1

— Стефан, у меня к тебе есть разговор, — неуверенно промямлил Брайан, стоя на кухне с тестом в руке.

Услышав взволнованный голос Брайана, Стефан в сию же секунду закончил мыть посуду и повернулся к нему. Увидев в руке омеги тест на беременность и левую руку, которая легла на живот, Стефан всё понял без слов. Альфа впал в ступор. Он не знал, что чувствовал в этот момент: злость, грусть, тревогу или вину? Но эта эмоция была однозначно негативная. Нет, Стефан был рад этому неожиданному событию, но не сейчас. Не сейчас, когда им обоим идёт шестой десяток, не сейчас, когда Брайан почти что каждый месяц страдает заболеваний. Стефан почувствовал как лицо становится горячим, как «кипит» мозг. Стефан смотрел на Брайана – на маленького, беззащитного омегу, которому за всё тепло, за все прожитые годы, наградил лишними проблемами. И нет, Стефан не винил в этом Брайана или будущего ребёнка. Стефан в этом винил себя. Он вспомнил как на прошлой неделе они выпили лишнего и позволили себе «развлечься» на старости лет. Ни Стефан, ни Брайан тогда не знали, чем обернётся десятиминутное удовольствие. Омега был уверен в том, что не забеременеет. Возраст и показания врачей. Может эта «свобода» и дала повод сотворить легкомысленную шалость. Стефан смотрел на Брайана и не хотел, чтобы его истинный проходил девять кругов ада. Нет, Стефан любил детей, но не в этот раз. На этот раз на кону стояла жизнь любимого омеги. Не то, чтобы Стефан сомневался, что Брайан сможет выжить при родах, ему не хотелось портить жизнь близким людям. Ведь это захотел попробовать «без резинки», это он не успел вытащить. Во всём виноват он. И он это знал. И от этого становилось ещё больнее, но не больнее, чем Брайану, который стоял с надеждой смотря на Стефана, своего хозяина, своего омегу и дрожащими руками держал тест. Брайан ждал реакции Стефана, словно приговора. Только Стефан мог решить, что будет с жизнью Брайана. Брайан отдал Стефану свою жизнь полностью, без остатка. Навсегда.

***

— Прости меня, пожалуйста, — Стефан крепко обнял Брайана и прижал к себе.— Это я виноват, это я испортил тебе жизнь. В очередной раз.

— Мы справимся, — тихо сказал Брайан, ещё не отойдя от шока. — Хоть у меня и здоровье не ахти какое, но мы справимся, по крайней мере, врачи знают, что делать. — Брайан посмотрел на Стефана. — Тем более, у нас уже есть двое детей. Если я не дай бог погибну при родах, малыш один не останется. Хотя, было бы безответственно скидывать новорождённого на сыновей, это же мы с тобой «нахулиганили», а не они. Так что нам с тобой как взрослым людям нужно отвечать за свои поступки и... пожалуйста, не вини себя. Это судьба у нас такая. И судьба хорошая, не такая печальная. — Брайан пытался говорить с улыбкой на лице, сохранять позитивный настрой, хотя в груди было далеко не до веселья. В груди был ад.— Я снова обыграю судьбу. Ты же знаешь, какой я ловкий? Двоих детей выносил и родил. И оба умные и прекрасные, как и мы с тобой. Мы и в этот раз справимся. Только вот удивительно, что показания врачей не совпадают с тем, что случилось. Да, это сто процентов судьба. Этот маленький альфачонок нам подарен судьбой. Ну, или омежка, не суть. Этот ребёнок – золотой и необычный, в плане, поздние дети они же гениальные. Ну, наши тоже очень хорошие, но я чувствую, как это дитё станет великим чудом в будущем.

От слов Брайана Стефан улыбнулся. Через мгновение Брайан рыдал в плечо Стефану.

***

— Ну вы и даёте, папа! — в комнату ворвался Доминик, младший сын. — Значит, пока мы со Стивом учимся-работаем, вы тут решили потомством заняться? Ну, вы хороши, ничего не скажешь! Особенно ты, отец! — Доминик с гордостью посмотрел на Стефана. — В пятьдесят три года ты ещё ух! Совсем юнец! А ты, папочка, тоже молодец! Хоть молодость вспомните, а то небось заскучали на пенсии, вот и решили взбодриться! — Доминик сел на кровать к Брайану и приложил ухо к животу, затем приобнял за плечи и поцеловал в щёку. — Поздравляю! Ты умница, что решился на такой отважный шаг и раздвинул ноги! — Доминик усмехнулся. — Хотя, соглашусь, отец у нас горячий, ему грех не дать!

— Ой да хватит! — около двери стоял Стив, скрестив руки на груди. — Это большая ответственность и это катастрофа, если честно сказать. Ну вы совсем с ума сошли, маразматики? — Стив подошёл к родителям. — Какие дети вам в пятьдесят лет?! Вы... Это большой удар по твоему организму, папа! Ты и так слабый, так ещё и...

— Хватит нагонять! — Доминик жестом руки остановил брата. — Тут радоваться надо! Наши родители приобретают третью жизнь, вторую юность! А ты вечно со своими катастрофами! Может они и поженятся второй раз? Не мешай их пожилому счастью! Они хотя бы любят друг друга, а ты вечно морду свою недовольную состроишь и к тебе на киллометр никто не подойдёт! Уже под сорок лет, а никого не нашёл себе! Мне-то не надо, а уже определился по жизни, а вот ты...

— Довольно! — Рявкнул Стефан. — Пошли вон из комнаты! Оба! Не смейте лишний раз напрягать папу! Ему и так нелегко, вы тут ещё как кошка с собакой! Сейчас сниму ремень и выпорю обоих!

Стив и Доминик послушно вышли из комнаты.

— Извини, сорвался, — Стефан увидев обеспокоенное лицо Брайана, сел на кровать и обнял его за плечи. — Всё-таки зря мы им сказали. У них своя жизнь, у нас своя. А сейчас устроют нам веселье длиною в девять месяцев, а может и больше.

— Стефан, отпусти меня. — Брайан убрал руку с плеча. — Ваши истерики у меня уже в горле. В данный момент мне нужен покой и уют. — Брайан встал с кровати и вышел из комнаты. Ему нужно сполоснуть лицо и пожалуй, вернуться в кровать, но на этот раз, чтобы отдохнуть от всей суеты, навалившейся на него за этот день.