"Твоя рука такая тёплая. Она обжигает меня и моё сердце..."

Тёмный зимний вечер. Снегопад в маленьком городке. Пара двух людишек стоят прямо по середине улицы. Он держит его за руку. Рука сильно глючит. Кажется, её разрывают на несколько тысяч кусочков. В глазах всё расплывается… Крупинки слёз раз за разом греют щёки, но вскоре застывают и становятся ледяными. Он обнимает, прижимает к себе, обвивает всеми конечностями, начиная с рук и заканчивая щупальцами. Начинает успокаивать. Нашёптывать всякие нежности. «Мне так нравится, как ты выглядишь в этом нелепом шарфике…» Он точно больше его не наденет. Сожжёт, унитожит, распустит и сделает из него новую марионетку. Он пытается убежать. Освободиться от хватки. Спрятаться от прикосновений, от самого Кошмара. «Предлагаю не прятать свои эмоции и уж точно не прятаться…» Чушь! Пока он существует, он будет пытаться уйти, убежать… «Если верить киношникам, мы загружены в матрице. Так что не думаю, что можно что-то изменить в своей жизни.» … Фонари зажигаются… Он всё крепче держит его. Очередная звезда упала… Глюк всегда был до невозможности наивным… Капля надежды сверкнула в гетерохромных глазах… Колени замерзают и трясутся… Он заметил эту дрожь. Немного пьяный он поднимает его на руки и всё сильнее прижимает к себе. Счастье. Его любимый в его руках. В его владении. Он прижимает его Эррора сильнее… Чтобы не похитили это сокровище… Он всё ещё дрожит. Всё сильнее… Кошмар затаскивает его в телефонную будку… Там хоть немного тепло… Снимает шарф, расцеловывает шею… Эти прикосновения такие мерзкие, а поцелуи такие мёртвые… Но они слишком тёплые, чтобы сопротивляться… «Ты — моё одиночество…» И он не драматизирует… Вот, уже часы бьют двенадцать… Скоро их одиночество закончится. Глупые людишки заполонят улицы. Машины с оглушающим звуком начнут проезжать о улицам. А пока, думаю можно ещё немного посидеть… Вдвоём, в полной тишине. И с тихим дрожанием Эррора в руках Кошмара…