Часть 3

***

      С того дня Игорь не мог никак отделаться от странных мыслей по поводу Леши. Гром уже смирился, что, наверное, его первой любовью станет его одноклассник.        Сперва эта мысль полностью отрицалась, потом Игорь старался убедить себя, что это просто уважение и что-то подобное. Но когда где-то спустя неделю после драки за школой проснулся от слишком горячего сна с участием Макарова, понял, что влип настолько глубоко и сильно, что уже и не вылезет.        Лешка с того случая к Игорю стал относиться теплее, даже с Лизой познакомил. Она долгие полминуты сверлила Грома взглядом, а после расплылась в улыбке и протянула ему руку для рукопожатия.        С Игнатом Макаров тоже сблизился, не так, конечно, как с Громом, но приятелями они стали. Хоть Лешка и говорил, что Шпунько немного не тот человек, с которым ему хотелось бы дружить. И говорил он это не в сторону того, что Игнат плохой или неприятный человек, а скорее о том, что у них не было буквально ни одной точки соприкосновения.       Правда, к Игорю Лешка больше домой не заходил, Грому было немного обидно, он хотел снова провести немного времени с Макаровым, но это было сложно.        Недавно Лешку начали задирать прямо в детском доме, и он, конечно же, полез в драку, из-за чего воспитатели, не желая разбираться, просто наказали и его, и тех, кто его задирал. И теперь Макаров мог ходить только в школу, а после уроков под конвоем воспитательницы брел обратно.        Но Игорь не оставлял попыток спасти друга из-под конвоя, даже пытался задабривать воспитательницу. Что, правда, особых плодов не дало.        Но вот сегодня время его наказания наконец подошло к концу, и Игорь надеялся, что ему удастся уговорить Макарова провести время у Игоря дома. - Леееш, - тянет Игорь, растекаясь по парте и прикрывая глаза, как кот на июньском солнце, когда на большой перемене все из класса наконец уходят, даже Игнат смывается куда-то по своим темным делишкам. - Что? - оторвавшись от книги, которую читал последние четыре дня даже на уроках, отзывается Макаров.       Книгу эту ему организовали Игнат и Игорь. Она была достаточно необычной, чтобы не найтись в школьной или даже городской библиотеке. И теперь Лешка считал себя вообще обязанным этим двоим по гроб жизни. - Пошли сегодня у меня дома посидим. Тебя ведь наконец-то от конвоя освободили. - Лешка смотрит на расслабленного Игоря долго и как-то странновато, но Гром этого не замечает, удобно устроившись на столе. Лешка вздыхает устало и вдруг запускает пятерню в Игоревы растрёпанные волосы, от чего тот вздрагивает всем телом и глаза в изумлении распахивает, но спустя пару секунд вновь расслабленно растекается по парте. - Хорошо, - тянет Макаров, вновь возвращаясь к чтению, вот только руки из волос Игоря так и не убрав.        До квартиры Громов добредают достаточно быстро, и Игорь сразу же скрывается в кухне, ставя чайник.        Лешка вновь оглядывает квартиру, в этот раз это удаётся сделать более хорошо. И Лешка подмечает шахматную доску с незаконченной партией, пару фантиков от каких-то импортных шоколадок, явно отданных другу Игнатом, и тетрадь с яркой обложкой на столике возле дивана. В целом ничего необычного.        Лешка, кинув взгляд на копошащегося на кухне Игоря, проходит в глубь квартиры и падает на диван, прихватив со столика тетрадь, чисто ради интереса. Он вдруг вспомнил, что Гром рисовал в ней в день их знакомства.        Первые пару страниц были красивыми и достаточно интересными, множество рисунков и записей, фото с отцом и отдельные кадры Игоря и Кости, даже фото Грома старшего с Женей, что весело улыбается, подставляя мужчине рожки.       Но Лешка застыл, открыв одну из последних страниц, с нее на Макарова смотрел его портрет. Немного кривоватый и в стиле рисунков Игоря, но точно Лешкин.        В себя Макаров приходит, когда рядом возникает Гром и резко выдергивает тетрадь из ослабевших Лешиных пальцев, а подняв на него взгляд, Макаров замечает алые уши и напуганный взгляд. - Ты... Ты зачем туда полез? - чуть грубо и недовольно воскликнул вдруг Гром. - Извини, не знал, что ее нельзя было брать, - чуть напугано произносит Леша.       Игорь бегает по нему своими почерневшими то ли от злости, то ли от страха глазами и, кажется, сидит где-то глубоко в своих мыслях. - Это ты извини, - наконец приходит он в себя. - Я слишком вспылил... - Игорь виновато опускает голову и садится рядом на диван. - Ничего, я не должен был брать без спроса. Оба дураки, получается. - С легкой улыбкой отзывается Лешка, и Игорь вскидывает на него радостный взгляд. - Не злишься? - с надеждой в голосе тянет он. - Нет, конечно. - Расплывшись в ответной улыбке, отзывается Леша.        И Игорь вдруг порывисто подается вперед, сгребая Макарова в свои объятия. Лешка застывает, не зная, куда себя деть. В итоге обнимает в ответ, опустив почему-то трясущуюся ладонь на крепкую спину.        Объятия прерывает вскипевший чайник. От громкого звука Игорь вздрагивает, отпуская Лешу, и, вскочив, бежит в кухню отключить его. Макаров, глядя на него, хихикает, чувствуя горящие щеки и странное тепло внутри.        Игорь заваривает чай и зовет ушедшего в свои мысли Лешу. За чаем атмосфера улучшается, и они наконец ведут спокойный диалог о школе, одноклассниках и уроках. Макаров рассказывает про жизнь в детском доме, Игорь про Федора Ивановича и тетю Лену, да и про Женьку, всякое, в общем, из своей жизни.        Леша немного завидует, у Игоря много близких, несколько родных людей, у Макарова есть только Лиза. Но он на удивление рад за Грома. - Так, к слову, - переводит вдруг тему Лешка. - Тот рисунок все же ты нарисовал? - Игорь застывает, не зная, куда себя деть, отводит взгляд и немного краснее. - Я... Заняться было нечем, и я взялся нарисовать что-то, и почему-то тебя нарисовал. - Лешка посмеивается, но ничего больше не говорит.        Когда на улице уже начинает темнеть, а часы показывают полвосьмого вечера, Лешка начинает суетиться и собираться обратно. Игорь грустнеет, но друга даже провожает на полпути.        А на прощание вновь притягивает к себе, сгребая в объятия. Лешка краснеет, но обнимает в ответ. На этом и расходятся.