Часть 52. Имена

— А м-может н-не н-надо? — пролепетал Эрик. — Чего не надо? — усмехнулся Казар. — П-пыт-тать н-нас, х-хозяин? — Я смотрю, тебя очень впечатлили мои инструменты. Не волнуйся, они только для рабов, которые плохо себя ведут. Ты ведь будешь себя хорошо вести? Эрик медленно кивнул и тут же получил мощную пощёчину. — Отвечай нормально, когда я с тобой говорю, тварь! — вскрикнул Казар. — П-простите, х-хозяин! Я буду х-хорошо с-себя вести, хозяин! — пробормотал Эрик, держась за ушибленную щёку. — Ну вот видишь, значит тебе нечего бояться, — Казар сделал небольшую паузу, а затем злобно рявкнул, — Встать! Мей, всё так же сидевшая на коленях, и тихо бормотавшая что-то себе под нос, резко вскочила на ноги и выпрямилась. — Так, а теперь я дам вам подходящие имена. Эрик, Виктория, Мей, я запрещаю вам называть себя или друг друга любыми именами, кроме тех, которые вы получите от меня. Я запрещаю вам делать это даже мысленно. Я запрещаю вам вспоминать о том, что у вас когда-то было другое имя. Вы меня поняли? — Да, хозяин — нестройно ответила троица. Они уже почувствовали, как печать выжигает новые правила в их разуме. Попытка нарушения будет дорого им стоить. — Отлично. Итак, ты, — Казар ткнул пальцем в зверодевушку, — отныне тебя зовут Урда. На старом Кувейском это означает «вонь». Ты меня поняла? — Да, хозяин. — Давай проверим. Как тебя зовут? — Урда, хозяин, — произнесла девушка с пустым взглядом. — И что означает твоё имя, Урда? — Оно означает «вонь», хозяин. — И почему тебя так назвали? — Не знаю, хозяин, — спокойно ответила зверодевушка. — Ну конечно, ведь ты слишком тупая. Это потому, что от тебя воняет. Давай повторим. Как тебя зовут, что означает твоё имя, и почему тебя так назвали? — Меня зовут Урда, хозяин. Это означает «вонь». Меня назвали так, потому что от меня воняет, — как робот отчеканила зверодевушка без единой эмоции на лице. «Вот же ты выродок, Казар, от Мей никогда не воняло!» — подумала Вика и тут же с криком схватилась за печать на шее — всё тело пронзила жгущая боль из-за нарушения запрета. — Так-так, я смотрю кто-то ничему не учится, — цокнул языком Казар. Жрица бросила на него взгляд, полный ненависти, но тут же одумалась: — Простите, хозяин. — Какой запрет ты нарушила на этот раз, необучаемая дура? — Я назвала… — жрица чуть было не повторила свою ошибку, — я мысленно назвала Урду… другим именем, — выдавила блондинка. — Ясно. На колени, — холодно произнёс Казар. Жрица медленно опустилась вниз. Стоять коленями на твёрдом полу было, мягко говоря, неприятно. Работорговец же спокойным шагом пошёл куда-то в сторону. Блондинка видела, как он подошёл к одной из стоек, взял оттуда короткую деревянную дубину, и поигрывая ею в руках, вернулся обратно. — Что ж, раз у тебя трудности с адаптацией, попробуем вбить немного ума в твою дурную голову. И раз уж ты оскорбила Урду, перепутав её имя, пусть это сделает она, — Казар с улыбкой протянул дубину зверодевушке. «Ёбаная мразь» — подумала жрица, опустив глаза. Всё-таки она не хотела усугублять своё положение, пялясь на этого садиста ненавидящим взглядом. — Что именно вы хотите, чтобы я сделала? — спросила зверодевушка, принимая оружие из рук работорговца. — О, всё очень просто. Тебе нужно бить её по голове со всей силы и после каждого удара говорить, как тебя зовут. Десяти ударов должно хватить. И да, приказываю тебе, Урда, бить со всей силы. Вика уже подметила некоторые особенности работы печати: если нет прямого обращения к рабу или слова «приказываю», печать не расценивает слова хозяина как команду и не давит на мозги. Казалось бы, это серьёзный недостаток, но по действиям Казара жрица чётко осознала, что он специально даёт им пространство для неповиновения, чтобы, во-первых, была возможность наказать, а во-вторых, они привыкали слушаться хозяина по собственной воли. И сейчас зверодевушка может отказаться бить жрицу, но не сможет делать это вполсилы. «У ублюдка явно большой опыт» — подметила жрица. А затем ей на голову обрушился удар. Блондинке показалось, что её ударили не небольшой деревяшкой, а гигантским стальным молотком. В глазах жрицы потемнело, и она чуть не упала на пол. — Меня зовут Урда, — раздался холодный голос откуда-то сверху. Второй удар. Из глаз блондинки хлынули слёзы. — Меня зовут Урда. Третий удар. Картина перед глазами жрицы поплыла. — Меня зовут... да, — голос зверодевушки звучал как будто бы очень далеко. Четвёртый удар. Избиваемая рухнула на пол. — …зовут… Удара не последовало. — …ать! — услышала жрица чей-то ещё голос. — Приказываю встать! — вскоре повторил голос хозяина. Тело блондинки повиновалось практически без её участия. Удар. Жрица почувствовала, как что-то течёт по задней части шеи. — … Урда. Удар. И снова блондинка рухнула вниз. В полубессознательном состоянии, она ожидала, когда ей прикажут встать. Но вместо этого услышала чей-то крик рядом с собой. Крик продолжался долго, хотя в своём текущем состоянии жрица не могла сказать, сколько именно. Минуту или час? Когда крик прекратился, её уже полегчало. — Интересно, — услышала жрица голос Казар, — приказываю вам обоим встать. И снова тело жрицы повиновалось само по себе. Вставая, она заметила, как с пола пытается подняться рыжий парень. «Вот же ты идиот несчастный» — подумала блондинка. Удар. Это восьмой или девятый? — Меня зовут Урда. Удар. И снова перед глазами у девушки всё поплыло, и она пошатнулась. — … зовут Урда. Удар. Пыточная комната вращается перед глазами. Пол приближается к лицу. Бум. Холодно. Немного покоя. — Приказываю встать. Жертва снова на ногах. Удар. — Меня зовут Урда. «Удар… нет? Почему нет удара? Неужели всё?» — подумала жрица. Только сейчас она осознала, что плачет. Всхлипывая и дрожа. И разбитого затылка текла кровь. Череп благодаря «несокрушимому каркасу» не пострадал. Перед глазами до сих пор всё плыло. Сохранять равновесие было трудно. Очень хотелось прилечь. Жрица была уверена, что, если бы не пустой желудок, её бы стошнило. Блондинка взглянула на трапа. Парня трясло, но в его глазах больше не было страха. Он смотрел на работорговца с просто звериной яростью. «Кажется, я знаю, какой запрет ты попытался нарушить, пока меня избивали. И кажется, мы все об этом пожалеем» — вздохнула блондинка. — А теперь, скажи, как зовут твою подругу, — Казар пристально посмотрел на жрицу. — Её зовут Урда, — всё ещё всхлипывая произнесла блондинка. — Ну вот, видишь, мой урок помог! Разве ты не должна быть мне благодарна? — ухмыльнулся работорговец. Жрица уже собиралась выдавить из себя унизительную благодарность, как вдруг рыжий снова заорал и схватившись за шею упал на колени. — Мда, тяжёлый случай, — вздохнул Казар. — Спасибо за ваш урок, хозяин, — пробормотала жрица. — Что ж, теперь твоё имя Бихо. На старом Кувейском оно означает «тупая шлюха». И снова парень закричал, хватаясь за шею. — Я убью тебя, клянусь всеми богами какие только есть, я убью тебя чего бы мне это не стоило! — прорычал рыжий. «Идиот» — грустно подумала блондинка. — А теперь скажи, как тебя зовут, — Казар проигнорировал парня. — Бихо, хозяин. — И что означает это имя? — Тупая шлюха, хозяин. Рыжий снова закричал, и на этот раз его крик уже переставал напоминать человеческий, переходя в животный вой. — И почему тебя так зовут? — ухмыльнулся Казар. — Потому что я тупая шлюха, хозяин, — обречённо выдохнула жрица. — Похоже не такая тупая, как твоя подруга, сама догадалась! — рассмеялся Казар, — Впрочем, неудивительно, ведь она даже не человек. Блондинке очень хотелось сделать ему больно, и печать отзывалась на это желание жгучей болью. Но жрица не издавала не звука. — А теперь, займёмся самым непослушным из вас троих. Вы двое, тащите рыжего, — Казар на секунду замялся, а потом махнул рукой в сторону решётки, под которой была установлена жаровня, — вон туда. Зверодевушка вздрогнула и медленно зашагала к парню. Жрица обречённо посмотрела на пыточное приспособление. «Ну нет, сука. Нет. Нет, нет, нет, иди ты нахуй, ёбаный выблядок, я не буду этого делать» — вместе с этими мыслями внутри жрицы родилось намерение. Адская боль пронзила всё её тело, но блондинка не закричала. Слёзы выступили на её глазах. Казалось, всё её тело разрывают на куски сотни раскалённых крючков. Сама не понимая, как она способна сохранять сознание и не орать, девушка шагнула вперёд. «Меня зовут Виктория» — с этой мыслью она коснулась Казара и произнесла: — Именем Ильдира, пройди своё испытание. А потом в сознании Виктории не осталось вообще ничего кроме боли. Из носа, ушей и глаз девушки брызнула кровь и она без чувств рухнула на пол, следом за орущим и извивающимся Казаром.