Устал — приляг и отдохни

Налетевший сквозняк заставил миссис Хадсон вздрогнуть. Мельком взглянув на большие настенные часы, она медленно стянула со стола поднос и тихо прошаркала по рассохшимся ступенькам, стараясь не издавать слишком много скрипа, только вот фарфоровый сервиз легонько съезжал к блюдцу с клубничными сконами, серебрянные ложки дребезжали. — Мистер Холмс, кэб прибудет через час с четвертью, а вы до сих пор в халате, — домовладелица заглянула в гостиную, чтобы застать своего квартиранта — нет, не спящим — сидящим в кресле с прикрытыми глазами. — Неужели вы передумали идти? — Уверяю вас, дорогая миссис Хадсон: как подобает другу жениха, я буду пунктуален и неотразим. Даже покоящаяся на коленях скрипка не могла придать сыщику ту привычную скучающую расслабленность, которая временами делает гения обычным человеком. Холмс будто выцвел в своём горестном раздумьи. Напряженный, бессонный, мечущийся, но все ещё решительный и твердый наощупь, он мог слиться с креслом, если бы не выступающие скулы и глубоко запавшие ледяные глаза. Миссис Хадсон не нужно было разворачивать карты Англии, заглядывать в отражение кофейника или курить по десять трубок в день, чтобы понять, в чем дело. Поставив поднос на стол, хозяйка квартиры любовно огладила спинку пустующего кресла. Много раз с момента пропажи Шерлока ее руки лежали на сведенных судорогой лопатках доктора Ватсона, когда он в очередной раз перечитывал письмо из портсигара и заходился слезами. Гулкие всхлипы, отдающие прямо в ее ладони были самой красноречивой вещью, которую только можно желать для человека, вроде Холмса. Миссис Хадсон всегда хотела, чтобы такую неординарную личность оплакивали так же истово, как смерть короля или Папы Римского. В те несчастные, окаянные дни она частенько садилась рядом, наливала чай и отдавала скорби свои дары. — Это жилище многое повидало, включая ваши химические эксперименты с кислотами и упражнения в стрельбе, — домовладелица усмехнулась, рассматривая дырки от пуль, складывающиеся в литеру "V". — Самый стойкий квартирант продержался, кажется, — миссис Хадсон пожала плечами и продолжила неуверенно: — две недели... — Двенадцать дней, если быть точным, — Холмс подался вперед, деликатно придерживая даму за локоть, помогая ей устроиться в кресле. — Остальные сбегали отсюда на вторые сутки, так что это, своего рода, рекорд, я полагаю, — женщина рассеянно кивнула, принимая напиток. В этот момент ладонь Холмса аккуратно обхватила ее собственную, помогая донести блюдце с чашкой до стола. Теплое к чуть холодному, упругое к твердому: он не хотел думать о плохом, но ничего не мог с собой поделать. — Благодарю вас, — старушка задумчиво добавила сахар и перемешала. — Когда к нам переехал доктор Ватсон, вы обрели доброго друга и верного спутника в ваших приключениях. Это большая честь и огромная ответственность — быть кому-то настолько близким. Холмс смотрел на свое отражение в чайнике, и оно казалось ему карикатурным. Последний разговор с Майкрофтом, скомканные оскалы, сломанные копья и длинные плетки недопониманий. На его белом теле ни царапины, ни синяка, но весь он разбит. Стоя в церкви, вместо песнопений он будет слышать разочарованный голос брата. Если бы прощение было легким, людям не нужно было бы так часто напоминать о его важности. — Доктор Ватсон много лет прожил здесь, с нами, мы будем скучать по нему — это правда. Однако, как и любой человек, он тоже имеет право строить свое счастье. Семья — великая прерогатива, мистер Холмс, одна из немногих законных радостей, доступных нам, смертным. Шерлок достал из бордового халата тугой бархатный кисет и принялся неспеша набивать трубку. — Если Ватсон будет счастлив в браке, мне останется только порадоваться за него. Вы знаете мое недоверие к женщинам, но мисс Морстен мила и добра. Она совершенно очарована доктором, и он кажется тоже влюблен без памяти. Сегодня я от всего сердца пожелаю молодоженам счастья, — Холмс отложил незажженную трубку, встал на колени перед старушкой, словно собрался тотчас исповедаться. — Мистер Холмс... — Миссис Хадсон, мне нужна ваша помощь, — горячо зашептал он. — Что-то случилось? — округлила глаза старушка. — Вам нужно проведать миссис Монтгомери. Сегодня. — Но...но как же свадьба доктора? — взгляд миссис Хадсон блуждал по лицу Холмса, отчего у мужчины пересохло в горле. Он не отвел глаза — нельзя. — Дорогая, милая миссис Хадсон, — Шерлок тепло улыбнулся, — вы бесконечно умны и невероятно проницательны. Пожалуйста, не задавайте сейчас вопросов, на которые я пока не могу ответить: просто делайте все, что вам говорят. Под окнами остановилась карета. Возница слез с ко́зел и посмотрел на окна второго этажа. Холмс одернул занавеску и с минуту стоял неподвижно, оглядывая улицу. — А вот и сэр Джеймс Монтгомери, сын Элоизы. Он отвезет вас к матери, а завтра утром я за вами заеду. Шерлок коротко махнул кучеру и повернулся к сникшей миссис Хадсон. — Я обязательно передам поздравления, не волнуйтесь. Сегодня моя очередь развлекать доктора и мисс Морстен, а через три дня молодожены обещали заглянуть сюда, на Бейкер Стрит. Помните, вы недавно вычитали в кулинарной книге рецепт пирога с лососем и шпинатом? — Дождавшись кивка, Шерлок ловко подхватил даму под локоть. — Уверен, все будут в восторге от его вкуса. Где ваша шаль? А, вот же она. Шерлок аккуратно накинул узорчатый шерстяной платок на женские плечи. Миссис Хадсон на мгновение огляделась, а потом схватила Холмса за руку. — Доктору и Мэри грозит опасность? — Я не знаю, но я намерен все выяснить и защитить их, чего бы мне это ни стоило. Будет лучше, если вас не будет ни дома, ни на свадьбе. Не дожидаясь ответа, сыщик открыл дверь и помог старушке спуститься по ступенькам. Расслабенный ото сна возница открыл сначала один глаз, а потом и второй. Он приложил мозолистые пальцы к козырьку, приветствуя старых знакомых. Шерлок помог женщине залезть в экипаж, рассыпаясь в обещаниях скорой встречи. Когда дверь закрылась и силуэт миссис Хадсон скрылся за плотными занавесками, сыщик запрыгнул на ко́злы так, что его лицо было напротив удивленного лица Джеймса. — Я на вас надеюсь, — серьезно сказал младший Холмс. Его глаза лихорадочно блестели. — Будьте спокойны, сэр, — пробасил возница. — С миссис Хадсон глаз не спущу. Лошади встали на дыбы, когда над их ушами просвистел кожаный хлыст. Экипаж тронулся с места и, поскрипывая, исчез за углом. Шерлок еще раз огляделся, перешел дорогу и завернул за угол, сливаясь с толпой.