Глава 5

2 декабря 2022 21:37       Телефон зазвонил как раз в тот момент, когда я была в деннике у Этель и её жеребёнка. От внезапного громкого звука, прорезавшего тишину конюшни, малыш вздрогнул и, вытаращив глаза, испуганно от меня попятился. Выхватив телефон из кармана, я как можно скорее отключила звук видеовызова с неизвестного номера. «Точно!.. Тэхён,» – вспомнилось вдруг мне. Я допоздна провозилась в конюшне, и у меня совсем вылетело из головы, что он собирался позвонить.       — Ты что, ещё даже не дома? — появившись на экране моего смартфона, удивился Тэхён.       — Ага. Что-то я потеряла счёт времени.       — Сколько уже можно сегодня всё терять? — усмехнулся он.       — Ой, отстань, — закатила глаза я и вышла из денника, — уже ид…       — Погоди! Зайди-ка обратно, — скомандовал Тэхён, — это же та кобыла? Как же её… Этель?       — Да, я приходила их проведать.       — Покажи мне, пожалуйста, малыша! Он подрос?       Переключив камеру на основную, я показала ему жеребёнка.       — Да, жеребята в таком возрасте очень быстро меняются, — улыбнулась я, хотя Тэхён, конечно же, этого не видел, — через пару дней ему будет месяц.       — Привет, красавчик! — словно сюсюкаясь с маленьким ребёнком, воскликнул он, на что жеребёнок подошёл ближе и задвигал ушками, не понимая, откуда взялся ещё один голос, — как его в итоге назвал владелец?       — Не поверишь – до сих пор ещё никак. Он и приезжал-то за это время всего один раз, вскоре после его рождения. Слишком занятой человек.       — Не понимаю, зачем иметь собственных лошадей, если ты практически к ним не приезжаешь.       — Для некоторых это просто … — на мгновение задумалась я, переключив камеру обратно, — способ самоутвердиться перед кем-то.       — О! А давай назовём его сами? — загорелся идеей Тэхён, — раз его владельцу нет до этого никакого дела. Может, ему понравится имя, которое мы придумаем.       — Поверь, — усмехнулась я, выходя из конюшни на улицу, — кому угодно понравится любое имя, если он узнает, что придумал его сам Ким Тэ Хён.       — Виии! — выдал он свой коронный жест пальцами, а затем задумчиво потёр ими же подбородок, — тогда… пусть будет Эдвард!       Признайтесь, у вас тоже где-то на подсознании всё ещё фоном крутится сейчас легендарная партия Тэхёна из «Jump»?..       — Эдвард? — вскинула брови я, периодически смотря под ноги, чтобы не споткнуться, — мда… Вы, бантаны, и правда пересмотрели Сумерек.       — Но ведь подходит! Этель и Анри — Эд-вард, — широко улыбнувшись, вскинул большой палец вверх Тэхён.       — Подходит-подходит, — рассмеявшись, признала я, а потом, с трудом достав одной рукой ключи из кармана, добавила, — давай я перезвоню чуть позже. Мне надо попасть в дом и переодеться.       — Двадцать минут тебе, — сделав вид, что смотрит на время, снисходительно кивнул Тэхён, — и я перезвоню сам.       Что?! Не успела я возмутиться, как он уже отключился. У него ведь даже часов-то на руке не было. Артист! Нет, ну это уже ни в какие ворота не лезло. В какой момент между нами настолько размылись границы в общении? «Хм… Дай-ка подумать. Не в ту ли ночь, когда вы так мило переночевали в одной постели?» – съехидничал внутренний голос. И как я вообще это допустила? Обычно я всегда была в общении сдержана, вежлива и уважительна. Тем более, если это касалось работы. Все эти шуточки, взаимные подколы и довольно дерзкие фразочки – это вообще было на меня не похоже.       Тэхёну же каким-то совершенно непостижимым образом удавалось создать при наших разговорах настолько естественную, непринуждённую атмосферу, что я начинала чувствовать себя невероятно расковано. Если так пойдёт и дальше, то будет очень сложно разделять работу и хм… приятельское общение. Но что сейчас ещё больше сбивало с толку, так это сам Тэхён. Эта его фраза, брошенная мне напоследок… В тот момент от него исходила просто поразительная, сугубо мужская уверенность и энергия.       И это совершенно не вязалось с тем мнением, которое сформировалось у меня после просмотра огромного количества моментов с ВиГуками. Да и после сегодняшнего наблюдения за ними в реальной жизни. А оно было таковым, что Тэхён, после долгих и мучительных размышлений, всё-таки виделся мне – уф, как же я терпеть не могла эти понятия, и всё же – пассивом. Но своим покровительственным, не смотря на нашу разницу в возрасте, поведением сегодня он просто сломал всю систему.       Вот насчёт того, что Чонгук – актив, у меня по-прежнему сомнений не возникало. И сегодня, несмотря на всю его скромность, услужливость и временами детскую непосредственность, я, читая между строк, всё равно лишь укрепилась в этом своём мнении. Тэхён же либо настолько гениальный актёр, что даже будучи пассивом способен излучать чисто мужской вайб, либо наоборот – будучи настоящим мужчиной, способен при необходимости идти на уступки, прикинувшись пассивом. Либо я вообще уже ни черта не понимаю, что происходит. Ну, вот что опять крутится в моей голове на ночь глядя?!       За выделенные мне с барской руки двадцать минут я успела сделать рекордное, как мне кажется, для девушки количество дел: сняла линзы и смыла тушь с ресниц, приняла экспресс-душ и переоделась и даже успела перекусить подогретыми осьминожками и кимчи, оставшимися с обеда. Почистив зубы, я упала на постель и зажмурилась от удовольствия – как же я, оказывается, сегодня устала. Здесь, в кровати, меня и застал повторный видеозвонок Тэхёна.       — Как приятно видеть, что ты наконец-то легла отдыхать.       — Честно говоря, у меня буквально слипаются глаза, — призналась я, скрыв ладонью зевок, — о чём ты хотел поговорить?       — Во-первых, о том, что сегодня ночью я улетаю из Кореи, так что во вторник приехать на тренировку точно не смогу, а дальше будет видно. Из-за недавних событий это делается втайне.       — Хорошо, поняла, — кивнула я.       — Я лечу в Мек…       — Не надо, — остановила я его на полуслове, — раз это должно оставаться втайне, значит пусть так и будет для всех. Главное, ты предупредил меня насчёт того, что касается нашей работы. Что во-вторых?       — Ты обещала рассказать, чем я удивил тебя на тренировке, — напомнил Тэхён.       — Ах, это. Искренне удивил, когда со знанием дела проверил, затянута ли подпруга. Кто научил тебя этому?       — Честно? Это просто сработал банальный инстинкт самосохранения.       — Хочешь сказать, что тебе просто само пришло это в голову? — недоверчиво вскинула бровь я.       — Да, — пожал плечами Тэхён.       — Знаешь, мне очень нравится твоё отношение к лошадям и всему, что с ними связано. Ты буквально проникаешься всем этим.       — Но езжу, как выяснилось, плохо, — невесело усмехнулся он.       — Просто в своё время рядом не оказалось нужного человека, — пожала в свою очередь плечами я, — а сейчас есть я. И если ты доверишься мне, то я сделаю всё от меня зависящее, чтобы научить тебя тому, что знаю сама.       — Я верю тебе, Элин.       Эм… почему у меня сейчас возникло такое чувство, что мы говорим уже не о верховой езде? Очень захотелось всерьёз подумать об этом, но у меня совершенно не осталось на это сил. Не сумев побороть усталость, я снова широко и сладко зевнула.       — Тебе нужно поспать, — мягко улыбнулся на это Тэхён и пропел мне своим чарующим бархатным голосом строчку из «Winter Bear», где было пожелание спокойной ночи.       — Спасибо, — сонно улыбнулась я, прежде чем отключиться, — безопасного тебе полета.

***

11 декабря 2022 19:48       Хосок позвонил мне в субботу, и долго извинялся за то, что не сделал этого раньше – сразу по возвращении в Корею навалилось много дел. Пришлось потратить немало времени, чтобы убедить его в том, что я прекрасно всё понимаю и нисколько не обижена. И это действительно было так. Да, из новостных сводок я знала, что он вернулся из Японии ещё третьего числа. Но у меня у самой, даже несмотря на отсутствие Тэхёна, которого, кстати, в итоге обнаружили в Мексике, было столько работы с Анри, что переживать по этому поводу было некогда.       К тому же, мы ведь с Хосоком просто знакомые. Хотя, скажу честно – тот факт, что с момента нашей первой встречи он сам искал возможности со мной созвониться и даже встретиться, невольно вызывал где-то в глубине моей души давно позабытое чувство. И это, признаться, не на шутку меня пугало – не хватало ещё только поверить в сказку и искренне привязаться к столь известному и при этом недоступному тебе человеку. Однако, отказать себе в этой маленькой радости – просто иногда побыть с Хосоком рядом – я всё же не могла, как бы неразумно это ни было.       А ещё я знала, что с ним в аэропорту Кореи тоже произошло неприятное, мягко говоря, недоразумение, которое могло закончиться плохо. Каким-то образом оказавшись без охраны и даже без менеджера, Хосок в тот день минут десять растерянно метался по аэропорту в поисках своего чемодана, который случайно прихватил кто-то из других прилетевших. Повезло ещё, что арми, заметившие его, повели себя очень корректно и даже не подумали ринуться к нему. А если бы там оказались сасэн-фанаты или другие недоброжелатели?!       Что-то в последнее время BIGHIT стал непозволительно пренебрегать безопасностью отдельных мемберов группы. Душа болела за Хосока не меньше, чем за Тэхёна пару недель назад, но я стойко держалась, чтобы не коснуться этой темы и не омрачить вечер. Наш сегодняшний ужин в солидном итальянском ресторане пролетел на удивление быстро, хотя и длился он, казалось бы, уже почти два часа. Мы сполна насладились горячими блюдами этой кухни – наконец-то я дорвалась до своей любимой лазаньи с морепродуктами! – и о многом успели поговорить. Но я видела, что Хосок совсем не торопится этот вечер завершать.       — Десерт? — предложил он.       — Ох, не знаю, — вздохнув, откинулась на спинку мягкого кресла я, — боюсь, что скоро лопну.       — Ну, так нас, вроде бы, никто пока из ресторана не выгоняет, — подмигнув мне, скрестил руки на груди и тоже откинулся в кресле Хосок, — так что можно неспешно побаловать себя сладостями. У тебя ведь сегодня выходной, разве нет?       — В теории – да, — закинув руку за голову, поправила я свои распущенные волосы, завитые сегодня в крупные локоны, — но, думаю, десерт уже правда будет лишним.       Хосок вдруг резко подался в своём кресле вперёд и слегка сощурился.       — Уоу! У тебя есть тату? — изумился он, когда понял, что увидел.       Просто удивительно, что Тэхён до сих пор не разболтал ему об этом. Значит, как выведывать что-то обо мне у него – так это пожалуйста. А вот самому поделиться с Хосоком тем, что ненароком узнал, нет? Странное поведение со стороны Тэхёна, если честно. Но сейчас думать об этом было некогда. Резко опустив руку, я подтянула рукава своего белого вязанного платья обратно к ладоням, надеясь, что рассмотреть изображение Хосок не успел.       И да, сегодня мне вдруг очень захотелось выглядеть женственно, а не по-пацански, как я обычно любила одеваться. Для этого, конечно, было довольно прохладно – всего четыре градуса. Но я максимально утеплилась, надев чёрные колготки, такого же цвета высокие замшевые ботинки с меховой отделкой и длинную парку цвета хаки, которая вполне компенсировала короткую длину платья.       К слову, Хосок сегодня тоже был одет в более-менее классическую одежду – узкие тёмные джинсы и туфли, бежевый свитер и солидное чёрное пальто. И это наше совпадение в образах показалось мне невероятно милым! А ещё, сегодня он был в очках-авиаторах со светло-коричневыми стеклами и выглядел при этом ну очень стильно.       — Так, мелочи, — отмахнулась я и, в попытке отвлечь его внимание, вызвала официанта.       Сработало – мысль о татуировке, похоже, тут же вылетела у Хосока из головы, как только он понял, что я снова собираюсь оплатить свой счёт сама.       — Серьёзно? — с ноткой раздражения в голосе уточнил Хосок, — ты опять за своё, Эйлин?       — Это не…       — …свидание. Я понял, — поднял он руки в жесте «сдаюсь».       Мне кажется, или сегодня это задело его гораздо сильнее, чем следовало? Не мог же он в самом деле желать, чтобы это было оно? Или?.. От одной только мысли об этом сердце моё пустилось вскачь, и мне понадобилась невероятная сила воли, чтобы взять себя в руки. Я чувствовала, что щёки мои предательски краснеют, но в этот момент, на моё счастье, появился официант. Пока мы разбирались со своими счетами, мне удалось малость прийти в себя. Но ненадолго. Потому что стоило официанту удалиться, как Хосок, заметив, что я собираюсь встать, быстро оказался возле меня и подал руку, помогая мне выйти из-за стола.       Помощь я приняла не задумываясь, но к тому, что от этого простого прикосновения меня накроет такой волной ощущений и эмоций, я точно была не готова! Будучи довольно взрослой девушкой, которой уже через столькое в жизни довелось пройти, я даже не подозревала о том, что до сих пор способна испытывать такой нежный трепет. Невольно вспомнилось, как меня при нашей прошлой встрече взял за руки Тэхён, и я поняла, что как бы приятно мне тогда ни было, но это практически меня не взволновало, а тут… Не знаю, сколько бы мы простояли вот так, держась за руки, если бы Хосок меня не окликнул:       — Эйлин?..       С трудом оторвав взгляд от его ухоженных длинных пальцев, в которых так уютно покоились мои, я, наконец, подняла голову и встретилась с Хосоком взглядом. Да что ж они все такие высокие-то? Ну, по крайней мере, для меня. — Давай съездим куда-нибудь ещё, — убедившись, что завладел моим вниманием, предложил вдруг он.       — Сегодня? — удивилась я, — но мы ведь оба за рулём. Да и… по-прежнему не хотелось бы случайно нарваться на папарацци, других арми или, что ещё хуже, сасэн-фанатов.       — Хм…       На мгновение задумавшись, Хосок посмотрел на наши руки и, будто невзначай, лёгким прикосновением прошёлся своим большим пальцем по моим. Боже, ну что же он делает…       — Мы могли бы доехать до вашего клуба и оставить твою машину там. А потом на моей проехаться, к примеру, до побережья. И никаких рисков. Что скажешь?       — Звучит… безопасно, — единственное, что пришло мне сейчас на ум — в таком сильном тактильном шоке я всё ещё пребывала.       Серьёзно? Безопасно, Элина?       — Вот и славно, — по-доброму усмехнулся моей заторможенности Хосок, — идём одеваться. Я выеду через пять-десять минут после тебя.       Он так и подвёл меня за руку к вешалке и помог надеть парку, после чего быстро накинул своё пальто. Как бы сильно не раздражала меня необходимость до сих пор носить в людных местах маски, сейчас это было только на руку, потому что помогало скрыть большую часть лица от посторонних взглядов. Хосок тоже уже надел свою маску, но его скрытая чёрным материалом улыбка сполна отразилась в его глазах.       — До скорой встречи, — временно попрощался он и, посерьёзнев, добавил, — будь осторожна – ночные дороги непредсказуемы.       Итак, у меня в запасе было примерно полчаса, чтобы хоть немного осмыслить происходящее, но первым делом нужно было благополучно выехать из города. Так как был довольно поздний вечер воскресенья, многие уже давно сидели по домам, отдыхая перед началом новой рабочей недели, и городские дороги были вполне свободны. Поэтому мне удалось добраться до фактически пустой загородной трассы без каких бы то ни было проблем. Только здесь я дала волю своим эмоциям, мыслям и чувствам, и моё сердце снова взволнованно забилось. Сложно описать словами, какое тепло на душе я сейчас ощущала.       Ещё всего какой-то месяц назад Хосок был для меня просто недосягаемым кумиром Джей-Хоупом, уважение и признательность к которому я скромно хранила и лелеяла где-то в уголке своего сердца, нисколько не надеясь когда-нибудь получить что-то взамен. А теперь у меня была возможность быть с ним рядом. Настолько рядом, что можно было поговорить с ним на равных и даже при желании коснуться его, хотя сама я на это, конечно, решиться вряд ли смогла бы.       Сейчас Хосок уже был для меня не айдолом, а в первую очередь человеком со своими собственными проблемами, мыслями и переживаниями. И тем, кто явно был ко мне предрасположен! Я даже не знала, как мне к этому относиться, вот правда. Мне всегда казалось, что такое возможно только в подростковых мелодрамах, которых я в огромных количествах насмотрелась в юности. Согласитесь, избитый ведь сюжет: какой-нибудь звездный парень – и тому подобное – влюбляется в простую девушку.       Не скажу, конечно, что сама я была совсем уж простой, хоть и знали обо мне преимущественно в режиссёрских кругах. Но, если залезть в гугл и грамотно воспользоваться поиском, обо мне можно было найти довольно подробную информацию. За годы, проведенные во Франции, я даже давала несколько весьма развёрнутых интервью известным ведущим из разных точек планеты.       Может, таким образом обо мне и узнали в Южной Корее. Но особенно интервьюеры обратили на меня внимание после одного сериала, когда мне пришлось самой сняться в эпизодической роли, так как одна из подконтрольных мне лошадей на фоне стресса не воспринимала никого, кроме меня. И всё же, до уровня известности парней из BTS мне, разумеется, было как до Луны. Уверена, у Хосока есть миллионы поклонниц по всему миру. Почему же так повезло именно мне?       Добравшись до клуба, я припарковала свой миниатюрный «Coupe» на общей стоянке и, выйдя на улицу, стала ждать, пока приедет Хосок. Буквально через несколько минут на территорию въехал внушительного размера внедорожник. Неужели он? По мере того, как автомобиль приближался, попадая под освещение фонарей, я смогла рассмотреть марку машины – КИА. Должно быть, «Telluride». Это, конечно, не премиальная хёндай Тэхёна, но выглядела она, тем не менее, тоже роскошно и солидно.       «Ну, разумеется, – хмыкнула я, когда разглядела цвет кузова, – тёмно-зелёный. Его любимый цвет». На самом деле, это был довольно хитрый ход – КИА «Telluride» в последнее время была весьма популярна в Корее, так что затеряться с такой машиной в общем потоке даже с такой расцветкой было очень легко. Боковым зрением я видела, что Хосок уже давно вышел из машины и подошёл ко мне, но я всё никак не могла оторвать восхищённый взгляд от его внедорожника.       — Хочешь за руль?       — Что?! — словно очнувшись и посмотрев, наконец, на понимающе улыбающегося Хосока, не поверила своим ушам я.       — Держи, — протянул он мне ключи.       — Ты это сейчас серьёзно?!       Снова взяв мою руку, Хосок вложил в неё ключи и согнул вокруг них мои дрожащие пальцы.       — Абсолютно.       — Я никогда не ездила на таких больших машинах, — попыталась отказаться я.       — Правда? — вскинул бровь Хосок, — а Тэхён-и говорил, что ты водила его «Genesis».       — О, водила – это слишком громко сказано. Я всего лишь переставила его с парковки в свой гараж.       — Эйлин, садись за руль, — повернул и легонько подтолкнул меня в спину он, — я же вижу, как ты на неё смотришь.       Приглашающе распахнув передо мной дверь, Хосок помог мне подняться в машину – ну и высоченная же подвеска у этих внедорожников! – и прямо вместе со мной неожиданно легко и ловко подвинул водительское сиденье до удобного мне положения. Пока он огибал капот и садился на пассажирское сиденье, я пристегнулась и, затаив дыхание, провела ладонями по качественной кожаной оплётке руля. Конечно, главной страстью в моей жизни определённо были лошади. Но и к хорошим машинам я тоже была неравнодушна, поэтому сейчас испытывала невероятный восторг и предвкушение.       — Ты наверняка хорошо знаешь окрестности, — сняв очки и небрежно забросив их в бардачок, пристегнул ремень Хосок, — сможешь подъехать как можно ближе к морю?       — Да, — кивнула я, заводя машину, — без проблем.       О, боги, какое же это было наслаждение! Эта идеальная отзывчивость руля на малейшее движение ладони, плавный ход, а главное – ощущение власти над такой мощной и габаритной техникой… Я получила истинное удовольствие за те десять минут, что мы в уютном молчании добирались до побережья. Всю дорогу я ощущала на себе внимательный взгляд Хосока и ломала голову в догадках, о чём же он сейчас мог думать. Но то, о чём он в итоге спросил меня, когда я остановила автомобиль недалеко от кромки моря, оказалось для меня полной неожиданностью:       — Скажи… ты ведь на самом деле не француженка?       — Эм… Что ты имеешь в виду? — заглушив двигатель, затаила дыхание я.       — О, чисто национальность. Твой разрез глаз – он довольно необычный, — отстегнув ремень, в пол оборота ко мне сел в своём кресле Хосок, — немного… раскосый. Я заметил это ещё при нашем знакомстве, но всё не решался спросить об этом.       — К корейцам я точно никакого отношения не имею, если ты об этом, — попытавшись выиграть время на раздумья, отшутилась я.       — И всё же?.. — коротко рассмеявшись, продолжил мягко стоять на своём Хосок.       В который раз я ничего не могла с собой поделать – с Хосоком мне с самого начала хотелось быть максимально откровенной. Отстегнув ремень, я тоже села в пол оборота к нему.       — Я из России, — призналась, наконец, я.       — Что?! — воскликнул он, удивлённо приоткрыв рот, — ты русская?       — Ну… — прикусив нижнюю губу, отозвалась я, — не совсем.       — То есть, как это? — тряхнув головой так, что одна прядь его тёмных волос упала ему прямо на глаза, спросил Хосок.       О, как же у меня зачесались руки отодвинуть эту прядь с его лица, но он уже сделал это сам.       — Россия – очень многонациональная страна. И хотя изначально я родом из Москвы, по национальности я всё-таки не русская. Вряд ли тебе о чём-то скажет название моей нации, но такие раскосые глаза для нас вполне естественны.       Не объяснять же ему, в самом деле, что я татарка. Признаться, я даже не знала, как правильно сказать это всё на английском.       — Вот это да! — удивлённо улыбнулся Хосок, — как же тебя тогда зовут по-настоящему?       — Элина, — облокотившись о спинку сиденья, скрестила руки на груди я, — а фамилия раньше была Сафина. Ещё у нас есть третья часть инициалов, образованная от имени отца. Но тебе ни к чему ломать язык, пытаясь её произнести и запомнить.       — Сафина? — ставя ударения на каждом слоге, уточнил он.       — Да, — поджала губы в улыбке я, — ударение на первую «а».       — Элина, — задумчиво повторил для себя Хосок, — в России к тебе так и обращаются?       — Чаще всего это было просто «Элин».       — Тэхён-и зовёт тебя именно так! Он в курсе?       — Нет! — воскликнула я, едва Хосок договорил, — он начал делать это чисто случайно. Просто потому, что не хотел быть как все, — по-доброму закатила глаза я, — но, пожалуйста, не рассказывай ему о том, что я русская. Я слышала, что он неравнодушен ко всему, что связано с Россией. А мне этот повышенный интерес совершенно ни к чему, так как это может помешать нашей с ним работе.       — Хорошо, — посерьёзнев, кивнул Хосок, — я понял. Но, Эйлин… причем же тут тогда Франция?       — У меня двойное гражданство потому, что… — снова отведя взгляд, на мгновение замялась я, — я была замужем за французом.       — Эээй, — перегнувшись через разделявший нас широкий подлокотник, Хосок расцепил мои скрещенные на груди руки и взял мои ладони в свои, — если тебе неприятна эта тема, давай её закроем, хорошо?       Честно говоря, сейчас, глядя на свои маленькие ладошки в таких широких и надёжных руках Хосока, я поймала себя на мысли о том, что воспоминания о Ноэле и обо всём, что было с ним связано, уже не были для меня столь же мучительными, как прежде.       — Покажи-ка мне лучше свою татуировку, — слегка склонив голову набок, в надежде отвлечь меня улыбнулся Хосок, — мне кажется, что именно её ты прятала в нашу первую встречу, когда так упорно отказывалась снимать куртку.       — Ладно, — вздохнув, согласилась я, — рано или поздно ты бы всё равно её увидел или узнал о ней от Тэхёна.       — Тэ её видел? — удивился он.       Я ничего на это не ответила. Просто молча высвободила свои руки из его ладоней, по-возможности присборила рукава парки и платья на левой руке и показала ему своё запястье. Рот Хосока приоткрылся в немом удивлении, и он, нахмурившись, попытался повернуть голову так, чтобы как следует разглядеть небольшую семёрку и надпись на моей коже. В итоге он вдруг вышел из машины, быстро обогнул капот и, открыв дверь с моей стороны, аккуратно обхватил и притянул к себе мою руку. Он даже несколько раз зажмурился и слегка потряс головой, словно до сих пор не верил в то, что видит. А я, почти не дыша, наблюдала за его реакцией.       — Она ведь точно не новая. Как давно ты её сделала?       — Почти три года назад, в Париже.       И тут на меня волной нахлынули эмоции. От трогательности момента, от воспоминаний о той обстановке, когда было сделано это тату, и от осознания того, что та самая надежда, которая выручила меня тогда, стояла сейчас рядом со мной!.. Во плоти. Как бы безумно это ни звучало.       — Почему?.. — аккуратным прикосновением к щеке, повернул к себе моё лицо Хосок.       — Потому что ты, сам того не зная, помог мне пройти через худший период в моей жизни.       По щекам моим потекли первые слёзы.       — Ох, Эйлин!..       Так и стоя на улице рядом с машиной, Хосок наклонился в салон, притянул меня к себе и крепко обнял.       — Что же тебе тогда довелось пережить? — явно понимая, что ответ сейчас вряд ли последует, мягко прижался подбородком к моей макушке он, — маленькая… вся такая гордая, независимая и невероятно заботливая к другим. А забота на самом деле нужна тебе самой.       Как же тепло и ласково звучал его голос. И как спокойно сразу стало в его объятиях. Улыбнувшись сквозь слёзы, я всеми силами попыталась взять себя в руки хотя бы потому, что реветь с линзами, да ещё и будучи накрашенной, как минимум было очень неприятно и даже болезненно. К тому же, со стороны это, должно быть, выглядело бы просто ужасно. Как ни странно, мне довольно быстро удалось обуздать эмоции.       С благодарностью приняв от Хосока влажные салфетки, я по возможности привела в порядок то, что осталось от макияжа, и он помог мне выйти из машины, чтобы пересесть на пассажирское сиденье. До нашего конного клуба мы ехали в молчании, но это совершенно не напрягало. На душе моей стало легко и светло, словно я призналась Хосоку в чём-то очень важном. Может, хоть теперь он наконец-то поймёт, как велико его влияние на арми. Ведь он, даже сам о том не подозревая, способен многим помочь не сбиться с пути в трудную минуту и не потерять надежду!       Скажу честно – я не знаю, в каком часу от меня в итоге уехал Хосок. Подождав, пока я умоюсь, переоденусь и лягу в постель, он придвинул к моей кровати стул и долго просидел рядом, слушая мои откровения. На самом деле он особо не настаивал – просто на всякий случай мягко уточнил, не хочется ли мне поделиться с ним пережитым во Франции. И если бы я отказалась, то он точно отнесся бы к этому с пониманием. Но я вдруг отчетливо поняла, что больше не могу держать всё это в себе…       Хосок слушал меня очень внимательно. Иногда он наклонялся, чтобы осторожно вытереть с моих щёк слёзы. Иногда – тянулся и находил мои пальцы своими и успокаивающе их поглаживал. Ушёл он только после того, как я полностью выговорилась, и меня окончательно склонило в сон. Мне даже показалось, что перед уходом Хосок едва ощутимо коснулся губами моего виска. Но это уже вполне могло мне просто присниться.       Этой ночью я спала крепко и по-настоящему безмятежно – почти как тогда, в одной постели с Тэхёном. Вот только теперь мне почему-то было очень неудобно за ту ночь перед Хосоком. Хотя никто, кроме меня и Тэхёна, о ней – по крайней мере, я на это надеюсь – не знал. Уф. Всё становилось как-то запутанно…