Часть 9

Обычная трёхэтажка, если не считать столпившихся возле неё кучки соседей и половину группы захвата, состоящих из трёх бойцов. Служебные стволы были сняты с предохранителей, старший группы стоял с рацией, переговариваясь с вышестоящим начальством, никто пока не решился войти в единственный подъезд, квартира со съехавшим с катушек бывшим военным находилась на первом этаже, окна которой выходили аккурат на прибывших полицейских. Окно в квартире было разбито, в зале слышался вой женщины и тихий бубнёж мужчины. — Здарова, Литвинов! — Павел поприветствовал старшего опергруппы, тот мрачно пожал руку следователя. — Хватит троих-то? Паша осмотрел мужчин. — Начальству видней! — так же мрачно ответил мужчина. — Это долбоебизм, Паша, от этого придурка непонятно что ожидать, а там кроме его жены ещё и тёща его… Были выстрелы, бабушку не слышно вообще, только жена воет! По-хорошему, нужна вся опергруппа, у него там ещё и граната, он так орал, а я верю, если есть, то взорвёт на хуй всех и сам!.. Не знаю, пиздит, нет, но Паша! — ощерился Литвинов. — Наш долбоёб сказал, что троих вполне хватит, а я, блядь, обстановку не знаю ни хуя! — Прорвёмся! У меня табельное! — Паша нащупал кобуру через пиджак. — Вместе пойдём! Юра, здесь ждёшь! Литвинов, скорая едет? Нужна будет! — Перед тобой вот только позвонил. — Павел Алексеевич, я с вами! — Юра сейчас раздражал, хотелось треснуть по башке, хуже бабы, блядь! — Юра! — стиснул зубы Паша, раздражение нужно было унять. — Сказал же – жди тут, чё непонятного? — Но… — И Витальке позвони, если что! Юра вздрогнул. — Пообещай, что позвонишь! — Паша несдержанно больно впился в плечо парня своей рукой, вглядываясь в глаза. — Позвоню, — Юра опустил голову, добавив нехотя. — Обещаю.

***

— Рубин! Положи оружие! Выйди с поднятыми руками, тебе же лучше будет! — крикнул Литвинов, дав шанс на последнюю попытку уладить всё более-менее спокойно. — По-хорошему… — На хуй иди! — бешено заорал мужчина, слышно было, как он перезаряжает сайгу, а там ещё граната или другие сюрпризы… Женщина снова завыла по-волчьи, Рубин прикрикнул на неё матом, вой прекратился. — Давай! — молча подал знак ребятам Литвинов, опергруппа лихо вынесли двери, залетая с воплями в квартиру. Паша, достав служебное, забежал предпоследним, Литвинов был за ним, как получилось так, что уже лёжа, раненый от шальных пуль группы захвата, Рубин умудрился поднять сайгу и пустить пулю по направлению Павла. Мужчина, не ожидая подвоха, не успел увернуться, пуля угодила прямо в грудь, ближе к правой стороне. Литвинов прошипел матерное, выстрелил в голову бывшему военному. Скорая уже была на подходе, заранее вызванная Литвиновым. Мать женщины оказалась мертва, скорее всего, это был сердечный приступ, женщина же сидела на полу, всхлипывая заунывно и раскачиваясь взад-вперёд. — Держись, Пашка! — Литвинов склонился над раненым мужчиной. — Сердце не зацепило! — Прорвёмся!.. — с трудом улыбнулся Павел, кровавые пузыри уже были во рту, но он знал, он выживет, было и похуже! — Юрке скажи… Чтобы он с моего телефона Витальке… Племяннику позвонил… Он в курсе… Обязательно!.. Литвинов кивнул, одной машины скорой оказалось мало, нужно было ещё увезти труп престарелой женщины и саму пострадавшую.

***

Виталий чувствовал себя не в своей тарелке, он был уже дома, на душе было неспокойно. Пересилив гордыню, он позвонил Павлу, но шли только длинные гудки. Неужели он теперь не ответит? Виталик не мог знать, что сейчас в госпитале Павлу латают рану после насквозь пробившей его грудь пули. Звонить не хочется, хочется напакостить, почему этот с задницей, а не он? Но Юра ведь обещал! Павла вынесли на носилках, а Юра метался по двору, не зная, куда себя деть, потом подошёл мужик, с которым общался Павел, и ещё раз попросил позвонить этому сопляку, отдавая телефон Павла в руки. Юра вздохнул, неприязненно набирая номер.

***

Пашка ранен! Операция! Виталика трясло, непослушными пальцами он набрал номер Анны, сбивчиво, всхлипывая, объяснил, что случилось, Аня не могла об этом знать, перепугавшись не меньше Виталия, но не подав виду, она сказала, что заедет сейчас за ним, а потом поедут к Пашке. Виталий мысленно давал себе пощёчины: «А что, если Паша умрёт? А если кома, или что?! Как он там? А ещё, наверное, думал, что не нужен никому, а он нужен!» "По-детски ты рассуждаешь, по-детски даже сейчас"! – мысленно одёрнул себя Виталик, хватит сопли лить! Анна приехала через пятнадцать минут, всю дорогу Виталик не мог успокоиться, впрочем, женщина никак не успокаивала его, она сама толком ничего не знала о состоянии Павла, а врать и говорить, что всё будет хорошо, когда не знаешь исхода, было не в её правилах.

***

У палаты ходил стажёр, хмуро взглянув на посетителей, он рассказал кратко Анне о состоянии Павла, о той ситуации, что произошла, когда они поехали на вызов. Виталик старался не смотреть на Юру, но он был ему благодарен за звонок. Хотя Виталий был уверен: этот не горел желанием звонить! Пока Павел был без сознания после операции, все разъехались, врач уверил, что всё обошлось, теперь мужчина должен отдыхать. *** Виталик ходил из угла в угол, недосказанность между ними разъедала, он не захотел даже выслушать, а теперь когда?! На утро, еле открыв глаза после почти бессонной ночи, уехал на работу, день прошёл как в тумане, затем снова больница. *** Павел открыл глаза, весь промежуток времени, пока его оперировали, и дальше, пока он спал, пронеслось чёрным пятном. Мужчина чувствовал слабость, такое уже было, его подранили в Шали, ещё в Чечне. На ноге остался шрам, больше серьёзных ранений не было, до этого дня. Павел лежал на спине, в руке иголка от капельницы, он почувствовал, что кто-то находится рядом, повернув голову, увидел на стуле задремавшего Юру. Парень сидел прямо, только голову свесил, белый халат смят, Павел улыбнулся: всё-таки Юра хороший человек, со временем найдёт достойного партнёра, раз уж он тоже не по девочкам… Юра, будто почувствовав шевеление, поднял голову, взгляд принял осмысленное выражение, он похлопал глазами, лицо озарила радостная улыбка. — Павел Алексеевич… — Здравствуй, Юра, — с улыбкой произнёс Паша. — Спасибо, что рядом. Ты позвонил Виталию? Юра нахмурился. — Да, как Вы и просили. Они вчера с Анной приезжали. Паша удовлетворённо кивнул, повернув голову прямо, шея затекла, хотелось спать. — Павел… Алексеевич… — начал Юра, чувствовалось, что он мнётся, но сказать хочет. — Я… Вы… мне по-прежнему небезразличны, я понимаю, не место, да и вы говорили… — Юра, — устало проговорил Павел, прикрывая глаза, — я правда устал повторять… Я тебе очень благодарен, но прекрати ты эти разговоры… Прошу! — Понимаю! — Юра нервно комкал ткань халата. — А где ваш Виталий? Его нет здесь! — Здесь я! — Виталий зашёл в палату, мрачно вперив глаза в растерявшегося парня, он только подошёл, но разговор слышал. — Я знаю, что Паша вне опасности, иначе бы никуда не ушёл, и я не отдыхал, только, между прочим, с работы! — Парни, — устало прошептал мужчина, закрывая глаза, — мне хреново немного, можно без разборок? Они замолчали, и Паша, не открывая глаз, тихо сказал: — Юра, ты замечательный, но мы вроде всё решили тогда. Спасибо тебе, но оставь нас с Виталиком. Павел услышал скрип стула, шорох шагов, дверь несдержанно хлопнула, дальше немного тишины, и почувствовал, что рядом на кровать садится Виталик, прохладные пальцы коснулись руки, ласково поглаживая. — Я очень испугался! — шепнул юноша. – Очень! Прости, что не выслушал тебя тогда!.. Паша улыбнулся, посмотрев на Виталика. — Ты подрастёшь, поймёшь, а я научу как. Виталик, не хотел тебе с одной стороны рассказывать про то, что было когда-то, но с другой… Это ведь было до тебя! — Паша посмотрел в глаза подвинувшемуся ближе парню. — Я никогда не сравнивал тебя с тем, кто был. Никогда. Просто, получается, у меня вот такой типаж. Ты — это ты! Я…старый солдат, и не знаю слов любви… Они синхронно улыбнулись друг другу. — Но ты мой мир, Виталик, я живу тобой, живу с тобой, целую тебя, поэтому давай так: в следующий раз сначала выясним всё на словах, у нас для этого есть рот и мозги, Виталь! — Прости. Хорошо, — Виталик смущённо улыбнулся. — Как насчёт отпуска потом? — Я думаю, что вполне заслужил его! –мужчина зевнул, прикрывая рот ладонью. — И насчёт тебя поговорю, думаю, возьмём в мае, и в Крым махнём, а? — Замечательная идея! — подхватил юноша. — Я там никогда не был! — Это большое упущение! — согласился Паша, он взял ладонь Виталика, переплетая пальцы. — Я был там много раз, покажу тебе местные достопримечательности. Виталик, закусив губу, медленно наклонился к лицу мужчины, посмотрел в глаза, и склонившись ниже, шепнул что-то на ухо. Павел улыбнулся, сильнее переплетая пальцы. — Я тебя тоже, мальчик мой ревнивый, я тебя тоже…