Вернутся к фанфику
Глава 1.
17 апреля 2024, 10:53Воспоминание детства легло на память Маринетт тонкой, но нерушимой гравировкой — такое не стирается годами.
Маленькая девочка, всего семи лет от роду, стояла, вжавшись пятками в холодный пол, и недоверчиво смотрела на незнакомца. Её взгляд был острым, как лезвие ножа, отточенного в бессонные ночи, — в нём сплетались страх и любопытство, будто две противоборствующие стихии, готовые вот-вот вспыхнуть. Незнакомец, облачённый в чёрную броню, казался тенью, выскользнувшей из самого мрака: он не столько двигался, сколько просачивался сквозь пространство, нарушая привычный порядок вещей. На груди у него сиял ярко‑фиолетовый камень — он пульсировал, словно живое сердце, и отбрасывал причудливые блики на стены, превращая обычную комнату в зал древнего пророчества. А его фиолетовые глаза, глубокие и бездонные, напоминали два колодца, в которых тонули все слова, так и не успев родиться.
Девочку звали Маринетт. Её тёмные волосы с синими отливами переливались, будто ночное небо, усыпанное далёкими звёздами, а васильковые глаза были точь‑в‑точь как весенние цветы, робко пробивающиеся сквозь прошлогоднюю траву. Две маленькие косички, оплетавшие голову, напоминали крылья бабочки — казалось, стоит ей только чуть сильнее вдохнуть, и она взлетит, уносясь прочь от всего непонятного и пугающего.
Рядом стоял её брат, Лололошка, — полная противоположность Маринетт, словно день и ночь, случайно встретившиеся на одной дороге. Его бледная кожа была похожа на утренний туман, который ещё не успел рассеяться под первыми лучами солнца; чёрные глаза напоминали беззвёздную ночь, в которой теряются даже самые яркие мечты, а светло‑коричневые волосы — осеннюю листву, тихо опадающую с уставших ветвей. Чёлка, слегка наклоняющаяся влево, придавала ему озорной вид, будто он каждую секунду был готов сорваться с места и убежать навстречу приключениям — или спрятаться за спину сестры, если станет слишком страшно.
Междумирец улыбнулся Маринетт, и эта улыбка, тёплая, как солнечный луч, пробившийся сквозь тяжёлые тучи, на мгновение разогнала сгустившийся вокруг холод. Но слова его прозвучали совсем иначе — холодные, отстранённые, будто принесённые ледяным ветром из дальних миров. От них по спине девочки побежали мурашки, а в груди сжалось что‑то маленькое и хрупкое, словно испуганный птенец.
— Не стоит меня бояться, Маринетт. Я пришёл, чтобы сделать тебя и твоего брата мироходцами.
— Мироходцами? — переспросил Лололошка, и в его голосе звенело чистое, ничем не замутнённое недоумение, как у ребёнка, впервые увидевшего северное сияние и не знающего, плакать ему от восторга или от страха. — А кто это такие?
Междумирец вздохнул, и этот вздох был похож на шёпот ветра, перебирающего опавшие листья в заброшенном саду, — в нём слышалась древняя усталость, накопленная за бесчисленные века странствий.
— Мироходцы — это существа, способные перемещаться между мирами, «перескакивая» через межпространственную пустоту. Это дар… и одновременно испытание. Не каждый способен выдержать тяжесть чужих реальностей.
Маринетт ахнула, и её глаза расширились так, что, казалось, в них поместился весь мир — со всеми его тайнами, чудесами и опасностями. В голове у неё закружились тысячи вопросов, сталкиваясь друг с другом, как корабли в штормовом море: «Что это за миры? Как мы сможем туда попасть? И почему именно мы?» Но ни один из них не сумел пробиться сквозь комок, застрявший в горле.
В стороне стояли родители — молчаливые наблюдатели, чьи лица были скрыты тенью, будто сама судьба решила не показывать их эмоций в этот переломный миг. Они не вмешивались, не бросались вперёд, чтобы заслонить детей от неизвестного, и в этом безмолвии было больше любви, чем в любых словах: Маринетт чувствовала их присутствие, тёплое и надёжное, как плед, укутывающий в холодный вечер. Оно не прогоняло страх, но делало его терпимым.
***
***
Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!