*обморок*

Демон и Заклинатель шли по ярмарке. Точнее шёл Хуа Чен в облике Лань Ванцзы, а Вэй Ин бегал от одного продавца к другому, а после и к Хуа. — Тут так классно! Гэгэ, и ты всем этим владеешь? — Мгм. Весь город в моей власти. — Круто! Гэгэ такой классный! А сколько тебе? — А по-твоему, сколько может быть князю демонов, которому подвластен огромный город с демонами и они его уважают? — Не меньше пятисот… — Мне чуть больше восьмисот лет. — Ого~… Много… А мне 17. — Знаю, диди. — Молодой господин Лань, это ваш брат? — спросил какой-то демон — Брат? — переспросил Вэй Ин — Коль так, то раз молодой господин Лань для нас как младший брат родной, то вы будете для нас Сяо-диди! — Гэгэ? — Прими это как честь… Они не отстанут. — Гэгэ, пойдём к тебе! — Как хочешь. *** — Ками… Черт, черт, черт, черт! Ааа, пресвятая Амитабха! 🤬🤬🤬🤬🤬! すか, что там с А-Ином?! — Даочжан, не волнуйся… — ДА КАК ТУТ НЕ ВОЛНОВАТЬСЯ?! Я здесь, а племянник в городе призраков! Пусть я ему только дядя, но переживваю как оба родителя вместе взятые!!! — Даочжан, спокойно… — Я! МАТЬ ВАШУ! СПОКОЕН!!! — прости… Сюэ Ян схватил даочжана за ворот ханьфу, притянул к себе и заткнул его. Просто взял и поцеловал, при этом почти стукнувшись зубами. Только он хотел отстраниться, как ему на затылок положили ладонь и притянули к себе. — ПРОСТИ, ДАОЧЖАН, Я НЕ ДОЛЖНА БЫЛА ЭТО ВИДЕТЬ!!! — крикнула А-Цин, только зайдя в комнату — А-Цин, лучше выйдммм… — успел проговорить Сюэ Ченмэй, пока его снова не утянули. Девушка выбежала, а мужчины вновь слились воедино. — Даочжан, что с тобой? — Хэхх… Прости… Выплескивал эмоции и не сдержался… Прости, А-Ян… Тебе же ведь было неприятно? — Не было… И, даочжан, я сам это начал… — Почему ты меня поцеловал? — Не знаю… Сначала просто хотел успокоить, но потом… Понял, что мне нравится… — Мм… А-Ян — Да? Синчень обнял мужчину и тихо-тихо прошептал ему на ухо: — — люблю тебя, Сюэ Ченмэй… Названный встал в ступор, а после крепко обнял даочжана — И я тебя! Алоглазый так крепко сжал «слепого», что у того дыхание почти остановилось. — — куплю тебе пересмешника, лишь бы ты был рад, если каждый враг шрамом на запястье остался, то я убью всех тех, кто посмел тебя касаться, сделаю что угодно, лишь бы ты улыбался, укрою ото всех, чтоб дать тебе согреться — невпопад шептали друг другу заклинатели