Глава 1. То, что осталось

Дождь шёл третий день.

Он не был сильным — просто мелким, настойчивым, от которого промокала одежда, темнели стены и всё вокруг приобретало одинаковый серый оттенок. Вода стекала по крыше убежища, собиралась в трещинах каменного пола и капала с потолка в дальнем коридоре. Кто-то поставил под протечку металлическую миску. Каждые несколько секунд в ней раздавался звонкий, раздражающий стук.

Дейдара лежал на спине и смотрел в потолок.

Кап.

Кап.

Кап.

Он мог бы встать и убрать чертову миску. Мог бы заткнуть дыру тряпкой. Мог бы вообще переселиться в другую комнату, если бы здесь имелся хоть какой-то выбор.

Вместо этого он лежал и слушал.

В последнее время ему часто приходилось слушать вещи, которые он не хотел слышать.

Дождь. Шаги за стеной. Чужие голоса. Собственные мысли, когда вокруг становилось слишком тихо.

Он перевернулся на бок и натянул одеяло выше плеч.

На соседней тумбе лежала небольшая деревянная коробка. Дейдара не открывал её уже несколько недель. Внутри находились инструменты, запасные детали и еще несколько вещей, которые не имели никакой практической ценности.

Он протянул руку, но остановился, не дотронувшись до крышки.

Из коридора донёсся голос Кисаме:

— Если ты ещё раз оставишь это у входа, я выброшу.

— Не трогай мои вещи! — ответил кто-то.

— Тогда не оставляй их там, где я хожу.

— У тебя слишком широкие плечи. Это твоя проблема.

Дейдара узнал голос Хидана. Судя по интонации, разговор уже успел перейти к взаимным оскорблениям.

Он закрыл глаза. Раньше в такие моменты Сасори обычно просил его заткнуться. Не потому, что ему мешали чужие голоса, а потому, что Дейдара начинал комментировать происходящее вслух.

Теперь комментировать было некому.

— Дерьмо, — пробормотал он.

Слово прозвучало негромко и совершенно бессмысленно. Он всё-таки поднялся.

Общая часть убежища выглядела так, будто её обустраивали люди, которые не собирались задерживаться здесь надолго, но в итоге прожили под одной крышей несколько лет.

Вдоль стен стояли столы, сундуки и полки с оружием. На некоторых поверхностях лежали свитки, на других — засохшие пятна крови, которые никто не считал нужным оттирать до конца. В углу сушились плащи и другие вещи. Рядом с кухонной дверью стоял мешок с продуктами, который, судя по запаху, следовало выбросить ещё вчера. Здесь не особенно заботились об уюте. Всем было достаточно крыши, еды и места, где можно было спокойно обработать раны.

Дейдара вошёл, застёгивая воротник рубашки. Волосы он собрал наспех, несколько светлых прядей всё равно падали на лицо.

За столом сидел Кисаме. Перед ним стояла миска с чем-то горячим. Он ел неторопливо, листая небольшой свиток. Хидан стоял у стены и рассматривал собственную ладонь. На полу рядом валялась его коса.

— Утро доброе, — сказал Кисаме.

Дейдара посмотрел на окно.

— Уже день.

Кисаме усмехнулся.

— Для тебя, видимо, нет разницы. Чего выполз, соскучился по нам?

— Скучился только если по тишине.

— А, тогда тебе лучше уйти.

Хидан хмыкнул.

— Смотрите, мелкий проснулся. Думал, его уже закопали вместе с кукольником.

Дейдара остановился.

Кисаме перестал листать свиток.

— Хидан, — негромко произнёс он.

— Что? Я что-то не так сказал?

Дейдара смотрел на Хидана несколько секунд. Лицо у него почти не изменилось, только пальцы сжались чуть сильнее.

— Ты много болтаешь для человека, которому однажды уже отрубали голову, — сказал он наконец.

— Хочешь проверить, сколько раз ещё можно? Она прирастает, дак какая разница?

— Не сегодня.

Дейдара прошёл к столу, взял яблоко из общей корзины и осмотрел его. Оно было помятым и слегка почерневшим с одного бока.

— Не бери последнее, — сказал Кисаме.

— Почему?

— Я собирался его съесть.

— Значит, слишком долго собирался.

Он откусил.

Хидан продолжал смотреть на него, явно ожидая продолжения ссоры. Дейдара не доставил ему такого удовольствия. Он сел на свободный стул, положил локти на стол и принялся жевать.

Кисаме вернулся к свитку.

— Сегодня общий сбор.

— Когда?

— Через час.

— Почему мне никто не сказал?

— Потому что ты спал.

— А разбудить?

— Я не настолько самоотвержен.

Дейдара хмыкнул.

Это было почти дружелюбно. По крайней мере, по меркам Кисаме.

С ним можно было разговаривать. Иногда даже спорить. Кисаме любил поддеть собеседника, но редко тратил время на мелкие обиды. Он не пытался казаться добрее, чем был, и не требовал от окружающих уважения, которое не собирался заслуживать. Дейдара мог его терпеть, что уже немало.

— А ты чего здесь торчишь? — спросил он у Хидана.

— Тебя жду.

— Скучно живёшь.

— Хотел посмотреть, долго ли ты будешь изображать вдову.

Кисаме медленно опустил свиток.

— Хидан, ну че началось то.

— Да что опять?

Дейдара поставил кинул огрызок в урну.

— Ты сегодня особенно настойчивый. Тебе внимания не хватает?

— Да всего мне, блять, хватает.

— Тогда найди себе кого-нибудь, кто захочет тебя слушать.

— Уже нашел, у вас на хлебальниках написано как тут уныло.

— Я бы предпочёл отрезать себе уши.

Хидан оскалился, но вмешиваться не стал. Он был из тех, кто мог долго провоцировать человека ради одного удачного удара, однако не всегда понимал, когда собеседник уже перестал играть по его правилам.

Дейдара поднялся.

— Час, сказал?

— Да.

— Постараюсь не опоздать.

— Не переживай, — ответил Кисаме. — Если опоздаешь, мы начнём без тебя.

— Вот это забота.

Он направился к выходу.

---

В комнате было холоднее, чем в общей части убежища.

Дейдара достал из коробки инструменты и разложил их на столе. Несколько минут он занимался мелкой починкой: проверил застёжку на сумке, заменил повреждённую нить, перебрал глину и отделил пригодные куски от тех, что затвердели. Работа успокаивала.

В отличие от людей, материал не задавал вопросов и не пытался выяснить, что у него на уме. Он скатал небольшой кусок глины и начал придавать ему форму. Птица получилась с первого раза. Неудачная. Дейдара поморщился, смял её и бросил в коробку.

Раньше Сасори говорил, что он тратит слишком много материала на бессмысленные эксперименты. Дейдара отвечал, что искусство не обязано быть экономным. Обычно после этого они спорили. Иногда довольно долго.

Он не мог вспомнить, о чём был их последний спор. Это раздражало.

Слишком многое из того времени теперь расплывалось в памяти. Остались отдельные фразы, привычки, раздражающие замечания. Сасори всегда ставил инструменты на одно и то же место. Не любил, когда Дейдара трогал его вещи. Мог часами работать молча, а потом неожиданно спросить что-нибудь совершенно не относящееся к делу.

Они не были друзьями в привычном смысле. Сасори не утешал его, не хвалил и не пытался сделать вид, что они друг другу особенно дороги. Дейдара тоже не был человеком, который легко признавал привязанность. Но они работали вместе. Годами.

С тринадцати лет Дейдара привык к тому, что рядом есть кто-то, кто знает его способности, недостатки и привычки. Кто не нуждается в объяснениях посреди задания. Кто может понять, что он собирается сделать, по одному движению руки.

Сасори умер.

Остальное оказалось неприятно простым.

Дейдара отложил инструменты и посмотрел на пустое место у стены. Он уже несколько раз собирался переставить мебель. Освободить угол, где раньше лежали вещи напарника. Но каждый раз находил причину отложить. Не потому, что надеялся на возвращение. Просто не видел смысла.

В дверь постучали. Дейдара быстро накрыл коробку крышкой.

— Входи.

Дверь открылась. На пороге стоял Зецу. Его появление всегда вызывало у Дейдары неприятное ощущение, будто в комнате внезапно стало на одного человека больше, чем должно быть.

— Тебя ждут, — сказал Белый Зецу.

— Знаю.

— Тогда почему не идёшь?

— Потому что мне нужно время, чтобы насладиться одиночеством.

Чёрная половина повернула голову.

— Он сегодня раздражённый.

— Да он всегда такой, — ответил Белый.

— Ты пришёл сообщить мне то, что я и так знаю?

— Нет. Пейн хочет видеть тебя до общего сбора.

Дейдара перестал убирать инструменты.

— Сейчас?

— Сейчас.

Он посмотрел на Зецу.

— А почему заранее не сказал?

— Ты не спрашивал.

Несколько секунд Дейдара молча смотрел на него.

— Иногда мне кажется, что ты специально выбираешь самые неприятные способы разговаривать.

— Иногда? — удивился Белый.

Зецу исчез из дверного проёма прежде, чем Дейдара успел ответить. Тот выругался себе под нос, убрал инструменты и накинул плащ.

Кабинет Пейна находился в глубине убежища. Туда редко заходили без необходимости. Даже те, кто не испытывал особого уважения к лидеру, предпочитали не задерживаться возле его двери. Дейдара постучал.

— Входи.

Пейн сидел за столом. Перед ним лежали несколько свитков и карта. Конан стояла у окна, просматривая бумаги. Она не обернулась, когда Дейдара вошёл.

— Ты опоздал, — сказал Пейн.

— Мне сообщили только что.

— Это не оправдание.

Дейдара опустил взгляд на карту.

— Что-то случилось?

— У нас появилась новая информация о передвижениях шиноби в стране Рек. Мне нужен человек, который сможет проверить её на месте.

— Отправьте кого-нибудь другого.

Ответ прозвучал быстрее, чем он успел подумать. Пейн поднял глаза. Дейдара почувствовал, как в комнате изменилась тишина.

— У тебя есть причина отказываться? — спросил Пейн.

— Я недавно вернулся с задания.

— И?

— Могли бы дать мне хотя бы несколько дней.

Пейн отложил свиток.

— Ты считаешь, что вправе выбирать, когда выполнять приказы?

Дейдара отвёл взгляд. Он знал этот тон. Не обязательно было слышать угрозу напрямую. Пейн не повышал голос, не приближался и не делал лишних движений. От этого становилось только хуже.

Дейдара видел, что случается с теми, кто забывает, на каком месте находится.

— Нет, — ответил он.

— Хорошо.

Конан наконец повернулась от окна.

— Отправишься не один, — сказала она. — Тебе назначат напарника.

Дейдара нахмурился.

— Кого?

Пейн перевёл взгляд на дверь.

— Входи.

Дверь открылась. В кабинет вошёл незнакомец в чёрном плаще Акацуки. На лице у него была оранжевая маска с одним отверстием для глаза. Все открытые части тела скрывались под тканью, а движения были спокойными и неторопливыми. Он остановился рядом с дверью.

— Вызывали?

Голос был ровным, но нарочито весёлым. И чуть приглушённым маской. Дейдара посмотрел на него. Потом на Пейна.

— Это кто?

— Твой новый напарник.

На этот раз Дейдара не ответил сразу. Он ожидал кого угодно. Кисаме, возможно, хотя тот уже был занят. Кого-нибудь из тех, кто давно состоял в организации и хотя бы умел работать в команде. Но не этого человека.

— Он новый? — уточнил Дейдара.

— В организации он недавно, — ответила Конан.

Незнакомец слегка наклонил голову.

— Тоби.

— Чего?

— Меня зовут Тоби.

Дейдара посмотрел на маску.

— Я не спрашивал.

— Теперь знаешь.

В голосе не было ни насмешки, ни попытки понравиться. Это почему-то раздражало сильнее, чем если бы он начал улыбаться.

— Дейдара, — произнёс Пейн. — Ты будешь работать с ним до дальнейшего распоряжения.

— Я привык работать один.

— Ты вообще-то работал с Сасори.

Упоминание прозвучало спокойно, почти буднично. Дейдара почувствовал, как напряглась челюсть.

— Работал.

— Теперь будешь работать с Тоби.

— Он умеет сражаться?

— Да.

— Хорошо.

Он не стал уточнять. Пейн посмотрел на него ещё несколько секунд.

— Задание получишь сегодня вечером. До этого познакомь его с порядком работы и подготовь необходимое снаряжение. Дейдара кивнул.

— Понял.

— Можете идти.

Он развернулся и вышел. Тоби последовал за ним. Коридор встретил их привычным полумраком. Дейдара прошёл несколько метров, прежде чем заговорить.

— Сразу договоримся.

Тоби остановился рядом.

— Слушаю.

— Я не собираюсь нянчиться с тобой. На задании выполняешь то, что я говорю. Если у тебя есть собственные идеи, высказывай их заранее, а не в тот момент, когда всё уже пошло к чёрту.

— Хорошо.

— Не лезь под руку. Не трогай мои вещи. Не задавай вопросы, если они не имеют отношения к заданию.

— Понял, семпай.

Дейдара покосился на него.

— Ты всегда такой разговорчивый?

— Когда нужно.

— А когда не нужно?

— И когда не нужно.

Дейдара продолжил идти. Это настерегало. Они миновали несколько дверей и свернули в боковой коридор. Где-то впереди слышались голоса. Судя по звукам, Кисаме и Хидан всё ещё выясняли, кому принадлежит оставленная у входа сумка.

— Ты давно в организации? — спросил Дейдара.

— Достаточно.

— Понятно.

Он не стал продолжать. Если Пейн назначил новичка к нему, значит, у того имелись способности или какая-то другая ценность. В любом случае это не было его проблемой. Пока что.

— Ты раньше работал с напарником? — спросил Тоби.

Дейдара остановился возле своей комнаты.

— Работал.

— С Сасори-самой?

— Да.

— Долго?

Дейдара медленно повернулся к нему. Тоби стоял неподвижно. Маска не позволяла понять, куда именно он смотрит.

— Достаточно, — ответил Дейдара.

— Ясно.

На этом разговор закончился. Дейдара открыл дверь и вошёл внутрь. Тоби остался на пороге.

— Что? — спросил Дейдара.

— Мне сказали, что нужно подготовиться к заданию.

— Дак иди и подготовься.

— У меня пока нет комнаты.

Дейдара посмотрел на него. Потом на свою.

— И что?

— Мне сказали обратиться к тебе.

Дейдара несколько секунд молчал.

— Ты издеваешься?

— Нет.

— Здесь есть свободные комнаты. Попроси Конан.

— Она сказала, что этим займешься ты.

Дейдара закатил глаза. Ему хотелось вернуться к Пейну и объяснить, что он не собирается заниматься расселением новых членов организации. Но он прекрасно понимал, чем закончится такая просьба.

— Иди за мной.

Комната Тоби находилась через два коридора от комнаты Дейдары. Она была пустой. Узкая кровать, стол, шкаф, деревянный стул. На стене виднелся след от старой протечки, а возле окна лежала пыль.

— Вот, — сказал Дейдара. — Живи.

Тоби вошёл и огляделся.

— Спасибо, семпай!

— Не благодари. Я не выбирал.

Дейдара уже собирался уйти, когда заметил, что Тоби рассматривает стену.

— Что-то не так?

— Здесь как-то сыро.

— Поздравляю. Ты умеешь замечать очевидное.

— Вещи будут портиться.

— Тогда не оставляй их возле стены.

Тоби провёл пальцами по деревянному столу. Дейдара задержался у двери.

— Слушай. Я не знаю, что тебе обо мне рассказывали, но сразу предупреждаю: я не собираюсь изображать дружелюбие только потому, что нам придётся работать вместе.

— Я и не рассчитывал.

— Хорошо.

Он вышел и закрыл дверь.

Вечером дождь прекратился. В убежище стало прохладнее. Каменные стены сохранили дневную сырость, и воздух пах мокрой землёй. Дейдара вернулся в общую комнату после короткой тренировки. На столе уже лежал свиток с заданием.

Кисаме опять сидел неподалёку и точил Самехаду — занятие, которое Дейдара считал совершенно ненужным, но предпочитал не комментировать.

Итачи стоял у стены. Его плащ был расстёгнут, руки свободно опущены вдоль тела. Он разговаривал с Конан, и Дейдара невольно замедлил шаг. Это произошло само собой. Он не любил признавать, что Итачи его интересует. Ещё меньше ему нравилось, что тот, кажется, совершенно не замечает этого интереса. Итачи был красивым, сильным и раздражающе спокойным. В его присутствии Дейдара всегда чувствовал себя чуть более шумным, чем хотелось бы.

— Дейдара, — произнёс Итачи.

Тот выпрямился.

— Что?

— Ты получил задание?

— Да.

— Тогда не задерживайся с подготовкой.

— Я и не собирался.

Итачи кивнул и вернулся к разговору с Конан. На этом всё.

Дейдара постоял ещё секунду, потом забрал свиток со стола. Кисаме посмотрел на него.

— Не повезло с напарником?

— С чего ты взял?

— Ты выглядишь так, будто тебе предложили жениться на бочке с порохом.

— От бочки хотя бы польза была.

Кисаме рассмеялся. Дейдара развернул свиток. Задание было простым на первый взгляд: проверить сведения о передвижении небольшого отряда шиноби, выяснить, кто стоит за поставками оружия, и при необходимости уничтожить склад. Выход — утром.

Дейдара пробежал глазами детали.

— Отлично, — сказал он без особого энтузиазма.

— Что именно? — спросил Кисаме.

— Ничего.

Он свернул свиток.

— Ты ведь понимаешь, что новый парень может оказаться полезным?

— Если окажется, я первый об этом узнаю.

— Вот и договорились.

Кисаме вернулся к своему занятию. Дейдара посмотрел на вход в коридор, ведущий к жилым комнатам. Тоби ещё не появился. Он мог бы пойти к нему и обсудить задание. Объяснить маршрут, распределить обязанности, проверить снаряжение. Но решил подождать. Не из вежливости. Просто ему не хотелось снова разговаривать.

Тоби появился примерно через двадцать минут. Он вошёл в общую комнату без лишнего шума и остановился у стола.

— Получил задание?

Дейдара кивнул на свиток.

— Читай.

Тоби развернул его. Дейдара наблюдал за ним краем глаза. Тот не торопился, внимательно изучал текст, иногда задерживая взгляд на отдельных строках.

— Что думаешь? — спросил Дейдара.

— Слишком мало информации.

— Вот и я так думаю.

— Возможно, склад используют как приманку.

Дейдара поднял глаза.

— С чего это?

— Если они действительно перевозят оружие, то должны быть следы охраны. Здесь ничего не указано.

Дейдара снова посмотрел на свиток. Он сам обратил внимание на эту деталь, но не ожидал, что новичок заметит её так быстро.

— Может, Пейн не стал включать всё в описание.

— Возможно.

Тоби аккуратно свернул бумагу и положил её на стол.

— Я могу проверить окрестности до того, как мы подойдём к складу.

— Посмотрим по ситуации.

Дейдара поднялся.

— Выходим на рассвете. Возьми снаряжение, но не перегружайся. Если понадобится что-то дополнительное, скажешь мне заранее.

— Понял.

Он направился к выходу.

— Дейдара.

Тот остановился.

— Что?

— Ты давно не спал?

Вопрос прозвучал неожиданно.Дейдара нахмурился.

— Это имеет отношение к заданию?

— Нет.

— Тогда не твоё дело.

Тоби чуть наклонил голову.

— Хорошо.

Дейдара вышел из комнаты. Ночью он снова не мог уснуть. Дождь прекратился, но с крыши всё ещё капала вода. В комнате было темно, только узкая полоса света из коридора проходила под дверью. Дейдара лежал неподвижно. Он думал о задании, о складе, о возможной засаде. О новом напарнике, который говорил мало и почему-то не пытался ему понравиться. Возможно, это было к лучшему. Ему не нужен был друг. Он хотел только одного: чтобы его оставили в покое и дали заниматься тем, что он умел лучше всего. Чтобы никто не вмешивался в его работу, не задавал лишних вопросов и не напоминал, что у него больше нет человека, на которого можно положиться.

Но в Акацуки никто не получал того, чего хотел. Здесь оставались по разным причинам. Одни верили в идею Пейна. Другие искали власть, деньги или возможность отомстить. Кто-то просто не имел места, куда мог бы вернуться. Дейдара не верил ни во что из этого. Он оставался потому, что пока был полезен. И потому, что знал: если однажды решит уйти, Пейн не станет долго его искать. Он просто найдёт способ заставить его пожалеть.

Дейдара повернулся на бок и посмотрел на деревянную коробку. Крышка была закрыта. Он всё-таки встал, подошёл к столу и открыл её. Внутри лежали инструменты Сасори. Несколько металлических деталей, тонкие иглы, маленький нож. Ничего особенного. Просто вещи, которые остались после человека, которого больше не было. Дейдара провёл пальцем по краю ножа.

— Завтра будет хреново, — тихо сказал он.

Ответа, разумеется, не последовало. Он закрыл коробку и вернулся в постель. На рассвете предстояло идти на задание с незнакомцем, которого назначил Пейн.