Часть 4

Сэм вернулся на кухню с пакетом в руках, а Дин уже заканчивал толочь картошку, превращая её в пюре, постепенно подливая в кастрюльку молока, чтобы пюре получилось вкусным, нежно-молочным и мягким, без комочков. Дин ненавидел комочки, где бы они не были: буть то манная каша или пюре, да даже тесто для блинов у него было идеальной массой, без всяких комочков. На плите в это время жарилась курица, окрашиваясь в золотистый оттенок, а на тумбочке в небольшой мисочке остывал свежесваренный бульон, а то слишком уж горячий, и есть/пить его невозможно. А Дину нужно, чтобы Кас сразу его употребил, а потом он планирует съездить в ближайший город в аптеку. Так как просмотрев свои запасы лекарств, он ничего подходящего не нашёл. На звук шуршащего пакета Дин обернулся и застыл. Сэм как всегда: не снег, так пыль. Грязный, но до ужасно-мило-радостный. Ну совсем как маленький, хотел было сказать Дин, но промолчал, покачал головой и ещё пару раз опустил толкушку в кастрюлю. Затем постучал ей о бортики и снял с огня курицу, и таки обернулся к брату, давая понять, что он очень внимательно его слушает. Сэм с огромной улыбкой зарылся в пакет и постепенно выкладывал на стол всё то, что нашёл. Там были разные игрушки, мишура, гирлянды и всякие разные снежники и картинки, по типу Новогодних плакатов. Этого было ничтожно мало, но хоть что-то. — Я нашёл всё это тут, представляешь? Я, конечно, не уверен, что в то время были электрические гирлянды, но неважно, — махнул на это рукой Сэм. — Она ещё, вероятно, не работает, а для украшения ёлки и комнаты вообще не хватит. Мишуры много, но она такая старая и сыпется, и слишком «лысая», а вот игрушки более-менее нормальные. Ну, что скажешь? — довольно посмотрел Сэм на брата, который с толикой ужаса смотрел на это всё. Если бы Сэм не сказал, что нашёл это тут, Дин бы подумал, что он стащил это у какой-нибудь старушки. Даже игрушки будто из прошлого века, ну, хотя, это так и есть, неважно. Дин решил всё же купить всё новое. — Сэм, ты издеваешься? Как будто ты стащил это с чердака бабульки, — скривился Дин и поднял одну мишуру со стола. Она начала сыпаться моментально, и он отбросил её в сторону. — Я всё равно собираюсь в город, зайду и куплю всё, что нужно, а это выброси от греха подальше, — он уже хотел было скинуть это всё обратно в пакет, но его взгляд зацепился за одну ёлочную игрушку. Он взял её и покрутил в руках. Оказывается, это был Ангел, который крепится на верхушку ëлки, как звезда. А так как Рождество — это всё-таки религиозный праздник, многие сажают на верхушку ангелов. И Дин не смог кинуть эту милоту — да-да именно так, в пакет. Откладывая её в сторону от лишних рук. Сэм заметил это и улыбнулся, хотя до этого стоял мрачнее тучи. Он перепачкался весь, а Дин всё забраковал. Так ещё и собрался ехать в город; он тоже хотел поучаствовать в выборе украшений. — Хей, Дин. Я тоже хочу поучаствовать в выборе, я поеду с тобой, — заявил Сэм. Дин уже к этому времени отвернулся, промыл от пыли ангела и взял в руки мисочку с бульоном. — Ага, а с Касом кто останется? — нахмурился Дин. Он, конечно, хотел взять Ангела с собой, но тот ещё слишком слаб для этого. Хотя, если температуры нет, то можно рискнуть. Ну и если Кас захочет ехать с ними. И в положительном ответе Дин был уверен почти на сто процентов. — Он уже не маленький, один разве не посидит дома? — Сэм не понимал гиперопеку брата. Хотя, когда он болел в детстве, Дин так же сидел с ним, читал, пел и кормил бульоном. В общем, всячески поддерживал. Но ведь Кас не ребёнок, он уже взрослый мужчина. Но Дина это никак не останавливало, ему будто всё равно, что он уже взрослый, ему нужно о ком-то заботиться. Это его предназначение, он в этом безумно хорош и он скучал по заботе о ком-то. Сэм подумал, что Дин был бы прекрасным отцом и мужем. Так, как заботится и любит он, не любит никто. И иногда младший Винчестер жалел брата, что тот не смог обзавестись женой и детьми. Он был так счастлив, когда думал, что Бен — сын Лизы — и его сын. Но это оказалось не так, и, хоть Дин пытался скрыть, внутри него что-то оборвалось. Надежда на то, что у него есть ребёнок, обрушилась со словами Лизы. Но даже когда они жили вместе, Дин старался быть для Бена настоящим отцом. Любил и воспитывал, да и мальчик к нему сильно привязался. Очень жаль, что вместе с Дином на их семью было совершено покушение, и тогда брат сделал очень серьёзное решение в жизни: попросил Каса стереть им память о Дине. Чтобы они были в безопасности, без него, потому что с ним они не смогли бы жить нормально. Они уехали, и Дин больше никогда не говорил о Лизе и Бене. Никогда, но Сэм видел, что он помнит, и ему горько от этого. Кас тогда тоже старался не ворошить эту тему. За что Дин был благодарен им обоим. И сейчас Сэм видит, как Дин заботится о Касе, и его сердце заполняется теплотой и счастьем за брата. Может, он наконец-то увидит и осознает, то что Сэм видит уже несколько лет. Видит, как эти двое танцуют вокруг друг друга, не смея сделать шаг друг к другу, хотя между ними очевидно что-то есть. — Нет, не посидит. Он болеет, Сэм! Где твоё сострадание? — удивился такому заявлению Дин. — Тем более, если у него не будет температуры, возьмём его с собой. Только сначала я проконтролирую, чтобы он съел бульон. И после этого можно выдвигаться в путь. — не дожидаясь ответа от Сэма, Дин вышел с кухни и пошёл к комнате ангела. Он до сих пор не мог поверить в то, что услышал. Сэм обычно всегда проявлял сострадание ко всем, кому было плохо, а тут взъелся на Каса. Хотя, может, это ему так показалось? Ведь он поспал всего несколько часов и безумно устал, хотя ничего особо не делал. Но слабость была, ему нужен был полноценный отдых. Но Дин не мог себе этого позволить, он был занят заботой о болеющем друге. Дин стал чаще замечать за собой очень странные чувства, которые тоненькими ниточками тянулись к одному-единственному человеку. К одному конкретному синеглазому Ангелу, с божественной копной чёрных волос и очешуенными губами, на которые он вечно переводил взгляд. С глаз на губы и обратно. И каждый раз он боролся с безумным желанием смочить их сухость и ощутить их мягкость. Он почему-то был уверен, что губы Каса безумно мягкие и тëплые; с каждым разом ему становилось всё сложнее и сложнее сдерживать себя. Дин очень боялся сорваться и зацеловать Каса и заобнимать его до потери пульса. Ибо Кас так похож на медвежонка, которого так и хочется засунуть в карман и унести домой. Но ангел уже дома, теперь осталось только заобнимать его для полноты картины. Сначала Дин испугался своих чувств, которые открыл в себе по отношению к Касу, но удивительно быстро принял их и успокоился. За своими размышлениями он и не заметил как дошёл до комнаты Каса, и сейчас стоит и пялится на дверь, с миской бульона в руках. Почему-то охватило странное чувство, будто Касу не нужна его забота, будто он навязывает своё общество ему. Он отбросил от себя эти навязчивые мысли и тихонько постучал, но, не дожидаясь ответа, зашёл в комнату. В комнате было темно, работал только один ночник, в виде пчёлки — Кас себе не изменяет. А сам ангел тихо спал, укутавшись в одеяла. Дин улыбнулся и подошёл к кровати. Он такой милый во сне: лицо расслаблено, такое умиротворённое, спокойное. Дин поставил мисочку на тумбочку и прикоснулся рукой ко лбу. Улыбка сразу сошла на нет. У Каса до сих пор держалась температура и, судя по ощущениям, не меньше тридцати восьми. — Кас? — тихонько позвал охотник, но ответа не последовало. Он попробовал погромче. — Эй, Кас? Просыпайся. Кас завозился в кровати и приоткрыл глаза. Свои безумно синие глаза, в которых Дин тонул снова и снова, и этот раз — не исключение. Он так и остался стоять и смотреть в глаза ангела, пока тот попытался сфокусироваться на лице Дина, и часто моргал. Наконец-то у него это получилось, и он посмотрел уже более осознанным взглядом, а потом повёл носом, почувствовав приятный аромат. — Дин? Чем так вкусно пахнет? — задал он вопрос и стал оглядываться по сторонам в поисках этого запаха. Дин очнулся от плена волшебных глазах и, выпрямившись, взял в руки мисочку. — Бульон, для тебя. Он поможет поправиться, — Кас недоверчиво на него посмотрел. — Давай, Кас, не зря же я его варил. Мама всегда готовила его мне, а я — Сэмми. Хуже не будет, налетай, — он сунул ему в руки мисочку и ложку, на всяких случай. Затем он отошёл от кровати и присел на стул, этим показывая, что никуда не уйдёт, пока Кас не съест бульон. Вот правда, не зря же он его варил. Кас приблизился к бульону и понюхал, и в удовлетворении закрыл глаза — пахло действительно прекрасно. Потом аккуратно зачерпнул ложкой и отправил в рот. Это и на вкус оказалось вкусно. И, против его же воли, из горла вылетел тихий стон наслаждения. А Дин напрягся на стуле. Этот стон прошёлся по всему телу Дина, устремляясь прямо в пах. От греха подальше он сдвинул ноги, чтобы не выдать своё положение, потому что его члену на всё пофигу — он отреагировал моментально и начал вставать, чего Дин сейчас явно не хотел. Но кто его спрашивает? Кас, не зная, как это действует на Дина, продолжал поглощать еду и тихо постанывать от удовольствия. Тёплая жидкость приятно ощущалась внутри, и было очень вкусно. Каждый стон Каса вызывали в Дине слишком сильные эмоции, но он максимально старался заглушить их. — Эм, Кас, — обратился он к другу. Тот оторвался от своего занятия и уставился на Дина, отправляя очередную ложку в рот. — Мы с Сэмми собираемся в город за лекарствами и Рождественскими украшениями, — на слове «Рождественский» у Каса загорелись глаза. Как он и думал: ангел точно захочет присоединиться. — Так вот, ты как? Хочешь с нами поехать? Кас активно закивал и ускорился в поедании бульона; Дин усмехнулся. Откуда у него только столько энергии? Он же болеет. — Хей, потише, ковбой. Не торопись, а то подавишься. И нам ещё надо сбить тебе температуру, — закончил Дин, а плечи Каса немного опустились. Дину даже жалко его стало, ещё больше, чем до этого. Ну и как бы он ему сказал, что им лучше поехать без него? Это издевательство просто. Кас, как маленький, в такие моменты любит всё это, кажется, даже больше самих детей. Но Дин задумался о том, как он с Касом купит подарок Касу и Сэму. Придётся их куда-нибудь отослать, чтобы спокойно купить всё, что он хочет подарить. И выбор подарков для Дина — одновременно приятно и сложно. Он не знает, что дарить. Совершенно. Но надеется на то, что разберётся по ходу дела. Вот что, например, подарить Сэму? Офигительный шампунь для его шевелюры или что-то другое? Он всю голову себе сломал ещё пару дней назад, думая над подарком. А насчёт Каса он даже предположить ничего не мог. Что вообще дарят Ангелам? — Ничего ангелам не дарят и никогда не дарили, — ответил Кас неожиданно. — Я что, это вслух сказал? — удивился Дин, и Кас кивнул. Он уже доел и отставил мисочку на тумбочку. — Спасибо, Дин, это было вкусно, — поблагодарил ангел и улыбнулся ему. Дин смущённо потер шею и встал. — Не за что, ангел. Я сейчас это отнесу и принесу таблетку, а потом посмотрим, поедешь ты или нет, — сказал Дин и быстро вышел из комнаты. Ну вот как такое возможно — одной фразой засмущать бесстрашного охотника? Он дошёл до кухни, оставил там мисочку из-под бульона и потопал в свою комнату — именно там, в его дорожной сумке были нужные таблетки. А Кас тем временем достал из-под подушки свой телефон, подаренный Дином. Он очень им дорожил. Он надеялся найти средство, которое поможет ему быстрее поправиться, поэтому зашёл в Google. Он тщательно вчитывался в строчки, написанные на экране, и хмурился. Он не понимал, как могут объятия и прелюбодеяние помочь человеку выздороветь. Он как раз изучал другую статью в интернете, когда зашёл Дин с бутылкой воды и таблеткой в руке. — Ну что, как думаешь, мы сможем угробить твой иммунитет до конца? — хохотнул Дин, ставя бутылку на тумбочку. — Что ты делаешь? — он заглянул в экран. — Гуглишь симптомы? Ты серьёзно? Кас, мы уже говорили на эту тему. В прошлый раз ты подумал, что беременный. Тебе этого не хватило? — Я не уверен, что антибиотики помогут ангелу, — не обращая внимания на слова охотника, сказал Кас, и ещё больше нахмурился, вглядываясь в строчки на телефоне. — И ты сам говорил: «Если чего-то не понимаешь — загугли». — спародировал он голос Дина и отложил телефон на кровать рядом. — Я просто стараюсь понять. В больницу мне нельзя, там ничего не поймут, так я пытаюсь сам. Дин на это лишь глаза закатил и протянул Касу таблетку. Тот принял её и откинулся на подушку. Ему определённо не нравилось принимать лекарства, но так было нужно, и он это понимал. По-другому никак. — И вообще, тут не только про антибиотики сказано, и я вообще не понимаю ничего. Дин, обьясни мне, — скомандовал Кас, садясь на постели и поворачиваясь к Дину. Тот лишь бровь поднял в немом вопросе. — Как обнимашки и прелюбодеяние помогают выздороветь? Там написано, что выделение эндорфинов помогает нашему организму ускорить процесс борьбы с заразой. Это правда? Дин аж слюной поперхнулся от такого вопроса. Да уж, чего только не напишут в интернете, но с одной стороны это правда. Девушки часто отказывают своим мужчинам в сексе по причине болезни головы, но мало кто из них знает, что после секса боль проходит. Не у всех правда, но в большинстве случаев. Но верить интернету — себе дороже. Там по симптомам ты можешь обнаружить у себя и рак, и пневмонию, и бронхит, и всё что угодно. Хотя у тебя на самом деле всего лишь осложнённая форма ОРВИ и всё. А в интернете всё очень плохо и ты крякнешь через пару дней. Так что гуглить симптомы — не самое лучшее занятие. — Ну, вообще, теоретически, это правда. Но, Кас! У тебя обычная вирусная инфекция, не нужно гуглить симптомы, — сказал Дин. Он вздохнул и потёр глаза пальцами. — И, боже мой, чувак, нельзя так просто и спокойно обсуждать секс со своим другом. Дин даже не соврал — в мужских кругах нечасто затрагивается тема секса. Ну, может, только в очень редких случаях. А ангел так спокойно об этом рассуждает. — Удивительно, что люди из греха делают лекарство, — будто не слыша Дина, продолжил Кас. — Секс — не грех, — машинально ответил Дин, даже не задумываясь. Хотя сам буквально только что не собирался обсуждать секс с ангелом. — Как ты себя чувствуешь? — решил перевести тему Дин и наконец-то уже поехать в город. Надо купить лекарства для ангела и украшения к Рождеству, а то всё самое красивое раскупят. Да, Дин не собирался покупать абы что, у него в голове была чёткая картинка с цветами шариков на ëлке, цвет мишуры и так далее. Он никогда в этом не признается, но он очень хочет украсить бункер, чтобы он наполнился духом Рождества, и Дин так много всего хочет приготовить на праздник. Главное не забыть купить всё необходимое. Он даже придумал как разместить гирлянду в комнате Каса, чтобы было красиво и уютно. Надо бы сюда ещё кресло-мешок купить — будет вообще отлично. Он сразу зацепился за эту мысль и добавил это кресло на первое место в своём виртуальном списке покупок. Тогда ему будет комфортнее и удобнее приглядывать за Касом. В этом мешке удобно сидеть и на нëм можно неплохо поспать. Точно, это определённо то, что нужно. — Нормально, кажется температура спадает. Мы поедем? — с надеждой в голосе спросил Кас, так мило улыбаясь ему, что Дин вообще не может ему отказать. — Конечно, собирайся, ждём тебя в библиотеке, — с этими словами Дин вышел из комнаты и пошёл прямиком в библиотеку, где уже сидел Сэм. — Кас едет с нами. Ждём его и выдвигаемся, — оповестил брата Дин, и тот лишь кивнул на это.