Вернутся к фанфику

Часть 32

17 апреля 2025, 18:26
За окном сгущается зимний вечер. Небо окрашено в холодные, серо-синие оттенки, а легкий снег кружится в свете фонарей, падая на пустынные улицы. Мороз сковывает стекла тонким инеем, оставляя узоры на окнах. Город утопает в тишине, нарушаемой лишь редкими звуками шагов прохожих и далеким шумом машин. В квартире Альбедо тепло, воздух наполнен слабым запахом дерева и чего-то домашнего, уюта, к которому так приятно возвращаться после нескольких дней, проведенных в горах. В тусклом свете ламп мерцают отблески на полу, а где-то из глубины дома доносится тихий гул отопления. Сяо сейчас нет. Друг написал, что останется у Венти. Чемоданы раскрыты, вещи рассыпаны по полу в хаотичном порядке. Мокрые перчатки и шарфы лежат на подоконнике, чтобы высохнуть. Куртки сброшены на спинку стула, ботинки оставлены у входа. Весь этот процесс — утомительный, но необходимый. — Мы к Эи поедем завтра? — Альбедо достает из чемодана бумажный пакет, наполненный вязанной одеждой для девушки и игрушками для её дочки. Скарамучча в это время методично раскладывает одежду по местам, аккуратно встряхивая и убирая на полки. В комнате еще ощущается легкий холод, принесенный с улицы, но тепло квартиры уже постепенно растапливает замерзшие пальцы и разогревает уставшие мышцы. — Или хочешь сегодня? — Альбедо смотрит в сторону окна. — Темно уже, кончено… — Им скоро спать нужно, думаю, пойдём с утра, — Скарамучча убирает очередную порцию одежды в шкаф. Словив себя на том, что уже успел соскучиться и ему не хватает тактильного контакта, Альбедо отошел от чемодана, подошел к Скарамучче сзади и обнял его, уложив ладони ему на живот. — Тебе понравилось вообще? — спрашивает, уткнувшись носом в шею. — Понравилось… — он неуверенно кладет руки на ладони парня. — У тебя нос все ещё холодный. Не можешь отогреться? — Не могу. Но сейчас об тебя погреюсь, — бубнит. — Я не обнимал тебя несколько часов и у меня тактильный голод. Потерпишь, хорошик? — Разве что-то приятное нужно терпеть? — Скарамучча разворачивается и обнимает парня за плечи, чуть нахмурившись. — Твоё сердечко тает? Ты стал более сентиментальным со мной, — Альбедо с любовью смотрит ему в глаза. — Я это ценю. — Мне самому хочется так себя вести. Иногда. — Уву! Люблю! — Альбедо бегло поцеловал его в губы. — Проголодался? — Ты выглядел уставшим вообще-то, — Скарамучча чуть краснеет. — Голоден. — Я уже зарядился от тебя. Пойдём готовить кушать? Или ты по мне изголодался? — И то, и то… — бубнит. — Но я и так слюней в дороге напускал тебе на плечо. — А мог бы напускать слюней немного ниже плеча, м? — В дороге? — насупившись, Скарамучча немного отстраняется. — Нет, — Альбедо притягивает его обратно, обняв за талию, — сейчас, например. Только сначала надо в душ. — Вместе? А ужин сначала приготовить? — ворчит. — Ты ж мой хороший, — улыбается. — Да, сначала ужин. Не хочется издеваться над организмом. Пойдём? Внезапный звонок в дверь заставил Альбедо нахмуриться. — Ждешь кого-то? — Нет… Кого я могу тут ждать то? — Скарамучча чуть сжал руки на плечах Альбедо. — Сяо? — У него ключ есть. Ладно, я схожу посмотрю. Пойдёшь на кухню? — Я с тобой пойду. — Хорошо. Улыбнувшись, Альбедо взял его за руку и направился к двери. На площадке сейчас темно, так что в глазок они никого не увидели, но звонок раздался вновь, информируя, что человек все еще за дверью. Ничего не спрашивая, Альбедо поворачивает замок, и едва дверь открывается, в квартиру врывается порыв холодного ветра. На пороге стоит Эи со спящей малышкой на руках. Девушка укутала ребенка в свою куртку и шарф, а сама осталась в одном только свитере и домашних штанах. На щеке — алый след от пощечины. Она дрожит, волосы прилипли к щекам, губы слегка посинели от холода. Глаза красные, полные слез, взгляд цепляется за шокированного Альбедо, безмолвно умоляя пустить ее внутрь, а затем она замечает Скарамуччу. «Твою мать!» — Эи… — Скарамучча тут же выскакивает к сестре и, обняв ее за плечи, заводит ее в дом. Парень сразу же уводит ее в комнату и усаживается на кровать. Он склоняется к ней и рассматривает ее лицо, убирая волосы, гладит по спине. — Малышка не замерзла там, Принцесса? — Альбедо склоняется к девушке. — Н-нет, — дрожа, отвечает та. — К-как будто спит. — Скар, давай я тут уложу её, а ты бери Эи и иди с ней на кухню. Нужно выпить горячего. Сяо писал, что суп готовил. Разогрей? Нехорошо будет, если Эи заболеет. Принцесса, можно мне помочь с малышкой? — П-пожалуйста, — она передала дочку в руки Альбедо. — Спасибо, Бедо… — Скарамучча берет сестру за руку и осторожно ведет на кухню. — Не позвонила почему? — тихо спрашивает, помогая сестре сесть. — Мама… телефон мама отобрала, — девушка шмыгает носом. — Сука… — шепчет Скарамучча и осторожно вытирает салфетками лицо Эи. — Все хорошо. Здесь тебя никто не тронет… Взяв подаёт с другого стула, он набрасывает его девушке на плечи. — Х-холодно… И я снова села в чужую машину, — бубнит. — Извини. К-какая-то девушка меня подвезла. — Ты снимай пока всю эту одежду в снегу, я тебе принесу что-то. И под пледом посиди, хорошо? Я на секунду… — Х-хорошо, да… Укутавшись под плед с головой, она принялась стягивать с себя одежду. — Умница. Едва ощутимо погладив девушку по голове, Скарамучча ставит на плиту суп, разогреваться. А сам уносится в комнату, сразу же подходя к шкафу. Его руки слабо дрожат, а в глаза отчетливо читается злость. — Малышка и правда спит, — шепчет Альбедо. Он уложил девочку на кровать, зафиксировав её положение подушками и оставил на столе телефон с видеозвонком, чтобы можно было присматривать за ней. — Не нервничай так, — подойдя к Скарамучче сзади, он поцеловал его в шею. — Сейчас со всем разберемся. Ты для своих девочек опора, так что будь спокоен. — Я очень спокоен, — тихо шипит. — Какого, блять, черта. Почему она снова это делает?! — Кто ж ее знает. Сейчас главное позаботиться о девочках и узнать у Эи, что вообще произошло. О, возьми вот это худи? — он указывает на полку. — Оверсайз. Думаю, ей подойдет. — Да. Ещё штаны и носки бы какие-то… — вздыхает. — Конечно, в этой обители «безжопных» гномов все штаны ей могут быть маловаты и коротковаты, но… О, кажется, вспомнил. Есть ведь пижамные где-то… сейчас найду. Опустившись на корточки около ног Скарамуччи, он принялся рыться на нижней полке. — Вот, готово. Может, пусть бы ванну горячую приняла? — Да, я поставил суп на плиту, последишь…? — Скарамучча берет длинные шерстяные носки и забирает у парня штаны. — Подойдет. Спасибо. Пойдём скорее. — Конечно. И чай горячий сделаю. Альбедо следует за ним, прихватив с собой телефон Скарамуччи, на котором идёт видеозвонок. Как только парни вошли, девушка получше укуталась в плед и смущенно посмотрела на брата: — Я сняла ту одежду… — Да, пойдём в ванную. Я потом заберу твою одежду, — Скарамучча кивает на теплые вещи в своих руках. — Тебе бы умыться и в горячую ванную. Хорошо? — Д-да, хорошо… а Нахида? — она неуверенно ступает босыми ногами по полу. — Не волнуйся, она сладко спит в кровати. Бедо подушками ее аккуратно оградил, — Скарамучча открывает дверь в ванную и сразу же подходит к ней, включая теплую воду. — Залезай, я не смотрю. — Угу. Ты подождешь меня тут? — сбросив плед и нижнее белье, она забралась в ванную и подтянула колени к груди. — Подожду, — он подходит к полке, берет шампунь и гель для душа и осторожно ставит на бортик ванной. — Так… Что случилось, Эи…? — Присядь, пожалуйста… Дождавшись, пока брат сядет на пол, спиной к ней, она потянулась за гелем для душа. — Мама п-приходила. Устроила скандал… Трепала нервы мадам Пин. — Зачем она пришла, не знаешь…? — Денег просила. Выпить купить. Потом начала гадости всякие говорить. Требовать тебя «здесь и сейчас» и… Альбедо. Наговорила всякого на вас двоих. Вот… — Она поэтому ударила тебя…? — Она требовала у меня отдать ей Нахиду. Сказала, что я «ещё рожу», а её хочет кому-то отдать, как будто… продать, — девушка шмыгнула носом. — Мама сказала, что если я не вернусь домой, она подаст меня в розыск… — Она, что?! — Скарамучча сжал челюсти. — Хуй ей, а не Нахида, блять! Эи, все будет в порядке. Я ей вас не отдам. — Я ведь несовершеннолетняя… Если я попаду в приют, у меня могут отобрать дочь. Если с мамой что-то случится, то тоже. Я не знаю, что делать. Она требовала отдать ей Нахиду, угрожала, и я убежала… Не знала, куда идти, но вспомнила этот адрес… вот. Я хотела тебе позвонить, но забыла номер. — Я что-нибудь придумаю, Эи. Не будет никакого приюта. Не будет никакой мамы больше, — цедит. — Заебала. — Еще и мадам Пин нервы мотала. Угрожает ей, что засудит её за похищение меня и моей дочки. Мне страшно, Скар… — Я понимаю… Но сейчас ты со мной. Я вас в обиду не дам. Правда. Выдохни, Эи… — Все будет хорошо, да? Опека не заберёт у меня Нахиду? Или мама… Она вообще хочет её продать. За водку. — Пошла она нахуй, блять. Конечно, все хорошо будет, Эи. Никто вас не заберет. Я вас не отдам, моя хорошая, — вздыхает. — Хорошо, что тебя подвезли, совсем бы окоченела, бежать сюда пешком… — Я снова села в чужую машину… — У тебя не было выбора… — Угу… — она тянется за полотенцем. — Я так испугалась, что совсем не подумала ни о чем. Выскочила на улицу, побежала, Нахиду только в курточку спрятала. Почему у нас такая мама… — Не знаю, Эи… Нам просто не повезло, думаю… — вздыхает, опуская голову. — Главное, что ты здесь и ничего больше не случилось. Она ударила тебя только по щеке…? — Как обычно ещё ладонями била по плечам, по спине, куда достала, пока я быстро одевалась… — она натягивает худи. — Мне неловко перед Альбедо. — Гнида… Из-за чего неловко? — Свалилась к вам… только ты мой брат, а он…? Не знаю… Он очень хороший, и я его по-своему люблю, но мне как-то стыдно за эту ситуацию, — Эи переступила бортик ванной и натянула штаны. — Я готова. — А он мой парень. И он тоже за тебя переживает, — Скарамучча оборачивается. — Ты забыла носочки. — Думаешь, нет повода для того, чтобы переживать? Я не приношу дискомфорт? При нём можно говорить всякое о маме? — она надевает носки. — Ему не мерзко слышать про нашу маму? — Я уже столько всего о ней рассказал ему, аха… Чувствуй себя здесь спокойно, пожалуйста. Он там тебе ужин делает… — Ты его любишь, да? Мне приятно тебя видеть таким, — она улыбнулась, собирая волосы в пучок. — Надела носочки. — Угу… Умничка, — Скарамучча поднимается. — Теперь поедим, а потом мазь тебе дам от синяков. Взяв сестру за руку, он медленно ведет ее обратно на кухню, где уже слышен приятный аромат домашней еды. — Вы вернулись? — Альбедо кивает за стол. — А я как раз тарелки расставил. И телефон со спящей малышкой тоже на столе. Присаживайтесь, пожалуйста. — Спасибо, — девушка сразу заняла место напротив телефона. — Скар, ты тоже садись, я тут сам закончу. — Я ведь могу помочь, — Скарамучча неловко кладет руку парню на талию. — Как скажешь, Хорошик, — улыбнулся. — Принцесса, как Вы себя чувствуете? — он обернулся на девушку через плечо. — Все хорошо… — Не холодно? — Нет, я согрелась. Спасибо. — Вот и славно, — Альбедо передает Скарамучче кастрюлю. — Насыпай суп, а я закончу с нарезкой. Сервировка стола заняла не больше пяти минут. Наконец, все трое уселись по местам и приступили к еде. — Сяо, как обычно, готовит прекрасно, — Альбедо пробует суп. — А… мне можно переночевать у вас, да? — Эи растеряно смотрит то на Альбедо, то на Скарамуччу. — Можно, конечно. Как я могу тебя вообще туда пустить обратно сейчас, — Скарамучча гладит сестру по плечу. — Не волнуйся. Ляжешь с дочкой спать вместе. — А вы…? — А мы со Скаром тоже вместе, — Альбедо улыбнулся. — Ни о чем не волнуйся, Принцесса. И ни о чем не думай. Твой брат со всем разберется. — Да… я знаю, — она тоже улыбнулась. — Суп и правда вкусный. — Да. Поэтому Сяо у нас готовит чаще. Все, что готовлю я, похоже на алкоголь, выглядит как алкоголь или пахнет как алкоголь. Это проф деформация бармена. — Аха… — Как у тебя дела с учебой? — Нормально. Как будто даже понимать начинаю наконец-то. Та учительница очень хорошая. Ой… а она же не пойдёт в опеку? — Учительница? Нет, конечно. — Эи. С тобой и Нахидой все будет хорошо, кто бы, что ни сделал. Я на всех этих идиотов плевал. Никто тебе жизнь не испортит, хорошо? Кушай. Тебе нужно набраться сил. Кстати… А что она говорила про Альбедо в этот раз…? — Ой… можно прямо при Альбедо такое повторять…? — Можно… Бедо, ты хочешь это слышать…? — Все в порядке, — он улыбнулся. — Вы можете говорить открыто. — Она сказала, что рожать надо было от такого, как он, чтобы трясти с него деньги. И что… что Скар «правильно делает», и… Альбедо глупый. Вот. Это… не дословно. — М… Я, кстати, беременный, — хмыкает парень. — Правда?! — Альбедо широко распахнул глаза и взял Скарамуччу за руку. — Нам хлеб не нужен? — Хлеб…? — Я шучу. Никаких отцов, ушедших за хлебом. Я буду любить и растить нашего малыша с тобой, Скар, — он положил ладонь тому на плоский живот. — Это же ещё одна частичка тебя. Теперь ещё больше кусочков тебя, которые можно любить. — … — Скарамучча смотрит в лицо парня. — Ты же понял, что я не беременный? — Это разбивает мне сердце, не говори таких страшных вещей, тебе нельзя нервничать. — … — Скарамучча переводит каменный взгляд на сестру. — Может, он и правда немного глупый. — Ничего-ничего, один глупый, второй красивый, что-то да наш малыш получит, — Альбедо целует Скарамуччу в плечо. — Забавный, я бы сказала, — Эи тихо смеётся. — Вы оба очень милые. Особенно, когда вместе. Скар, я тебя таким, как с ним, никогда не видела. — Не говори такого… — он краснеет, отвернувшись от Альбедо. — У тебя ещё болит что-то, Эи…? — Нет, ничего. Мне сейчас спокойно очень. И на душе как-то легко стало. Вот… и я уже покушала. — Принцесса желает спать? — Альбедо поднял голову. — Если можно. Почти не спала сегодня. Нахида капризничала. — Кровать в твоем распоряжении. Я уже поменял там постельное, приготовил одеяла, подушки, ну, и малышка тоже там. Мой телефон там на подставке. Если не сможешь выключить видеозвонок, просто положи его на стол экраном вниз, и мы тут сами сбросим. — Поняла, — она встаёт из-за стола. — Спасибо большое. Спокойной ночи. — Спокойной ночи, Принцесса. — Скар, — девушка наклонилась и поцеловала брата в щеку, — спокойной ночи. — Сладких снов, Эи… — Скарамучча слабо гладит ее по плечу. — Не стесняйся что-то попросить или взять, если проголодаешься, хорошо…? — Хорошо. Спасибо. Ещё раз улыбнувшись, девушка поспешила уйти, а уже через несколько секунд, она улеглась на кровати рядом с Нахидой и сбросила видеовызов. — Что-то случилось? — Альбедо аккуратно положил ладонь Скарамучче на колено. — Случилось… — взгляд Скарамуччи тут же тускнеет. — Мать хочет продать Нахиду и подать Эи в розыск… — шепчет. — Чего? Это же незаконно. Ну, первое так точно. — Ей никто не помешает, она ведь ее опекун… — Тебе же уже есть восемнадцать. Думаешь, если подать на лишение родительских прав и на опеку, чтобы Эи передали тебе, не получится? — А мне кто даст…? Я читал об этом. У меня ничего нет… — Я не то, что бы силён в этом вопросе. Что значит «ничего нет»? Работа ведь есть. Зарплата хорошая. — Условий жизни нет. У меня, ведь, своей квартиры нет. Ее мне не отдадут, а мать притворится благополучной, аха… — У тебя нет права собственности на квартиру, в которой мать живёт? — По-моему, ничего у меня нет, — усмехается, роняя голову на плечо Альбедо. — Ого… ты там прописан хоть? А у Эи есть имущество? — Сомневаюсь. Наша мать бы нас никуда не вписала или продала уже все, что можно… убить ее, может? — Что за мысли? Тогда Эи точно в приюте окажется. А ее брат — в тюрьме. Я, конечно, тебя дождусь, но через 10 лет беспрерывного запоя я уже не буду такой милаш, как сейчас. — Тц… Но и ждать, пока Эи будет восемнадцать, я не могу. — Хм… нужно проконсультироваться с юристом. Если достаточно будет того, чтобы у тебя была квартира, я просто пропишу тебя в своей. — В смысле в своей пропишешь? Ты чего это… А что скажет твоя семья на это…? — Квартиру мама подарила нам с братом. Брат не будет против, я уверен. — Это как-то неудобно… Я не содержанец… и вообще, — вздыхает. — Так просто у себя можно кого-то прописывать? — Ахаха, конечно, не содержанец, ты нашего малыша вынашиваешь. Дам тебе все свое тепло и заботу, что только могу, — улыбнулся. — И не «кого-то», а своего любимого человека. — Ты точно дурак, — Скарамучча слабо сжимает руку парня. — Глупый. — Может, позвонить юристу сейчас? Если эта женщина уже завтра начнет творить дичь, нужно ведь знать, чем ответить, да? Как думаешь? — Поможешь мне с ним разговаривать? Я не умею… — Давай я сам поговорю? Со своим знакомым юристом. Не факт, что именно он будет представлять твои интересы в суде, но как минимум он может сейчас дать нам пищу для разрешения или какую-то задачу по сбору документов. — Ты же помнишь, что я тупой? Говори со мной попроще. Я не против, чтобы ты поговорил, — бубнит. — Дурак, — Альбедо поцеловал его в висок. — Посиди тут, я схожу за телефоном. Вот, посуду пока помой. — Угу… Скарамучча поднимается, включает воду в раковине и почти механически принимается за посуду. Его мысли гуляют совсем не здесь. Не так он представлял сегодняшний вечер. «Ну, хоть они под моим присмотром сейчас…» Он не замечает, как кухонный нож царапает подушечку пальца и продолжает мыть посуду, не ощущая боли. «Снова ударила… Еще и с Нахидой на руках… Сука… Я сказал Эи, что все решу, но я без понятия, как это сделать… Я жалок, да…? Нашелся гений, блять. Как я с законом то, блять, справлюсь? Аха…» Альбедо вернулся быстро. Его шаги остались Скарамуччей не замечены, а вот сам он быстро заметил алую каплю на пальце брюнета. Продолжая свой телефонный разговор, из которого со стороны можно выцепить только утвердительное агаканье, он мягко обнял Скарамуччу за талию и нежно погладил, пытаясь дать тому ощутить немного спокойствия. Тот продолжает мыть посуду, но взгляд становится немного спокойнее. Голос Альбедо и его тепло рядом, оказываются, успокаивают слишком хорошо. «И что скажет юрист? Что у меня нет шансов? Не хочу, чтобы это подтвердилось… Если я потеряю Эи и Нахиду…? Что с ними и со мной будет…?» — Я вас понял, спасибо, — Альбедо кивает. — Я перезвоню Вам завтра днём. Ага… спасибо. Да, извините, что так поздно. Спокойной ночи. Сбросив вызов, он прячет телефон в карман. — Скар, у тебя кровь на пальце, — Альбедо перехватил его руку за запястье и поднес к губам. — Куда ты? А если она в мыле? — он переводит взгляд на парня. — Если она в мыле, значит я буду хорошо какать, — усмехнулся. Взяв со стола бумажную салфетку, он прикрыл ей ранку на пальце. — Эи уже спит. Сопят там в четыре ноздри с Нахидой. Милашки. «Соберись, Альбедо, нужно просто сказать то, что сказал юрист. Да, это должно было бы быть не так, но ведь… это же решает проблему». — У меня есть шансы…? — тихо спрашивает, опуская взгляд в пол. — Есть… «Нужно просто собраться и выдать это одним предложением. Что тут такого? К тому же… это же несерьезно? Почему я тогда так боюсь услышать отказ? Даже если несерьезно. А если не отказ? Я всегда буду думать, что это из-за Эи? Но я же не принуждаю ни к чему…» — …есть, да. Один вариант. — Один? Правда? Что я должен сделать…? — Скарамучча поднимает голову, взяв Альбедо за руку. — …. — тот отводит взгляд и немного нервно кусает себя за губу. «От юриста это прозвучало так легко. Я ведь сразу подумал, что хорошая идея. Почему сейчас не могу просто сказать ему? Как будто боюсь, что потеряю его после этого…» — Все-таки убить должен…? — Аха, — Альбедо роняет смешок. — Хотел бы я посмотреть на юриста, который посоветует такое. — Тогда что…? Почему ты не говоришь…? — Тебе нужно доказать, что ты сможешь потянуть её материально, что есть условия, что есть полная семья… кхм, — он сухо кашляет, а затем шумно выдыхает. — Давай… давай поженимся, Скар. — …? Глаза Скарамуччи округляются, а сердце громко ударяет в грудь. Его ноги слабеют, едва удерживая весь собственного тела, а щеки краснеют. — Ч-чего ты сказал…? — Я сказал… поженимся… мы с тобой… д-давай? — Альбедо кладет ладони ему на талию, помогая держать равновесие. — Я… я очень… волнуюсь… — Скарамучча обнимает Альбедо за талию, почти повиснув на нем. — Я… эм… согласен… и почему это так сложно сказать… — Мне тоже было сложно сказать… — бубнит, крепче прижав парня к себе. — Мы ведь… это ведь… для тебя это будет не фиктивный брак? — Нет… — краснеет. — У меня и в мыслях никогда не было, что кто-то предложит мне… брак… а с тобой… я тем более этого хочу… — Малыш должен родиться в браке, забыл? — смеётся. — Дурак… Я просто хочу, чтобы у нас было такое… а ты… ты предложил только, чтобы помочь…? — Юрист навёл на эту мысль, да. Но… я предложил, потому что хочу. Если бы это было для меня не по настоящему, сказать об этом было бы легче. — Значит, теперь мы женихи…? — неловко бубнит, прижавшись к Альбедо ещё сильнее. — Верно. Правда, статус у нас такой будет недолго. Завтра позвоню юристу, скажу, что мы решили. Попрошу маму о помощи, чтобы ускорить процесс, у неё много связей. Вот… Я думаю, в течение нескольких дней мы станем мужьями. Без свадьбы, конечно, потому что на это у нас не хватит времени, но мы можем сыграть её уже потом. Когда решим вопрос с опекой и остальное. У тебя маленькая разница в возрасте с Эи, из-за этого тебе могли бы тоже отказать в опеке, но учитывая её мнение, условия, полную семью и связи моей мамы, я думаю, у нас все получится. — Замужество… ого… это все еще звучит так сказочно для меня, — Скарамучча поднимает лицо с ужасно красными щеками и смотрит на Альбедо щенячьим взглядом. — А Эи мы заберем сюда…? — Я думаю, что некоторое врем нам нужно будет пожить в доме моей семьи. Там… условия лучше. — С твоей мамой…? Она меня выгонит, аха. — Да, с моей мамой. И она не выгонит. Я… никогда ни о чем ее не просил, так что… думаю, не выгонит. У нас большой дом, там места хватит всем. — Ты нашел себе мужа без образования с «прицепом». Она точно будет рада, да? — саркастично ворчит, роняя голову обратно на плечо парню. — А вот это уже ее не касается. Я нашел того, кого люблю, и кто любит меня в ответ. С тобой я счастлив. Остальное не не касается. Если она откажет, а я уверен, что она не откажет, то будем решать вопрос по-другому. — Одни проблемы от меня… — То, что я счастлив, это «проблемы»? — Нет… — Вот и хорошо. Мама будет шокирована, наверное, что оба её сына в этом году решили жениться. Либо в сторону меня ей будет все равно, как обычно. Ну, и неважно, — он методично поглаживает парня по волосам. — Лишь бы помогла. — Эи будет в шоке… — Мои все тоже. Зато эти два года до совершеннолетия никто больше не посмеет обижать вас. А потом Эи отдаст малышку в садик, а сама сможет поступить куда-то. — Звучит слишком хорошо. Но… приятнее, что даже через такое время ты будешь моим… м-мужем… — Конечно, буду. Это на всю жизнь, Скар. Контракт с демоном подписываешь. — Из нас я больше на демона похож. Ты наоборот. — Внешность обманчива, знаешь ли, — он скользнул ладонями вниз по чужой талии. — Ты и не только из-за внешности, как ангел. Кто ещё бы так помогал и мне, и Эи с ребенком…? — Любой человек, который любит другого человека? — … — насупился. — Я тебя тоже… — Ты ж мой хороший, — улыбнулся. — Пойдём спать? Завтра сложный день будет. — Пойдём… Ой, а… в кровать Сяо? Он не против…? — Нет, мы пойдём к нам в комнату и ляжем вдвоем на полу. Я думаю, так будет правильнее, чем идти к Сяо. Если Эи ночью проснётся, или её малышка, испугается, потому что забыла, где находится, увидит рядом спящего тебя и сразу спокойно станет. — Да, верно, — Скарамучча улыбнулся. — Спасибо тебе…

***

Солнечные лучи мягко освещают снежный парк перед зданием клиники, создавая волшебную атмосферу в середине дня. Пушистый слой снега, сверкающий под ярким светом, укрывает землю, деревья и скамейки, придавая всему вокруг сказочный вид. Легкий морозец наполняет воздух свежестью, а тихий шёпот ветра доносит до ушей парней звуки природы. Кто-то из пациентов уже медленно гуляет здесь. Каждый шаг оставляет за собой следы на белоснежном покрове, а вокруг царит тишина, нарушаемая лишь треском снега под ногами. Сяо стоит перед входом, переминается с ноги на ногу. Дома стало чуть шумнее, чем обычно. Но парню нравится эта атмосфера. Уже несколько дней Эи с Нахидой живут с ними в квартире Альбедо. Они совсем не мешают, да и сам Сяо почти все время проводит около Венти или просто у клиники, дожидаясь часов посещения. «Они женятся… Кто бы мог подумать, что все обернется вот так? Какое уже у него лицо довольное рядом со Скаром. Это слишком мило. Осталось дождаться ещё и праздник. Всей командой погуляем, хех», — Сяо улыбается, чуть сжимая два стаканчика горячего шоколада. Снег продолжает медленно падать, создавая вокруг атмосферу уюта и тишины. Но Сяо нервничает только больше. С каждой минутой ожидания. «Это ведь не первое и не последнее свидание, чего ты так трясешься, дурак? Я же не замуж его зову… пока что… Пока что?! — Сяо жутко краснеет. — Интересно, а он бы согласился выйти за меня…?» Парень мотает головой. Его волосы сегодня собраны в хвост на затылке, но множество коротких прядей, как и всегда, торчат в разные стороны. «Фремине, кажется, снова у Лорана, да? И хорошо. И у тренера все будет хорошо… Идиотка Люмин. Так, сейчас не об этом, — он снова трясет головой. — У нас свидание. Надо отвести его поесть обязательно…» — Ой, Мяо, ты давно ждешь? Прости, — Венти подошел к нему и сразу поцеловал в щеку. — Задержался немного с доктором. — Нет… Не долго, все хорошо, — он протягивает стаканчик. — Шоколад? — Спасибо, да, — взяв стаканчик, другой рукой он берётся под руку Сяо. — Ты здесь уже так часто, что можно тебе тоже палату, аха. — А я не против, — усмехается. — Как твое утро сегодня? — Хорошо. Доктор говорит, что мы молодцы. Если мы решим вопрос с жильем, нас отпустят домой. Будем ходить на терапию, но нет необходимости жить тут. — Правда? Лорана тоже отпустят? — Да. Доктор сказал, что нет необходимости удерживать нас тут. Ну, и чтобы я был с ним на связи всегда. — Значит, осталось всего лишь найти то, куда я могу вас забрать? — Это звучит очень мило, Сяо, — усмехнулся. — Я попрошу нашего семейного юриста решить вопрос с жильем. Наш дом был застрахован. Я думаю, его можно продать и купить что-то попроще. А ещё… думаю, я бы хотел встретиться с мамой и поговорить. — Можно я пойду с тобой…? — Хорошо, да. Но это потом. Нас никто не гонит, так что… пока что юрист займется домом, а я буду настраиваться на разговор с мамой. Судебные вот эти вот все разбирательства продолжаются, мама под следствием, продолжает утверждать что это она все сделала… В общем, пока ничего не понятно, но мне спокойно за Лорана, это радует, — он отпивает немного шоколада. — Вкусно. — Расслабься сейчас. Весь ужас закончился, — Сяо осторожно гладит Венти по руке. — У меня, например, два друга собираются женится. Точнее, один женится, а другой выходит замуж. — Ого… это кто? Или ты про Лави и его гиперактивную девушку? — Они, да, — усмехнулся. — А Альбедо сделал предложение Скару. Сюрприз. — Ой! Они разве давно вместе? — Нет, но, вот так вот, — улыбается. — Вот-вот и распишутся, а праздновать будем позже. И я тебя позову… на свадьбу. Ну… в смысле… Со мной. — На свадьбу с тобой? — Ну, я имел в виду, что на свадьбу к Альбедо. Со мной. Как его друзья, — бубнит, все больше краснея. — Я понял, но не захотел терять такую возможность смутить тебя, — смеется. — … — он смущено опускает голову. — Так… ты пойдешь…? — Пойду, конечно. Спрашиваешь ещё. — Фух, — Сяо облегченно выдыхает. — Я очень рад. Думаю, с тобой мне будет там ещё веселее. — Хех… Как у твоей мамы дела? — Она вяжет все чаще и чаще, — улыбается. — Она выглядит очень спокойной, когда занята этим. И мои сестры рядом. Все ждёт, когда я тебя к нам приведу. — Познакомиться хочет? — Да. Пообщаться… — Страшно, конечно, — он неловко смеётся. — Давай пригласим её на новоселье? Ой! Я же не спросил… сам все решил, аха. Ты будешь жить со мной? — Буду! — сразу же отвечает Сяо. — Ну, не со мной вдвоем. А с нами с Лораном. Но я попросил юриста поискать что-то большое. — Конечно буду, — краснеет. — Я сам хотел предложить, но думал, что это неуместно и тебе не понравится… — Я буду очень рад. Ты, я, Лоран, Снежок и, я думаю, Фремине будет тоже частым гостем. По-моему, уютная компания собралась. — И не буду мешать Альбедо и его мужу, — усмехнулся. — Как-то странно слышать подобное, аха… Мы как будто уже взрослые, да, но как-то… рано? — Я это произношу, чтобы информация скорее усвоилась, — Сяо слабо смеется. — Сам в шоке. И не верится. — Почему они так резко это решили? Ещё и в спешке, что расписываются сейчас, а свадьба, ты сказал, потом? — Спешат из-за семьи Скара. Там неприятная ситуация… — Мама против брака? — Мама хочет забрать дочь Эи… — Ой… — юноша вздрогнул. — Жутко звучит. — Но все будет нормально. У них уже есть план, и семья Бедо помогает. — Это хорошо, — улыбнулся. — Я допил свой шоколад. А ещё чуть-чуть замёрз. Может, зайдем в кафе? — Конечно. Пора пообедать, — улыбнувшись, Сяо чуть ускоряет шаг, направляясь в кафе. — Когда мы покинем больницу, вернемся к тренировкам наконец. — Я этого очень жду. И моя сестра тоже. Все подшучивает надо мной, что я про нее забуду и буду только вокруг тебя прыгать, — бубнит. — На самом деле, это звучит очень мило. Ху Тао забавно ревнует тебя, — Венти покрепче взялся за руку Сяо. — Когда я вернусь, мы больше не будем с тобой в разных командах. Никакого духа соревнования, аха… — Тебе нравился этот дух соревнований? — улыбнулся. — Мне то ты нравился, просто. Кхм… — А? Я? Тогда? — Ну… Как оказалось, да. Ахах. — То есть, сейчас у тебя нет желания быть лучше? Показать результат лучше? Ну, и прочее. — Есть, конечно, но это как будто тогда было важно не так, как сам факт обогнать тебя. Может, чтобы внимание твое привлечь… — Тебе хотелось моего внимания? Это… мило, — Венти проходит в кафе и сразу направляется к столику окна. — А мне важно было быть первым и, признаюсь, соревноваться с тобой было интересно. — Интересно соревноваться со мной? Я ведь не обогнал тебя в итоге, — Сяо помогает юноше снять куртку и, повесив одежду на вешалку, садится рядом с ним. — Потому что я выкладывался на полную. Ты заставлял меня выкладываться. Заставлял снова любить биатлон. Это… Однозначно привлекало мое внимание. — Только тогда это было в негативном ключе для тебя, кажется, — вздыхает, беря меню. — Именно с тобой — нет. Мне самому хотелось быть лучше, хотелось стараться, соревноваться. Ты точно привлекал внимание, аха. Но, конечно, тот эпизод в парке как будто наконец-то позволил мне тебя увидеть. — Когда мы подошли к тебе с Бедо? — Да. Как будто… я впервые почувствовал искреннюю заботу. Сейчас, конечно, я уже понимаю, что Лори тоже заботился, но тогда, признаться, я боялся его и просто пытался не провоцировать. — А я тогда впервые увидел своими глазами, что ты не машина для биатлона, ахах. Ну, я догадывался, но, чтобы ты передо мной предстал вот так, это было неожиданно… — Ахах, — юноша звонко смеётся. — «Машина для биатлона»? У нас в команде нет таких хороших и теплых отношений, как у вас. Я привык, что люди безразличны друг к другу, а тут ты… и шарф… Спасибо. — Пожалуйста… — улыбнувшись, Сяо осторожно взял Венти за руку. — Яблочный пирог будешь? — Буду. Яблочный пирог и чай. А ты? — То же самое буду. Подозвав официанта, Сяо передал заказ и добавил ещё две порции мороженого. Все записав, девушка удалилась, а парень повернулся к Венти. — Мяо, — Венти аккуратно заправляет прядь волос ему за ухо, смотря при этом в глаза, — когда будем жить вместе, давай заведем собаку? — Давай, — тут же соглашается, медленно краснея. — Какую хочешь? Большую или маленькую…? — Наверное, маленькую. Если мы будем ездить на соревнования, то… Ой, а ты продолжишь спорт? — Да, мне нравится в биатлоне. — Значит, дальше — в большой спорт? — Да. Ты со мной? — Совсем без личной жизни останемся, получается, — улыбается. — Думаю, я бы попробовал. — Мы будем везде вместе… Абсолютно везде. И всегда, — бубнит, краснея. — Думаешь? Как будто в большом спорте только и жизнь что тренировки, соревнования, тренировки, и так по кругу. А собачка? — Мы ведь на тренировках будем вместе. И после них вместе… А собачку будем брать с собой или будем нанимать няню для нее, м? — Няню для собаки? Даже не думал, что такие есть. — Есть и для котиков, хех. — Ого… А для кроликов? — Думаю, найдем, — улыбается. — Ну, а вообще, Ризли присмотрит и за кроликом, и за собачкой, пока будет ездить с нами… Надеюсь, что будет. — У него после выходки Люмин проблемы? — Как будто нет? И мы на его защите будем. Но все равно переживаю. — Да, кстати, я в шоке с того, как ты можешь общаться, аха. Я таких слов даже не знал. — Кхм… — Сяо неловко отвернулся. — Я рад только, что ты не стал плохо думать о тренере… — Я не очень знаком с ситуацией, но вы с Альбедо так яро его защищали, что тут тяжело не поверить, что Люмин преувеличивает. — Ты же уже знаешь Лини, да? — Косвенно, да. Брат Фремине. Кажется, он в больницу не приходил. Знаю только, потому что виделись на тренировках в горах. Ну и от Фремине. И в чате иногда писал он. — Так вот, тренер и Лини в отношениях. И скрывали. А Люмин проследила за ними, сфотографировала и теперь пытается испортить нам жизнь за то, что ее отчислили из команды… — Да, я это понял из общения в чате. Удивился, конечно, но с другой стороны… Тренер кажется хорошим. Мне сложно понять и принять отношения с такой разницей в возрасте, так что я особо и не пытаюсь думать об этом. — Я представляю, как это может выглядеть, но мы знаем тренера долго, он правда очень хороший и надежный. И вообще, он стал счастливее, я уверен, что он заботиться о Лини насколько возможно, так что… так что я рад за него. И не хочу, чтобы кто-то портил ему жизнь… — Из твоих пятиэтажных сообщений я так и понял, — хихикнул. — Так непривычно было видеть тебя таким. — Кхм… — Сяо неловко отворачивается, покраснев, а официант уже расставляет по столу их заказ. — Эй, чего это ты? — Венти приближается к его лицу, смотря в глаза. — Мне это показалось милым. — Правда…? Я не показался тебе каким-то гопником…? — бубнит. — Показался, — смеется. — Очень милым. — Позор… — Да ладно, — Венти качается носом его щеки. — Я просто распереживался за тренера и вот… — Сяо неловко берет Венти за руку. — Я так и понял. Давай кушать? Все в порядке, Сяо, я ничего плохого о тебе не думаю. — Хорошо, прости, да… — вздыхает, пододвинув парню его порцию. — Сегодня тренировка будет вечером, хочешь пойти со мной? Посмотреть просто… — Хочу! Думаю, доктор и Лорана отпустит. Если он захочет, мы вместе пойдём. — Это было бы чудесно. Тогда и Лорану возьмем перекусить, когда пойдём. — Да. Может, нам разрешат даже на лыжи встать? — Уверен, что разрешат, если захотите, — Сяо широко улыбнулся, добавляя к своему пирогу немного мороженого. — Прокатишься со мной? — Конечно! На одних лыжах, аха? — Я бы с радостью, но не хочется переломать ноги. Тем более твои. — «Тем более»? Они особенные? — Ну… конечно, они же твои… — Тебе нравится мои ноги? — юноша опустил взгляд на мягкие штаны, затем — на руку Сяо, в которой мирно покоится его ладонь. — Ты мне весь нравишься… — бубнит. — И я ничего такого не имел ввиду. — «Такого»? — усмехнулся. — Я понимаю, — он положил ладонь Алатуса чуть выше своего колена. — Мне очень повезло с тобой. Ты мне тоже весь нравишься. — О-ой… Чего это ты? — Сяо опускает взгляд на свою руку. — Нельзя? — М-можно, просто… ну, просто… просто… — Сяо краснеет, отводя взгляд. — «Просто»? — Венти наклоняет голову, вопросительно смотря на парня. — Просто, — кивает, смутившись еще сильнее. — Нравится и волнуюсь… и вообще… первый раз касаюсь тебя тут… — Мы ведь в отношениях. Я пытаюсь показывать тебе границу… вот. Доктор говорил, что нужно говорить или давать понять другим способом, потому что люди мыслей читать не умеют. И как будто наша граница чуть-чуть сдвинулась, и я решил тебе показать, вот. Мне нравится, когда твоя рука тут. — Угу… мне это тоже нравится, — краснеет. — Ну, а у меня для тебя границ нет, если что… Как бы, если захочешь, можешь что угодно сделать… — Я тебя услышал. А я пока не могу… слишком свежая травма. Лучше не спешить, чтобы не откатиться к состоянию месячной давности. — Я понимаю и не давлю. Все хорошо… Просто хотел, чтобы ты знал, что, если захочешь, я согласен на все, вот… И мне приятно, что твои границы для меня медленно сдвигаются… — И я рад. Мне с тобой очень спокойно, — Венти опустил голову ему на плечо. — Я тебя люблю, Сяо. — Я тебя тоже люблю, Венти… Очень сильно. — Если… если мне нужно было пережить то, что я пережил, чтобы понять, что я чувствую к тебе, то и пусть. Подняв голову, он кладёт ладони на щеки Сяо и поворачивает его лицом к себе. — О-ого… — глаза Сяо широко раскрылись, наблюдая за Венти. — Я бы хотел, чтобы был другой способ их понять… Не такой плохой… — Это ведь прошлое, так что уже изменить нельзя, выходит… остается искать позитив. Ты сказал, что можно всё, да? — юноша аккуратно убирает длинные пряди Алатусу за уши. — Да… Тебе можно абсолютно всё, Венти… — Сяо нервно проглатывает слюну. Венти смотрит на него, и всё остальное исчезает. Сердце бьётся чаще, будто подсказывает, что момент особенный. Юноша замирает, дыхание становится тише, будто боится спугнуть что-то хрупкое. Между ними — тишина, наполненная нежностью и предвкушением. Барбатос приближается, не торопясь. Губы встречаются мягко, осторожно, как прикосновение летнего ветра. Мир Сяо сужается до бирюзовых глаз, до лёгкой дрожи ресниц, до тёплого дыхания, которое касается его кожи едва уловимо. Пространство между ними становится всё теснее, внутри поднимается волнение — не пугающее, а трепетное. Поцелуй длится всего мгновение. Венти касается щеки Алатуса пальцами — осторожно, ласково, выдерживая при этом зрительный контакт. Щеки обдает жаром, а Сяо осторожно и трепетно, целует парня в губы ещё раз. Коротко и нежно, не зная как справиться с этими эмоциями. — Я тебя люблю, Венти… — Ты это уже сказал, — улыбнулся. — А я скажу ещё раз. И ещё… Я хочу это говорить тебе постоянно… — Приятно слышать… Если честно, я очень боялся, что могу стать тебе неприятным. Ну, точнее… немного, эм, не привлекательным. — Из-за чего…? Из-за той ситуации…? — Угу… Я не думаю о тебе ничего плохого! Не подумай. Это я о себе накрутил. — Я понимаю, но мое отношение к тебе не изменилось… Точнее, я только переживать за тебя стал сильнее… Вот. — Переживать? Это когда я пропал? Или вообще? — Вообще… Знаешь, как будто осознал, что ты у меня очень хрупкий, — бубнит. — Оказалось, что я не «машина»? — смеётся. — Это не смешно, — Сяо осторожно обнимает Венти за пояс. — То, что ты не машина я понял ещё тогда во дворе. А после этого понял, что хочу беречь тебя как можно лучше. И много заботиться. — Ты этим и так занимаешься, — юноша опускает голову ему на плечо. — Мама бы не одобрила такое моё поведение, конечно… — Это не важно… Тебе сейчас хорошо? — Даже очень. Я очень счастлив. Конечно, есть всякие мысли, которые тяготят — про дом, про маму, про переезд, про лечение, такое вот… Но я все равно чувствую себя счастливым. — Не волнуйся, я же рядом. И твой брат тоже. Мы со всем разберемся вместе, хорошо…? — Хорошо. Каким ты видишь свое будущее, Сяо? — Вижу, как мы с тобой выгуливаем собачку и иногда с ней играют мои сестры, пока мама продолжает вязать что-то нам с тобой на следующие сборы и соревнования, — улыбается. — И сколько нам лет? — Двадцать пять? Не знаю, — усмехнулся. — Вижу нас такими же, как сейчас. Или тебе интересно, что я думаю ещё дальше? — Еще дальше, чем двадцать пять? Да, интересно. — Я вижу, как мы с тобой путешествуем… Иногда берём перерыв от спорта и останемся дома, проводя время друг с другом, с семьей… Собачка со Снежком играются. Может, нас будут звать на интервью или ещё что? И ты будешь очень красивым и я буду рядом с тобой, гордится тем, что такой человек рядом со мной… — Со Снежей? К сожалению, кролики столько не живут… — Он все равно будет с нами. — Это да, — улыбнулся. — Хочу этого всего. — И я хочу очень. Осталось немного. Скоро вы вернетесь на лыжи и мы будем жить вместе… — Как взрослые, — Венти поднимает голову. — Только спать пока вместе не будем… ну, в том смысле. — К-конечно… я не настаивал, и не спешу, и не намекал! — Хорошо, — юноша проводит носом по его щеке. — Мой Мяо.

Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!