ожидание убивает, не правда ли?

я ведь знаю, что ты не просто так ждешь свою маму, ты ведь и правда надеешься и по сей день, что вы с ней встретитесь, обнимитесь. но так же ты знаешь, что такому не быть. забудь уже о ней. феликс, ее нет в живых. каждый раз ли просыпался от одной и той же мысли, которая будто бы съедала заживо и оставляла неприятную боль с каждым откусанным кусочком. каждый божий день, парень пытался жить, после той трагедии, где погибла его мать. он возненавидел, что вообще дал этому всему произойти. он мог это остановить, но что-то его останавливало.. его взгляд. он был полностью холодным и без чувственным, будто бы не он сейчас подчинил семью ли к себе, и не стоит с выбором жить им или умереть. как будто он сам бог. только вот под этим богом скрывались настоящие черти, что словно танцевали в черных, как смоль глазах. сердце замирало, будто и вовсе не было живым, а ноги приковывались к полу, тело становилось тяжелым от одного только присутствия этого мужчины. на глазах у подростка- у феликса, которому было всего 15 лет, убивают мать. он помнил все, как женщина упала в немом что не на пол и в считанные секунды скончалась, словно ее и не было никогда в живых. младший подбежал к бездыханному трупу своей мамы, в надежде, что сможет помочь, что вернет ее к жизни. как жаль, что он ошибся. его маму было уже не вернуть к жизни, выстрел прошел в грудную клетку в области сердца. от таких ранений не живут, и ликс знал, но продолжал надеяться, как малый ребенок, который думает, что ему все же купят то, что он хочет. не все желания и надежды сбываются- понял для себя юноша. он корил себя за ту злосчастную ночь. знаю, вы скажите, что он бы ничего не сделал, такова судьба. но судьбу можно повернуть в другое русло. жаль, что отец семейства ли, понял это слишком поздно. у него были большие долги на огромные суммы денег, которые нужно было выплачивать, правда, этого он не делал, оттягивал на потом. но кто же знал тогда, что в ночь к ним явится люди, решающие за жизни людей в этом городке.

***

феликс проснулся в холодном поту, после кошмара, где его матушку убивают снова и снова. поджав губы от невыносимой боли в груди, парень поднялся с кровати и прошел в ванную комнату, он жил с отцом. богатством он не блистал, но и не бедными их считать трудно. лето прекрасная пора, чтобы выйти погулять либо же остаться дома, скрываясь от солнечных лучей, которые так и манят к себе, своим ослепительным сиянием. взобравшись на кровать, после того, как привел себя в порядок, ли стал замазывать синяки под глазами, сон был очень плохой. а состояние такое, как будто его переехал грузовик и проехал окончательно мотоцикл. спустился вниз, ликс подметил про себя, что отца дома не было, а значит он был уже на работе. мальцу же сегодня никуда не надо было, поэтому он мог спокойно провести весь день в тишине и спокойствии. но нет. он предпочел выйти в уличную суету, которую сопровождали постоянные гудки машин, которые застряли в пробке или звук рельсов от поездов, которые проезжали рядом с кварталом его дома. он проснулся ближе к обеду, ну, а собрался уже в обед. к вечеру он пришел домой, все был ничего. но есть большое но. дверь была открыта на распашку, что так и соблазняла зайти в нее, что и сделал ли, кругом была темень, неподходящая под интересы мужчины и по совместительству отца феликса. резко, его со спины кто-то хватает за запястья и спина невольно прогибается, чтобы было удобней стоять, а потом и вовсе упасть на колени. глаза стали постепенно привыкать к темноте, что лучше бы вовсе не делали. впереди него на кресле сидел мужчина в строгом деловом костюме, перекинув ногу на ногу, вальяжно и официально сидя в позе. ком в горле дал знать, он не смог вымолвить и слова, а глаза расширились в ужасе, когда перед глазами начали всплывать фрагменты той самой ночи. мужчина точно в таком же костюме сидел на этом же кресте и тоже в ночь. слишком много совпадений с той ночью, от чего тело стало само по себе дрожать. от предвкушения чего-то не известного, а может и наоборот. слева послышались тихие мычания отчаяния, повернув голову, перед ли была довольно жуткая картина: его отец стоял так же как и он на коленях с кровью на лице, видимо из-за того, что он оказывал сопротивление, но не смог все это урулить. рот был склеен скотчем, который делал свое дело-не давал говорить, а к голове был подставлен револьвер, новый и он будто бы блестел во тьме вечера. глаза моментом стали слезиться от гадкого чувства предательства со стороны отца. все снова повторялось как из самого страшного кошмара ликса. все это снова происходит из-за отца, он снова погряз в за должностях и кредитах, где были огромные деньги. снова. снова слезы, которые обжигали и делали дорожки от себя на веснушчатой коже. и вдруг, раздался низкий голос галантного мужчины из кресла. —ну что же, наконец-то вся семейка в сборе. чего же ты, джу, снова задолжал мне? снова хочешь смерти, только вот, теперь не своей любимой и дорогой жены, а сына или самого себя? —гадкая и хитрая улыбка появилась на лице неизвестного мужчины, который элегантно встал с кресла (которое видимо прожило уже довольно много событий), и медленными и слишком мучительными шагами, приблизился к юноше, у которого видимо скоро начнется паническая атака, судя по его состоянию. молодой человек взял его грубо за подбородок и насильно заставил смотреть на себя и только на себя. тут же у отца этого бедного парня убрали от рта скотч, и он стал вещать угрозы, обвинение, но в ответ лишь получил ухмылку, которая едко отпечатается в памяти к обоих. —господин хван.. прошу вас, не надо! я отдам вам все, дайте мне время... не забирайте мое имущество и жизнь, я еще слишком молод... — джу смотрел на хенджина, умоляя его ничего не делать с ним. но как же его сын? неужели ему настолько наплевать на него? ответ очевиден-да. —мне напомнить, что ты говорил в прошлый раз? или может напомнить то, что не я убил твою жену, а ты сам? глаза феликса округлились от сильно удивления в худшую сторону, он не ожидал услышать именно эти слова. они глубоко ранили его хрупкое сердце, в глазах стало темнее прежнего, к ушам неприятно стал подступать белый шум и звон, который пробивал сквозь все тело. сразу же тело мальца стало более размягшим. —босс, мы видимо его теряем, он теряет сознание. —сказал, будто выученная речь один из причиненных господина. —хах, твой сын такой же слабый, как и твоя бывшая жена, интересно, что же с ним будет, если он останется у меня. —ухмылка нарастала, как и напряжение в воздухе, что вот-вот разрядится и даст ток. —господин... хван, пожалуйста, не делайте этого! я вас умаляю! —из последних сил молвил ли старший, пытаясь выбраться из четкой и сильной хватки парней, которые работали на хенджина. тот в свою очередь прильнул носом к чужой шее, которая в свете луны и ночных фонарей была жемчужно-белой. —ох, джи, чего же ты не говорил, что у тебя сын омега? еще, что мы истинные. ты ведь мог догадываться об этом, не правда ли, м? —нос проходил между шеей и плечом, можно было уловить дрожание чужого тело от сковывающего страха. —ты... если я его продам тебе, то ты согласен? забери все, только оставь нас с ним в живых.. пожалуйста, господин. —словно без передышки диктовал отец, молясь всеми богами, что его они услышат и пошлют сигнал в голову хенджина в форме мысли об выше упомянутом, но нет. на него ничего и никто не срабатывал. он был сам себе примером. —хах, по рукам. —после сказанной фразы, можно было без особого ума понять, что только что феликс был продан, собственным отцом какому-то незнакомому человеку. ли младший стал дергаться и брыкаться, видимо с новым приливом сил, которые хоть немного, но собрались в кучку. —нет! отец, пожалуйста, останови их! скажи, что это все шутка, скажи, что ты не имеешь ничего, что связанно со смертью мамы! скажи.. отец.. — надежда сейчас треснула и разлетелась миллиардами осколков по всему пространству. неужели это все правда и отец правда причастен к этому? почему все ополчились против их семьи он теперь узнал. всему виной был -отец. он возненавидел его больше всех присутствующих. младший стал сильнее сопротивляться чужой хватке, того постигла самая, что не на есть, истерика. мужчина махнул головой и мальцу тут же воткнули укол со снотворным, которое через считанные два минуты превратил тело мальчика в плавленный сыр на ложечке. он с легкость взял его себе на в руки сам хенджин, чем удивил подопечных и сам отнес того в салон дорогой машины, конечно же аккуратно положил его на сиденье, сам же сел рядом и уложил чужую голову на свои колени, поглаживая волосы на голове. дорога была не такой длительной, скорее быстрой. им повезло, что пробок не было на дороге, и что они жили в самом центре города. там стояли огромные и высокие многоэтажки, которых обрамляли облака на высоких этажах. машина подъехала к одной из всех этих многоэтажек и двери открылись, охрана вышла их салона вместе с их господином, шагая по дороге, элегантно и будто бы они не шли, а плыли по аккуратно выложенным камням и плиткам на дороге и вдоль. хенджин взял на руки ли и направился к входу в само здание, внутри оно было более сногсшибательным. огромный потолок, украшенный явно золотыми изделиями, большая люстра посередине потолка создавала иллюзию, что вот-вот упадет от ее размеров. люди были словно муравьями среди этой всей рутины. вошедших гостей любезно проводили к нужному лифту и они вскоре поднялись на нужный им этаж, отпуская от себя охрану, хван прошел к двери и открыл ее специальной картой, которая показывала, что он вип клиент и может распоряжаться полностью и поперек этой квартирой. тело ликса стало немного ерзать и потихоньку подавать признаки жизни. что не могло не вызывать улыбку, уже привычную всем, старшего. он положил юношу на диван, сам принялся расстегивать дорогой пиджак аристократичными пальцами, они были будто бы как у пианиста, такие же длинные и ухоженные. ощущения были не из лучших, перед глазами все маячило, голова ходила кругом, а чувство сухости во рту давало знать по тому, что слюны в горле и на языке не было. немного привстав на локти, он окинул все апартаменты взглядом и сначала вроде бы ничего специфичного не заметил. но после ли резко встал с дивана, о чем пожалел тут же, ведь ноги не выдержав такой резкой бодрости, опрокинулись на пол, все тело принимало позу молящегося человека перед господом богом. посторонние люди бы и не поняли, что происходит с этим парнем, но мужчина вальяжно улыбнулся во все свои тридцать два зубы и подошел к парнишке, беря его под подбородок, поднимая весь взгляд на себя. крайне низко- промелькнуло в мыслях, что словно с каждой минутой заново начинали съедать мозг. —что ж, ты уже понял, что находишься у меня. и так как я тебя купил, ты должен быть покорен свою хозяину. так ведь, солнышко? —смазливая улыбка разделила чувства на до и после. неужели все это желал себе ликс? человек, который убил его маму и чуть не убил отца сейчас пользуется его без помощью и безнадежностью в душе мальца.

***

первые недели утомляют и не только физически, но и морально. ликс толком ничего не ест, от чего он довольно сильно истощен. ему говорят врачи, чтобы тот ел, но он всячески не слышит их и закрывает на это глаза. хван на приделе. он довольно сильно злиться, но все так же, как и ранее, держит себя в руках. но, всему приходит свой срок и окончание. по коридору зашагала одна пара ног, которые довольно сильно бьются об пол своей тяжелой подошвой. это был господин, который вернулся с очередного заседания по его работе. была поздняя ночь, но на удивление джинну, фел не спал. он лишь смотрел на звездное небо и на проезжающие машины внизу, на людей которые ходят каждую минуту куда-то спеша опоздать. мысли все забиты только одним- как бы побыстрее приехал его хозяин. до отвращения в души, он презирал то, что он не смог сделать раньше, а это сказать все о чем он думает по поводу этой ситуации с мужчиной. но вот, спустя секунды три после шагов, наступила тишина, которая длилась будто бы вечность, по мнению юноши. он аккуратно проворачивает головой в сторону молодого человека. —хах, ожидание убивает, не правда ли? как бы ты не хотел все повернуть вспять, ничего уже не будет прежним. ты делаешь только себе хуже, и своему организму. для кого ты пытаешься показать свою дерзость? мне? лучше не связываться ее со мной никак, ведь ты не знаешь, что и как я могу наказать тебя. мне нет представления о том, что для тебя боль, а что счастье. ты будешь страдать, пока я буду по частям тебя ломать и подчинять к себе, под себя. как захочу и что захочу. поэтому предлагаю не бесить меня, солнышко. —на лице ухмылка сменилась грубой и без чувствственной улыбкой. глаза стали как у хищника, который доволен своей новой пойманной добычей, что скоро поглотит и разорвет на много средних и маленьких кусочков. —ты мне противен. я ни за что не подчинюсь такому, как ты. ты лишь жалкий трус, который только и может держать всех кому не попади в страхе, который идет от тебя. ты слишком лицемерный, чтобы тебя считали хоть каким, но человеком. —выговаривал каждое слово через огромную и ощутимую ненависть к данной персоне, что стоит и уже без эмоционально смотрит в глаза. этот фирменный взгляд, что пробирает до дрожи в коленях, всегда будет работать на ли. он слегка вздрагивает, когда сие демон во плоти подходит по ближе к напуганному кролику, что дрожит от своего приближающегося врага. —ох, значит осмелел за то время пока меня не было? ну ничего, я поставлю тебя на место, ты будешь говорить и молить о том, чтобы я этого не делал. я выбью из тебя всю дурь, что затаилась у тебя в теле за эти семнадцать лет твоего существования. не забывай, что здесь главный я, а не ты. не ты мне будешь указывать как жить и что делать. —он подошел ближе, почти вплотную к чужому холодному телу. взял за любимое его место- подбородок. стал рассматривать лицо веснучатого чуда.он положил свою ладонь на бедро феликса, зная, что ему ничего не будет, ведь главный тут явно один человек.