Вернутся к фанфику
Часть 1
14 июля 2024, 00:00Небо над головой пасмурное, словно камень серого цвета – не скучного и тоскливого серого, а глубокого, благородного, – обрамлено ветвями высоких деревьев с темно-зелеными листьями.
– Будешь? – в поле зрения лежащего на расстеленном пледе Нила появляется крупная ягода клубники. – Последняя осталась.
Вместо ответа Нил открывает рот, и клубника с секунду медлит, прежде чем послушно к нему опуститься. Нил аккуратно откусывает ее от хвостика и жует, с благодарностью глядя на руку в сером рукаве.
Небо над головой похоже на Райлана – может, поэтому пикник с хмурыми облаками даже лучше пикника под теплым солнышком.
Хотя Нилу, в общем-то, обычно плевать на прихоти небес – у природы нет плохой погоды; но его друг летом вечно жалуется на жару и из дома соглашается выходить крайне неохотно, так что редкой прохладе на улице рады оба.
Последний термос занимает свое место в одном из рюкзаков, и Нил неохотно встает, помогая сложить клетчатый плед. Все хорошее когда-нибудь заканчивается, даже если это полтора литра чая и большой пакет еды на двоих.
Но, наверное, начинается что-то другое хорошее?..
Он присаживается на корточки и ерошит мягкую траву, словно волосы родного человека, прощаясь с любимым местом. Травинки приятно щекочут пальцы; на языке все еще ощущается клубничный привкус, а обоняния касается легкий запах озона.
Нил принюхивается и вопросительно поднимает взгляд на Райлана.
Тот с тревогой подтверждает:
– Похоже, что будет дождь. Лишь бы до дома успеть добраться.
Глаза Нила, совершенно не разделяющего его опасений, загораются улыбкой.
***
Домой они не успевают.
«Пожалуйста, пусть хотя бы дождь будет несильным», – обреченно стонет Райлан, подставляя ладонь под первые крупные капли. Он выглядит настолько расстроенным, что Нил перехватывает его руку и утешающе поглаживает пальцами. Райлан от этого жеста застывает на месте, и Нил почти успевает испугаться, что сделал что-то не так – но его руку крепко сжимают в ответ и больше не отпускают. Он тихонько кивает себе, молча надеясь, что теперь им обоим будет чуточку спокойнее.
А небо смеется над ними шумным ливнем и близким громом, словно над маленькими напуганными детьми, бегущими от разгневанного злодея из сказки – и оно, пусть даже у них нет ни зонта, ни волшебного меча-кладенца, ни водонепроницаемого плаща-невидимки, совершенно неправо.
Небо над ними смеется – а Нил смеется в ответ, сходя с ума от восторга и высовывая язык навстречу косому дождю.
– Ты так глупо выглядишь, – фыркает Райлан, но незаметно повторяет за ним сам, подставляя лицо грозе.
Нил совершенно счастлив.
***
Он даже не замечает, как они оказываются у Райланового дома.
«Я живу ближе, поэтому мы идем ко мне», – объясняет тот. Нил слабо пытается возразить, но терпит поражение перед твёрдым «если ты простудишься, буду виноват я, потому что потащил тебя в парк, не проверив прогноз погоды».
В прихожей Райлан поспешно скидывает кроссовки и, на ходу пробормотав извинения за беспорядок, исчезает за дверью ванной. Когда он возвращается, неся одно полотенце в руках, а второе накинув себе на плечи, Нил успевает окинуть пространство беглым взглядом и прийти к выводу, что «беспорядок» – заявление здесь даже чересчур громкое, если сравнивать с его собственной квартирой.
Полотенца сперва кажутся весьма кстати – но все-таки их недостаточно: вода насквозь пропитала не только одежду, но и кожу, кости и все самые потаенные уголки души.
Именно поэтому после короткой, но крайне неловкой паузы, заполненной изучением плачевного вида друг друга, Райлан наконец сдаётся:
– Иди в душ, ради бога. Я после тебя.
***
Теплая, ласковая вода смывает с тела некомфортное ощущение липкости, и только тогда Нил с удивлением замечает, что все это время мелко дрожал от холода.
На полке в ванной обнаруживается стопка сухой одежды, неизвестно когда там появившаяся.
Нил неуверенно берет в руки бежевое худи. У Райлана, кажется, не так много вещей светлых оттенков. Неужели специально для него из всего гардероба подбирали то, что больше подходит под привычный стиль?..
Он прижимает плотную ткань к лицу и глубоко вдыхает. Странно и приятно.
Худи пахнет Райланом.
Хозяина квартиры он находит в кухне, сосредоточенно разливающим чай по двум большим кружкам, будто это самая важная работа в его жизни. При виде Нила в спортивных штанах, которые явно велики на пару размеров, и кофте, смотрящейся на худом теле еще более «оверсайз», на лице у него проскальзывает улыбка.
– Все мокрое повесь на балконе, там сушилка стоит, – дает он тут же новое указание. – А после садись пить чай.
– Сам-то не заболел, случайно? – обращает Нил внимание на лёгкий несвойственный Райлану румянец на щеках, прежде чем уйти. Тот только отмахивается.
***
Капельки дождя скатываются по стеклу и мерно стучат по карнизу, убаюкивая сознание. Нил забирается на подоконник с кружкой чая и пачкой найденного в шкафчике шоколадного печенья, прячет нос под ворот толстовки, зажмуривается и чувствует себя большим наглым котом, которого подобрало на улице какое-то сердобольное сердце, накормило и обогрело.
Сердобольное сердце нерешительно задерживается в дверях кухни, но все же берет вторую чашку и молча занимает противоположную сторону окна.
Нил смотрит на него тепло-тепло, словно Райлан – кусочек льда, который необходимо растопить, чтобы он превратился в счастливую мокрую лужицу.
Нилу, в общем-то, это вполне удается.
Он не знает, почему, но этот момент жизни хочется разделить пополам.
Он оставляет чай, спрыгивает с подоконника и, подойдя ближе, обнимает Райлана сбоку.
Тот мгновенно каменеет, как и раньше.
– Тебе неприятна тактильность? – просто спрашивает Нил, поворачивая голову так, чтобы видеть лицо друга. Рук он при этом не разжимает, и взгляд выходит снизу вверх.
Райлан молчит долгие несколько секунд.
– Не неприятна, – отвечает в конце концов, но, вопреки словам, осторожно отстраняет его от себя.
– Тогда почему...
Райлан спускается с подоконника и слегка неловко, но бережно обнимает Нила, кладя его голову себе на плечо.
– Так-то лучше, – смеется тот и нежно гладит его по спине.
Райлан дышит коротко и поверхностно.
– Ты хочешь что-то сказать? – Нил непонимающе отнимает руки и делает шаг назад.
И замирает сам.
Райлан улыбается.
И его улыбка, такая редкая и драгоценная, искренняя, находится совсем близко, что становится страшно вдохнуть – хотя Нил совершенно точно знает, что от дыхания улыбки не исчезают, улыбки – они не «дженга», не разрушатся от малейшего движения, суля тебе, неосторожно вздрогнувшему, немедленный проигрыш, но что, если всё-таки, что, если...
Райлан кивает и, несмотря на улыбку, говорит со всей серьезностью, которая только возможна, – и его голос дрожит от волнения.
– Я люблю тебя, Нил.
Нил так и не успевает набрать в легкие ни миллилитра воздуха – но, кажется, больше по своей вине, чем по вине Райлана.
Наверное.
Если честно, он сам не помнит.
Только помнит, что шум дождя по стеклу и металлу был на вкус как горьковатый зеленый чай, в который заботливо добавили имбирь и сок лимона от простуды, а пах чем-то лесным и хвойным – то ли гелем для душа, то ли кондиционером для белья.
И что поцелуй пришлось вскоре прервать, чтобы он не перешел в незапланированный сеанс искусственного дыхания.
***
Когда чайник закипает вновь и горячая вода оказывается разлита по все тем же двум большим кружкам, Нил пододвигает свой стул вплотную к стулу Райлана и садится, приобнимая его одной рукой за плечи.
Райлан ворчит:
– И все равно это непривычно.
– Так привыкай, – смеется Нил, тянется к нему, касаясь губами виска, и едва не опрокидывает на пол чай неосторожным движением.
И Райлан, надо отдать ему должное, очень честно старается смотреть на него с осуждением – но получается почему-то с любовью.
300
Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!