пылающее сердце

Соскучился по адреналину, бурлящему в венах перед работой. Всегда ловил кайф, несравнимый ни с чем. Отдаленно напоминал наркотическую дымку или же послевкусие хорошего оргазма. Юнги сомневался, что была какая-то вещь, что могла переплюнуть это ощущение. — Это странно, — Намджун отправил в рот чипсы. — Чешир так легко простил тебя? Юнги цокнул языком, перечитывая сообщение с новым заданием. Ничего сложного не было, да и команда хорошая. Братья не новички. — Возможность реабилитироваться? — с долей сомнения спросил Юнги. — Пока я не приношу проблем, все в порядке, да? Намджун фыркнул, смотря как Юнги разливал кофе по кружкам. Только в одну налил чая, да еще особенному сделал завтрак. Намджун посмеивался над ним, пока Юнги кропотливо делал сэндвич с яйцом, о котором Тэхен прожужжал ему все уши вечером. — Ты слишком, — Намджун взметнул руками, подбирая правильные слова, — расслабился. Несколько заданий, где он был мальчиком на побегушках, словно вернулся в начало своей карьеры, а теперь Чешир дал ему задание покрупнее, снова лидером. Возможность доказать, что все в порядке, что все как раньше. Юнги не вздрогнул, когда чей-то лоб стукнулся о его лопатку. Никто, кроме Тэхена, не позволил бы себе такую наглость. Юнги все еще отказывался давать имя этому «нечто». Они не встречались, не говорили о том странном моменте, но продолжали спать в одной кровати, переплетаться всеми конечностями ночью, заботится друг о друге, лю… — Почему ты так жесток ко мне? — проворчал ему на ухо. — Тебе на пары к восьми, — усмехнулся Юнги. — Ты сам просил разбудить тебя. И прежний Юнги бы просто вытолкнул его из кровати, заставив идти его в шесть утра по пустынной улице. Сейчас же собственными заботливыми руками приготовил ему крепкий чай, завтрак и даже сэндвич на перекус с собой. Черт, Юнги даже собирался отвести его до университета, чтобы парень не набрел на какую-нибудь проблему за это время. Уже давно не было как раньше. Изменилось не только время, изменились они сами. — Ты жесток, — ладони Тэхена легли на его бедра, чуть сжимая их. — Не перед моим кофе, — проворчал Намджун, резко поднимаясь. — Я отказываюсь смотреть на это в шесть утра. Тэхен рассмеялся, поднимая ладони выше, пока они не скользнули по животу, крепко обнимая его. Юнги не шевелился, замерев, пока Тэхен довольно прижимался к нему. Сложно понять, что творилось в его голове. То холоден, то снова горел. То ластился к нему, то держался на расстоянии. Эти качели не надоедали, скорее Юнги ждал момента, пока Тэхену надоест их раскачивать. — Ешь, — Юнги слегка сжал его ладони, чуть хлопнув по пальцам, когда те стали забираться под футболку. — Иначе опоздаешь. Тэхен надул губы, отходя к столу. Холодно. Юнги вздрогнул, садясь напротив. Сам завтракать не собирался, но от кофе отказаться не мог. — Я не смогу забрать тебя после пар, — Юнги прижал кружку к губам, внимательно следя за его реакцией. Брови Тэхена слегка свелись к переносице, между бровями залегла хмурая морщинка. Нижнюю губу опасно выпятил, взглянул на него из-под опущенных ресниц, слегка поморгав. — Ладно. — Я буду на задании, — зачем Юнги продолжал оправдываться? — Постарайся не писать мне и не звонить. Я все равно не отвечу. Только, когда все закончится. Зачем заверял, что позвонит ему после окончания миссии? Никогда такого не было и вот опять менял привычный мир ради него. Тэхен все же кивнул. — Просто будь осторожен, — серьезно посмотрел прямо в глаза. — Не повторяй, что было в прошлый раз. Юнги помнил тепло его губ, тело, прижатое к его, легкие касания и тихие полувздохи. То, как Тэхен беззастенчиво целовал его, позволяя поверить, что все происходящее между ними больше, чем просто мимолетное затуманивание сознания. — Мне понравилось, — не задумывая обронил Юнги. — Быть избитым? — фыркнул Тэхен, откидываясь на сидение. — То, что было после, — Юнги повторил его позу, смотря прямо в темные глаза напротив. Тэхен нахмурился сильнее, прежде чем осознал сказанное. Глаза расширились, губы стянулись в тонкую полосу. Кончик его языка прошелся по нижней губе, тут же прячась. Тэхен не задумывался о том, что творил с его бедным сердцем, а Юнги не мог притворяться. Словно какая-то неведомая сила мешала ему. — Мне понравилось це… — Вы так рано шумите, — Уджи зевнул, потирая заспанные глаза. — Неужели пары утром так важны? — Образование важно, — тут же исправился Юнги, уставившись на Джихуна. Мальчишка и не подозревал, какой разговор прервал. Может, это было и к лучшему. Юнги и сам не ожидал, что может такое сказать. Как и замерший Тэхен, уставившийся на него. Тэхен отпил чай, все же ненадолго взяв над собой контроль. — Возьмешь меня с собой на задание? — не унимался Уджи, строя ему щенячьи глазки. Не сработает, но попытка хорошая. — В другой раз. Тэхен фыркнул в напиток, стараясь не рассмеяться над надутым Джихуном. Все были слабы перед этим мальчишкой, и сам Тэхен исключением не был. — Держи слово, Мин Юнги! — Эй! Да как ты разговариваешь со старшими, — Юнги замахнулся, шутливо лепя ему подзатыльник. Тэхен рассмеялся, пряча за ладонями лицо. Уджи все еще не мог поверить, что Тэхен бросал его ради учебы. Несколько раз пытался затянуть в игру, только Тэхен не сдался. Кинул тетради с конспектами в сумку, потрепал его по волосам и обещал вернуться вечером. Так странно, что братья привязывались к Тэхену так быстро. Хотя, от яблони яблочко не далеко падало. Юнги первым попал под огонь его невинной чистоты. Упал настолько сильно, что и выбираться то не планировал. Ему было удобно находиться в глубокой яме, олицетворяющей чувства к Тэхену. — Давай, — Юнги дотронулся до предплечья Тэхена, чуть сжимая его. — Ты опоздаешь. Нежелание Тэхена идти в университет сопоставимо постоянным выдумкам Уджи, чтобы не идти в школу. Только на Юнги ни одно, ни другое не действовало. Тэхен закатил глаза, выходя на улицу. В очередной раз расставались у станции метро. Каждый шел своей дорогой, но каждая в том или ином случае вновь привела бы их друг к другу. Юнги закурил, прислонившись к стене. Ждал, пока Радж, босс из соседней ветви, присоединится к нему. Такой же подчиненный Чешира. И зачем только вдвоем понадобились ему? От каждого взяли пятеро братьев, того десять человек. Задание не самое простое, но в то же время кровью запачкаться не должны. Ставки на рукопашные бои из правил собрать проще простого. Конечно, всегда были люди, надеявшиеся утащить свою добычу. И их нужно было изловить, а потом избить, если те решили бы украсть деньги. — А парни тебя уже похоронили, — усмехнулся Раджа, пожимая ему руку. Юнги криво ухмыльнулся, оглядываясь на своих братьев. Они предупреждали, что слухи пошли после падения на ступеньках клуба. Видели, как уходил от Чешира, а после пропал на пару дней, почти неделю считай. Неделя в их бизнесе срок большой. Не удивительно, что на его уже пытались засыпать землею. — Это невозможно, — пожал плечами Юнги, облизывая нижнюю губу. — Я планирую жить долго и счастливо. Протянул последние слова, заставляя Раджу смеяться. До бойцовского клуба рукой подать – непримечательное двухэтажное здание, где находилась раменная. Только вот в подвале скрывался огромный зал, с шатающейся ареной, с кучей кричащих людей, готовых выставить тысячи вон. — Слышал, Чешир собрался присутствовать? — на ухо поделился Раджа. А это уже странно. Если Чешир был здесь, то на кой черт понадобились братья и сам Юнги? Странное подозрение закрадывалось в разум. Юнги отмахнулся от него. Паранойя Намджуна не доводила его до добра. — Не знал, — Юнги поджал губы. В зале царило странное оживление. На ринге уже встречалась пара бугаев, как любил называть их Юнги. Любимцы публики. Каждый раз сложно предугадать исход битвы – они боролись на равных, всегда до последнего сражались. От этого выступления менее захватывающими не становились. В большинстве случаев на ринге люди заказные. Всегда знали, чья очередь побеждать, а глупые болельщики теряли сотни тысяч вон. Иногда же случались казусы – если Чешир позволял, то зритель мог становиться бойцом и выбрать себе пару для боя. Или же Чешир развлекался, заставляя членов банды сражаться. Юнги выдохнул, доставая телефон из кармана. Тэхен отправил сообщение час назад, когда пришел в университет. Даже фото прикрепил, мило улыбаясь с экрана телефона. Юнги подавил улыбку, кончиком большого пальца мазнув по его фотографии. И тут же выключил телефон. Спрятал его в задний карман джинс. Теперь мог заняться работой, не думая о Тэхене. О том, как хотел его вновь поцеловать, как хотел прикоснуться губами к каждому участку кожи. Как хотел слышать его сладкие стоны на ухо, ощущать тепло его тела, когда они были близки. А после они бы обнимались, лежа в кровати. Юнги позволил бы ему в очередной раз читать глупые выдержки из закона для подготовки к занятиям, а после скупил бы все бургеры. Юнги одновременно хотел попробовать с ним, но в то же время боялся последствий для измученного сердца. Готов ли он встречаться с Тэхеном? Нет. Боялся? Безусловно. Одна лишь мысль об отношениях приводила его в ужас. Только больше боялся потерять Тэхена. Что если Тэхен не чувствовал того же? Что если все притяжение между ними лишь односторонняя игра? Нельзя отвлекаться на задании. Юнги покачал головой, окидывая взглядом зал. Братья разбрелись, стараясь влиться в толпу. Создавали массовость для зрителей. Чтобы обычные люди не чувствовали себя одинокими. Должны были подталкивать к ставкам, предлагать поучаствовать. — Хорошо выглядишь, — Юнги вздрогнул, чувствуя чужое дыхание на мочке уха. Чешир безмолвно скользнул рядом с ним. На губах вечная маниакальная улыбка, глаза сияли, словно очередную пакость совершил. Белые волосы стянул в небольшой хвостик на голове, оставляя лишь две пряди. И выбрал для мероприятия черный деловой костюм. Пиджак не застёгивал, оставив его нараспашку. — И не скажешь, что уносили тебя полумертвым, — продолжил шептать Чешир, вставая рядом с ним. Все звуки отходили на второй план. Юнги не нужно было прилагать усилий, чтобы услышать каждое слово. Их прерывали лишь звуки борьбы, падений тел на ринг и громкие рукоплескания зрителей. Юнги натянуто улыбнулся: — Я не мог подвести братьев. Лучший ответ, который мог придумать. Рядом с Чеширом надо быть настороже. Намджун прав – он на плохом счету у босса. Одна ошибка и он окажется в канаве. И в этот раз заботы братьев не помогут. Чешир ухмыльнулся: — Приятно иметь столь верную семью, да? — причмокнул губами. — Друг за друга горой. Не понимал, к чему вел. — Ты должен благодарить меня каждый день за спасение, — продолжал Чешир, не сводя глаз с арены. — Я не прощаю ошибок, ты же помнишь? Юнги кивнул, настороженно взглянув на Чешира. — Ты заноза в заднице, — усмехнулся Чешир, — но работаешь чертовски хорошо. И братья тебя ценят и уважают. Только надо знать свое место, Шуга. Чешир улыбнулся, повернувшись к нему лицом. Дотронулся до скулы, с нежностью смотря в его глаза: — Твое место у моих ног. Дыхание задержал, не смея пошевелиться. Все выходило из-под контроля, да? — И биться ты будешь только за меня, только по моему приказу, — нежно шлепнул его по лицу ладонью. — Ты принадлежишь мне, Шуга. Юнги сглотнул, боясь отвести взгляд от его темных глаз. Он не боялся Чешира, даже когда тот избивал его до смерти, когда перекрывал доступ к дыханию. Побои сносить легче, чем столь нежные прикосновения и пугающе мягкие слова. Такая доброта пугала сильнее, чем угрозы. — А теперь иди на ринг, — так же мягко шептал Чешир, приближая лицо к мочке его уха. — И постарайся не опозориться, если не хочешь, чтобы твой миленький Тэ оказался в моих объятиях. Легонько подтолкнул, тут же став хлопать в ладоши. Привлекал внимание всех, отвлекал от очередной скучной битвы. Специально поднял ладонь Юнги, все взгляды приковывая к нему. — Я заплачу тридцать миллион вон тому, кто победит знаменитого Шугу, — шепот прошелся по залу. Сумма невероятная, но слава о Шуге гуляла страшнее, чем их желание наживы. Чешир рассмеялся, размахивая ладонью Юнги. Подтолкнул его к рингу, заставляя забираться на него. Последний раз Юнги оказывался на нем в начале карьеры, когда пытался впечатлить Рена. Это было не нужно, но ему хотелось подраться, пустить адреналин в крови. Он еще не до конца оправился от побоев, но Чеширу было плевать. Он хотел его сломать. Угрожал его семье, угрожал Тэхену. Черт, они даже не разобрались, кто они друг для друга, а Чешир уже использовал его против него. Сделай они все официальным, то на спине Тэхена появится мишень. Он уже был на плохом счету Чешира, Юнги не собирался добавлять еще проблем. Юнги выдохнул, снимая кожаную куртку. Не собирался запачкать ее, футболку всегда можно было застирать. Любовно передал ее подбежавшему брату, Чанбину, а еще и телефон. Не собирался растрачиваться на покупку нового. — Может, вас больше привлекут сорок миллион вон? — вновь крикнул Чешир. Как же дорого и в то же время дешево он стоил в глазах Чешира. Юнги усмехнулся, разминая шею. Первый герой не заставил себя долго ждать. Явно не принадлежал банде, но когда-то дрался. Достаточно мускулистое тело, напряженный взгляд и дрожащие руки. Отец всегда учил его выискивать слабости противника, позволить напасть на него первым. И Юнги, как хороший сын, старался слушать отца. Увернулся от первого удара, подставляя подножку. Мог казаться маленьким, истощенным после болезни, но Юнги был гораздо сильнее. Не только физически, но и внутренне. Игнорировал свисты и смешки Чешира, вновь уворачиваясь от удара. — Давай же, дерись, — смеялся босс, заставляя улюкать толпу. Первый удар пришелся по скуле. Юнги усмехнулся, отшатываясь. Неудачник и сам не ожидал, что ему так повезет. Только Юнги сдерживаться не собирался. Улыбнулся, тут же ударяя его в подбородок. Уложить мужчину не составило труда, даже не смотря на грозную силу. Потерял сознание меньше, чем за две минуты. Руки дрожали, едва успел перевести дыхание, когда на ринг появился другой. Не стал ждать, пока первого унесут. Тут же навалился со спины, собираясь душить. Юнги потерял счет мужчинам, парочке смелых женщин, готовых драться за чертовы сорок миллионов вон. Юнги рассмеялась, обессиленно падая у края ринга. Даже если по силе превзойти его сложно, истощение после болезни наваливалось слишком сильно. Последний участник лежал у его ног, даже не пытаясь открыть глаза. — Желающие закончились? — вновь эхо голоса. Чешир захлопал в ладоши, объявляя Шугу победителем. В знак поощрения, каждому участнику выплатил два миллиона вон. Смешно. Деньги не о чем, но стая стервятников радовалась и этому. Хоть и не получили главного приза, но оставили достаточно напоминаний, чтобы Юнги страдал ближайшие дни. Поднялся, дрожащими ладонями удерживаясь за верёвки. Голова кружилась, но руку помощи Чанбина не принял. Нельзя, чтобы вновь поползли слухи. Чешир улыбнулся, тут же забрасывая ладонь ему на плечи. Прижал к себе в полуобъятии, отвешивая смачный поцелуй в висок. Юнги поборол приступ тошноты. — Правильная мотивация творит чудеса, — рассмеялся мужчина, — сегодня ты победил, но что будет завтра? Ладонь Чешира скользнула по его спине. Казалось, мудрый босс давал наставления и поддерживал своего «любимчика». На деле же не давал упасть на глазах стольких людей. Юнги не был уверен, что его ноги выдержат. Чешир улыбнулся, уводя его дальше от толпы. На сегодня их работа завершена. — Я тебя столько раз предупреждал, — вновь напомнил Чешир, — но ты меня не слышишь. Прикосновения исчезли так же резко. Чешир остановился у выхода, помахав своей личной охране. Без них никуда не выбирался, они вечность незримой тенью скользили за боссом. — Держи свою псину при себе, — Юнги нахмурился, не понимая, о ком шла речь. — Если он еще раз вздумает так вмешиваться в наши дела, то вам двоим конец. Понял меня? Юнги заторможено кивнул. Неужели Чешир узнал, что Тэхен заглядывал в квартиру банды во время их болезни? Ни черта не понимал. — Ни единой ошибки, Юнги, — напомнил Чешир. Не обернулся, тут же покидая ринг. Как по мановению волшебной палочки, братья оказались рядом с Юнги. Окружили небольшой толпой, подав бутылку с водой. Вмешиваться в дела не смели, но пару раз пытались остановить желающих. И Юнги был благодарен за это. Дрался не больше часа, но вымотан настолько, что готов отжимать всю одежду от пота. Дождались небольшого фургончика, чтобы отвезли домой. Юнги напоследок помахал Раджу и его парням. Урок для Юнги, но одновременно и напоминание для сплетников. Чешир не прощал ошибок, хоть и позволял Юнги гораздо больше, чем другим. В спальне пустота. Юнги удивленно уставился на заправленную кровать. Значит, Тэхен и не появлялся здесь. Ну и ладно. Юнги вовсе не ждал его. Скинул футболку, забирая сменную одежду из шкафа. На груди расцветали новые синяки. Дернуть рукой не мог, тут же морщась от боли. Спасибо, что в этот раз его лицо не особо пострадало. Один новенький синяк на скуле, подбитая губа. Юнги слизнул капельку крови, уставившись в отражение. Намек крайне ясен. Не позорь Чешира, не вляпывайся в неприятности и не общайся с Тэхеном. И если с первыми двумя пунктами справиться еще мог, то с последним не имел понятия, что делать. Перестать думать о нем не мог. Возможностей было много и все упустил.. Юнги не хотел терять Тэхена. И если должен был терпеть каждый раз побои, стоило ему побыть с Тэхеном, то готов их стерпеть. Вздрогнул, выкручивая краны в душевой. Помыть волосы задача трудная. Руки не слушались, поднять их почти не мог. Юнги фыркнул, позволяя воде вместе с шампунем скатываться просто так. Плевать. Это большее, на что рассчитывал. Полотенце кинул на плечо. Даже не пытался надеть футболку, слишком больно. Собирался наглотаться обезболивающих и заснуть, пока не вернется Тэхен. Тот еще не писал ему, а Юнги уже чертовски скучал. Вздрогнул, услышав хлопок входной двери. Натянуть футболку уже бы не успел, как и спрятаться под одеялом. Застыл на пороге, уставившись на Тэхена. Его счастливая улыбка сменялась удивлением, а после и страхом. — Я же просил быть осторожным, — Тэхен уронил рюкзак на пороге, в пару шагов оказываясь рядом. Юнги поморщился, стоило ему дотронуться до синяка на грудной клетке. Только выглядел так плохо – бордово-красный, хорошо налитый, поверх пожелтевших старых. — Я старался, — и зачем только оправдывался? Позволил усадить себя на кровать, пока Тэхен спешил в их ванную комнату. Хорошо знал, где находилась аптечка с нужными мазями. Юнги медленно отсчитывал секунды, пока Тэхен не вернулся к нему. И побороть улыбку не мог, пока тот крутился, обрабатывая синяки и порезы мазью. — Тэхен, — Юнги перехватил его за запястье, заставляя посмотреть в глаза. — Пока я был в отключке, ты же приходил только сюда? Глупая догадка родилась в душе. Тэхен же не мог поступить столь опрометчиво, что потеряв его, решил идти сразу к Чеширу? И судя по затянувшемуся молчанию, Юнги попал прямо в яблочко. — Блять, Тэхен. Не знал, ругаться ему или смеяться. Тэхен напоминал оленя в свете фар – напуганный, обескураженный. Стыдливо уткнулся взглядом в пол, боясь посмотреть на него. — Я боялся, что ты не вернешься, — Тэхен не стал вдаваться в подробности. Если три дня для него оказались сном, то Тэхен не находил себе места. Они застыли, смотря в глаза. Или прямиком в душу. Это хороший момент, чтобы поставить точку между ними. Или же двинуться навстречу неизвестному. Юнги вздрогнул, ощущая прикосновение Тэхена к своей груди, когда он медленно распределял почти застывшую мазь. Не думал, заваливая их на кровать. Тэхен вздрогнул, но не отстранился. Ладонь Юнги соскользнула с его плеча на талию, мягко прижимая к себе. — Я никуда не уйду, — заверил его Юнги. Для себя решил, что установит для их безопасности дистанцию. — Но Чешир… — Не думай о нем, — Юнги осторожно прикоснулся к его подбородку, заставляя смотреть в глаза. — Тебе не стоит переживать о нем. Пока я рядом, он ничего не сделает. Тэхен не особо поверил, но и спорить не стал. Глаза слипались, усталость наваливалась. Ему предстояла ночная работа в баре, а Юнги хотел остаться в объятиях Тэхена еще немного. — Ты должен поспать, — пытался вырваться из его объятий, только хватка Юнги сильнее. Кивнул, позволяя очередным странным сновидениям унести его в страну грез. На грани между сном и реальностью ощущал движения Тэхена рядом с ним. Как его тело прижалось к боку, а ладони оплетали талию. Головой прижался к его плечу, выдыхая на ключицу. Тэхен не собирался уходить, охраняя его сон. Юнги вяло улыбнулся, крепче прижимая его к себе. Юнги никому не позволит отнять у него Тэхена.

/

Вздрогнул, крепче прижимая к себе подушку. Юнги причмокнул губами, прислушиваясь к шепоту Тэхена, разобрать слов не мог. Еще не отошел от сна, то вновь ускользая в него, то возвращаясь на поверхность. Понимал, что пора просыпаться, но конечности не слушались его. — Не буди его, — Тэхен чуть повысил голос. — Ты знаешь, что за задание было? Судя по протяжному вздоху, Намджун не особо горел желанием говорить с Тэхеном. На дух друг друга не переносили. Даже странно, что сейчас разговаривали, не пытаясь разорвать друг друга в клочья. — Парни кое-что рассказали, — не вдавался в подробности. — Я буду в баре. Не знал, в какой момент сон утянул в свои объятия. Ощущал лишь холод, трепыхающийся по телу. Юнги сильнее закутался в одеяло, пытаясь нащупать Тэхена рядом с собой. Пустота. Глаза приоткрылись. Морщился от приглушенного света настольной лампы: Тэхен склонился над столом, его губы безмолвно приоткрывались, когда парень пересказывал тему для завтрашних занятий. Юнги застыл, завороженно следя за уставшим Тэхеном. Взлохмаченные волосы, растянутая майка, едва не спадающая с плеча. Юнги с кряхтением поднялся с кровати. Зря только засыпал, после сна боль обострялась. Тэхен тут же обернулся на звук. Отложил учебник на стол, вытянул один наушник. Явно слушал музыку, привыкнув учиться только под звук. — Тебе больно? От любви к тебе, так и грозило сорваться с языка. Только они не в глупой дораме, где такие клише-фразочки позволяли забраться в чужие штаны. Юнги поморщился, устраиваясь на кровати. Тэхен времени не терял, встал из-под стола, тут же оказываясь на их кровати. В какой момент решил, что эта кровать принадлежала им двоим? Интересно, как бы выглядел Тэхен в их квартире, где они были бы только двоем. Обезболивающие творили страшные вещи. Иначе не мог понять, почему размышлял о таких странных вещах. Совместное будущее с кем-то? Не смешите его. Но как ему хотелось представить Тэхена в небольшой квартире-студии, напевающим с утра любимые джазовые песни, а ладони Юнги бы скользила по его впалому животу, заключая в объятия. — Совсем плохо? — обеспокоенно шепнул Тэхен, прижимая ладонь к его лбу. — У тебя жар? Перехватил его за запястье, не давая толком прикоснуться. Ресницы его затрепетали, а припухшие губы приоткрылись. Они были так близко, но в то же время слишком далеко. Юнги измученно улыбнулся, укладывая его ладонь на одеяло. — Все в порядке, — судя по прищуренным глазам, Тэхен не особо поверил ему. — Где Дж…Монстр? Едва не облажался, назвав имя лучшего друга. Забывал, что Намджун не настолько доверял парню, чтобы открыть свое имя. Глупо, конечно. Тэхен при желании мог начать шарить по комнате, выискивая документы. Или же парни в любой момент забыли бы о конспировке. — Они пошли в бар, — Тэхен проигнорировал его заминку, выводя узоры на одеяле. Глаза не поднимал. — У тебя проблемы из-за меня, — подытожил Тэхен, все же посмотрев на него. — С Чеширом. Интересно, кто из парней додумался рассказать о произошедшем. Или же подслушанный Юнги разговор был гораздо длиннее? — Ты не должен беспокоиться об этом. Тэхен мягко коснулся его щеки, уставившись на расцветающий синяк. Выдохнул, недовольно поджимая губы. — Мне не нравится видеть тебя избитым, — все же проговорил. Юнги улыбнулся, не сдерживая смешок, и тут же поморщился от боли. Должен был уже привыкнуть к ней – она сопровождала его на постоянной основе на протяжении нескольких лет. Но каждый раз, как первый. — Поверь, они выглядят еще хуже. Сложно сдерживать улыбку, когда представлял их разбитые рожи. Там одной ринопластикой они не отделаются. Буду страдать. Тэхен покачал головой. Не пытался остановить Юнги, когда тот медленно выползал из кровати. Прошелся до кухни, находя пару бутылок соджу. Захватил и куртку. Если он не мог посидеть в баре, то создаст свою иллюзию единения. Не думал, кивая в сторону балкона. Курить хотелось до жути. Тэхен стянул плед, обматываясь им поверх футболки. Ему бы шорты переодеть в штаны, чтобы не замерзнуть. С другой стороны, Юнги не смог бы любоваться его прекрасными бедрами, на которых так красиво бы расцветали его поцелуи. Юнги нашел пачку сигарет, закуривая одну. В этот раз Тэхен не стал воровать, прислонившись к перилам. Смотрел на горизонт, на заходящее солнце. Юнги проспал почти весь день, а расслабления не почувствовал. Хотел вновь вернуться в постель, заключить Тэхена в объятиях и готовиться к завтрашнему дню. Знал, что Чешир не шутил. Юнги облажался настолько, что все теперь понимали: у страшного Шуги появилось слабое место. То, в которое можно тыкать, которому, можно угрожать и заставить его повиноваться. Юнги перевел взгляд на Тэхена: ветер колыхал его волосы, несколько прядей упали на лоб. На щеках румянец от мартовского морозца, кончик носа с дурацкой родинкой покраснел. А еще родинка была у него на губе. Юнги явно не должен думать о ней, когда Тэхен так близко. Тэхен обернулся, слегка нахмурившись. Юнги же и не пытался взгляд отвести. Невозможно. Какая разница? Даже если они с Тэхеном и не влюблены, вся банда, вплоть до Чешира, уже уверена в их отношениях. И Юнги впервые боялся. Только не за себя. Он был готов с легкостью вынести все побои, унижения ради другого. Только в какой-то момент все дойдет до того, что жизни Тэхена будет грозить опасность, а Юнги ничего не сможет с этим сделать. — Новая дата суда назначена, — Тэхен сглотнул, кутаясь в плед. — Джэбом отказался от адвоката, сказал, что сам себя будет защищать. Либо дурак, либо настолько отчаялся. Юнги фыркнул, пуская окурок с балкона. Плевать, что у него была пепельница. Тэхен цокнул языком, недовольно посмотрев на него. Уселся рядом с ним на небольшие подушки в углу балкона. Слишком холодно, чтобы оставаться здесь. — Забавно, — Юнги пожал печами, отпивая соджу из бутылки. Хотел чего покрепче, но в то же время хотел быть трезвым. Запомнить каждое мгновение, проведенное с Тэхеном. Сам себя иногда не понимал. Знал, что нужно его оттолкнуть. Найти время и возможность, чтобы прекратить их встречи. Но сам же тянулся к нему, сам звонил, писал и предлагал встречи. Они поцеловались, черт возьми, а теперь пили соджу, как старые добрые друзья. Только друзья не хотят большего. Не хотят прижаться к чужим губами, ласкать его лицо, слушать тихое хихикание заставляющее его бедное сердце совершать кульбиты. — Надеюсь, он сгниет в тюрьме, — Тэхен облизал губы, прижимая колени к груди. Тэхен прекрасен, даже с покрасневшим от холода носом, слегка дрожащий. И зачем только пошел за ним на балкон? Юнги уже смирился – сходу отдавая ему кожаную куртку, в которой и ютился. Самому в толстовке одной холодно. Но лучше замерзнуть самому, чем слышать стук зубов Тэхена. Выбрали не самое лучшее место для откровений. Балкон продрогший, хранивший слишком много воспоминаний. Лучше было бы на крыше, той самой, где впервые стали чем-то большим. Несколько недель назад Тэхен был готов попрощаться с жизнью, спрыгнуть, лишь бы забыть о боли. А теперь сидел рядом с Юнги, пытаясь своровать у него бутылку. Только Юнги цокал, передавая ему банку с газировкой. —Он не заслужил даже намека на смягчение приговора, — фыркнул Тэхен. — наша судебная система в полной заднице, что позволяет ему апелляцию. Увы, пока они жили в Республике Корея, приходилось мириться с дерьмовыми законами. Юнги и сам рад был учинить собственное правосудие, что и сделал однажды. Только Тэхен четко дал понять ему, что отец должен быть в тюрьме, а не под землей. Юнги до сих пор не понимал, почему тот не дал убить Джэбома. Тэхен застегнул куртку почти до подбородка. Прижался к боку Юнги, накрывая их сверху пледом. Это мало помогало согреться. Были лучшие способы, чтобы обменяться теплом. Например, вернуться в квартиру. — Однажды он бил меня так сильно, что у меня не осталось сил бороться, — Тэхен усмехнулся. — Но я дал отпор, сбежал, просил соседей вызвать полицию. Знаешь, что в этом самое смешное? Юнги повернулся к нему, смотря в блестящие глаза. — Никто не открыл дверь. По телу табун мурашек. Его это не удивляло. В конце концов, когда убивали его отца, никто не пришел на помощь. Юнги был совсем один. — Они слышали мои крики, соседи знали, что отец пьет, становится злым пьяницей, но никто не пытался помочь, — Тэхен облизал губу, начиная дрожать. — Отцу не понравилось, что я сбежал. Юнги не думал, протягивая ему свою ладонь. Старался не смотреть, как быстро и отчаянно Тэхен переплетал их пальцы, заземляясь. Бок к боку, на прокуренном балконе, Юнги впервые ощущал себя спокойным. Знал, что они пересекали черту, после которой уже и не вернуться. — Он начал душить меня, а я увидел бутылку на столе. На губах Тэхена мелькнула слабая улыбка. — Один удар и он упал на пол, — вздрогнул, выдыхая пары холодного воздуха. — Я не помню, что было дальше. Может, соседи среагировали на крики, но оттаскивали от отца меня уже полицейские. Это была защита, но тогда я жалел, что не смог убить его. Юнги цокнул языком, уставившись на горизонт. Наверное, недосып сказывался плохо, раз хотел прижать Тэхена к себе и никогда не отпускать. Тэхен не думал, укладывая голову на его плечо. Юнги не вздрогнул, позволяя ему прижиматься сильнее. — У тебя еще есть возможность, — на понимающий взгляд улыбнулся. — В тюрьме подстроить несчастный случай проще простого, поверь мне, солнце. Тэхен рассмеялся, его тело затряслось силой смеха. Вибрация отдавалась и в сердце Юнги. Сильнее сжал их переплетенные пальцы, стараясь не думать ни о чем. Не важно, что кто угодно из братьев мог прийти на балкон и застать их сладкий разговор. Юнги отпил соджу, морщась от привкуса. Плохая идея мешать алкоголь с таблетками. — Он тварь живучая, — помялся, покачав головой. — Пока он не представляет угрозы, пусть гниет в тюрьме. Юнги зевнул, нехотя кивая. Все же, это решение Тэхена. И идти против не хотел, как бы его душа не желала настоящей мести, а не жалкого подобия. Смысл тюремного заключения? Просидел пару лет, но ничего не изменилось бы. Остался тем же жадным, мелочным, а еще попытался бы им отомстить. Лучше избавиться от проблемы сразу, чем взращивать мстительного ублюдка. — Твоя очередь, — Тэхен улыбнулся, тыча его в щеку. — Расскажи о себе. И внимательными звездными глазами разглядывал его мрачную душу. Юнги рассмеялся, даже не веря, что такой вопрос мог родиться в его голове. Не собирался говорить о себе, открывать душу и плакаться в жилетку. Ему достаточно тех минут позора, когда не раздумывал, но раскрывал всю подноготную жизни. — Мы не настолько близки, — отмахнулся, пытаясь спрятаться от его внимательного взгляда. — Неужели? — Тэхен облизнул губу, укладывая подбородок на его плечо. Выдохнул прямо на ухо: — Иногда мы даже очень близки. Юнги покачал головой, не собираясь играть в его маленькую игру. Как и говорить о своей жизни не хотел. Тэхен смиренно кивнул, все же отбирая его бутылку соджу. Сделал несколько глотков, морщась от неприятного привкуса. Напоминал ластящегося щенка, такой же активный и преданный. От последнего по коже мурашки. Слепой дурак, раз рассчитывал, что может бороться с милыми просьбами Тэхена. Обвел его вокруг пальцев. Юнги отобрал у него бутылку соджу, делая небольшой глоток. Очередной разделенный косвенный поцелуй. Не тот, о котором мечтал Юнги. Самообладанию можно только позавидовать. Любой другой давно бы сдался и прижался к желанным губам. — Я тоже из Тэгу, — давненько он не говорил на сатори, но ошарашенный взгляд Тэхена стоил того. — Какой тесный мир, да? Тэхен моментально оживился, принявшись расспрашивать обо всем, начиная от школы, в которую ходил и заканчивая любимой закусочной. Подумать только, что у них был миллион шансов пересечься. Часто ехали на одном и том же автобусе, посещали одно и то же кафе. Черт, они даже в один год ходили в одну и ту же школу, но разные классы. Их судьбы должны были переплестись, они должны были встретиться в нужное время, в нужном месте. Юнги сглотнул, слабо улыбаясь ему. Не знал, как остановить поток слов, вырывавшихся наружу. — Мой отец был полицейским, — признался об этом пару дней назад, Тэхен притих, внимательно смотря на него. — Тем самым крутым добропорядочным копом. Примером для подражания. В школе я готовился к поступлению в полицию. — Ты хотел быть полицейским? Тэхен и не пытался скрыть своего удивления и некого отвращения. В его голове никак не сочетался образ бандита Юнги с его детскими мечтами о полиции. Велико желание рассмеяться над ошарашенным Тэхеном. Сейчас бы и сам не поверил, родись такие мысли в голове. Уж слишком несовместимы понятия. — Жизнь забавная штука, да? — Юнги выдохнул, смотря на небо. — Отец научил меня драться, мы проводили много времени вместе. Я часто приходил к нему на работу, в участке все шутили, что в будущем мы будем вдвоем работать. Только вот не всем мечтам суждено сбыться. Так странно рассказывать эту историю. В семье кроме Намджуна и Чешира никто не знал, почему Юнги остался в банде. После выплаты долга Рену, он вполне мог уйти и покончить со всем. Обычно, многие братья старались вернуться к «нормальной» жизни как можно быстрее. Но не Юнги. Месть было единственной мотивацией, что удерживала его на плаву. — Отец узнал о каком-то заговоре крупных чиновников или что-то в этом роде, — Юнги горько улыбнулся. — Тогда Мингю, мой брат, только родился, мать просила его не лезть в это дерьмо, но отец был непреклонен. Ему нравилась идея о мире, о том, что справедливость всегда побеждает. Только вот в их мире справедливости не было. — Он нарыл что-то на одного из чиновников, реально мог посадить его, — Юнги вздрогнул. — Коррупция, взятничество. Только вот, его подставили свои же. Обвинили в том, чего он не совершал. И до суда дожить не дали, его убили при аресте.  Перед домом. Сказали, что он пытался напасть на сотрудника полиции, но у него и пистолета с собой не было. Я был там. Я все видел. Видел, как он истекал кровью, когда парамедики приехали. У него и шанса не было, умер в той же машине. Юнги перевел взгляд на дрожащие пальцы. Тэхен крепче обхватил его, не давая нахлынувшим чувствам взять контроль. — А потом, я послушал разговор, — на губах мелькнула ядовитая улыбка. — Ну, знаешь, взрослые редко заботятся о детях. Тогда ему никто бы не поверил. Мать сказала не лезть не в свое дело, запивая горе бокалами вина. Юнги надеялся, что напарник отца поможет. Он добрый, мудрый, а еще честный. Или хотел казаться таким. Только предложение крупной суммы интересовало его больше, чем справедливость. — Его напарник подставил его, — сглотнул, — просто потому что отец решил идти до конца. Пятнадцатилетний Юнги застыл на пороге бывшего кабинета отца, выслушивая как они смеялись над смертью отца. Называли идиотом, который мог купаться в деньгах, а не лежать под землей. Им было плевать, что они оставили троих детей без отца. Лучше скрыть свою тайну, убить того, кто мог им помешать. Юнги знал, что никто бы не помог ему. И не поверил бы. — Им было мало убить его, им нужно было заставить и нас молчать, — Юнги вздрогнул, ощущая поглаживание холодных пальцев. Позволял Тэхену держать его крепче, не отпускать. Тэхен не перебивал, не задавал вопросов. Просто был рядом, молча выслушивая его историю. Не давал ему провалиться в пучину воспоминаний. — Это было через десять дней после моего дня рождения, — признался Юнги. — Поэтому я не особо люблю праздновать его, — Юнги заломал руки. — Мать после этого подсела на наркотики и алкоголь. Мне пришлось учиться и работать одновременно. Тяжелые три года. — Три работы не могли прокормить мою семью, — Юнги улыбнулся. — А потом во время одной из доставок, я встретил Рена. Он был боссом до меня, — Юнги не стал вдаваться в подробности, как был испуган за свою жизнь, увидев убийство собственными глазами. — Вступить в банду не было моим выбором, но остаться… Может, попал он в банду не самым лучшим способом, но самое худшее мгновение жизни превратилось в другую жизнь. Лучшую. Подумать только, прошло более года с тех пор, как попал в банду, а теперь и сам был боссом. — Я расплатился со всеми долгами, моя сестра и брат в безопасности, хотя и думают, что я бросил их, — рассмеялся Юнги. — Я ушёл из дома, когда присоединился к братьям. Переехал в Сеул с ними. Сначала было тяжело, но потом...мне понравилось. Отпил соджу, недовольно морщась. Выпивки почти не осталось, а покидать балкон не хотел. Ему пришлось бы отпустить Тэхена. — Я быстро расплатился с долгом, а потом Чешир дал мне выбор – уйти или остаться, — Юнги улыбнулся. — Я остался, а взамен Чешир исполнил мое желание. Обычно просьбы братьев включали в себя крупную навороченную машину, или пару миллионов вон. Некоторые заказывали дом с проститутками, чтобы резвиться ночи напролет. Чешир ожидал от него примерно того же. Только Юнги носил свою месть слишком долго. Рен рассказал ему о такой возможности, когда он только вступил в банду. Ради этого Юнги унижался, пахал дни и ночи напролет. Ради своей мести. — Я убил их первыми. Того копа, что пристрелил отца. И того чиновника. Я убил их всех. Они разрушили мою семью, а я уничтожил их. Чешир помог мне отомстить. Улыбки сдержать не смог. Чешир удивился, услышав его просьбу. Предупредил сразу, что это будет сложно, но не невозможно. У него были свои счеты с полицией и чиновником. — Эта банда - моя семья, — улыбнулся, чуть крепче сжимая ладонь Тэхена. — семья, которую закон отобрал у меня. — Ты скучаешь по настоящей семье? Юнги пожал плечами. Все зависело от настоя. В хорошие дни он даже забывал об их существовании. В плохие же корил себя за то, что бросил их. У него был соблазн вернуться: псмотреть, как вырос брат, как похорошела сестра. Только с его возвращением проблемы не испарятся. Боялся, что подвергнет их большей опасности. Угрозы Чешира тому подтверждение. — Иногда, — не врал, но и не подтверждал. — Уверен, они ненавидят меня. Тэхен фыркнул. — Не поверю, что это возможно, — поджал губы. — Может, они и не понимают, почему ты ушел, но явно любят тебя. Юнги покачал головой, не доверяя ему. — Если ты так ведешь себя с Уджи, боюсь представить, какие твои младшенькие были избалованные. Не нашелся, что и ответить. Лучшее решение – перевести тему. — Это забавно, если честно. — Что именно? — Это председатель - отец Монстра. И он помог мне убить его. У него были свои причины, чтобы отомстить отцу, но…мир маленький. — Ты никогда не хотел уйти из банды? — шепнул Тэхен, внимательно смотря на него. — Нет, — сглотнул, смотря в его глаза. — Они моя семья. Тэхен кивнул, шепча последний вопрос: — Даже Чешир? А тут согласиться не мог. Для него семья – братья, живущие в квартире. — Чешир засранец, но за банду он горой, — все же ответил Юнги. — Он действует только в интересах банды. Тэхен ухмыльнулся. — Скорее, в своих. На губах Юнги заиграла улыбка. — Как скажешь, — Юнги поднялся, потянув Тэхена за собой. — Пошли, уже поздно. Тэхен рассмеялся, крепче сжимая его пальцы. Это вызывало привыкание, не давало потерять контроль. Это становилось привычкой. Если Тэхен оставался с ночевкой, то Юнги будил его перед занятием, готовил чертов завтрак, а после отвозил на занятия. Юнги игнорировал смешки братьев, делая очередной бутерброд для Тэхена, а еще подразнивания Кибома. Тот прекрасно помнил, как взъелся Юнги на него, когда разбудил в выходной в шесть утра. А теперь добровольно просыпался сам, ради Тэхена. Они друзья, лучшие друзья. Юнги зевнул, пытаясь не уснуть во время просмотра фильма. Понятия не имел, как Тэхен его на это уговорил. Теперь же безмятежно спал на его плече, прижимаясь щекой к нему. — Ты разве не должен быть на задании? — нахмурился Намджун, кидая рюкзак на кровать. Даже не пытался быть тихим, недовольно посматривая на него. В последнее время хмурился все чаще, недовольный, что Тэхен крутился поблизости. На одном из заданий получил травму, а теперь щеголял фингалом под глазом. — Уже вернулся. Юнги и не рассчитывал, что все закончится так быстро. Ожидал очередную подставу, но все прошло на удивление хорошо. Чешир даже похвалил его за высокую прибыль. А после, на своем любимом мотоцикле, Юнги заскочил за удивленным Тэхеном. Украл его, как принцессу из башни. — Уджи хвастался, что ты берешь его на задание завтра, — недоверчиво подметил Намджун, скидывая с себя футболку. Говорил бы тише, чтобы не разбудить Тэхена. Только тот уже не спал, хоть глаза и не открыл. Юнги с легкостью мог отличить по его дыханию, когда тот спал, а когда притворялся. Неужели они превращались в ту мерзкую клишированную парочку, от которой воротило нос при просмотре фильма? — Все уши прожужжал. Юнги усмехнулся, зарываясь ладонью в волосы Тэхена. Мягко перебирал его пряди, находя в этом странное умиротворение. А тот, как ластящийся кот, не отстранялся, но и не поднимался — Мы пойдем в закусочную, — Юнги цокнул языком. — Я обещал ему задание. Пришлось его придумать. И лучше, чем сходить с ним поесть ничего не придумал. Брать Джихуна на настоящую миссию нереально. В банде он неофициально, да еще и несовершеннолетний. У них были строгие правила, а в Джихуне больше от младшего брата Юнги, чем в настоящем брате. О нем хотелось заботиться, оградить от бремени банды. — В какую из? — заинтересовался Намджун, кидая полотенце на плечо. — На Итэвон? — Юнги не задумывался над тем, куда вести его. — Не решил. Намджун пожал плечами, выходя из комнаты. — Я пойду с тобой? — заспанно шепнул Тэхен, губами касаясь его кожи — Джихун не поверит, что это задание, если я возьму тебя с собой, — Тэхен сильнее надул губы, не споря с Юнги. Джихуну обещали задание, но никто не говорил, что оно должно быть настоящим. Юнги зарылся ладонью в его волосы, мягко перебирая их. Не понимал, что они творили. Почему вели себя так мило друг с другом. Тэхену здесь не место. И чем-то большим им не стать, даже если Юнги хотел попытаться. — Отвезти тебя к Чимину или к матери? Тэхен поморщился, стоило упомянуть Ким Суен. Чимин на смене в кафе, а мешать ему не стоило. Тэхен цокнул языком, удобнее устраиваясь на его кровати. Юнги все же отвел взгляд в сторону, нельзя так долго пялиться на тонкую полоску кожи на животе. Иначе высок риск сделать что-то непристойное. — Хочу остаться с тобой, — Тэхен зевнул, носом потираясь о его футболку. И глупое сердце билось сильнее. Юнги врал самому себе, что терпел объятия лишь бы не рушить его сон. Только не верил в собственную ложь. Ему хотелось подарить Тэхену комфорт, безопасность. — Ладно, — безразлично бросил Юнги, игнорируя быстрое сердцебиение. — Оставайся. В его постели, в его объятиях, в его пылающем сердце.