Часть 14

✈︎✈︎✈︎       Может, любви с первого взгляда и не существует, но вот чувство влюбленности и некой эйфории вполне. Пока ты молод, всё обострено до предела и трепещет каждый раз, стоит только взглянуть на объект своего обожания. Тогда не особо задумываешься о суровом будущем, которое следует буквально по пятам, а ныряешь в омут с головой, желая чувствовать всё больше и по-настоящему жить, пускай даже и в розовых очках, которые обычно разбиваются прямо в глаза.       Как можно спокойно засыпать, если перед глазами всё та же лучезарная улыбка, мягкие щёчки и карамельные глаза, которые никогда ещё не взглянули в ответ? Как можно слушать музыку, если в каждой строчке пытаешься найти что-то подходящее для описания его, хотя даже и не уверен, что о твоем существовании вообще в курсе? Как можно писать стихи, когда мысли явно не о том, насколько красиво небо на закате, а о том, что этот момент хотелось бы проживать с правильным человеком изо дня в день?       Чувства — это что-то безумно пугающее и интригующее одновременно. Многие их сторонятся, когда другие ищут лишний повод, чтобы буквально начать задыхаться от жизни и брать от неё всё, что дают. Не так важно плохое или хорошее. Однако как бы мы ни старались, они рано или поздно настигают и опьяняют, не давая мыслить разумно о возможных последствиях.       Да кого вообще волнуют эти последствия, если перед глазами вновь возникает тот самый образ, который слепо ищешь в толпе, даже зная о том, что его может и не быть там вовсе? Один взгляд на широкую улыбку, от которой так и лился свет, и всё — ты погиб. И единственный вопрос, который интересует в такой момент — «Почему она всё ещё не обращена ко мне?» — Прости, Рики, мы с Сону задержались, работая над проектом, — высокий парень садится на скамейку рядом с другом и закидывает на стол довольно тяжелый рюкзак, — Надеюсь, тебе не пришлось долго ждать.       «Так его зовут Сону» — пронеслось в голове у японца, который робко наблюдал за, как оказалось, одногруппником его лучшего друга. Тот уже разговаривал с кем-то другим и довольно звонко смеялся, прикрывая рот ладошкой и даже не подозревая, что кое-кто не мог оторвать от него влюбленный взгляд. Наверное, хорошо было бы, если б людям приходили уведомления о симпатиях. Не приходилось бы волноваться и стоять в стороне, не зная, как подступиться. Хотя, наверное, многим проще, чтобы никто и не догадывался об их чувствах.        Нишимура ещё не решил, как лучше. — Ничего страшного, хён, — очнувшись, всё же ответил он, надеясь, что собеседник не обратил внимание на прилипший к его одногруппнику взгляд. Сказать о том, что тебе нравится парень, непросто, поэтому Рики продолжал «скрываться», даже особо не спрашивая о Сону, когда так хотелось, — Давай просто начнем заниматься…       Тогда, будучи неопытным первашом, младший побаивался всего, включая своё дикое желание взять от жизни максимум. Он не знал, как себя показать и какие стороны проявлять. Не знал, нормальна ли его сильная симпатия к совершенно незнакомому парню. Не знал, как выразить собственные чувства.       Однако сейчас Рики с уверенностью может сказать, что перестал бояться. Стал открыто интересоваться Кимом, познакомившись с ним лично совершенно случайно тогда в кофейне, и, кажется, тот шёл навстречу. Сначала медленно, но потом чуть побыстрее, отчего японец понял, что зря боялся. Его предмет обожания, на самом деле, не был чем-то недосягаемым, как это представлялось раньше. Он такой же человек, способный чувствовать.       Нишимура заметил его в привычной кофейне, когда возвращался с поздней утренней пробежки, и невольно остановился. Парень выглядел так умиротворенно, расположившись поудобнее в мягком кресле, и читал книгу, аккуратно перелистывая страницы. Он сидел совсем один и, казалось, совсем не испытывал от этого дискомфорта. Наоборот, наслаждался свободным временем и лучами солнца, которые ласкали его привлекательные черты лица.       Рики засмотрелся. Опять.       Он хотел было побежать к кампусу, не желая прерывать сию гармонию, но старший заметил его, когда всё же оторвался от произведения и потянулся к стаканчику с кофе. Лисьи глаза сначала распахнулись от удивления, а потом внезапно сузились, напоминая щелочки, ведь Сону улыбнулся. Наконец-то, именно ему. — Не знал, что ты бегаешь перед занятиями, — произнес Ким, когда японец всё же приземлился в мягкое кресло перед ним. Парень не выглядел измученным тренировкой, лишь только лёгкий налет усталости отражался во взгляде напротив. Положив закладку, Сону закрыл книжку и оставил её на столе возле себя, и Рики моментально обратил внимание на обложку, проявляя интерес к увлечению старшего литературой. — А я не знал, что тебе нравится читать, хён, так что мы квиты, — японец беззаботно улыбнулся, и собеседник одарил его искренним смехом, за которым потом посоветовал согласный кивок. Комфортно. Общаться вот так безумно комфортно. — Уже думал, что будешь делать на каникулах? — Да как-то не особо, — пожал плечами Ким и вздохнул, — До них ещё целый месяц. Дожить бы… — Устал? — поинтересовался младший, получая согласный кивок. Сону вновь потянулся к стаканчику с кофе, захватывая трубочку пухлыми губами и делая несколько глотков. Японец же не мог отвести от него взгляда, ведь он казался таким прекрасным, как настоящее произведение искусства, пускай даже волосы растрепались от внезапного порыва ветра.       Рики потянулся в сторону собеседника машинально и лёгким движением отодвинул мешающую челку с глаз, задевая попутно нежную кожу лица. Сердце колотилось, как ненормальное, и внутри всё трепетало. Пальцы сами собой скользнули по чужой щеке, спускаясь к линии челюсти, и младший готов был превратиться в пепел, который обязательно унесет усилившийся ветер, потому что такого по отношению к Сону он ещё не позволял.  — Хён, — произнес вдруг парень, заставляя собеседника прислушаться, ведь тот говорил как-то тихо, будто у него был какой-то секрет, который не должен знать никто, кроме них двоих. Пока сердце беспощадно разбивало рёбра, Нишимура продолжил, прекрасно замечая удивленный взгляд своего возлюбленного, — Почему раньше я так боялся подойти к тебе и заявить о себе, а сейчас, когда ты знаешь, мне просто страшно, что мои чувства могут задушить нас обоих?       Рики действительно не знал, как справляться с самим собой. Ему, кажется, ранее никто не нравился настолько сильно, как тот, кто сейчас сидит напротив и хлопает лисьими глазами, кусая пухлые губы от внезапной нежности со стороны младшего, а потом довольно сложного вопроса вдогонку. Оба молчат, ведь Сону пытается подобрать слова, которые совсем не лезут в голову, а Нишимура медленно горит от собственного обожания к старшему.       Младший не знает, как вести себя правильно ввиду неопытности в любовных делах, поэтому действует по наитию. Так, как велит ему душа. Видимо, именно поэтому большая ладонь всё ещё покоится на щеке Кима, а большой палец аккуратно поглаживает её. Видимо, именно поэтому глаза жадно исследуют безупречное лицо и именно поэтому останавливаются на мягких губах, которые ранее парень уже чувствовал на своих, пускай это и была жалкая минутка. — Я хочу держаться с тобой за руки, целовать тебя при всех, обнимать, когда захочется, — продолжил, кажется, ещё тише Нишимура, будто боясь спугнуть, — Однако продолжаю наблюдать со стороны, и это выглядит жалко, по правде говоря. Почему моментами я такой смелый, а моментами не могу и шага ступить из-за внутренних блоков? Может, ты знаешь ответ на этот вопрос, хён? — Джей сказал, что тебе просто страшно из-за того, что от меня меньше отдачи, чем ты заслуживаешь, — почти что прошептал Сону, вспоминая разговор с другом во время пары по физкультуре. Рука вдруг исчезла с мягкой кожи, отчего по ней пробежался прохладный ветерок. Рики набрал в лёгкие побольше воздуха и опустил взгляд вниз, словно бы подтверждая сказанное, хотя никаких кивков замечено не было. Тем не менее, Ким продолжил, все ещё изредка кусая свои губы. — Я убежден, что он прав, Рики. Правда. Мне действительно стоит делать шаги побольше навстречу тебе. — Но я же не могу требовать от тебя того, что ты, возможно, не чувствуешь в такой же мере, — совершенно серьезно посмотрел на собеседника японец, на что тот лишь мягко улыбнулся и самостоятельно потянулся к нему, накрывая его руку своей и сжимая её. — Если бы я не был уверен в том, что чувствую, то не пошёл бы следом за тобой и не поцеловал бы тебя тогда, — объяснил Сону, продолжая согревать Рики улыбкой, пока по телу била мелкая дрожь. Внутри всё трепетало, пока парень пытался осознать, что услышал всё правильно, а в груди разрасталось чувство, что младший выбрал правильного человека, чтобы влюбиться. — Я рад, что люблю именно тебя, хён, — произнес японец, и собеседник улыбнулся ещё шире, несмотря на то, что в нём разрастался ураган эмоций, который готов был снести любого на своем пути. Хоть Сону ещё сам не готов сказать настолько важные слова, нишимуровы он принял, не задумываясь. Всё же младший убивался за ним целых полтора года, пока тот понятия не имел об этом, спокойно проживая свою студенческую жизнь.        Однако Ким уверен, что обязательно их скажет. Нужно лишь время. — А я рад, что ты появился в моей жизни, Нишимура Рики. ✈︎✈︎✈︎ Рики: Хён, давай сбежим?       Пары тянулись мучительно долго, а текущая — вообще занавес. Преподша, как всегда, зверствует и не упускает возможности отпустить колкие фразочки в сторону некоторых студентов по поводу успеваемости, и всё это безумно раздражало. Сону, по своей натуре, парень довольно позитивный и старается не пропускать негатив через себя, но когда дело касается его друзей, тушите свет. Ким, конечно, милый, но голову откусит при желании.       Сообщение младшего заставило отвлечься от скучного монолога женщины, обсуждающей проект другой группы, и улыбнуться. Сону подпер щеку кулаком и мечтательно прикрыл глаза, представляя, как выходит из аудитории и, желательно, больше не возвращается ни-ког-да. Заманчиво, даже слишком.       Аккуратные пальчики начинают бегать по экрану, печатая ответ:

Я бы с удовольствием, а то полтора часа в таком токсичном обществе — это тихий ужас…

— Блять, почему сегодня внезапно стало так жарко? — возмутился сидящий рядом Сонхун и недовольно фыркнул, закатывая рукава водолазки повыше. Ким переводит на него вопросительный взгляд и усмехается. Рики: Было бы неплохо оказаться сейчас у моря…может, съездим на каникулах, хён? — Не удивительно, Хун-а, — выдает он и мельком читает вновь пришедшее сообщение, следом переворачивая мобильный экраном вниз и пытаясь не показывать смущение. — Кто вообще в плюс двадцать надевает водолазку?       Джей хоть и молчал, но взгляд его был хитрым и слегка насмешливым. Пак нервно повернулся в его сторону, смерив раздраженным взглядом, а потом откинулся на спинку стула, скрещивая руки на груди. Он буркнул еле разборчиво: — Утром было прохладно… — Да ну, — подначивал его американец, который, в отличие от соседа, алые пятна на шее не особо скрывал. Они мелькали перед глазами каждый раз, когда парень двигался и воротник лёгкой джинсовки отодвигался. Это стало предметом обсуждений у некоторых женских компашек, ведь всем было интересно, с кем же так оторвался Пак.       Сонхун же на эти взгляды на его теперь уже парня закатывал глаза. Немного подбешивало настолько повышенное внимание, но положительная реакция самого блондина на всё это — ещё больше. — Ой, завались, язва херова, — выдал Пак, чувствуя, как через несколько секунд чужая рука ложится на колено и по-хозяйски сжимает его. Хун слегка судорожно оглянулся, как бы убеждаясь, что Сону занят перепиской и никто другой не мог видеть их. Парень наклонился к уху американца и прошептал, — Ты что творишь? — Ничего, — тут же ответил он, оказываясь слишком близко к лицу собеседника, который нервно сглотнул и набрал в лёгкие побольше воздуха, — Просто положил руку на колено своего парня. Мне нужно положить на чьё-то другое? — Только попробуй, — выпалил Хун и отвернулся к экрану ноутбука, перечитывая черновую презентацию, чем вызвал довольную ухмылку со стороны Чонсона. Сонхун, конечно, буйный, но его можно приручить, а ревность его выглядела немного комично. Парень бы сто процентов начал всё это отрицать, говоря, что Джей может идти на все четыре стороны, но тот прекрасно понимает, что это напускное. На самом деле, Пак не хочет ни с кем делиться.        Сону, ожидающий очередной ответ от младшего после быстро появившегося «печатает», случайно мазнул взглядом по сидящим рядом друзьям и заметил, как рука блондина по необъяснимой причине еле заметно двигается, хоть он и делает вид, что слушает нескончаемую речь преподши. Ким отодвинулся чуть назад и всё моментально понял. Брови поползли вверх, а глаза расширились, ведь Джей поглаживал коленку Сонхуна, выглядывающую из-под рваных темных джинс, а тот даже ничего не говорил против, уставившись в ноутбук.        Интересно девки пляшут.       Ким вспоминает разговор с Чонсоном, потом немного странное поведение Кёнхи и многозначительные взгляды в его сторону, видит алые отметины на шее друга и, наконец, переводит взгляд на тёмную водолазку Хуна. Пазл складывается сам собой, и парень прикрывает рот ладошкой, чтобы не запищать. Неужели у Джея всё-таки получилось? Неужели ему удалось приручить импульсивного Сонхуна?       Очередная вибрация заставляет Сону перевести взгляд на экран и немного отвлечься от того, что он только что узнал. Рики: Сходим на свидание, хён?

Когда?

Рики: Давай в субботу. У меня как раз ничего нет.

И у меня. А куда пойдём?

Рики: М-м-м, секрет;)

Эй, так не честно! Хотя бы намекни…

Рики: Там будет всё, что тебе нравится, хён.