Вернутся к фанфику

Глава 13. Треснувшие стены

1 июня 2024, 17:50
      Это ужин точно войдет в историю! Ну, кто еще мог бы додуматься устроить в Большом зале настоящее театральное представление и буквально парой фраз вогнать в краску двух самых знаменитых парней Хогвартса? Причем, второй раз за день! Эта ведьма точно ненормальная! Мало было близнецов Уизли с их вечными приколами, так теперь у них появилась достойная замена! Интересно, в России все девчонки такие отбитые?       Нотт еле сдерживал рвущийся наружу смех, наблюдая и слушая красочный монолог Беликовой, который без сомнения стоил большой сцены Королевского театра. Нет-нет, это был полнейший бред, но как она его подавала! Прониклись все без исключения, даже Поттер и Малфой смотрели друг на друга в идентичном недоумении, нихуя не понимая, что она несет, и как на это вообще реагировать. Она то горестно заламывала руки, то судорожно всхлипывала, а в больших серо-зеленых глазах в свете свечей блестели непролитые слезы. Вот же артистка!       Стоило ей закончить свою речь на особо трагичной ноте, как в зале на несколько секунд воцарилась мертвая тишина. Первым с оглушительным криком «Браво!» вскочил с места Блейз и, хлопнув Теодора по плечу, рванул прямо через стол, на ходу жестом фокусника материализуя в руке шикарный букет пионов. Нотт, поддавшись порыву, последовал примеру друга и наколдовал букет из роз и гербер. Рядом с ними перед кланяющейся зрителям Беликовой под восторженные овации всей школы опустился на колено Финниган, протягивая ей разноцветные тюльпаны. Смущенно зардевшись, она с улыбкой взяла все цветы в охапку и по-детски радостно зарылась в них носом.       Тео поймал ее взгляд и уже в который раз почувствовал, как закладывает уши. Звонкие аплодисменты и громкий смех, до этого бьющие по ушным перепонкам, стали звучать как сквозь толщу воды. В ее прищуренных глазах перемешались все краски бутонов, придавая им неожиданно глубокий зеленый цвет сочной летней травы, в которой яркими светлячками горели игривые искры. И в этих ведьминских изумрудных глазах хотелось утонуть. Черт, это действительно плохо…       Чьи-то громкие и размеренные хлопки заставили парня вздрогнуть и вскочить на ноги. Мерлиновы трусы, Снейп аплодирует Беликовой? Да еще и двадцать баллов ей вручил?! Это гребанный сон или параллельная реальность?! Теодор переглянулся с Блейзом, и, не сговариваясь, они ущипнули друг друга за руки. Затем посмотрели на Финнигана и ущипнули его уже вдвоем, за что тут же чуть не огребли. А ни хера, блять, не сон!       — Обещаю подтянуть, профессор! — снова эта ее открытая улыбка и по-военному четкая выправка…       — Не сомневаюсь!       Снейп улыбнулся?.. Самый большой летучий мышь Хогвартса, Ужас Подземелья, который даже со студентами своего факультета всегда сохранял ледяную отстраненность, улыбнулся?!       Остановите Землю, пора сходить!..       Беликова с широкой улыбкой помахала и раскланялась перед всем залом и заняла, наконец, место рядом с Золотой троицей, пожав протянутую руку Поттера. Ну, а Нотту и Забини пришлось возвращаться за свой стол, причем последнему — обходя его вокруг. Что ж, дурная была идея перепрыгивать через тарелки. Но Блейза это ничуть не огорчило.       — Эй, Беликова! На случай, если злобный дяденька Поттер опять начнет тебя кошмарить, имей в виду, я всегда придержу тебе свободное местечко! — весело подмигнул он обернувшейся ведьме и демонстративно похлопал по скамье рядом.       — Э, нет, Забини, мне еще пожить хочется! — звонко рассмеялась она, кивая на все еще недовольно хмурого Драко. — Злобного дяденьку Малфоя я боюсь еще больше!       Едва затихнув, оба стола грохнули снова, а Тео явственно услышал скрежет зубов и приглушенные проклятья в адрес новенькой. И, признаться честно, от этого внутри стало теплее. Нет, не от того, что Малфой от всей души желал ей подавиться, провалиться и соплохвоста в задницу, а в целом от того, что друг демонстрировал хоть какие-то живые эмоции, ведь последние два года на него было страшно смотреть.       После заключения Люциуса Малфоя в Азкабан на пятом курсе, репутация их семьи была растоптана в пыль, и Драко пришлось принять на себя все обязанности главы рода, что еще больше отдалило его от друзей. А когда позже Волан-де-Морт занял Малфой-менор и сделал его штаб-квартирой Пожирателей, Драко окончательно замкнулся в себе. Он стал молчаливым, постоянно грузился в своих мыслях и то и дело куда-то пропадал, а на все попытки его разговорить, только раздраженно отмахивался и огрызался. С одной стороны, его можно было понять, кому понравится жить бок о бок с бездушным чудовищем и больными ублюдками, вроде Сивого и Долохова? Тут самому бы не спятить и остаться в здравом уме. А с другой… Друзья для того и нужны, чтобы разделить проблемы и переживания и, возможно, даже дать совет. Но нет, Малфой был слишком горд, чтобы просить о помощи… И к чему это привело? Метка, Пожиратели в Хогвартсе, убийство Дамблдора и последовавший за всем этим ад. А все ради того, чтобы вернуть расположение семьи в глазах массового убийцы.       Вот только был ли смысл так жопу рвать?..       Война закончилась победой Поттера, а Люциус, с готовностью сдавший на суде все явки и пароли своих бывших дружков-Пожирателей, отделался годом заключения с последующим домашним арестом и запретом на использование волшебной палочки сроком на пять лет. И пусть Драко и Нарциссу оправдали после показаний Поттера и Грейнджер, прежнее величие и статус семья Малфоев утратила навсегда, как и половину своего состояния. Ладно, хоть поместье оставили…       Если бы ни приказ министра, Драко вряд ли вернулся бы в Хогвартс. Впрочем, покинуть Британию им с матерью тоже никто бы не позволил, так что выбора у него, впрочем, как и у Нотта, Забини и Паркинсон, не было. И если Тео решил в полной мере ощутить все прелести подростковой жизни и с головой окунуться в плотские утехи, а Забини активно способствовал этому, устраивая бурные попойки с самого первого дня в школе (уже пять за три недели сентября), и явно не собирался на этом останавливаться, то Пэнси и Драко пришлось куда хуже. Осуждающие и презирающие взгляды, всеобщее пренебрежение и шепотки стали их постоянными спутниками в коридорах школы. Отовсюду сыпались оскорбления, каждый второй норовил плюнуть в спину, а некоторые даже не боялись бросить парочку противных проклятий вслед. В тот раз от участи проходить энное количество времени с крысиной мордой вместо лица, при этом воняя хуже помета фестрала, Пэнси спасла отточенная за годы войны реакция Драко — не рискнув использовать палочку, он просто притянул подругу к себе, уводя с линии огня. А воздал по заслугам за нее Блейз, отразив заклятье в тех, кто его наслал. Ох, и вони было! Три дня потом в коридорах разило!..       Подобное отношение не могло не сказаться на характерах слизеринцев. Пэнси стала нервной и дерганной, словно ожидала удара буквально отовсюду, и расслабиться могла только рядом с ребятами. Ну, а Драко, которого Макгонагалл вдруг ни с того, ни с сего назначила вторым Старостой школы, снова надел на себя маску высокомерной ледышки, спрятав за бетонными стенами Окклюменции все свои чувства и эмоции, чтобы никто, не дай Салазар, не догадался, что по вечерам он напивается до беспамятства огневиски, лишь бы хоть одну ночь проспать без кошмаров и не проснуться от собственных криков…       И вот теперь эти два, душевно загнанных человека, казалось бы, потерявшие всякую надежду на спокойную жизнь, наконец-то, пусть неуверенно, но искренне улыбались и с чувством плевались проклятьями (чего уж там, несерьезными совсем!) на русскую ведьму, которая с ноги ворвалась в их изолированный мирок и с ходу принялась наводить там кипиш. И хоть на зельях Малфой сцепился с Поттером чисто на автомате и только потому, что Уизлетта задела Пэнси, то последующая его реакция на «постельные» намеки Беликовой была настолько живой и яркой, что Тео сначала даже не поверил своим глазам.       Дело в том, что несколько месяцев назад в желтой прессе активно мусолился слух, что якобы во избежание заключения в Азкабан и конфискации всего имущества, Драко Малфой вступил в аморальную сексуальную связь, а попросту — подложился под Героя войны. Не известно, кто был в большей ярости от этого — он или Поттер, но, будучи не в силах хоть как-то повлиять на ситуацию в тот момент, Драко попросту отстранился от всего, перестав реагировать и вообще хоть как-то обращать внимание на мерзкие высказывания и сальные намеки окружающих. А буквально через три дня после выхода статьи, здание издательства той самой дешевой газетенки каким-то невероятным образом оказалось на дне Темзы, причем в буквальном смысле. Чьих это было рук дело, история до сих пор умалчивает, но подобные слухи заглохли на корню, а несколько газет даже опубликовали опровержения и «искренние» извинения в адрес Малфоя и Поттера. Видимо, купаться не захотели…       Когда Беликова высказала им свою идею с комнатой, Теодор заметил, как Драко напрягся и тут же попытался натянуть на лицо уже привычное бесстрастное выражение, с которым он привык выслушивать оскорбления, но в следующее мгновение в его глазах промелькнула растерянность и непонимание.       Она не оскорбляла. Она чуть ли не с маниакальным восторгом предлагала им таким образом… помириться! Трахнуться, блять, и помириться! Нет, это нормально?!       И вот тогда-то кажущиеся непробиваемыми стены Окклюменции пошли первыми трещинами. Малфой взбесился. Причем, не просто взбесился, а прям конкретно так, от души! С весьма осязаемым желанием голыми руками свернуть шею одной излишне болтливой ведьме. Настолько осязаемым, что оно чувствовалось в воздухе. И она его почувствовала, оттого и дала деру из кабинета. А после, уже вернувшись в общежитие, Драко метался по гостиной, кроя Беликову и ее больную фантазию на чем свет стоит трехэтажным матом, сам того не ведая, вызывая на лице Тео довольную улыбку.       Ту же, что озаряла его лицо и сейчас. Нотт был чертовски рад вновь видеть прежнего друга.       Остаток ужина прошел в непривычно оживленной обстановке. Если в первые дни после возвращения совместное пребывание студентов в Большом зале сопровождалось гнетущей тишиной и тихими перешептываниями, то сейчас зал гудел, как растревоженный пчелиный улей. Народ громко переговаривался, что-то бурно обсуждал, даже ложки зазвенели по тарелкам веселее. Это стало напоминать их самый первый ужин в Хогвартсе, сразу после церемонии Распределения. Они даже сидели практически так же, разве что вместо Блейза и Пэнси рядом с Драко были увальни Кребб и Гойл.       Тогда все они, мелкие одиннадцатилетние недоумки, смотрели на новый для них мир широко распахнутыми и сияющими от удивления и восторга глазами, гордящиеся своим попаданием на факультет великого Салазара Слизерина, и готовые на все, лишь бы показать зазнайкам-гриффиндорцам, кто на самом деле лучший и по праву заслуживает Кубок школы. Теперь же все это казалось настолько наивным, бессмысленным и по-детски глупым, что было даже смешно, а в глазах друзей уже не было того задора и яркого огня. Война уничтожила все, оставив лишь пустые взгляды и выжженные дотла души… В которые одна сумасбродная ведьма решила нагло сунуть свой симпатичный носик. Сунуть, оглушительно чихнуть от скопившегося там внутри пепла и сажи, громко возмутиться устроенному бардаку и решительно взяться за уборку. Любой другой не стал бы даже пытаться, боясь испачкаться, но не она. Не обращая внимания на чужие слова и предостережения не связываться с выродками Пожирателей, эта девчонка словно назло всем сразу начала медленно, но верно завоевывать очерствевшие сердца слизеринцев.       И первой жертвой ее обаяния стал сам Теодор, раз за разом тонувший в бездонных серо-зеленых глазах, стоило им только пересечься взглядами. Это, признаться, малость напрягало, ведь никогда раньше ни одна девушка так на него не действовала. Обычно это была его прерогатива. К тому же та странная вспышка между ними все никак не выходила из головы, как и непонятное чувство обретения, возникшее после. Опять же, раньше такого никогда не было. Нужно покопаться в библиотеке, по-любому в Хогвартсе найдется хоть какая-то информация по этому явлению…       — Не хочу тебя отвлекать от, уверен, важного занятия, — склонился над столом Блейз с заговорщицким шепотом, — но ты откровенно палишься, дружище! Еще немного, и дыру в ней прожжешь!       Тео вздрогнул и быстро отвел взгляд. Черт, сам не заметил, как начал бездумно разглядывать темноволосую макушку сидящей через проход девчонки.       — Зацепила ведьма, а? — хитро подмигнул друг. — Хотя я тебя понимаю, меня она тоже чем-то зацепила… Может, своей непосредственностью?       — Скорее уж нездоровой фантазией, — выдвинул свою версию Драко, намазывая на тост вишневый джем. — В этом вы на удивление похожи.       — Не стану отрицать очевидное, — усмехнулся Забини. — Но она же классная!       — Чокнутая и неадекватная, — недовольно буркнула Пэнси.       — Незамороченная! — парировал Блейз.       — Отбитая на всю голову! — не сдавалась девушка.       — Но ты улыбнулась.       Паркинсон замерла, не донеся до рта хрустящий эклер.       — Я соскучился по твоей улыбке, Пэнс, — негромко произнес Тео, с нежностью глядя на подругу.       — И по ругани Драко, — пихнул того в бок Забини.       — Заткнись, — привычно протянул Малфой и невольно бросил взгляд на «львиный» стол. — Не знаю, чем руководствовалась Шляпа, определяя ее на Гриффиндор, но с таким характером ее место точно на Слизерине.       — А если все как раз так, как и должно быть?       Пэнси, Драко и Теодор вопросительно посмотрели на непривычно серьезного друга, задумчиво смотревшего мимо Нотта на Золотую троицу и ведьму.       — Может, нам нужен был кто-то вроде нее, кому наплевать на предрассудки и чужое мнение? Ты заметил, — бросил он на Малфоя быстрый взгляд, — ей без разницы, кто ты — слизеринец или бывший Пожиратель, пофигу на Поттера, что он великий Герой и победитель Темного лорда. Она просто застебала вас обоих! — парень усмехнулся. — Не думаете, что ее появление — это знак, что пора уже зарыть топор войны, м?       Ребята на какое-то время замолчали, обдумывая его слова.       — Мы все прошли через ад, — тихо добавил Блейз, наблюдая, как остальные студенты начинают группами покидать Большой зал, и перевел взгляд на вставших из-за соседнего стола гриффиндорцев. — Так может, стоит попробовать начать все с начала? Всем вместе…       В этот момент Василиса с улыбкой махнула ему рукой, на что стоявший рядом Рон смерил слизеринцев презрительным взглядом и разве что на пол не плюнул. Заметив это, девушка сверкнула на него глазами и, недовольно поджав губы, что-то буркнула себе под нос, догоняя Грейнджер и младшую Уизли.       Драко хмыкнул и встал из-за стола.       — Все с начала, говоришь? — хлопнул он друга по плечу. — Это утопия, Блейз. Я просто хочу пережить это год и не тратить силы на бессмысленные попытки подружиться с Поттером и его прихлебалами.       — Ты пессимист, дружище! — улыбнулся Тео, поднимаясь следом.       Малфой ловко поймал брошенное им большое зеленое яблоко и криво ухмыльнулся.       — Я реалист.

Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!