Вернутся к фанфику

64%

27 июля 2026, 16:58
Кто-то с силой придавил сверху. Каждый вдох давался с трудом. Ламин резко распахнул глаза. Голова раскалывалась, тело будто было не его. Чуть приподнявшись на кровати, он заметил Пау. Парень спал, закинув половину тела на Ламина. Эктора не было. Быстро оглядев комнату, Ламин еле выбрался из-под друга. Накинув на него одеяло, он вышел из комнаты. С кухни доносился шум и запах чего-то жареного. Ламин втянул воздух и направился на кухню. — Доброе утро, — хрипло произнёс он и тут же прикрыл рот рукой. — Ой. Что у меня с голосом? — Сейчас пройдёт. Иди чистить зубы. Эктор поднял голову и замер. Ламин сонно тёр глаза. На нём была любимая растянутая кофта и джинсы-багги. Волосы торчали в разные стороны так, словно в них свили гнездо птицы. Эктор не мог отвести взгляда. Раньше Ламин всегда так выглядел, когда оставался у него. И Эктор знал — это высшая степень доверия. Ламин никогда не стеснялся выглядеть нелепо рядом с теми, кого считал своими. И сейчас это казалось удивительно домашним. Даже больше, чем раньше. Коротко тряхнув головой, Эктор заставил себя отвернуться и вернулся к приготовлению завтрака. — Иди уже, — буркнул он. Зевнув, Ламин направился в ванную. Шкафчики стояли ровно там, где он их помнил. Кажется, за эти годы здесь вообще ничего не изменилось. Разве что в душевой появилось несколько новых баночек. Ламин открыл один из шкафчиков. Там стояла его зубная щётка. Совсем новая. Он несколько секунд просто смотрел на неё. Потом тяжело вздохнул и достал её с полки. Быстро умывшись и приняв лёгкий душ, Ламин вернулся на кухню, вытирая волосы полотенцем. — Надеюсь, парни там не до утра сидели, — заговорил он, отвлекая Эктора от телефона. Тот слегка заторможено поднял глаза, словно не сразу понял, о чём речь. — Они ещё часа два сидели. Пау жив? — спросил он, откладывая телефон и полностью переключая внимание на Ламина. Ламин кинул полотенце на кресло в углу и уселся за стол. — Да. Вроде. — В смысле «вроде», Лами? Эктор вопросительно поднял бровь и слегка наклонился через стол. Ламин замер. «Лами». Он и забыл, когда в последний раз слышал это прозвище. Эктор произнёс его так естественно, будто между ними никогда не было этих четырёх лет. Где-то внутри всё перевернулось. Бабочки в животе, кажется, сделали тройное сальто. Ламин поспешно спрятал покрасневшее лицо за кружкой кофе. Эктор тихо хмыкнул. — М-да, Лами… Твоим друзьям не повезло. Бедный Пау. — Почему это я бедный? Оба парня вздрогнули и одновременно обернулись. — Блять! Пау, ты можешь не пугать так!? — раздражённо выпалил Ламин. Эктор же молча схватил со стола салфетку и запустил ею в друга. — Пошёл вон. От тебя перегаром за километр несёт. — Да господи! Уже ухожу! — театрально надулся Пау. — Вы явно что-то скрываете. Так всем и скажу! И с этими словами исчез из кухни. На кухне снова воцарилась тишина. Ламин нервно дёргал ногой, собираясь с мыслями. — Эк… Слушай, а не хочешь в воскресенье сходить на балетное выступление? — Балет? — переспросил Эктор. — У Марисоль выступление. Она меня пригласила. И тебя тоже можем позвать. Хочешь? Эктор поднял на него странный взгляд. — Ну, если не хочешь, так и скажи, — закатил глаза Ламин. — Марисоль? — Да, Марисоль. Я же рассказывал. Моя лучшая подруга. Ты что, забыл? Эктор отвёл взгляд в сторону и ничего не ответил. Ламин удивлённо уставился на него. — Нет, Эктор. Ты серьёзно? Судя по выражению лица, Эктор вообще не испытывал никакого стыда. — Ладно. Уверен, вам просто нужно познакомиться. Она тебе точно понравится. Ламин заметно оживился. Возможность познакомить своих друзей почему-то казалась ему отличной идеей. — Она правда классная. И красивая. И вообще всегда меня понимает. Знаешь, когда мы познакомились, у меня было ощущение, будто я знаю её всю жизнь. И… — Я понял, — тихо перебил Эктор. Но Ламин, увлёкшись, продолжил: — Она ещё… — Ламин. — Что? — Давай потом. Эктор потёр переносицу. — Голова сейчас расколется. — А… Да. Прости. Ламин тут же сник. — Надо было вчера вообще не пить. — Ага. Надо было. Эктор поднялся из-за стола. — Пойду полежу. Может, легче станет. — Хорошо. Ламин проводил его взглядом. Когда Эктор скрылся за дверью, он нахмурился. Он сказал что-то не то? Или Эктору действительно настолько плохо? Поднявшись к себе, Эктор закрыл дверь комнаты и устало сел на край кровати. Почему вообще его это задело? Это же просто подруга. Ламин имеет право дружить с кем хочет. Он раздражённо провёл рукой по лицу. Тогда почему его так бесит слушать, как Ламин говорит о ней? Почему каждый раз, когда тот улыбается, рассказывая про Марисоль, внутри что-то неприятно сжимается? Эктор тяжело выдохнул и откинулся на подушку. Голова действительно болела. Но почему-то ему казалось, что дело совсем не в похмелье. — Как раздражает. — стиснув зубы прошипел Эктор. Воскресенье. Солнце заливало площадь ярким светом. Жара не щадила никого. Ламин и Эктор стояли в тени деревьев, стараясь хоть немного спрятаться от палящего солнца. Пау опаздывал уже на несколько минут. Эктор то и дело что-то недовольно бурчал себе под нос. — В такую жару куда-то идти… Это же самоубийство. Ламин в очередной раз закатил глаза, поправляя один цветок в букете для Марисоль. — Эк, да что с тобой? Ты весь день какой-то странный. Что-то случилось? Эктор ничего не ответил. Лишь отвернулся к фонтану, шумевшему посреди площади. Ламин тяжело вздохнул. — Эк, ну правда. Я не понимаю тебя. Если я чем-то тебя обидел — скажи. Я никогда этого не пойму, если ты каждый раз будешь уходить от ответа. Он сделал небольшую паузу. — Я же вижу, что что-то не так. Эктор наконец повернулся к нему и мягко улыбнулся. — Прости, Лами. Наверное, просто не выспался. Ламин недоверчиво прищурился. — Правда? Эктор поднял обе руки в примирительном жесте. — Правда. Позади раздался визг тормозов. Хлопнула дверь машины. Улыбка моментально исчезла с лица Эктора. Ламин обернулся. И замер. Цветы предназначенные Марисоль, чуть не выпали из рук. Из остановившейся машины вышел Пау. Но важно было совсем не это. За рулём сидел Рауль Асенсио. — Какого… — почти беззвучно выдохнул Эктор. Ламину, наверное, показалось… Но, кажется, Пау улыбнулся водителю. И эта улыбка была какой-то… слишком тёплой. Проводив взглядом удаляющуюся машину, Ламин медленно повернулся к Эктору. Потом снова к Пау. — Какого хрена тебя привёз Рауль?! Рауль, мать его, Асенсио?! Пау виновато почесал затылок. — Ну… так получилось… Кажется, объяснять он ничего не собирался. Несколько секунд стояла тишина. Ламин и Эктор молча пытались переварить увиденное. Первым опомнился Эктор. — Нет-нет, друг. Он покачал головой. — Вот это… Эктор обвёл рукой сначала Пау, затем пустую дорогу. — …не «так получилось». Он сделал шаг ближе. — Это ты сейчас сядешь и очень подробно нам расскажешь. Ламин открыл рот. И снова закрыл. Слов не находилось. Вообще. В голове было так пусто, что, казалось, можно было услышать эхо собственного дыхания. Заметив его состояние, Эктор усмехнулся. — Эй! Видишь, что ты натворил? Кажется, Ламин сейчас откинется. Потом он повернулся к другу, и голос сразу стал мягче. — Хэй, Лами. Дыши. — Какого хрена?! Придурок! И что это вообще было?! — выпалил Ламин, даже не пытаясь подобрать слова. Шок делал своё дело. — О, прорвало, — весело хмыкнул Эктор, подхватывая его под локоть. Наконец заговорил Пау. — Ребят… мы вообще-то уже опаздываем. Марисоль нас не простит. — О-о-о, не надейся, что тебе удастся отвертеться, — протянул Ламин, всё же направляясь ко Дворцу искусств. Эктор лишь пожал плечами и пошёл следом. Пау, понурив голову, поплёлся за всё ещё шокированными друзьями. Дворец искусств представлял собой огромное полукруглое здание. У входа возвышались две статуи балерин. За главным корпусом виднелось общежитие студентов. Внутри располагался просторный зрительный зал. Высокая сцена возвышалась над рядами кресел, обитых красным бархатом. Под самым потолком находились ложи для почётных гостей. Парни с интересом осматривались по сторонам, когда их окликнул мужчина в чёрном костюме. — Добрый день. Пожалуйста, проходите на свои места. Ламин повёл друзей к первому ряду. Постепенно свет в зале погас. Разговоры стихли. Наступила тишина. В следующую секунду яркий луч осветил сцену. В воздух медленно закружились белоснежные перья. Из темноты появилась женская фигура. Она двигалась так плавно, будто не шла, а плыла по воздуху. Заиграла музыка. Силуэт замер под светом прожектора. Это была Марисоль. На несколько секунд снова воцарилась тишина. Потом зазвучали скрипки. Марисоль закружилась в танце. Из темноты одна за другой тянулись руки, испачканные чёрной краской. Они пытались удержать её. Схватить. Остановить. Но балерина снова и снова выскальзывала из цепких пальцев. Правда, после каждого прикосновения на белоснежных перьях её платья оставались чёрные следы. С каждым новым пятном движения Марисоль становились всё тяжелее. Будто силы медленно покидали её. Наконец она опустилась на сцену. Из темноты начали выходить балерины в чёрных платьях. Их становилось всё больше. Шаг за шагом они окружали Марисоль, пока белое платье почти полностью не исчезло среди чёрного. Скрипки звучали всё тише. И всё печальнее. Казалось, тьма окончательно поглотила сцену. Но вдруг тонкий луч света прорезал темноту. Прямо в центре сцены. Марисоль медленно поднялась. Её платье снова было ослепительно белым. Будто ни одно чёрное пятно никогда не касалось его. Белые перья сияли ещё ярче прежнего. Тьма начала отступать. Шаг за шагом. Она больше не могла противостоять свету. Ламин не отрывал взгляда от сцены. Постановка почему-то вселяла надежду. Будто после любой, даже самой долгой ночи обязательно наступит рассвет. Женщина, сидевшая рядом, незаметно вытерла слёзы платком. Ламин перевёл взгляд на Эктора. Тот сидел неподвижно, заворожённо наблюдая за кружащей по сцене Марисоль. Его рука спокойно лежала на подлокотнике. Ламин несколько секунд смотрел на неё. Потом медленно протянул свою. Ещё немного… Остановись. Пока не поздно. Мысль ударила неожиданно. Почти физически больно. Ламин резко отдёрнул руку и поспешно перевёл взгляд обратно на сцену, где танец Марисоль уже подходил к концу. Хотелось исчезнуть. От самого себя становилось тошно. Он уже собирался подняться, но рука Эктора мягко остановила его. — Ты чего? — тихо спросил он, слегка наклоняясь, чтобы разглядеть лицо Ламина в полумраке зала. Несколько секунд Ламин молчал. — Ничего… Просто в туалет хочу. — Уже почти закончилось. Потерпи немного. Потом вместе выйдем. Ламин лишь кивнул, снова переводя взгляд на сцену. Ещё несколько секунд он чувствовал на себе взгляд Эктора, но так и не решился посмотреть в ответ. Так было легче. Наконец все танцовщицы вышли на сцену и, выстроившись в ряд, поклонились зрителям. Зал взорвался аплодисментами. Свет вспыхнул так резко, что Ламин невольно прикрыл глаза. — Это было прекрасно! — восхищённо воскликнул Пау. — Настолько, что дух захватывало, — тихо добавил Эктор. Ламин не мог не согласиться. — Никогда не думал, что мне настолько понравится балет, — признался Эктор, слегка потягиваясь. Ламин усмехнулся. — Это же классика. По-моему, такое просто невозможно не полюбить. — Согласен. Пау всё ещё сидел в кресле с полуприкрытыми глазами. — Ламин, Марисоль говорила, что напишет, когда её отпустят. Ламин достал телефон из кармана. — Уже написала. Просит подождать снаружи. Сказала, выйдет через несколько минут. — Тогда идём! — Пау тут же вскочил на ноги. Эктор и Ламин, прихвативший букет цветов, направились следом. На улице заметно стемнело. Поднялся прохладный ветер. — Кажется, дождь собирается, — проговорил Эктор, взглянув на небо. Ламин тоже поднял голову. Серые тучи почти полностью затянули горизонт. — Привет всем! Ну как вам выступление? Марисоль появилась из-за одной из колонн Дворца искусств. Пау тут же принялся наперебой рассказывать, каким потрясающим был спектакль. — Спасибо, Пау! — девушка радостно рассмеялась. Ламин протянул ей цветы. — Я до сих пор в шоке. Это было невероятно, Мари. Марисоль широко улыбнулась и крепко обняла его. — Ой, Ламин… Спасибо! Парень рассмеялся и привычно потрепал её по волосам. Эктор машинально отвёл взгляд. — Было очень красиво, — сказал он. Марисоль с интересом посмотрела на него. — А ты, наверное, Эктор? Лучший друг Ламина? Она протянула ему руку. — Верно, — с лёгкой улыбкой ответил он, пожимая её. — Ну вот! Все познакомились. Идёмте есть. Я голодный как пёс! — заявил Пау, тут же подхватывая Марисоль под руку. Ламин улыбнулся, провожая друзей взглядом. Потом повернулся к Эктору. — Ну… Он не договорил. Эктор неподвижно смотрел вслед удаляющимся Пау и Марисоль. Но Ламина удивило не это. А его взгляд.

***

3 августа 2025 года. Ламин не бежал. Он летел. Сердце отбивало бешеный ритм. — Эктор подрался с кем-то из парней, — раздражённо сообщил Гави, стоявший у дверей. — Вечно вы лезете в какой-то пиздец. Сидевший в глубине комнаты Педри спокойно добавил: — Кстати… драка началась из-за того, что тот пацан что-то сказал про тебя. Эктора это явно не устроило. Чего?.. Ламин несколько секунд пытался осмыслить услышанное. А потом сорвался с места. Под крики Гави о том, чтобы он хоть иногда включал голову. Эктора он нашёл почти сразу. Тот яростно матерился на какого-то парня. Вокруг уже собралась толпа. Двое игроков с трудом удерживали Эктора, который всё ещё пытался вырваться. Второго тоже держали. Но тот уже почти не сопротивлялся. Под глазом наливался синяк, а из разбитого носа текла кровь. Досталось ему хорошо. Впрочем, Эктор тоже выглядел не лучше. Бровь была рассечена, тонкая струйка крови уже стекала к подбородку. — Ублюдок! Ещё раз откроешь рот — я тебе все зубы повыбиваю! — кричал Эктор, совершенно не замечая никого вокруг. Тогда Ламин впервые увидел этот взгляд. Взгляд человека, который был готов броситься в драку, не думая о последствиях.

***

И сейчас… Он был точно таким же. Ламин непонимающе смотрел на друга. Что могло вызвать этот взгляд? Марисоль?.. Нет... Или всё-таки? — Эк? Форт вздрогнул. — А? Что? Ты что-то сказал? Он с трудом оторвал взгляд от удаляющихся впереди Пау и Марисоль и посмотрел на Ламина. — Всё нормально? — нахмурившись, спросил Ламин. Эктор помолчал пару секунд. — Да. Всё нормально. Он отвернулся. — Пойдём. Ламин ещё несколько секунд смотрел ему вслед, пытаясь понять, что происходит. Но мысли прервал голос Марисоль: — Эй! Поторапливайтесь там! Компания разместилась за столиком уютного ресторана. Вскоре подошёл официант. Выслушав каждого, он забрал меню, предварительно оставив одно, и удалился. — Знаете, я думаю, что балет и футбол чем-то похожи, — начала Марисоль. — Похожи?! Пау удивлённо уставился на подругу. — Ну… Балерины, как и футболисты, постоянно тренируются, соперничают и, конечно же, являются частью одной команды. Без неё всё было бы уже не так идеально. Ламин пожал плечами. — В этом есть своя правда. — Ну не знаю. Команда иногда хуже врагов, — Пау слегка нахмурился. — На что это ты намекаешь?! — Ламин толкнул Пау ногой под столом. — Ай! Мне напомнить, как вы с Эктором поцапались? Да так, что страшно вспоминать. — Что было, то было. Да и сейчас мы с Ламином прекрасно чувствуем себя рядом друг с другом, — ответил Эктор вместо Ламина. За разговорами время всегда летело быстро. Принесли ужин, и на некоторое время воцарилась тишина. — Кстати! — Ламин встрепенулся, вспомнив утреннее происшествие. — Мари, знаешь, что сегодня произошло? Девушка с интересом посмотрела на него. — Сегодня нашего Пау привёз… Ламин покосился на Пау, который при одном упоминании об этом чуть не подавился. — Рауль Асенсио, — закончил за него Эктор. Марисоль удивлённо посмотрела на Пау. — Так быстро? Ты же только говорил, что у вас там ничего не получается. Пау покраснел. — То есть ты знала?! — недоумённо воскликнул Ламин. Девушка улыбнулась. — Нет. Только про то что они общались. Марисоль потянулась к Ламину, поправляя замявшуюся ткань его футболки. Раздражённый вздох заставил Ламина повернуть голову. Эктор оттолкнул тарелку. — Эк? Ты как? — шёпотом спросил Ламин. Эктор не ответил, лишь покачал головой. Наверное, не выспался. Марисоль была хорошим человеком. Но сейчас она раздражала так, что хотелось встать, уйти… и забрать Ламина с собой. — Я когда-нибудь вам расскажу. Но не сейчас, — виновато обвёл друзей взглядом Пау. — Конечно. Это твой выбор, Пау. Можешь вообще нам ничего не рассказывать, — успокаивающе произнесла Марисоль. Эктор тут же возразил: — Ну уж нет. Рассказать точно должен. — Эктор! — девушка неодобрительно покачала головой. — Что не так? — он даже не пытался скрыть раздражение. Ламин дёрнул Форта за рукав. — Хватит, — тихо проговорил он. Форт тяжело вздохнул и отвернулся. Ещё полчаса прошли за разговорами, и за Марисоль приехала тётя. Компания уже стояла на улице. — Ну всё, парни, мне пора. Спасибо, что поддержали меня на выступлении. Пау улыбнулся, пожелав спокойной ночи. Эктор лишь кивнул. — Я провожу до машины. Ламин направился вслед за Марисоль. У машины они проболтали ещё несколько минут. А потом Марисоль крепко обняла Ламина. — Ламин, я так благодарна, что в моей жизни появился такой человек, как ты. А потом благодаря тебе появились и они. Девушка посмотрела из-за его плеча на Пау и Эктора и улыбнулась. Ламин обнял её в ответ. Марисоль стала для него не просто другом — она стала семьёй. Тем человеком, с которым можно разделить не только счастье, но и грусть. — Я тоже счастлив, что в моей жизни есть ты. Девушка отстранилась, всё так же улыбаясь, но затем её лицо стало серьёзнее. — Что случилось с Эктором? — Не знаю… — Он весь вечер не в настроении. О и сейчас смотрит сюда. Ламин обернулся. Эктор действительно смотрел. И как только их взгляды встретились… Он сразу отвернулся. В голове возникла всего одна мысль. Наверное, я что-то сделал не так. Ламин вернулся к ребятам как раз в тот момент, когда машина Марисоль тронулась с места. — За мной водитель приедет. Вас подвезти? Пау тут же отрицательно мотнул головой. — За мной приедут. Ламин хитро прищурился. — Знаем мы, кто «приедет». Пау лишь закатил глаза. — Эк? А ты? Внутри теплилась надежда, что Эктор поедет с ним. — Нет, у меня дела тут недалеко, — поправляя кофту, ответил он. — Уже десять вечера, — с сомнением произнёс Пау. — Мне как раз к этому времени. Ламин пожал плечами, но внутри появилась лёгкая горечь. Через минуту у ресторана остановилась машина Ламина. — Пока, ребят. До тренировки. Если только Флик не соберёт нас раньше. В машине было тихо. Ламин устало откинулся на спинку кресла и прикрыл глаза. Перед глазами сразу возник Эктор. И его взгляд. — Эк. — Что? — У меня вопрос. — Ну? — Ты случайно не ревнуешь Ламина? Повисла тишина. Эктор на секунду замер, а потом поднял на Пау такой взгляд, что тот невольно поёжился. — Ты идиот? — Просто спросил. — Конечно нет. — Ладно… Пау, не прощаясь, направился к подъехавшей машине. А Эктор ещё долго стоял неподвижно. В голове крутилась всего одна мысль. Ревную?

Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!