Вернутся к фанфику

Глава 10. Желание

11 июля 2024, 17:51
Иоанн держал ее за руки, пока Иосиф произносил вступительные молитвы: — Сегодня мы находимся в таинстве, в котором Всевышний соединяет двух рабов Божьих в неразрывный союз любви и верности. Перед лицом Господа нашего, я, властью данной мне Всевышним, не буду долго говорить о любви нашего Создателя. Я точно знаю, как и наш Господь, что это желание соединиться узами супружества искреннее и добровольное. Они намерены хранить друг другу верность в здравии и болезни, в счастье и несчастии до конца своей жизни. Прошу жениха и невесту прочитать свои супружеские клятвы. Иоанн достал из нагрудного кармана своего жилета сложенный листок. Вернее, листок и фотографию. — Когда я впервые увидел тебя, я заметил только верхнюю юбку твоего платья. На Элмвуд-стрит никто не носил ни юбки, ни платья… Радио пикапа переключилось на другую композицию Мьюз. Один из лучших треков их дважды платинового альбома. Пру приложила ладонь ко рту, стараясь не заплакать. — Да, она как раз сейчас в тему, — продолжил Иоанн и смял листок со своей клятвой, — Я могу и сам все сказать. Наша любовь была сопротивлением, Пруденс, как сейчас и поет Мэттью Беллами, ко всем. К моему отцу, к моим опекунам и к моим порокам. Когда ты, чистая и невинная, предалась со мной первой любви, я уже тогда понял, что кроме меня для тебя никого не существует. Ты ждала меня все эти годы, и я могу отплатить тебе только своей любовью. Иоанн снова достал что-то из кармана и протянул раскрытую ладонь с предметом: — Ты отдала за это все свои карманные деньги, но оно слишком маленькое, чтобы стать обручальным кольцом. Я клянусь быть верным тебе. Рядом с тобой я могу не быть тем, кем я не являюсь. Я клянусь любить тебя, до скончания времен. Ты моя мудрость. Ты моя любовь. Пру опустила глаза, сдерживая слезы и прикоснулась к латунному колечку на шее и с легкостью оборвала шнурок. — Я отдала за это полтора доллара, и продавец клялся, что продает мне платину по дешевке. Нас разлучили на двадцать два года, и как сказала Вера, скорее всего, я люблю ту привязанность между нами. Но это не так. Я вижу, что Ник не сжег ту фотографию, как я просила. Надеюсь, хоть письмо сжег. Я сказала тебе в ту субботу, что синяя одежда подходит к твоим глазам, и ты до сих пор носишь синие рубашки. Ты сказал мне что мы обручимся, когда Иосиф станет следующим священником после моего папы. И ты не соврал. Я люблю тебя, Иоанн Сид. Мне даже вечности мало, чтобы быть с тобой. — Кольца, — прошептал Иосиф. К Иоанну подошел Ник, сжимая что-то в кулаке и передал в руку Сида младшего. За Пруденс стояла Вера, протягивая ей что-то маленькое. — Поблагодаришь потом, — прошептала она, — Как-нибудь вечером, за чаем, идет? Он надел на ее палец небольшое колечко с темно-зеленым камнем. Малахит. Вера ей передала стандартное кольцо, которые носят обрученные мужчины. — Настоящая платина, — улыбнулся Иоанн, — Я верил… — Или просто все хорошо спланировал. — Да целуйтесь уже! — крикнула Вера. Иоанн притянул Пруденс за талию к себе прижался к ее губам. Пру вспомнила их первую ночь под Атлантой и надавила языком на его губы. Языки переплелись в каком-то своем ритме, рука Помощницы легла на затылок мужчины, он опустил ее еще ниже. Иоанн ощутил острую боль и понял, что Пру укусила его. — Да харо-о-о-ош, — протянул Ник, — Меня Кимми так не целовала! — А это блуд, — детским голосом пропищала Вера, — Правда, хватит, вы сейчас будто съедите друг друга. Иоанн оторвался от Пруденс и заметил довольный взгляд Иосифа. Ну, хоть кому-то из сыновей Безумного Сида повезло в отношениях. — Завтра утром, я посажу тебя в свой самолет, и ты выполнишь все свои обещания, которые дала вчера, — прошептал Иоанн на ухо Пру, — И отказы не принимаются, душа моя. — Да я что-то не помню, чтобы была против, — прошептала она в ответ, затем чуть погромче добавила, — А букет невесты не подготовили? Я бы хотела кинуть в толпу подружек невесты. Мэри Мэй развела руками вместе с Верой. Пруденс уже собралась садиться в машину Иоанна, как он ее остановил: — Подарки. Какая свадьба без подарков? — Так ты все спланировал, — заключила Пру, — То есть, ты знал, что я не улечу с Итаном. — С тех ночей в Атланте, всегда был только я, Пру. Ты мне это сама сказала… Она для вида поджала губы, но в душе все ликовало. Первой подошла Мэри Мэй, протягивая ей деревянный ящик. Сама бармен не была слишком уж рада присутствовать на такой вечеринке, но у нее не было выбора, скорее всего. — Я не хотела быть здесь, — сказала она, — Я не знаю, что ты сделала с этим сукиным сыном, но я благодарна тебе за это. Жаль, что ты не появилась здесь раньше. Моя семья была бы жива, все было бы по-другому. Это вам, подарок от меня лично. — О нет! — простонала Пру, — Я ненавижу его, с тех ночей под Атлантой. Шесть банок Доктора Пеппера были холодными, будто Мэри Мэй только что их достала из холодильника. К горлу подкатил ком. — Это для меня, — ответил Иоанн, — Это вкус моего первого поцелуя с тобой. Хочется воссоздать все до мелочей. Пру скривилась. Ну хорошо, ради такого события можно и потерпеть. Следующей подскочила Вера, и насильно всучила в руку Пруденс тонкую пластиковую коробку. — Тот самый альбом Радиохэд. Наконец-то вам пора его послушать вместе. — Погоди, ты шарилась в моих вещах?! — возмутился Иоанн, — Я хотел сделать сюрприз! — Это идея Иосифа, — пожала плечами Вера, — Вы двое только недавно снова нашли друг друга, будьте благодарны за эту церемонию и наши подарки! Пруденс сдерживалась от смеха. Все-таки им Судьбой предназначалось встретиться с Иоанном здесь, в это время, когда у них появилась Рейчэл, которую позже нарекли Верой. Пру сделала правильный выбор, когда решила после смерти родителей уехать как можно дальше от воспоминаний… — От нас. От всего сопротивления округа Хоуп. Знаешь, Помощник, некоторые из гражданских до сих пор не доверяют тебе после той истории в церкви, но многих ты все-таки убедила. И крестины моей дочери тоже, — Ник прицепил на ее рубашку значок Пум, — Я не знаю, как к тебе отнесутся последователи Иосифа, но знай, что отныне ты часть обеих сторон. Ты тот самый мост, который соединяет две противоположности и дает надежду. Последним был Иосиф. Он прикоснулся лбом о лоб Пруденс и коснулся кончиком носа. Пру знала, что это особый жест, которым обменивается только семья Сид. — С возвращением в семью, сестра, — прошептал Иосиф, — Наши Мудрость и Любовь наконец-то дома. Мудрость и Любовь. *** Пруденс смотрела на дом соседей. Мальчишки не думали возвращаться домой, хотя было уже время ужина. На прошлом месте у нее было друзей из соседских детей. Все избегали ее из-за родителей и увлечений. — Можно позвать тех мальчиков? — спросила Пруденс за ужином, — В гости. Можно? — Каких? — спросил папа, — Что за мальчики? — Ты про тех соседских ребятишек? — отвлеклась мама от своей трапезы, — Можно, но только на следующей неделе, когда мы разберем все коробки. — Ой! А можно тогда я их позову после ужина? — закричала Пру, — Можно? Мама, а ты сделаешь лимонную меренгу, да? Папочка, а ты позволишь нам послушать пластинки Джексона? Ой, ну пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста! Пруденс была напористой, как и все шестилетки. Папа замялся, Пруденс еще больше надавила, и он согласился. В следующее утро пятницы, мама вместе с Пруденс стояла у двери дома семьи Сид. Перед собой она держала тарелку с лимонной меренгой. Миссис Грейс Чарльз Филлипс опасалась, что мальчики такого семейства окажут плохое влияние на ее обожаемую дочь, но отказать ей в приглашении домой, она не могла. Пру страдала от отсутствия друзей, и смотреть на мучения дочери было выше ее сил. — Добрый день, — обворожительно улыбнулась Грейс открывшему дверь Сиду старшему, — Мы переехали на прошлой неделе в дом по соседству. Моя дочь познакомилась с вашими детьми, и мы бы хотели позвать ваших мальчиков завтра на обед. В честь нашего приезда я испекла для вашей семьи лимонный пирог по рецепту моей мамы, и я бы… — Ваша дочь крещенная? — грубо оборвал ее Сид. — Мой муж священник местной приходской, — жестко сказала мама Пруденс, — Мы все принадлежим христианской общине этого города. — Мои сыновья придут к вам завтра. Хоть тишина будет в доме, — Сид забрал из руки Грейс тарелку с пирогом и захлопнул дверь перед ее носом. — Верните пожалуйста тарелку через мальчиков! — Иоанн! — воскликнула Пру, замахав ему, едва увидев его через окно, — Привет! — Пойдем, Пруденс, — мама потянула девочку обратно домой, — Какой страшный мужчина! Надеюсь, его сыновья не пойдут в него характером. Долгожданный обед субботы наступал для Пру слишком долго. Ночью она не могла заснуть, а утром сразу же принялась ждать у окна. Без пятнадцати час после полудня в дверь наконец-то постучали и Пруденс стремглав помчалась вниз. Мальчики застыли, когда им открыл дверь отец Пруденс и сказал: — Добро пожаловать. Для страждущих, наш дом — Врата Эдема. — Вы пришли! — воскликнула Пру и обняла Иоанна, — Мама приготовила лимонную меренгу! И даже отбивные приготовила! — Миссис Филлипс, — сказал Иаков, — А вы можете нам потом с собой завернуть по кусочку пирога? Он протянул маме Пруденс тарелку. — Я никогда в жизни не ел ничего вкуснее. За обедом Пру даже как-то притихла и тайком поглядывала на соседей. Иаков держался с достоинством, но грозно посматривал на братьев, словно боялся, что те скажут что-то не то. — Иоанн, — сказала Пру, — Синяя рубашка очень подходит к твоим глазам. — Спасибо, — пробубнил мальчик и уткнулся в картофельное пюре. Из гостиной вернулся отец, который поставил любимую пластинку Пруденс с музыкой из сериала Твин Пикс. Пруденс зажмурилась от удовольствия. Этот день не мог стать еще лучше. После обеда она повела Иосифа и Иоанна в свою комнату, чтобы похвастаться своей большой гордостью: — Она даже с картинками! — сказала Пру, показывая иллюстрированное издание «Хроники Нарнии», — Папа сказал, если я окончу первый класс хорошо, то он мне найдет книги Терри Брукса. — А… — Иосиф замялся, — А Властелина Колец у тебя нет? Пруденс задумалась и полезла на книжную полку. — У меня есть первая книга. И «Хоббит». Дать тебе почитать? Только верни! — Нет… — Иосиф помотал головой, — Можно приходить к вам в гости и читать? Пру замолчала. — Спроси у моего папы, — ответила она, — Иоанн, а ты читал Властелина Колец? *** — Мы едем на ранчо? — спросила Пру, — Я хочу забрать Бумера из Фоллс Энда. — Бумер у меня, — коротко ответил Иоанн, — Я взял его с собой, когда мы обнаружили, что тебя долго нет. Пруденс вздохнула. Вот как… Для сопротивления она больше не будет своей. Крестины Кармины не дали ей очков доверия. Она грустно улыбнулась и смотрела на пейзажи за окном. Радио все также было на сто пятой волне и композиции менялись одна за другой. Пока не заиграла композиция Мьюз «Undisclosed Desires». Рука Пруденс потянулась, чтобы выключить радио, но Иоанн ее остановил. Сам он вдавил в пол педаль тормоза и смотрел на Пру, словно видел ее впервые за годы разлуки. Я хочу усмирить жестокость в твоем сердце, Я хочу убедиться, что твоя красота — не просто маска, Я хочу изгнать демонов из твоего прошлого, Я хочу удовлетворить нераскрытые желания твоего сердца.* Иоанн кинулся на нее, перегнувшись через коробку передач. Сначала Пруденс сильно удивилась такому порыву, но возмущение прошло, когда она почувствовала его губы на своих губах. По идее, надо было свернуть на обочину, хоть дороги и были отныне нейтральной территорией, но кто знает, что может прийти в голову несогласным? Ты может быть и грешница, Но твоя невинность — моя.* Пруденс, не разрывая поцелуя, сама попыталась перелезть на сидение к Иоанну. Когда это удалось сделать, она удобно расположилась между его ног, Иоанн буквально вжал ее в себя, из-за тесноты и мешающегося руля. Губы Пру коснулись мочки его уха. — Прошу, не оторви серьгу, — прошептал он, — Я знаю, как ты любишь кусаться. — Я не собиралась, — прошептала она в ответ, переходя на чувствительное место под яремной веной. Сделай мне одолжение, Покажи мне, как это происходит. Дразни меня, Ты — единственная.* Губы Пруденс перешли на шею, ее пальцы начали расстегивать верхние пуговицы рубашки, и она снова увидела этот безобразный шрам. «Лень»… — Почему все-таки лень? — спросила она, скрывая вырезанный ужас поцелуем. — Потому… — Иоанн судорожно выдохнул, когда ее пальцы пошли ниже, к ширинке джинс, — Прошу, дотерпи до ранчо, Пруденс. Мне мешает руль и вообще… На мгновение Пруденс отвлеклась, нащупывая рычаг, чтобы опустить спинку его кресла. Проблема в виде упирающегося руля в ее спину была устранена, и Пру, продолжив осыпать его поцелуями устремилась ниже. — Пруденс, — простонал Иоанн, — Стой! Она скорчила недовольную мину и вернулась на свое место. — Я хочу, чтобы наша первая брачная ночь прошла не в машине, — пояснил Иоанн, — Ты достойна большего, чем секс в тесноте. — Да мне без разницы где, Иоанн, — протянула грешница, — Главное, что с тобой. — Ну, это я уже понял давно. Под Атлантой. Пруденс улыбнулась. — По поводу сопротивления не переживай, Пру. Эти ребята поймут, что несправедливы к тебе буквально через два-три дня, когда Иаков покинет Уайтелл, Вера уничтожит все запасы блажи, а мои люди перестанут вести беспредел на дорогах. А… — Иоанн улыбнулся и на мгновение оторвал взгляд от дороги, — Мои люди от тебя в восторге. Слышал сегодня их сплетни, что присутствие «этой распутной грешницы» в постели, сделали меня таким, каким хочет видеть Отец. — Настоящим? — спросила Пруденс. — Не знаю. Но такой я больше нравлюсь «Вратам Эдема». Они приехали и едва Пру вышла из машины, как к ней подбежал радостный Бумер. — И ты думал, что я тебя бросила? — она потрепала его по загривку, — Вы сговорились все, да? Пес не думал успокаиваться и не переставая прыгал вокруг своей хозяйки, показывая, что верен ей до последнего лая. Когда они вошли в дом, Пруденс поняла, как вымоталась за сегодняшний день и практически бессонную ночь. Хотелось чего-нибудь поесть, принять душ и лечь спать, но сил бы на это вряд ли хватило. — Хочу спать, — честно призналась она Иоанну, — Первую брачную ночь можем устроить в самолете утром. Она прошла в спальню и кое-как стянув в себя рубашку Иоанна и свои джинсы, свалилась спать, не расстилая кровати. Бумер проследовал до кровати и лег на пол, следя одним глазом, за Иоанном. — Эй, — сказал Креститель псу, — Я, между прочим, тоже ее люблю. Я ее муж. Бумер шумно выдохнул, что-то проворчал и улегся спать. Пруденс проснулась после полуночи, поздно ночью. Иоанна рядом не было, и она, закутавшись в плед спустилась вниз на первый этаж. Иоанн сидел у окна, в тишине, слушая христианский рок из динамиков на улице. Его губы беззвучно шевелились, напевая слова песни. Когда небо прояснится, а буря закончится, Мы пойдём рука об руку по обещанному пути. Мы увидим, как восходит Солнце со своего чёрного ложа, И мы войдём в Эдемский сад и никогда не обернёмся… Иоанн не сразу заметил Пру, а она не стала его тревожить. В ее жизни было мало дней, когда она видела таким расслабленным и спокойным. Её выдал Бумер, который заснул слишком крепко и не найдя хозяйку на кровати, с шумом спустился к ним. — Давно здесь? — спросил Иоанн, — Могу сказать, чтобы выключили. Ты же не любишь… — Пусть играет, — улыбнулась Пруденс, — Я так давно не видела тебя таким… О чем думал? Он протянул к ней руку, Пру взялась за нее, позволив пледу упасть к ногам. Ночь дана не для того, чтобы смущаться. — Я думал о том, как мне чертовски повезло. У меня есть для тебя подарок. Можешь считать, что на свадьбу, но я бы хотел, чтобы мы от него избавились. Письма… Это были все ее письма, которые она ему отправила. Кроме того, что вернулось перед ее выпускным. — Я бы хотела получить на них ответ… На каждое… Иоанн рассмеялся: — Душа моя, не трави меня… Вот, я стою перед тобой, мужчина из плоти и крови. Ради тебя я готов заново проделать весь путь. — И украсть у Мэри Мэй Вдоводел? — Если ты позволишь. Пруденс перевела взгляд на свои письма. Одни из них были пропитаны надеждой, детской наивностью и предвкушением встречи. Другие были пропитаны болью и отчаянием. — Давай их сожжем, — сказала Пру со слезами на глазах, — У нас начался новый старт. К нему все это не имеет отношения. Они разожгли камин. Пруденс снова укуталась в плед и по очереди кидала письма в огонь. Первым было письмо, которые Дунканы спрятали от Иоанна. »… Дарю тебе тысячу поцелуев, Твоя Пруденс Черити Филлипс». Следующим было письмо, отправленное через год. »… Должно быть, ты сильно занят, и не можешь отвечать. Но знай, Иоанн, я очень сильно хочу тебя увидеть. Я хочу познакомиться с твоими опекунами, может они и правда, такие как мои родители? Жду от тебя ответа, Твоя Пруденс Черити Филлипс». — Прости, — прошептал Иоанн, — Видеть каждый раз твои слезы — выше моих сил. — Все нормально, — ответила Пруденс, — Такое ощущение, что я избавляюсь от чего-то тяжелого. Когда последнее письмо поглотил огонь, Иоанн взял губы Пруденс в плен. Он провел языком по ее нижней губе, и переместился поцелуями на шею. Пру тихо застонала и облокотилась на локоть, разместившись поудобнее на полу. Поцелуи переместились дальше. — Стой, — прошептала Пру, — Дай я сниму. Спортивный топ упал на пол, как и другой атрибут нижнего белья. Язык Иоанна обводил выпирающие косточки ключиц, губы на мгновение задержались на четырех бабочках, вызвав очередной стон. — Знаешь… А ведь у меня нет подарка на нашу свадьбу, — простонала Помощница, — Разве это нормально для невесты? — Ну, — Иоанн попытался подавить смешок, уткнувшись в ее шею, — Ты подарила надежду и мир для всего округа, по-моему, это отличный подарок. Жилет Иоанна полетел вслед за рубашкой. — Нас увидят твои… — Пруденс не закончила фразу из-за очередного судорожного вдоха, когда ощутила приятную боль от того, что Иоанн прикусил вишенку соска. Он оторвался и сбивчиво прошептал: — Пусть смотрят. Мне плевать. — Тогда возьми меня, и пусть весь мир подождет. Звенящие огненные струны дрожали в самых потаенных уголках тела, Пруденс застонала от удовольствия. Невероятно сильное желание вдруг овладело ею. Затаив дыхание, Иоанн касался ее нежной кожи, ласкал грудь. Пру чувствовала, как волнами пульсирует возбуждение, и, закрыв глаза, отдавалась этим волнам. Когда он прекратил ласкать грудь, она все еще не открывала глаза. Затем она почувствовала, как он целует ее. Она приоткрыла рот, чтобы ощутить его язык. — Душа моя, — прошептал Иоанн, — Как я хочу тебя… — Я готова… — прошептала Пру, — Я готова. — Ты посмотри что творит, грешница, — плюнул на землю один из защитников ранчо, — Ты слышал, что их после соглашения с отступниками, Отец обручил? — Да быть не может! — воскликнул собеседник, наблюдая, как при неровном свете первого этажа брат Креститель снял с себя рубашку и пригнулся дальше, поцеловать грешницу, которую недавно был готов убить, — Так может это… Отец-то знает что делать. — Ты о чем? — Сплетни принесли с Уайтелл. Грешница эта, росла с ними по соседству. Говорят, дружны были очень. С братом Крестителем особенно. И потому он и приказал Фоллс Энд не трогать, и ее с собой забрал. Еще я слышал, что сестра Вера с ее стороны была свидетельницей на свадьбе их. Ты это, только языком не мели так перед братом нашим. Может эта блудная девка и сдерживает его от прошлых замашек, но кто знает, что ему в голову взбредет, если такое услышит о ней. — Так может вам вообще лучше не раскрывать рты? — спросил грубый голос за спиной сплетников, — Цените сестру Исповедницу за то, что брат Креститель стал таким, каким хотел видеть его наш Отец. — Да что ты брат! — испуганно ответил первый сплетник, — Мы очень благодарны ей за изменение нашего брата Крестителя! Они решили вернуться в спальню, Бумер грузно топал за ними следом, давая им понять, что он бы предпочел спать всю ночь, без постоянной беготни с этажа на этаж. Пруденс захихикала, когда дверь в спальню захлопнулась, а Иоанн с шумом выдохнул в шею. — Погоди, — зашептала она, — А как же самолет? — Пруденс, — с шумом выдохнул младший Сид, — Неужели ты… Договорить Пру ему не дала. Она поцеловала его, позволяя повалить себя на кровать. — Ты не хочешь! — воскликнул Иоанн, догадавшись, что она его просто дразнит, — Ты… Пруденс! Она громко засмеялась: — Я думала, как быстро ты догадаешься. Твоя сестра подарила нам тот самый альбом Радиохэд. Пора его послушать! Пруденс встала с кровати, и, словно позабыв о рубашке и спортивном топе, прошла к музыкальному центру. — Мы будем лежать на полу. Как дома было, — сказала она. Быстро вставив диск в выемку, она нажала кнопку старта и прилегла на дощатый пол рядом с Иоанном. Он прикоснулся пальцами к ее ладони, и она в ответ сжала его руку. Почти сразу стало ясно, что это не Радиохэд. — Плацебо, — прошептал Иоанн, — Это не Радиохэд. — Без тебя, я — ничто, — сказала Пру, — Он с самого начала был в коробке или Вера решила так подшутить над нами? — Я не включал. Как купил — не открывал, клянусь, — сказал брат Креститель, — Может, пусть останется тайной? — Ну… — Пруденс призадумалась, — Плацебо мне тоже нравится. Детская любовь — вот мой подарок, Другого — мне не нужно. Другую любовь я бы так не берёг, И ничто не могло бы оправдать моего отношения.** Они принялись слушать музыку дальше, как она поднялась на локте и села сверху на Иоанна. Тот немного опешил от таких движений, но сомкнул руки на ее талии. — Ты сможешь снять с меня остальную одежду, — выдохнула она ему на ухо, — Все-таки первая брачная ночь… — Встань, — прошептал Иоанн, чувствуя, как у него снова встает, — На четвереньки. Пруденс немного удивилась. Так вот, как он делал это с прихожанками, о которых говорила Мэри Мэй? Вот каким голосом он на них действовал? В живую он звучит куда сексуальнее, чем на том ролике, когда она угнала Вдоводел. Его просьбу она все равно выполнила и лукаво посмотрела на него снизу: — Я заинтригована. Он слегка подтолкнул ее вперед, раздвинул нижние губы и обнажил влажное отверстие, склонился над ним, чтобы почувствовать его теплый солоноватый привкус. Он нащупал языком плотные утолщения где-то глубоко внутри. Она, затаив дыхание, придвинулась к нему, чтобы ему было удобнее. Она не слышала ни своего учащенного дыхания, ни стонов наслаждения, ни криков, но Иоанн слышал это, и, приподнявшись, он вошел в нее. Она сразу же качнулась назад, чтобы полностью поглотить его. Он застонал от необычно теплого приема и развел ягодицы, затем отыскал рукой маленькое утолщение клитора, и потрогал его, и начал тихонько бить по нему в такт движению ее тела. Возбуждение его достигло пика. Он все быстрее и быстрее входил в нее, все глубже. Она закричала от наслаждения, и его вопль слился с этим криком. Пруденс, вытянувшись, лежала на полу, она ощущала на себе тяжесть тела Иоанна, слышала его дыхание слева. Затем она почувствовала, как напряглось его тело, и он скатился с нее, обхватив рукой ее талию. — В душ бы, — коротко сказала она, — Одна. Второй раз меня сведет с ума. Пру вышла из душа порозовевшая и немного помятая. По виду за окном было понятно, что близится рассвет, но ей бы хотелось поспать хотя бы часик. Тело приятно ныло от событий сегодняшней ночи. Иоанн лежал на кровати и вопросительно посмотрел на нее, когда она, отвернувшись от него, легла на кровать. — Что-то не так? — обеспокоенно спросил он. — Ноет все, — ушла Пруденс от ответа, — Можно я вздремну до утра, и ты потом разбудишь меня? Иоанн улыбнулся и пригладил ее волосы: — Душа моя, через час я должен быть у Иосифа… Ты можешь спать хоть до обеда, в дом никто не зайдет. Можешь выйти и погулять с Бумером — вас никто не тронет. Моего приказа никто не посмеет ослушаться. Пру повернулась к нему лицом. Погулять с Бумером? Иоанн поцеловал ее в эту секунду, пока она растерялась. — Как я рад, что Помощником оказалась ты, Пруденс. — Я рада, что ты не выстрелил в меня из снайперки, когда я подорвала твой Богослов. Кстати, а когда я увижу снова свой кольт? — Тебе его вернут, — он поцеловал Пру в лоб, — Я выезжаю к Иосифу. Погуляй с Бумером, удели ему время, но не уходи далеко от ранчо, прошу. Пруденс кивнула и откинулась на подушки. Иоанн впустил Бумера в спальню и пес снова преданно улегся на пол. — Бумер, — Иоанн указал на пса пальцем, — Под твою ответственность. Теперь ты главный. * песня "Undisclosed Desires" группы Muse ** песня "Every You Every Me" группы Placebo

Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!