Et si tu n’existais pas

Сергей сказал: «Все, чистить зубы и спать, и никаких уговоров я слушать не буду!» Он отбился от собачьих глазок и сложенных в молебный жест рук, проигнорировал жалобные просьбы и даже великодушно не обратил внимание на гневные пожелания бессонницы. Он думал, что оборона пала и слишком ослабела, чтобы продолжать бой. Но Алиса, проведя время в ванной, поднабралась сил. — Папочка, — начала она. — Нет. — Папочка… только немного послушать музыку. — Я знаю твое «немного», — он отложил читалку на кофейный столик и взял Алису на колени. — Я тебя потом не уложу. Сергей заправил за уши волосы дочери. Не удержавшись, он поцеловал ее в пробор и на несколько мгновений замер, вдыхая ее запах. В отличие от сестры, Алиса предпочитала спать в полноценной пижаме, а не в старой футболке Олега. Так как у дочери еще не было устоявшегося мнения насчет одежды, Сергей мог в свое удовольствие выбрать ей пижаму сам. Олег, конечно, высмеял его за создание своего двойника, но Сергей не мог отказать себе в покупке фиолетовой рубашки и шорт с узором пейсли. К тому же, он не виноват, что дочь унаследовала его цвет волос, а оранжевый хорошо гармонирует с фиолетовым! И Алисе очень понравилось. Она не преминула льстиво напомнить об этом: — В такой красивой пижаме я бы станцевала немного. Какие-нибудь очень спокойные танцы… Сергей снял очки и потер уставшие глаза. — И легла бы после этого спать? — Конечно, — подмигнула ему Алиса, очевидно давя ухмылку. — Не знаю, ловит ли у них сейчас связь, но я нажалуюсь на тебя Олегу. — Ой, как страаашно! — хихикнула Алиса, сползая с его колен. — Марго, включи лайкнутые песни! — Хорошо. Включаю, — подмигнула колонка, как на зло врубив одну из фиксипелок, от которых у Разумовского уже кружилась голова. И не какие-нибудь размеренные «часики идут-часики-идут-часики-минуты-берегут», куда там, подавайте самую заслушанную до дыр — песню про барабан! «Я придумал, кем я стану, барабанщиком я стать хочу…» Неееет… — Марго, стоп. Включи что-нибудь из классического репертуара. Звук — пятьдесят. — Хорошо, Сергей. Включаю. — Ну паааапааа! — Чтоооо? Сама не выполняешь обещаний и переводишь на меня стрелки! Развлекайся, я тебе не даю, что ли? — Под такое развлечешься? — кисло поинтересовалась Алиса, кривя губы. — Вальс какой-то. Мммм… а если я буду выбирать только из классики? Можно? Сергей подумал и пожал плечами, протянув ей телефон. Алиса быстро пролистала плэйлисты, разочарованно вздохнула и принялась печатать. — О. Вот. Из колонки полилась вполне спокойная музыка, но Сергей не обманулся: — Это Григ? Марго, стоп! — Ну почему?! — То, что я не хожу в музыкальную школу, не значит, что я не знаю основ, ма шери. Конечно, я различу «В пещере горного короля». Даже обидно, что ты думала иначе! — Марго, включи «Вальпургиеву ночь». — Алиса! Знаешь, что, марш спать! Устал от тебя. Если бы Олег с Шамой не покинули меня, предпочтя палатку в лесу, я бы повесил тебя на их шею! — А почему не на свою?! У тебя что, такая тонкая шея? Сергей закатил глаза и демонстративно завалился спиной на диван, прикрыв лицо первым попавшимся журналом. Алиса, подождав немного, подошла. — Пааап? Молчание. — Паааап! Алиса подняла его безвольно свисающую руку и опустила: она упала, ударившись о диванные подушки. — Н-дааа, — протянула девочка, — дела плохи. Она не нашла лучшего решения, чем влезть на него, чтобы возмущенно зафырчать в ухо. Сначала Сергей пытался не обращать внимания, неприметно морщась, но уже через пару минут улыбнулся и отвернул лицо. — Хватит дышать на меня, лиса. — Это чтобы ты на меня не дулся. — Я не дуюсь на таких глупышек, как ты, — поддразнил Сергей, просунув руки ей подмышки и сев, утвердив дочь на скрещенных ногах. — Но при этом не буду врать, что ты имеешь на меня влияние. — Правда? — оживилась Алиса, задирая голову. — Ну конечно, — Сергей чмокнул ее в нос, — без тебя бы я расслабился и раньше постарел. — Ты никогда не постареешь. — Серьезно сказала Алиса, отводя ему пряди с лица. — Папуль, я всегда буду с тобой. Никуда-никуда от тебя не исчезну. Разумовский вздрогнув, поняв, о чем именно она говорит, и нервно отвел взгляд. Алиса быстро обняла его, сжала лицо в ладонях, звонко поцеловала в переносицу и вскочила. — Марго, включи Джо Дассена. Сергей отвлекся от воспоминаний и хмыкнул со смешинкой: — Хочешь меня задобрить? Кстати, как твой французский? — Нормально. Эту песню недавно разбирали на уроке, она легкая. Salut, c’est encore moi, salut, comment tu vas? Le temps m’a paru très long… loin de la maison… j’ai pensé à toi! — Алиса плавно покачивалась в такт словам, вела руками, подражая подружке с народных танцев, и старательно выпевала слова вслед за певцом. Сергей встал, с хрустом прогнулся в спине и с теплотой посмотрел на танцующую дочь. Он точно также обожал Шаму и Олега и очень скучал по ним, но все же считал, что с каждым из родных иногда нужно проводить время наедине. Сергей подошел к дочери и приобнял ее за спину. Алиса хихикнула: — Я не дотягиваюсь до твоих плеч. — Правда? Твоя сестра уже не имеет с этим проблем. Алиса смахнула с ног тапочки и встала на его ступни, для устойчивости обхватив талию. При этом у нее было такое хитрое выражение лица мелкого вредителя, что Сергей не удержался от смеха. — Какая ты… Tu sais, j'ai beaucoup changé. Je m'étais fait des idées, Sur toi, sur moi, sur nous, Des idées folles, mais j'étais fou. Tu n'as plus rien a me dire, Je ne suis qu'un souvenir…. Алиса прижималась щекой к Сергею, а он потихоньку передвигался по залу, бормоча под нос мотив. Его знания французского улетучились уже давно, и вряд ли он смог бы поддержать разговор с кем-либо: так что он был тем более рад, что дочь проявила желание учить язык. …она была так красива, что он не мог в это поверить. Шамина красота была очевидна для него и не ввергала в шок, потому что она была точной копией Олега в девичьем воплощении, но Алиса, милая Алиса была похожей на Сергея: он не мог налюбоваться на человека, в ком выразились все его самые узнаваемые черты — рыжие волосы, светлая кожа, веснушки, выступающие под солнцем, загнутые вовнутрь кончики бровей. Как бы сильно временами он не впадал в безудержное самолюбование, на половину показушное, до появления девчонок он надеялся, что обе будут похожи на Олега. На самом деле, конечно, зря он так думал. Находя себя в Алисе, да и в Шаме, он больше с собой примирялся и не так рьяно вовлекался в эпизоды самоненависти. …но иногда все же предпочитал думать, что Алиса точь-в-точь его мама. Он еще помнил ее лицо и знал, о чем говорит… — Папочка, очнись! — Алиса щелкнула перед его лицом пальцами и, предвосхищая его возмущение, крикнула: — Марго, дальше! Он сразу узнал эту песню. Наверное, она была его любимым творением Дассена: Сергей примерно помнил, о чем она, но предпочитал не вслушиваться, расслабляясь и отдаваясь мелодии. Алиса прикрыла глаза и не прерывала молчание. Разумовский знал, как чутко она к нему относится, и, конечно, очень это ценил. Et si tu n’existais pas Dis-moi pourquoi j’existerais? К горлу подступил ком. Он ведь просто этого не заслуживает, правда. Он ведь может разрушить все в одночасье. Иначе он и вовсе не умеет. — Папочка, — шепнула Алиса, и Сергей подхватил ее и крепко обнял, как будто она могла рассыпаться у него в руках, если давить недостаточно сильно. — Я люблю тебя больше всех на свете. Я всегда-всегда буду тебя любить. Ты — мой любимый человек. Я люблю тебя… не плачь… Et si tu n'existais pas, J'essaierais d'inventer l'amour, Comme un peintre qui voit sous ses doigts Naitre les couleurs du jour Et qui n'en revient pas… — Я не плачу, моя птичка, — с трудом улыбнулся Сергей, хотя глаза слезились, а голос едва звучал твердо. — Ты просто никуда не исчезай. Вы все. — Я же тебе говорю, глупый, — Алиса легко постучала костяшками по его лбу. — Никуда мы от тебя не денемся. Никогда. Et si tu n'existais pas, Je crois que je l'aurais trouve, Le secret de la vie, le pourquoi, Simplement pour te creer Et pour te regarder.