Часть 12

Гром сидел в кресле и хмуро смотрел прямо перед собой. После всего, что случилось, у него внутри было чувство бесконечного опустошения. Кажется, в этот раз он действительно очень сильно проебался, и это уже был вопрос не ухода от общественного мнения, а вопрос, который ему придется очень долго решать со своей собственной совестью. Он был уверен в себе. Слишком уверен. Но не учел того, что Волков — не обычный преступник, коих он в гигантских количествах отлавливал по всему Санкт-Петербургу и нейтрализовал своим традиционным методом. Избитый до кровавых соплей и продолжавший получать удары по всем частям тела, Олег продолжал просто безумно смеяться им в лица на требования отключить таймер. Когда раздался взрыв, Гром был уже полностью готов забить насмерть этого ухмыляющегося уебка. И взять на себя всю ответственность за это. Его каким-то образом остановил Август. Хотя, наверное, если бы в тот момент знал все, то еще поборолся бы с Игорем за шанс оторвать этому психу голову и выкинуть в реку. Пока Гром пинал, просто чтобы душу отвести, и очень старательно связывал Волкова (чтобы наверняка), Хольт занимался дронами. Не сразу, но Августу все же удалось их отключить, и теперь им оставалось только выйти из здания и столкнуться с последствиями. А они были в миллион раз хуже, чем они оба могли себе представить даже в самых худших своих мыслях. Такое определенно придется разгребать не один год. И конкретно сейчас Игорь действительно не имел ни малейшего представления, что ему делать. — Игорь! Игорь, он очнулся! — голос Юли вывел его из легкого транса, и Гром резко встрепенулся. — Дубин, твою мать! — Игорь выдохнул, подскакивая на ноги. Первым порывом было схватить напарника, обнять, трясти, орать на него, что он полный идиот, и так пока не отпустит. Но хорошо знающая его Пчелкина, видимо, поняла, к чему все идет, и резко схватила Грома за руку, чтобы он даже не думал набрасываться на лейтенанта. Тому и так достаточно досталось. — Дим? Димка, ты слышишь? — Игорь вновь резко опустился в кресло и внимательнее всмотрелся в лицо медленно моргающего напарника. Выглядел тот, конечно, жутко. Весь торс в окровавленных повязках, которые с момента операции успели уже несколько раз поменять, но живой! Живой! И, если довериться врачам, если переживет ближайшие несколько часов, то точно стабилизируется. К счастью, все пули удалось вытащить и даже в такой сумасшедшей обстановке оперативно найти кровь для переливания. Раны были серьезными, но ни одна не была смертельной. Теперь дело было только за Дубиным, а в нем Игорь не сомневался. — Слышу, Игорь, — хрипловато произнес Дима и тихо вздохнул. Чувствовал он себя, конечно, просто амебой. И догадывался, что ощущает лишь легкие неприятные ощущения просто потому, что весь исколот обезболивающим. — Дай очки. — Секунду, — первой встала Юля и, взяв пострадавшие, но все же целые очки с тумбочки, аккуратно надела их на нос Дубина. — Доктор зайдет к тебе попозже. Сам понимаешь… — она прикусила губу, и Дима лишь кивнул. Конечно, он понимал. Все больницы, должно быть, были просто переполнены. Счастье, если хоть кто-то успевал его время от времени проведывать, чтобы убедиться, что он все еще дышит. — Глупо спрашивать, как ты, да? — тихо вздохнув, она села обратно в свое кресло, с волнением смотря на лейтенанта. — Думаю, вы это знаете лучше меня, — Дима аккуратно покрутил головой, осматривая палату. Ужасно хотелось сесть, но он понимал, что лучше ему сейчас не двигаться. — Что произошло? Там… там все это продолжается? — Дубин нервно сглотнул, только вспомнив, что увидел на улице. — Все кончилось, Дим, — тихо сказал Игорь, снова мрачнея. — С взрывом не успели, но хоть дроны… — он махнул рукой. Успеет еще сто раз всем рассказать эту историю под самыми разными углами и точками зрения, и тысячу раз написать об этом в отчетах. — Спасатели работают, разгребают завалы. Спасаем кого можем, эвакуируем в безопасные районы. Госпитали оборудуют где только могут, — Игорь вздохнул. — Волков арестован. Хотя очень хотелось, конечно, эту мразь расстрелять прямо на месте, — Гром поморщился. — И насчет видео, Дим, — вступила Юля, потянувшись и ласково коснувшись ладони Дубина. — Ты не переживай, пожалуйста. Все свои уже все равно давно все понимали, — она быстро бросила недовольный взгляд на Игоря, который, кажется, даже в этой ситуации подумывал возразить. — Со всем остальным разберется пресс-служба. Если вообще кому-то сейчас нужны будут объяснения. — Август? — чувствуя, как у него от страха замирает сердце, спросил Дима. Все остальное было полностью понятно, а видео, и в самом деле, волновало его сейчас в самую последнюю очередь. Сейчас в его голове осталась только одна мысль, которая почти доводила его до паники. — Под дверью сидит твой Август, — буркнул Игорь. — Чуть здесь все к херам не разнес. Орал, что немедленно забирает тебя на своем самолете в Германию. Когда ему сказали, что ты просто не переживешь перелет, так бесился, что чуть еще один взрыв нам тут не добавил. Пришлось ему по ебалу дать, чтобы мозги вправить, уж не обессудь. Вот хоть согласился поутихнуть, когда выбил для тебя небольшую палату, чтобы только ты тут был. — Почему он не здесь? — Дима пару раз растерянно хлопнул ресницами. — Ну а ты как думаешь, Дим? — Пчелкина даже с некоторым укором посмотрела на него. — Мне Игорь рассказал, сколько раз ты его послал, сказал, что ненавидишь и не хочешь больше видеть. Ну вот и не стал тебя трогать. Не хотел разозлить и сделать еще хуже. Да позовем сейчас, позовем. Идем, Игорь, — Юля потянула Грома за руку, который явно не хотел сейчас оставлять лучшего друга, и они вдвоем вышли в коридор. Едва только Август появился в палате, захлопывая дверь, он просто бросился к Диме, падая на колени перед постелью. Он взял в ладони руку Дубина и стал покрывать бесконечными поцелуями его запястье, тыльную сторону ладони, пальцы. Судя по влаге на коже, из глаз Хольта без остановки лились слезы. — Август… Август, перестань, пожалуйста, — тихо попросил Дима, чувствуя, что сам вот-вот расплачется. А в его состоянии вряд ли это бы пошло ему на пользу. — Август, прошу, встань. Просто посмотри на меня. — Дмитрий, — Хольт послушно поднялся и осторожно сел на край постели, чтобы не побеспокоить Диму, так и не выпуская его руку из своей. Губы Дубина невольно дрогнули в улыбке. Растрепанный, в каких-то протертых джинсах и растянутом свитшоте — если бы не вся ситуация и не следы побоев на взволнованном лице, Дима бы даже умилился такому внешнему виду своего любимого. — Прости меня… I am so sorry. Я так виноват перед тобой. Я понимаю, что, — Август сглотнул и плотно зажмурился, смаргивая слезы, — понимаю, что ты ненавидишь меня за все. Но я просто хочу, чтобы услышал хотя бы еще один раз, что я тебя люблю. И я так испугался… Я думал, что умру myself, когда узнал, — Хольт без остановки гладил прохладные пальцы Димы и, не отрываясь, смотрел на него, словно боялся, что очнувшийся Дубин окажется просто миражом. — Я тоже люблю тебя, Август, — мягко сказал Дима, смотря в покрасневшие глаза Августа. Пожалуй, он был полнейшим идиотом, раз ему понадобилось столько всего, чтобы произнести эти слова вслух. Он слабо сжал ладонь Хольта, стараясь не отключиться снова. — Дмитрий, мне правда очень жаль. Эти дроны, — Хольт снова запнулся, покачав головой. — Это были мои дроны. Я никогда не forgive myself, — дрожащим шепотом произнес он, сильнее сжимая пальцы Димы. — Надеюсь, тебе хватит, что я тебя прощаю, — Дубин постарался улыбнуться ему, но снова вышло лишь слабое подрагивание губ. — И хочу быть с тобой. — Что? — несколько мгновений Август напряженно молчал, повторяя в голове слова Димы, чтобы убедиться, что он ничего не упустил от волнения и совершенно точно все понял правильно. — My love… Я больше никогда… — Не надо мне ничего обещать, — мягко прервал его Дима. — Просто будь со мной. Хольт лишь спешно кивнул, кажется, все еще не веря своему счастью. Он очень осторожно склонился и почти невесомо коснулся губами губ Димы, замерев на секунду и проверяя реакцию. Сочтя, что отталкивать его никто не собирается, Август аккуратно скользнул языком в рот Димы, очень ласково и неторопливо целуя его, чтобы случайно не сделать еще больнее. — Я еще кое-что подумал, — тихо сказал Дубин, когда Август выпрямился, оторвавшись от его губ. — Что такое, darling? — Хольт ласково погладил Диму по волосам, заглядывая ему в глаза. — Кажется, я готов взять отпуск, — негромко произнес он, прикрывая глаза от усталости. — Oh god, Дмитрий… — Август лишь покачал головой и получше укрыл Диму одеялом.