, что на ноже был твой отпечаток, —сказал ему Гарри, крепче сжимая свою палочку.       —НО ЭТО НЕ ТАК! НЕ БЫЛО, БЛЯТЬ! ПЕРЕСТАНЬ ВРАТЬ МНЕ!       —Захария! —резко сказала Гермиона, но мужчина либо проигнорировал её, либо не услышал.       —ЭТО БЫЛ НЕ Я! ЭТО БЫЛ НЕ Я! Я, блять, не прикасался к нему! —закричал он, подхватив лампу с соседнего стола и швырнув её в дальнюю стену. От звука разбившейся лампы голова Рона метнулась в ту сторону, но Гарри не сводил глаз с Захарии.       —Захария! —рявкнул он, стараясь звучать властно и не слишком враждебно. Это была тонкая грань, —Успокойся!       —ПОШЁЛ ТЫ!       Гермиона с мрачным выражением лица ткнула палочкой в его сторону и вздохнула про себя, когда Захария сделал паузу в своей речи и рухнул на пол, закрыв глаза.       —Ну, —неуверенно сказал Рон, в голосе которого звучало удивление, —Я же говорил вам, что он самый неуравновешенный из всех присутствующих.       —Не думаю, что кто-то с тобой не согласен, —мягко сказал Гарри, глядя вниз на бессознательную фигуру Смита, —Он сразу пришёл в ярость. Знаешь, что мне это напомнило?       Рон поднял на него серьёзный взгляд.       —Дело Фэйрбёрна?       Гарри кивнул.       —Почти такие же ответы.       Дело было несколько месяцев назад. Однажды ночью Олдос Фэйрбёрн ни с того ни с сего явился в Министерство с широко раскрытыми глазами и дрожащими руками, утверждая, что кто-то вломился в его дом и убил его жену. Авроры тут же примчались на место, но нашли доказательства, указывающие на виновность Фэйрбёрна. Мужчина клялся и божился в своей невиновности, плакал, кричал и умолял поверить ему, пока не пришли результаты вскрытия. Следы заклинания, которым ей перерезали горло, совпали с его магической подписью. В сочетании с тем, что в доме и вокруг него не было обнаружено ни малейшего намёка на чужую магию, это окончательно убедило сотрудников отдела в том, что Фэйрбёрн убил собственную жену.       Когда ему предъявили доказательства, Фэйрбёрн кричал, плакал и бушевал, отрицая свою причастность к этому. Чем больше Авроры настаивали на правде, тем отчаяннее, злее и истеричнее он становился, пока наконец не откинулся в кресле, посмотрел на них красными опухшими глазами и начал смеяться, при этом слёзы всё ещё текли по его щекам. Он смеялся, рыдал и завывал, бил кулаками по столу, даже несколько раз ударился лбом о поверхность, а потом вдруг начал кричать, что она заслужила это — заслужила то, что он с ней сделал. До признания несколько авроров отказывались верить в его виновность, утверждая, что тот, кто так расстроился из-за этого, никогда бы не совершил подобного поступка.       Пока не было доказано, что это так.       Эти две ситуации были поразительно похожи, и Гарри не мог не задаться вопросом, будут ли похожи и результаты. Возможно, именно поэтому вместо заклинания был использован кухонный нож — возможно, Захария опасался, что заклинание может быть отслежено до него, и даже не подумал о том, что с рукоятки можно будет снять отпечатки пальцев.       Но это всё равно не объясняло неизвестный отпечаток.       Вздохнув, Гарри левитировал Захария на кровать и несколько мгновений смотрел на него с нечитаемым выражением лица, прежде чем повернуться к остальным.       —Пойдёмте поговорим с Джастином, —сказал он, направляясь к выходу из комнаты.       Оказавшись по ту сторону двери, Гермиона плотно закрыла её и кивнула. Расправив плечи, она направилась к комнате, в которой держали Джастина, пробормотала несколько заклинаний и кивнула сама себе, когда дверь распахнулась. Через мгновение он стоял перед ними, разминая руки и бросая через плечо полный надежды взгляд в коридор.       —Вы меня выпускаете? —поинтересовался он, делая шаг навстречу, но остановился, когда Рон поднял руку, чтобы остановить его.       —Пока нет, —сказала Гермиона, жестом приглашая его сесть в ближайшее кресло.       Он с ошеломлённым видом подошёл к креслу и опустился в него с безучастным видом.       —Но вы ведь догадались, не так ли? —спросил он онемевшим голосом, —Вы поняли, что это не я.       —Нам нужно задать тебе несколько вопросов, —сказала Гермиона, проигнорировав это заявление.       —Вопросов? —произнёс Джастин всё тем же пустым голосом, —Каких вопросов?       —Нам нужно, чтобы ты ещё раз рассказал обо всём, что произошло прошлой ночью.       —Но почему? —вздохнул он, побледнев лицом, —Я уже сказал вам — это сделал Захария. Вот, что произошло.       —Нам нужна более чёткая картина событий, —мягко сказала Гермиона, доставая блокнот, —Просто расскажи нам всё, что произошло, Джастин.       —Я… —его слова оборвались, когда на лице появилось странное, затравленное выражение, которое исчезло в следующую секунду, —После ужина мы поднялись наверх и нашли спальню. Мы трансфигурировали матрасы, чтобы спать на них, потому что никто не хотел спать на кровати. Я заснул первым. Следующее, что я помню, — это то, что вы стоите надо мной, а Кевин мёртв, —его голос сорвался на последнем слове, глаза остекленели и расширились, —Это всё, что я знаю, Гермиона, это всё, что произошло.       —Кто выбрал спальню?       Вопрос, казалось, сбил его с толку, и он несколько мгновений смотрел на неё в упор.       —Спальню? —медленно произнёс он, вспоминая, —Это был Захария.       —Захария? —резко спросила она, что-то записывая в блокнот, —Ты уверен?       —Да, —сказал он отстранённым голосом, —Да, это точно был он.       —Интересно, —пробормотала она про себя, делая ещё одну пометку.       —Значит, прошлой ночью ты вообще ничего не слышал, Джастин? —вмешался Гарри, внимательно наблюдая за мужчиной.       Джастин перевёл пустой взгляд на Гарри.       —Ничего не слышал?       —Да, если кто-то ходил поблизости, хлопал дверью, издавал подозрительные звуки, всё, что угодно.       Он долго смотрел на Гарри.       —Нет, —наконец сказал он, опустив взгляд, —Нет, я ничего не слышал.       —Кто-нибудь из вас накладывал на комнату заглушающие чары после того, как заперся в ней?       Вопрос, похоже, привёл его в замешательство.       —Заглушающее? Нет, конечно нет. Зачем нам это делать?       —Неужели вы так крепко спите? —Гарри задумался, как это возможно, что они не слышали, как ночью хлопнула дверь. Кто бы это ни сделал, он определённо бежал в том направлении, и хаффлпаффцы должны были его услышать. Двери в поместье были толстыми и тяжёлыми, и Гарри помнил, как громкий хлопок разносился эхом по безмолвному коридору.       —Не знаю, —пожал плечами Джастин, расфокусировав взгляд, —Не думаю.       —Ты ведь дежурил по уборке прошлой ночью, не так ли? —вмешалась Гермиона, сохраняя непринуждённость в голосе.       —Эм, да, —сказал Джастин, сморщив нос, —Да, я помогал убирать после ужина. Почему это имеет значение?       —Из-за выбора оружия, —сказала она, даже не моргнув, глядя ему в глаза.       Замешательство на лице Джастина усилилось.       —Выбора... —прошелестел он и резко вдохнул, —Нож, —вздохнул он, и на его лице появилось паническое выражение, —Я не прикасался к нему, Гермиона! Я никогда не прикасался к ножам!       —Но ты прикоснулся, —сказал Рон, скрестив руки и устремив на Джастина суровый взгляд, —Твой отпечаток пальца был найден на рукоятке, Джастин.       —Нет! —отрицал он, яростно мотая головой, —Нет, я не делал этого! Ты лжёшь! Ты всё выдумываешь! Ты лжёшь мне, чтобы заставить меня признаться в том, чего я не делал!       —Ты выходил из своей комнаты прошлой ночью? —спросил Гарри, гадая, будет ли реакция мужчины такой же, как у Захарии, —Вообще, по какой-либо причине?       —Нет! —воскликнул Джастин, ещё сильнее замотав головой, —Нет, конечно же, нет! Почему я должен был выходить? Я не выходил и не убивал Кевина!       —Как долго вы втроём блуждали здесь, прежде чем нашли спальню?       —Не очень долго, —неловко ответил Джастин, поёрзав на своём месте, —Мы спустились сюда, потому что Малфой сказал держаться подальше от второй половины. Нам нужна была комната в глубине, как бы в стороне от остальных. А Зах указал на эту.       —Хм, —хмыкнула Гермиона, глядя на свой блокнот, в котором она что-то писала, —Интересно.       —Что? —сразу же спросил Джастин, —Что интересно? Почему ты всё время так говоришь? Что это значит?       Гермиона не ответила.       —Я не убивал его! —отчаянно сказал Джастин, наклонившись вперёд на своём сиденье с широкими, умоляющими глазами, —Пожалуйста! Вы должны мне поверить! Я никогда не прикасался к этому ножу!       —Ну, —пожал плечами Рон, —Независимо от того, убивал ты его или нет, ты всё же дотронулся до ножа.       —Нет! —закричал он, вскакивая на ноги. Кресло позади него издало громкий скребущий звук, когда его откинуло назад от резкого движения, —Я не трогал! Это был не я! Я не сделал ничего плохого! Единственная ошибка, которую я совершил, — это пожалел грёбаного Захарию Смита! Я должен был просто позволить этому жалкому уродцу провести ночь в одиночестве!       —Наверное, —согласился Рон, пожимая плечами, —Есть ещё вопросы, Гермиона?       —Нет, —вздохнула она, опустив взгляд на блокнот, —По крайней мере, пока что. Мы вернёмся позже, если что-нибудь придумаем. Я не знаю, когда мы разберёмся с едой, но кто-нибудь принесёт тебе что-нибудь поесть, когда мы это сделаем, Джастин.       —Это был не я, Гермиона, —прошептал он, глаза вдруг наполнились отчаянными слезами, —Ты должна мне поверить. Я этого не делал.       Она снова вздохнула.       —Мы вернёмся позже, Джастин.       —Пожалуйста! —закричал он, бросаясь на колени и хватаясь за её мантию, —Пожалуйста, Гермиона! Поверь мне! Я не делал этого! Я не прикасался к нему! Я бы никогда не убил Кевина! Тем более вместо Захарии!       —Нам нужно ещё раз осмотреть место преступления, —спокойно сказала она, как можно мягче убирая его руки от своей мантии, —Мы вернёмся позже, Джастин.       Он опустил голову и зарыдал, задыхаясь от рыданий и раскачиваясь взад-вперёд.       —Мы разберёмся с этим, —сказала она, и в её словах прозвучал намёк на утешение и предостережение, —Я обещаю.       Не говоря больше ни слова, четверо гриффиндорцев выскочили из комнаты, в ушах у них всё ещё звучали всхлипы Джастина.       —Итак, —сказал Рон, когда Гермиона закончила закрывать комнату, —Что теперь?