Часть 3. Сегодня в белом танце кружимся.

За окном сияет белый диск Луны. Юноша смотрит на него, сжимая ладонями футболку на себе. На щеках румянец от обжигающих нутро воспоминаний. В голове всплывают чужие ладони, что ложатся на скулы норвежца и притягивают к себе, нежно накрывая губы юноши чужими. Кас вздыхает глубоко, прикрывая глаза. Он не может так спокойно находиться с ним в одной квартире. Берите больше– он не может находиться в одной комнате, в одной, Gosh søren (чёрт возьми), кровати с беловолосым. Франческо лежит рядом, спиной к нему, но это все равно дико смущает. Нет, он ни в коем случае не жалеет, что помирился с парнем, он жалеет, что согласился спать вместе. Вот так, сразу! -Ты чего? Нога болит? За обезболом сходить? -Юноша поворачивает голову вправо на тихий голос “эльфа”- Фран смотрит на него обеспокоенно. -Нет, нет, все нормально, я просто… -Он снова отворачивается, и вновь щеки горят от румянца, -вспомнил, как признался тебе в Москве… -Как нам влетело потом, не помнишь, случаем? -Со смешком спрашивает Фран, проведя нежно рукой по чужой щеке. Кас расслабленно посмеивается. -Ты бы знал, как я потом от отца получил… -Вновь отведя глаза, произнёс норвежец. -Мало того, что единственный сын геем оказался, дак ещё и ночью по столице шлялся… забрать не забрал бы, конечно… но попало мне сильно тогда. -Заключил юноша, повернувшись на бок лицом к возлюбленному. Фран смотрел на него тем тёплым взглядом, который Кастиэль не видел уже почти год… момент накрылся, когда норвежец зашипел от неудобного положения ноги. Беловолосый резко поднялся на кровати, укладывая парня обратно на спину. Кас хихикнул хрипло. Комнату наполнил запах корицы. Кастиэль очень надеялся, что этот запах перекроет другой– тот, который никто, кроме хозяина квартиры, не чувствовал– безнадежности. Он не сказал об этом троице вчера, но он… он очень боится. Ему страшно от того, что он потерял дело своей жизни. Потерял дело своей матери. Юноша опускается на диван– ему надо пересадить цветок, но он пока просто не в силах… хотя, может, все силы убить в цветы и растения? Он вздыхает, закрывая лицо ладонями. Нет, он не сможет… он не сможет так просто все это бросить и забыть… Кас откидывается на спинку дивана, включая на телевизоре в YouTube’е первое попавшееся видео, чтобы не сидеть в полнейшей тишине. Хочется подняться на ноги и ощутить полную свободу действий– без сковывающих костылей и падений. Юноша не успевает задуматься об этом, когда на телефон приходит СМС:

Лоло:

“Хэй, Кас! Я тут зашёл за Франом, он пока ещё на репетиции, но Джодах попросил занести тебе коньки! Ты не против?”

: “Нет, Ло, не против. Маякни, как подойдёшь, чтобы я успел подняться и подойти к двери.” В ответ лишь короткое: “Окей”. Юноша откладывает телефон в сторону и ложится на диван полностью, разглядывая потолок. В стороне телевизора слышится громкий смех, крики и заблюренные маты. Наверное, увидь мама, что ее сын смотрит, была бы разочарована… юноша мотает головой в стороны, отгоняя ненужные мысли. А зачем ему сейчас коньки? Хотя, наверное, на память. Если бы ещё эта память была полностью хорошей… но да, большинство воспоминаний разгоняли тепло по венам, отрицать это было бы очень глупо. Те же выступления с Франческо отдавали горячей главой в груди. И все ссоры, все слезы были отложены на второй план. Юноша вздрагивает, когда по квартире раздаётся звонок двери. Он почти с трудом поднимается и подходит к двери. Но ведь Ло же ещё не– -Я же просил написать… -Юноша прерывается, когда видит в проходе лишь Франческо. -А где…? -Пока мы шли, его сестра вызвала по какому-то “срочном делу!”, поэтому он ушёл. -Пожал плечами фигурист, держа в руках сумку Кастиэля с, скорее всего, коньками. -Не хочешь, может… чаю? -Тихо предлагает норвежец, чуть краснея. Фран кивает. -Я только напишу Гонде, что приду позже. -Уточняет Фран уже в прихожей, разуваясь. Кас кивает, уходя на кухню. Уже резче, чем раньше, привык к костылям. Из коридора слышится голос Франа, пытающегося убедить тетю, что они будут просто пить чай. В прямом смысле. Начинает играть вальс. Кас выдыхает резко, когда Франческо подхватывает того под руками лицом к себе и поднимает с дивана. Щеки Кастиэля густо краснеют от смущения, внутри все горит. -Т-ты чего удумал…? -Он не может нормально говорить, стоя так близко к чужому лицу, соприкасаясь носами. Фран улыбается хитрò. -Потанцевать с тобой. Я буду тебя держать, не волнуйся. -Обворожительная улыбка заставляет поверить и кивнуть. Помощь в движениях и правда оказывается необходима, даже не физически: юноша позволяет себе уткнуться носом в бледную шею, сгорая от смущения и сбитого сердцебиения. Ему так приятно, ему так хорошо, он так горит внутри. -У тебя так колотится сердце… -Шёпот Франческо ласкает ухо горячим дыханием, и Кас снова сбивается с дыхания. Из-за тебя же и колотится, черт возьми! -Я так скучал… -А я как скучал, ты даже представить не можешь. Мне было так больно смотреть на тебя и не иметь возможности коснуться… даже на выступлении… -Тихо отвечает Кас, прижимаясь к парню ближе. Тот крепче сжимает ладонями чужую талию. -У тебя есть планы на завтра? -Не особо. Только к обеду надо будет ехать с тётей… уже не помню, куда. -Усмехается беловолосый, уткнувшись носом в чужую светлую макушку. -Останешься на ночь? -С надеждой спрашивает Кас уже почти осевшим голосом. Фран кивает. -Я не против. -Отвечает фигурист, медленно останавливаясь и садясь с парнем обратно на мягкую мебель. -Кстати, ты думал, чем будешь заниматься, когда... Вылечишься? -Несмело спрашивает Франческо, обнимая Каса. -Наверное, растениями... Никогда не думал, что до такого дойдёт, поэтому даже и не предполагал, что придётся менять род деятельности. -Пожимает плечами норвежец, как вдруг его бьёт осознание. -У Лоло есть сестра?