Потому

      Большой дом с фасадом молочного цвета наполняется громкой музыкой, бьющей по ушам, намереваясь разорвать барабанные перепонки и заставить сорвать голос, подпевая; людьми, а точнее — студентами, мечтающими отдохнуть и оторваться с друзьями в вечер пятницы; и множеством ярких цветов, огоньков и разных узоров, созданными специальным оборудованием. Парень в голубом кардигане проходит ближе к столу с разными коктейлями, но его рассудок подсказывает ему взять сок. На самом деле, на удивление, это было самое пустое место. Ну, по крайней мере, здесь был хотя бы один пустой квадратный метр на человека, в отличие от всего остального помещения. — Сону! — Он оборачивается и видит своих друзей — Ян Чонвона, второкурсника с педагогики, и Шим Джейка, австралийца с факультета архитектуры. — И сколько мне вас ждать? Я здесь уже час тусуюсь, а вы только сейчас пришли, — Ким хмурится, надувая губы. — Ну, прости. Чонвон не мог выбрать «хороший наряд», — он сделал невидимые кавычки в воздухе, — чтобы покорить сердце Джея. — Хэй! — Ян обиженно шлëпнул иностранца по плечу и сразу же повернулся к другу. — Говорят, там снаружи бассейн, не хочешь искупаться? — Правда, где? — Юноша вопросительно изогнул бровь, вертя головой в поисках одного из панорамных окон. — Мы тебя отведëм, — Джейк подхватил друзей под руки и повëл на улицу.       Сону спокойно вздохнул, как только они вышли и почувствовал облегчение. Конечно, в доме было весело, но скопления людей доставляли некий дискомфорт. Будто все на тебя смотрят. ***      Ким ненавидел публику, но как назло преподаватель по искусству решила, что его художества должны быть представлены всем после просмотра. Ему пришлось выносить свою работу в холл, где обычно проходили другие студенты. Всё было бы спокойно, если бы он не нарисовал силуэт одного ученика с архитектуры. «Господи, ну я же получил зачёт, ну хорошо же всё, чё ей неймётся» — думал про себя юноша, пытаясь повесить работу и удержаться на стремянке, потому что видите ли места для неё только под потолком осталось. — Тебе помочь? — где-то снизу послышался приятный и обеспокоенный голос. — Было бы славно, а то учитель Ким выдумала тут, чтобы я свою… — оборачиваясь начал жаловаться Сону, но когда увидел, что помощь предлагал тот самый «чьё-имя-нельзя-называть», сразу замолчал.       Он глупо хлопал глазами пару секунд, чувствуя как ноги подкашиваются, тело теряет вес и уже можно лететь, лишь бы об пол разбиться и не видеть лицо с архитектурного рядом. — Чего встал как вкопанный? Слезай, я попробую повесить, — Сонхун попутно скинул сумку рядом рядом с шоппером второго, подходя к стремянке. — А, д-да… — выходя из транса Сону спустился вниз, отдавая своё произведение трясущимися руками в ладони старшего. — Спасибо.       Пока Пак пытался бережно примонстрячить творение младшего, автор этого шедевра осматривался по сторонам и видил, как люди постепенно начинают скапливаться вокруг. Ну, конечно, все, кому интересно. Они смотрят то на одного, то на другого. А Киму кажется, что все смотрят на него и от этого становится так мерзко и страшно, что хочется убежать. Да ещё и Хун ничего не говорит, хотя скорее всего узнал себя на картине. Но это до поры до времени, ведь стоит молодому человеку спуститься и обернуться к художнику, как он тут же расплывается в мягкой улыбке, показывая случайным образом клыки (от которых младший просто готов умереть на месте во второй раз) и одними губами говоря «Красиво». Может, ради этого и стоит вытерпеть взгляды. ***       Парень огляделся по сторонам, замечая несколько столиков с закусками, напитками и заинтересованный взгляд одного молодого человека. Пак Сонхун совсем не осознавал, что пялился на пришедшего, пока ему не пришлось неловко улыбнуться ему, когда они встретились глазами. — Если ты не перестанешь на него так глазеть, то я скину тебя в воду, — Джей, дыщащий и говорящий ему прямо в левое ухо, уже схватил беднягу за плечи.       Парниша на это лишь повернулся к другу и посмотрел на него, словно точно Сону выглядел как мечта и был самым красивым мальчиком, которого он встречал. Чонсон на это лишь вздохнул, строя такие же глазки при виде Чонвона. Новоприбывшие сразу же разбрелись по периметру всей плитки, хватая то тарталетки, то бутерброды, то безалкогольное питьё в стаканах, и, будто жизнь издевалась над ним, Ким остался один в этом хаосе, садясь около воды. Младший наблюдал как булькают волны, и как его друзья готовятся окунуться. Сам бы он не хотел попасть в воду, и вовсе не потому что считал, что станет выглядеть менее привлекательным, или что макияж потечёт. Давайте признаем, что ощущение мокрой одежды и, тем более, мокрого нижнего белья не очень-то приятное, особенно если рядом находиться объект воздыхания. — Хён, если не хочешь с нами, то можешь посидеть с Сону. Видишь, какой он грустный и одинокий. Скоро его дед инсайдом начнут называть, — тараторя и откидывая вещи на траву, проговорил Ян и кивнул в сторону лучшего друга. — Кем? Каким дедом? — Старший Пак сдвинул брови к переносице, не понимая молодёжных слов. — Дже-е-е-й, — осуждающе протягивая гласную в имени бумера их компании, посмотрел на него Джейк.       Но Сонхун перестал их слушать ещё после слов младшего. Ему два раза повторять не надо — он уже идёт к темноволосому и садиться рядом, глупо улыбаясь. — Привет. — Привет, — Сону улыбается ему в ответ, чувствуя тепло от улыбки напротив.       Их диалог строился максимально косолапо с самого приветствия. Ким мямлил какие-то истории, а Пак слушал, и слушал, иногда разбавляя их шутками. Они сидели так уже около получаса. И если Сону прекрасно слышал всё даже через крики, то Сонхун постоянно наклонялся к его груди, чтобы понять его слова, и доводил бедного мальчика до нервного срыва, приближаясь к его уху и обдавая его горячим дыханием при слишком бурной речи, заставляя чувствовать фантомное тепло на протяжении следующих минут. А стеснительное хихиканье младшего заставляло окунуться Хуна в мягкое облако, обволакивая и пропитывая изнутри, давая ощущение удовольствия. Таким чувствовалось его счастье. «Почему мне так важна твоя улыбка?» — пронеслось в его голове, прежде чем он успел остановить свой язык. — Ты милый, — Сонхун ухмыляется тому как уши и щëки собеседника покрываются лëгким румянцем. — Извини, что? — Сону притворился, что разговоры вокруг были слишком громкими.       Пак лишь неоднозначно машет на это рукой, говоря «ничего», и смотрит в воду. Парни просидел так ещё пару минут, пока старший не решил разбавить ненавистную ему тишину. — Напомни, с какого ты факультета?       Только вот Сону стало по-глупому обидно — они слишком часто встречались в университете, и Ким постоянно говорил ему своё расписание, жаловался на пары, так что можно было и запомнить факультет графического дизайна. Тем более, оба имели совместные пары и учились в одном корпусе! Однако продолжить ему не дал Чонвон, который позвал своего друга внутрь. Потому младший быстро извинился и отвлёкся на Яна, оставляя Пака в неведении из-за лёгкой хмурости на лице очаровательного лиса, но уходить не стал. — Я на дизайне, хён. И я постоянно тебе об этом говорил, как ты мог не запомнить? — Ким наигранно цокнул, стараясь преревести всё в шутку. — Ну, получилось так, — второй виновато усмехнулся, надеясь, что прокатит. — Тебе придëтся оплачивать мне обеды до конца семестра, чтобы загладить свою вину. — Для тебя — что угодно. Не хочешь окунуться? — Он кивнул в сторону воды. — О чëм ты—       К сожалению, Сону прервал его же крик, потому что в следующую секунду он оказался под водой и полностью мокрый. Сонхун смотрел на расплывчатое пятно перед собой, которое должно было быть лицом привлекательного собеседника, и схватил его за щëки, смазано и неловко чмокая в губы. Он бы и дальше продолжил, но Ким моментально всплыл, откашливаясь из-за того, что чуть не захлебнулся попавшей в рот водой. Благо оба вытащили телефоны на землю, и сейчас было только мерзкое ощущение прилипших к заднице джинс и тихое хихиканье Пака. — Прости, я не удержался, — казалось, его это забавляло, а вот пострадавший уже вторую минуту пытается поправить мокрющие волосы, надеясь хоть на что-то. — Ты невыносим, Сонхун. Ну и зачем надо было меня за собой тащить? — Он провёл рукой по щеке — чëрный след от туши, ещё и мейк потëк. Отлично. Просто замечательно. — Ты милый, — пока Ким мысленно оплакивал свой испорченный марафет, старший успел непозволительно близко подплыть к нему. — Ты уже говорил это сегодня, я знаю, — он поднял на него глаза, наблюдая как блики от ламп бегают по его зрачку. — Так ты слышал и притворился? Ужасно, Сону. Ты должен мне поцелуй, чтобы загладить вину. — И с чего это я тебе его должен? — Потому что я нравлюсь тебе, а ты мне, — он аккуратно взял его лицо в свои руки, которые оказались тëплыми. — А ещё ты невозможно милый, что я хочу тебя съесть.       Второй поцелуй вышел ещё более неловким, потому что Сонхун почти через несколько секунд сразу же отпрянул, издавая протяжное и тяжëлое «Ой», прижимаясь лбом к лбу Сону. Но Бог любит троицу, и именно поэтому Ким поцеловал его неуклюже, но зато нежно и по-настоящему. Ощущение мягких губ заставляло забывать о том, что они вообще в водной глади, а не на земле. Что они вообще существуют здесь и сейчас. Ну не могут же такие желанные и в какой-то степени сочные губы Пака быть на губах младшего и пытаться съесть их. Только вот старшему пришлось вернуться в реальность, когда тёплые пакли второго схватили его за плечи, заставляя почти что отпрыгнуть и болезненно промычать, потому что его губу успели укусить в последний момент. Это можно было выдержать ради того, чтобы ещё раз услышать кокетливый смех Сону и увидеть его солнечную улыбку. Юноша сам того, не осознавая улыбался в ответ. — Сильно больно? — Виновник подплывает к нему и тянется руками к лицу в надежде осмотреть. — Так я тебе нравлюсь? — Сонхун перехватывает его руку, беря её своими и смотрит в глаза то ли с натуральными звёздочками в зрачках, то ли с отражением лампочек на дне бассейна. — Ты мне нравишься до невозможного… — Он хотел было продолжить, но скептически сощурил глаза. — Не смей говорить, что только сейчас это заметил. Эй! — Парень грозно смотрит на хёна, который пытается сдержать смех, но у него, грубо говоря, нихуя не выходит. — Я за тобой весь последний год бегал, а ты даже факультет не можешь мой запомнить! Так нечестно! — Зато я помню, что твой любимый цвет — голубой и фиолетовый, и что твои извращённые вкусы любят мятный шоколад. — Ладно, — он закатил глаза в шуточной манере. — На этот раз ты прощён.       Парни вылезают из воды. Ну как вылезают — Хун выпрыгивает с помощью бордюра на раз-два, а вот бедного Сону, который и так еле смог бы, а тут ещё и под тяжестью мокрого кардигана, приходиться вытаскивать за руки. Позже старший как ответственный недобойфренд осмелился взять на себя ответственность довести младшего до дома. Ким как только вылез сразу же сказал, что шляться в таком виде на этом мероприятии не намерен. Пак шёл не спеша, держа его за руку и переплетая пальцы, пока второй мысленно и иногда вслух материл всё на свете, пытаясь свободной ладонью отжать хотя бы немного ворсистую ткань. Ближе к подъезду страдалец начал отпускать руку своего компаньона, но тот перехватил его за рукав. — Аккуратнее, растянешь же! — Младший снова дует губы, поправляя рукава, но останавливается. — Мы не договорили, — Сонхун притягивает его ближе, смотря на недовольную мордашку мальчика. — Ким Сону. — Давай без формальностей, — он всё же падает под чарами глупой клыкастой улыбки и обнимает его за плечи. — Ким Сону, — старший начинает, неловко хихикая. — Не соизволишь помочь мне с композицией завтра? — Да ну тебя! — Он пихает его в плечо, но его крепко держат за талию. — Я думал, ты встречаться предложишь. — А парнем моим будешь? — Буду. — Ну вот и решили. — А теперь отпускай, мне надоело быть мокрым, — Сону протягивает это немного в хныкающем тоне, но в глазах напротив видит лишь огоньки задора. — Неа, — Пак целует его мягко, хоть и со стороны кажется, будто он сейчас съест его вместе с губами.       А Ким в транс попадает, зарываясь в влажные волосы напротив, с которых ещё немного капала вода, и массирует затылок, ощущая, как его притягивают всё ближе. Они отстраняются с громким чмоком и глупо смеются, пока Сонхун не отпустил второго, чтобы он наконец-то убежал в тёплую квартиру и принял горячую ванну. *** ПОМОГИТЕ СОНХУНУ ПРИЗНАТЬСЯ (мы уже не можем) сунхуй угадайте что мы с сону встречаемся бумер и ста лет не прошло лайла ГОспди спасибо, что ты есть я уж думал вас запереть в комнате, чтобы вы признались мяувон НУ НАКОНЕЦ-ТО ещё одного дня я бы не выдержал сунхуй ЭЙ это уже кибербуллинг дону заслужил я думал, что не доживу до этого дня сунхуй покинул (-а) беседу бумер ТУДА ЕГО мяувон а как давно здесь находиться сону?