Глава 1. Я вас поздравляю, Господин Пак.

Каждый новый день проходил так, как вчерашний, вчерашний, как позавчерашний, и так уже давно. Пожалуй, единственным изменением было то, что сил и желание делать хоть что то с каждым днем только меньше, настроение только хуже. Каждый день проходит по сценарию, и лишь в некоторые выходные картинка может измениться, но как кажется главному герою при таких обстоятельствах только хуже, хотя возможно то что происходит, происходило бы и без малейших изменений, но вот причинила бы боль юной душе, чего Чимин никак не может позволить. В момент, когда на свет появился малыш Ниен, его совсем еще молодой папочка верил, что сможет совместить свое маленькое чудо, удаленную работу, и наконец найти в себе силы хотя бы заглушить свое расстройство, с которым омега борится уже не малое количество времени в полном одиночестве, он потерял веру в то, что есть возможность избавиться, но заглушить попытаться можно, ради своего маленького чуда, ради своего сынишки. В первые дни действительно все было не плохо, усталости не чувствовалось, сил и времени хватало на ребенка и работу, было молоко в груди, хоть и мало, но было. В таком настроении и позитиве прошла лишь неделя, дальше, усталость и питание на 200 каллорий в день дали о себе знать. Пропало молоко, пришлось купить смесь, которая стоила не маленькую сумму, по крайней мере для Чимина и его зарплаты. Хоть Ниен и не был капризным ребенком, и плакал лишь тогда, когда хотел кушать, но голова ходила ходуном, сил и сна не хватало все больше и больше, все больше и больше не нравилось свое тело, хотя он и не ел особо нечего, но тело не было идеальным, он так видел, хотя на самом деле вес был на пределе. Спасал лишь Тэхен, который раз в две недели по субботам брал малыша к себе, давая Чимину отоспаться, но вместо этого, Чимин занимался едой. Поглащение еды в неизмерном количестве после длительного можно сказать голода, его желудок не был рад, его могла обрадовать еда, да, но не в таком количестве да за раз. По всей кухне валялись упаковки от еды, бумажки от пирожков, коробки пиццы, упаковки бургеров, конфет, фастфуда, разных снэков, рамена, слишком много чего, грязные тарелки от разных блюд, а дальше встреча с белым другом, четыре пальца в рот, до самой глотки, ведь с рвотным рефлексом уже беда, и все съеденное выходит наружу. Его тушка валится на холодную плитку, съеживается, хватается за желудок и болезненно стонет, желая хоть как то избавиться от дикой боли внутри. Спустя время, а вернее минут десять не больше, находит силы подняться, идет к аптечке и находит там слабительные и мочегонные, берет горсть запивая водой, принимается за уборку. На сон остается всего пару часов, потом работа, и наконец вернется его маленькая копия с пухлыми губками и щечками, Чимин клялся, еще как только узнал о беременности, что его ребенок ни в коем случае не будет мучаться от расстройства пищевого поведения, он сделает все, дабы избежать этого, именно поэтому Ниену уже год, и у него недостаточный вес для своего роста, как и у его папы. около полутора лет назад Зрачки расширяются, взгляд упирается в белые стены, а фраза, сказанная мужчиной, что сейчас кажется пишет подтверждение своих слов на белой бумаге продолжает пульсировать в собственной голове. Кончики пальцев поледенели не смотря на то, что в помещение более чем тепло, тело пробивает дрожь, а в голове снова чьи то голоса, не его и не доткора, другие, чужие. И ничего приятного и утешающего они не болтают, наоборот, вместо хоть какого то утешения дарят пареньку еще большую панику, старх и неизвестность. Чимин прокусывает угол верхней губы в кровь, теребит края своего теплого свитера, а сам, все еще верит, что слова уже взрослого омеги не правда, что все это шутка или сон, он проснется вскоре, или его с первым апреля поздравят, и все равно что до апреля еще далеко, он не верит в сказанное. Наконец устремляет свой взор на доктора Ли, который успел окликнуть его уже несколько раз. В руках его бумажки и его медицинская карта, на лице спокойствие и умиротворение, чему Чимин то ли удивляется, то ли возмущается. - Господин Пак, я еще раз вас поздравляю. Все подробно написал в вашей медицинской карте, а так же выписал направления к другим специалистам, которых стоит посетить, думаю, вам нужно встать на учет, но лучше уже в другой больнице, и да, берегите себя, это на самом деле чудо с вашим то здоровьем. Доктор Ли подходит к едва ли стоящему на ногах Паку, тепло улыбается, пытаясь хоть как то улучшить его состояние, передает все нужные бумажки, и похлопав того по плечу выходит из кабинета, оставляя Чимина наедине со своими мыслями. Он принимается перечитывать по несколько раз то, что было написано на черствых листах жирной, темно синей ручкой не очень понятным почерком, но если вчитаться, можно понять. Он присел на стул, понимая, что если доверится своим двоим, то явно упадет, ноги его точно не выдержат, особенно сейчас, коленки дрожат, все тело трясет, и он не может ничего поделать. На глаза наворачиваются слезы, соленые дорожки бегут по впалым белым щекам, нос хлюпает, белая челка падает на глаза, и Чимин не чувствует ничего, снова ничего, совсем. Понимая, что не может долгое время находиться в данном помещении, заставляет найти в себе силы сделать хоть что то, а не продолжать сидеть в белой комнате, в безысходности и апатии. Убирает медицинскую карту в свой не большой бардовый рюкзак, на котором весит незамысловатый брелок, сам поднимается, утирает слезы и выходит из кабинета. Открыв двери больницы в лицо его в миг дует морозный ветер, и даже теплый шарф, что больше самого Пака не спасает, щечки алеют, как и маленький носик, но помогает хоть немного привести мысли в порядок, резкая смена температуры бодрит, помогает посмотреть на ситуацию более здраво. Чимин милый, но зимой, в объемном пуховике, теплой шапке, вязанным шарфом и пуховыми варежками он выглядит таким маленьким, безумно милым, собственно как и сейчас стоя на крыльце больницы и держа в руках свой рюкзак. В кармане куртки вибрирует телефон, парень томно вздыхает, так как чего чего, а разговаривать с кем то желания нет. Достает мобильник и отвечает. - Чимина, ты почему не звонишь? Я же беспокоюсь за тебя, ты совсем запустил свое здоровье, так продолжаться не может, ты понимаешь это? Ты уже более чем худой, истощенный я бы сказал, уже и течка пропала, это серьезно, более чем серьезно. Давай все же к специалисту еще раз сходим, я готов оплатить твое лечение, твой папа не был бы рад, зная что ты творишь с собой Чима. Что там врачи сказали тебе ? Не думаю что что то хорошее. - Тэ заткнись и дай слово сказать. Парень смотрит под ноги на белоснежный снег, надевает рюкзак на спину, рукой держится за пирилла, как и обычно прикусывает край губы, на которой живого места вскоре не останется, вдыхает чистый холодный воздух успокаиваясь. - Я ношу малыша под сердцем Тэ. - Жди меня у больницы, я скоро буду. Убрав мобильник обратно в карман пуховика кремового цвета Чим оглядывается вокруг. Погода и правда прекрасная, хоть и морозная. Под ногами лежит снег, что если наступить на него, то он тут же издаст звук, высокие деревья, стебли которых покрылись легким слоем льда, дорожки расчищены, только вот они скользкие, стоит передвигаться аккуратнее, на небе яркое солнце, которое в данное время года сулит о том, что температура на улице не маленькая и стоит одеваться теплее. Решив что стоять на крыльце не самая лучшая идея паренек прячет свои худощавые кисти рук в теплые вязанные варежки, одной рукой придерживается за периллу, и если честно, то сам понимает, что в случае падения, она ему никак не поможет, но все же не сильно опирается на нее. Передвигается он медленно, но сам понять причину не может, тот довод, на который больше опирается, заключение доктора после краткого осмотра, которое повергло в шок, и если бы Чимин сказал что в совсем маленький, то явно бы соврал. Есть конечно еще одна, но он откидывает ее, просто не хочет верить, его физическое состояние, истощение, помешанность на худобе, постоянные дурные голоса, которые не уходят прочь как бы он не гнал их. С одной стороны Чим рад новости о своем малыше, от одной мысли, что у него будет маленькое чудо, такое крохотное, которое нужно оберегать, любить, беречь, и во время его беременности мысли будут забиты другим, его малышом, неважно, альфочка будет или омега, Чимин будет любить одинокого сильно, но в момент, когда приходит мысль о том, что его малышу может передаться его заболевание, которая таким же образом и привязалась к нему от его папы, омеге и вправь становится страшно, слишком, он готов отдать все, дабы его ребенок не мучался так же, как мучается он сам. На самой последней ступеньке, когда он уже было выдохнул, радуясь, что не подскользнулся, теряет каординацию и инстиктивно пытается выставить руки во время падения, дабы облегчить последствия. Падает на свою пятую точку громко ойкая. В ту же секунду к нему подбегает парень, как подмечает Чимин – альфа, бережно берет его за локти, помогая подняться. - С вами все хорошо? Не сильно ушиблись? Чимин хлопает своими глазками, смотря в очи что расположились напротив его, после, тихо лепечет что то вроде «спасибо, все хорошо», подмечая для себя что от альфы исходит приятный аромат кофе со сливками и возможно нотками ванильного сиропа, что парнишке так любим.