Часть 5

      Я не помнила, как меня вывели на улицу, и не помню слов брата, пока мы добирались до дома. Не помню, как оказалась сидя на диване в нашей гостиной, смешивающиеся голоса Кая и Камала, тихий плач Амриты, её тепло рук, которыми она пыталась успокоить меня. Мелкая дрожь била по телу от сказанных слов в резиденции Дубеев. Мне казалось, что сотни острых взглядов до сих пор оставляют следы на моей коже. Потрясение от случившегося замедлило моё сознание, я не хотела возвращаться в реальность, потому что мой приговор был озвучен и не оспорим.       Меня выдают замуж за лорда из-за того, что кто-то увидел меня в компании мужчины в день прогулки с Амритой. Кто это сказал и в каких красках преподнес ни мне, ни брату не было известно.       — Давай, Деви, поднимайся, — в какой-то из моментов я услышала голос Айшварии и то, как она пыталась поднять меня с дивана, чтобы проводить в комнату. Её слова в мою поддержку не усваивались в голове, я слышала только свой панический голос, который постоянно повторял: «забыть, забыть, забыть».       Я осмотрелась, но не увидела Кая, а спрашивать у помощницы не стала, у меня не было сил думать, не говоря о том, чтобы узнать, куда делся брат.       Не помню, как меня завели в мою комнату и усадили на кровать, как я легла на постель и прижала ноги к груди, закрывая глаза. Вся роскошь сегодняшнего вечера и первый поцелуй растворились на фоне шокирующих событий. Почему Рама не оказалось среди гостей? Почему он не пришёл на помощь? Может он до сих пор не знает о случившемся?       Чувство жжения в горле нарастало с каждым вдохом, который вырывался едва слышными всхлипываниями. А через секунду, я позволила себе расплакаться, и слезы градом посыпались с ресниц, не позволяя сделать вдох. Никогда в своей жизни не испытывала настолько сильную боль, что казалось, ещё немного и отключусь. Едкие слова, брошенные в мою сторону, звенели в ушах, и я, не выдержав, закрыла их руками. Хотелось броситься на всех, чтобы доказать свою невиновность! Да, я была с мужчиной, но никогда не позволяла себе большего!       В какой-то момент моё сознание отдалось тревожному сну, сквозь который я слышала сотню голосов. Не знаю, сколько я лежала без движения, но, открыв заплаканные глаза, снова захотелось вернуться в беспамятство. Яркий солнечный свет попадал в комнату первыми утренними лучами, согревая пространство вокруг. Приподнимаясь, я стёрла с лица мокрые дорожки, понимая, что не на секунду не успокаивала себя. Глаза пылали, а тело наполнилось невыносимым чувством боли. Боль давила на плечи, приказывая опуститься и дать взять над собой контроль.       Ощущение, что я стану женой врага, больше не пугало, не пугали варианты обсуждений меня и то, как теперь будут относиться к моему брату. Всё стало безразличным и бесцветным, словно из мира выкачали цвета, оставляя всё в черно-белых оттенках.       Почувствовав под ногами прохладу, я попыталась встать и не удержалась, всхлипнув, упала на пол. Сердце снова сжалось от мысли, что вот так вот выглядит мой конец. Нужна ли мне такая жизнь? Почему я опять плачу, ведь несколько секунд назад меня ничего не волновало?!       — Деви! — Где-то на задворках сознания я услышала встревоженный голос Амриты, её тёплые руки, которые обняли меня. — О всемогущая богиня! Деви…       Я зарылась носом в шею подруги и, наконец, дала всю оставшуюся волю слезам, переступая порог сдержанности. Они вырывались всхлипами и потерей в пространстве. Я не хотела останавливаться, мне нужно было выплакать все.       — Деви… Деви, послушай меня! — мою щеку обдало жаром, а сознание мгновенно позволило мне вернуться в реальность. — Скажи мне, что ты этого не делала? Скажи, что не встречалась тайно с мужчиной, пожалуйста, Деви!       Амрита смотрела в мои глаза и искала ответы на свои вопросы, но их не было, потому что я действительно встречалась с мужчиной. Но как объяснить, что между нами ничего не было до вчерашнего вечера? Что этот мужчина единственный человек, которого я полюбила, и не хотела, чтобы так получилось.       — В резиденции Дубеев уже сутки идёт разговор о тебе, — быстро сказала подруга, стирая с моих щёк слезы.       — Сутки?..- просипела я, не узнавая собственного голоса.       — Да, уже сутки решается твоя судьба, — ответила Амрита, — Радж, Видия и Кайрас обсуждают за закрытыми дверями, никто не знает о исходе.       Отстраняясь от подруги, я убираю волосы с лица и обнаруживаю, что на мне нет сари, который я надевала на помолвку. На мне, как обычно, надета ночная сорочка, в которую я не помню, как попала. Признаться честно, я не помню даже себя за эти долгие часы, мне казалось, что я спала.       — Ты можешь мне сказать, кто он? — тихо спрашивает Амрита и помогает мне сесть на край кровати. Голова болела, а состояние снова залезть в постель и проспать несколько дней не покидало меня.       — Кто ещё присутствует на собрании? — вместо ответа спрашиваю я.       — Не знаю, — она качает головой. — Несколько раз я видела Рама, но он был, мягко говоря, злым, хотя не понимаю, почему, — нахмурилась девушка.       Значит Радж не дал Раму вмешаться, не говоря о том, чтобы позволить брату взять меня в жены. Я устало вздохнула и попыталась снова подняться на ноги; они казались ватными, когда я сделала несколько шагов. Амрита подскочила следом и помогла мне добраться до уборной.       Закрывшись внутри, я подошла к зеркалу и не узнала собственного лица; губы искусанные, под глазами залегли тени, а когда-то румяные щеки сейчас отдавали бледностью. Пришлось заставить себя умыться и привести в божеский вид, а потом выйти и найти одежду. Хотя я понимала, что меня никуда не выпустят, дом скорее всего окружён людьми. Да и куда мне бежать? Некуда.       — Ты знаешь, кто рассказал Дубеям о том, что я виделась с мужчиной? — задала я вопрос Амрите, которая стояла у окна и выглядывала на улицу.       — Точно не скажу, но тебя видели, когда мы ходили за покупками, — ответила она, усаживая меня за столик с зеркалом; девушка потянулась к расчёске. — Камал ничего не рассказывает, но Басу требует, чтобы тебя отдали тому незнакомцу.       — И почему я не удивлена? Своих дочерей охраняет! — бросила я. Внутри зарождалась непонятная мне боль, хотелось кричать от несправедливости, что меня наглым образом подставили.       — Тише ты, услышат!       — Мне плевать. Теперь все равно никто не поверит моим словам, — глаза снова обожгло, и я опустила взгляд на свои пальцы, которые теребили край ночнушки. — Кто-то очень сильно постарался выставить меня в таком свете. Я не была с мужчиной… в плане, — я замолчала, прикрывая глаза.       — Я верю, — Амрита обняла меня со спины. — Мы во всем разберемся. Но расскажи мне все, я клянусь, никому ничего не расскажу.       Я подняла взгляд и нашла глаза Амриты. Она смотрела на меня с жалостью, но это почему-то меня не задевало. Может из-за того, что я на самом деле была жалкой особенно в таком состоянии, как сейчас.       — Да, я действительно в тот день виделась… — хрипло проговорила я и услышала вздох подруги. — Но между нами нет ничего, он никогда не позволял… ничего такого, что могло стать причиной такого скандала. Да, мы виделись тайно, но в планах было поговорить с нашими семьями…       — Ты любишь его? — теперь прошептала Амрита, и я грустно улыбнулась, стирая ненавистные слезы. — Деви… — она снова обняла меня за плечи, а потом вовсе развернула и потянула к себе. — Какая же я идиотка! Столько кричала тебе о своей любви, не замечая, что моя подруга влюблена и скрывает это. Прости меня.       — Мне не за что тебя прощать, — сказала я, снова вытирая щеки от слез. — Просто мне нужно было сразу понять, что ничего у нас не выйдет. А сейчас все в дюжине воспользуются моим случаем и отдадут чужаку, не моргнув и глазом.       — Не говори так! — девушка стерла с моих щек влажность, а потом снова обняла и поцеловала в макушку. — Мы придумаем что-нибудь, а я помогу тебе. Я не смогу сидеть на месте, зная, что тебя наглым образом оболгали.       — Ты не лезь, а то останешься без Раджа, если он узнает о том, что ты помогла.       Моя надежда угасла, как только я поняла, что не хочу подставлять подругу. Амрита выпрямилась и замолкла. Она развернула меня и принялась расчёсывать волосы, но я слышала даже отсюда, как её мозг начал придумывать план.       — Я знаю его? — не удержалась она после двух минут молчания. Я непроизвольно улыбнулась и кивнула.       — Только не спрашивай о нём ничего, если он сам лично не пришёл в мой дом просить у брата, значит так тому и быть.       Мы снова замолчали, а мои волосы приняли опрятный вид, Амрита заплела их в косички и красиво уложила на голове. Затем мне помогли переодеться, а после заставили что-нибудь поесть, но аппетит ко мне не вернулся, даже когда мы уселись на открытом балконе. Мысли то и дело возвращались в воспоминания, когда на меня смотрели осуждающе, а брат с грустью и явной досадой. Ему придётся помучаться, чтобы убрать пятно позора и восстановить репутацию.       Уже позже вечером, когда я вернулась в свою комнату, меня попросили ждать, Амрита сказала, что придумала, как мне помочь. Пришлось пообещать, что не стану сама лезть на рожон и сбегать из дома, хотя обойти охрану и выскользнуть незаметно у меня все же могло получиться. И чтобы хоть как-то занять себя, я вышла на балкон, примерно представляя, сколько людей меня охраняет. Как и предполагалось, охраны, бродивших по нашему дому, было больше обычного, да и те, что у двери, не позволят мне уйти. Да и куда?       Заметив, как во дворе появился Кайрас, я отошла от края, но слегка выглядывая вниз. Он что-то спросил у охранников, и, получив ответ, скрылся из виду. Следом за ним появился Камал.       — Кай, — голос господина Рая заставил брата вернуться и подойти к другу. Было видно, что Кайрас устал и морально вымотан. Попробуй переубедить глав двух семейств. — Ну, как прошло на этот раз?       — Басу непреклонна. Она решила, что этот поступок будет иметь последствия, и в знак наказания послала письмо Кристиану о девушке, которую ему отдают.       — А что насчет Рама? — Моё сердце замерло, когда я услышала имя наследника.       Они узнали о нём?       — Он признался, что был с Деви, но ничем противозаконным они не занимались. Дубей заявил желание жениться на моей сестре, но его мать наотрез отказалась. Его должно быть сейчас сватают выбранной девушке.       От полученной информации я на несколько долгих секунд онемела, а после осела на каменный пол и уставилась в одну точку, не веря, что это происходит на самом деле.       Ему не дали выбрать меня! Его женят на другой девушке, дабы избежать пересудов среди дюжины!       Сжимая кулаки, я кое-как поднялась на ноги и зашла в комнату. В глаза бросилась одежда для верховой езды, а слово данное Амрите исчезло. Боль сковала моё тело, и я, не думая, переоделась, собрала волосы, а потом крадучись попыталась выбраться наружу. Мне нужна была свобода и мгновение побыть в одиночестве. Я не помню, как не попала на глаза охране. То, как забралась на лошадь. Как пронеслась по ночным улицам, которые расплывались перед глазами. А когда добралась до пустоши, я заставила лошадь нести меня навстречу ветру.       Наслаждение от адреналина поступило в кровь, когда волосы взлетели от ветра, а руки отпустили поводья. Расставляя их, я позволила себе вздохнуть и не думать о том, во что мне выльется этот побег. Я неслась на огромной скорости, отпуская себя, позволяя боли взять верх. Не знаю, кто из нас выл я или ветер… слезы застилали глаза, а из груди рвались рыдания.       Когда боль полностью исчезла, я без сил опустилась на шею лошади и затихла, безвольно смотря в пространство. Конь неспешно шёл по натоптанной тропинке, пыхтя от усталости. Яркие звезды усыпали небо, когда я посмотрела наверх, а тёплый ветер обдувал моё заплаканное лицо. От усталости мои глаза закрывались, наливаясь тяжестью. Тело не слушалось, словно его наполнили свинцом, и я знала, что морально истощена.       — Деви! — в ускользающем сознании я услышала голос. Он был настолько далёким, что казалось мне, послышалось. А когда он звал настойчивее и настойчивее, мне стало всё равно, не хотелось двигаться, не говоря о том, чтобы открыть глаза. — Деви…       Тёплые пальцы коснулись лица, убрали волосы…       — Деви, Деви, Деви… — повторял голос, пока сильные руки снимали меня с лошади. — Пёрышко, я же сказал, чтобы ты никогда не думала, что я тебя брошу! Это были последние слова, которые я услышала, и меня в очередной раз поглотила темнота.