Пролог

      — Знаешь, барышня — протянул пьяный до предела пират — Ром отдает нежным ароматом тростника, он жгуч, тягуч и прян. То что нужно для моряка, ром отражает историю… Девушка, которая нежно угнездилась на его коленях, мягко и аккуратно гладила пропойцу своей бархатной рукой по его шершавому землистому лицу. Она не слушала его. Ее взгляд опускался на обветренные губы, а его цеплялся за вызывающе глубокое декольте. Одна бархатная рука продолжала гладить его щетину, а вторая проворно и бодро старалась нащупать на поясе кошелек.       Паб наполняли заливающиеся смехом женские голоса и пьяный гогот мужчин, вздохи и ахи, запахи пота, соли, водорослей, моллюсков и рома. Моряку на вид было между 30 и 50, грязь и щетина явно накидывали ему годов.       Он сидел развалившись на стуле с бутылкой в руке, а на его коленях притаилась миниатюрная девушка в длинной рубахе, корсетом, надетым поверх. У нее было очень бледное и прекрасное лицо, выразительные глубокие зеленые глаза и гладкая блестящая кожа. Всем своим видом она выделялась среди остальных портовых шлюх, чьи лица были изъедены оспой и сифилисом.       Губы девушки мягкие, шелковистые проскользили навстречу сиплому пирату и остановились напротив уха, а затем тихо дурманяще пропели: Мое сердце так тоскует Ни к чему мне денег звон. Лишь моряк меня утешит, Ведь дороже злата он.       И пират замер, завороженный голосом, он слышал только его и хотел слушать вечно. Тонкие длинные пальцы аккуратным плавным движением сняли увесистый кошель с пояса, и спрятали его в корсет. Затем девушка осторожно поднялась и тенью выплыла из зловонного паба. -Эй, остановись! — послышалось позади. Она вздрогнула и обернулась. Пьяный пират, которого она очаровала, стоял в дверях и буравил ее своим надменным взглядом. — Не действует на мне твое колдовство — он расхохотался. — А кошелек верни, иначе… — пират замялся на секунду, и девушка бросилась бежать так быстро, как могла, но ноги ее плохо слушались. Вокруг бара были раскиданы бочки с явно просроченным товаром, и до которого никому не было дела. Девушка неуклюже перешагивала через рыбьи потроха и бежала к морю, но чем больше она старалась держать темп, тем хуже у нее выходило. Она постоянно оборачивалась, ее дыхание заходилось, а в боку сильно кололо. Ей казалось, что старый пират скоро настигнет ее. Бежать оставалось недолго. Хоть паб располагался прямо рядом с причалом, бежала она прочь по берегу, к камням.       Но на ее удивление у пирата ноги заплетались также, как и у нее, и расстояние между ними не сокращалось. «Точно, алкоголь делает их очень медленными и неповоротливыми» — подумала она. -Стоой… — прохрипело сзади.