Х24

Хёнджин так сладко спит. В теле приятная нега. Кровать мягкая настолько, что хочется остаться в ней навсегда. Прекрасный момент портит стук. До сонного сознания не сразу доходит, что стучат в дверь. Нахмурившись, омега насилу открывает глаза и тут же краснеет, понимая что заснул НЕ в своём номере. А в люксе Ли Феликса. И не просто заснул. А.... События прошлой ночи врезаются в памяти и он стонет. — Феликс щи. Теперь не только стук, но и голос ожидают хозяина номера за дверью. Погодите-ка, это Лу Чонхва? «Я пропал» Сглатывает Хван и, вскочив, начинает искать свои вещи. Он так паникует, что не замечает аккуратную стопку на стуле возле постели. Дойдя до неё он успевает накинуть кофту, когда слышит. — В чём дело? От этого голоса по спине бегут мурашки. — Феликс щи, пришла напомнить вам что показ начнется в 3, нам надо приехать туда за час. — Я помню, спасибо. Визажист слышит как закрывается дверь, но сделать ничего не успевает, когда за спиной раздаётся. — Без рубашки лучше. Этот шёпот у уха заставляет его вздрогнуть всем телом. — Феликс щи... Дёрнувшись, разворачивается младший, прикрываясь кофтой как только можно. Альфа хмыкает и неожиданно тянет его за ворот на себя. «Давайте просто забудем об этом, хорошо?» — С добрым утром, cutie. Шепчет ему в губы Ли. А он, кажется, перестаёт дышать. Вообще. «Он что издевается?!» — С-с добрым. Сглатнув, пытается собрать себя по частям Хёнджин. Его план летит к чертям, стоит айдолу спуститься к шее. Его слабому месту. — Не стоит. Уходит от прикосновений визажист, отталкивая. Феликс неожиданно падает, утягивая его за собой. Охнув, Хван оказывается на нём. — Напомнить что было после этой фразы? В глазах альфы огонь. И явно желание смутить его. Что у него, будь он неладен, получается с блеском. Джинни краснеет так, как не краснел, кажется, никогда. И против воли вспоминает. — Твой шоколад. Проводит носом по шее Ли. И он дрожит всем телом, цепляясь за плечи как за спасательный круг. — Твоя шея. Поцелуй укус. И младший стонет. — Твои губы. Они целуются до тех пор, пока не заканчивается воздух. У обоих. — Твои бёдра. Сжимает бока айдол. Джинни выгибается. — Твои глаза. Смотрит на него альфа. И он не выдерживает, хватая и притягивая к себе. Чтобы страстным шёпотом выдохнуть. — Займитесь делом, Феликс щи. — Пора признать, — пауза, — что ты не можешь устоять передо мной. Ишь чего захотел. Вот ещё. Он ни за что и никогда в этом не признается. Ага сейчас! Да и не правда это. — Скорее вы передо мной. Усмехается омега. Сыграем по вашим правилам, Ли Феликс. — Я и не отрицаю. Возвращая усмешку, спокойно признаёт Ли и, подтянувшись, кладёт руку ему на талию. — А вот ты... Он не договаривает. Но Хёнджин и так прекрасно знает. — Пустите. Пытается убрать его руку младший. — Когда признаешь. Нет, ну что за детский сад, а? Вы только посмотрите на него. Давит, не пускает и всё ради того, чтобы услышать "Да, я тоже не могу устоять перед вами". Как же глупо, боже. — Не признаю. Упрямство тоже глупо. Но на это он внимания не обращает. — Тогда, — пауза, — не отпущу. Их лица в сантиметрах друг от друга. Джинни может почувствовать его дыхание. Щёки горят. Он сам горит. Весь. «Что ты делаешь со мной, Ли Феликс?» Омега борется с ним и с треском проигрывает. Руки старшего оказываются на бедрах. И он вспоминает что на нём только кофта и боксёры. А на Феликсе махровый халат. И ничего кроме него. Кхм, да. Увидел бы их кто сейчас. Визажист верхом на айдоле в одной кофте. То ещё зрелище. В попытке скинуть руки, Хван едва не падает на альфу, в последний момент успевая поставить руки. Теперь картина занятнее. Голова Ли у него между рук. Его руки всё ещё на его бёдрах. И похоже, стремятся выше. — Даже не думайте. Угрожающе смотрит на него Хёнджин. Пусть только попробует. Получит сразу же. — Ты бы не злился, если бы я был безразличен тебе. С ухмылкой замечает айдол. И ему хочется ударить его. Но по осознанию бьют сильнее. Он бы не злился, если бы не... «Боже, нет» — Но ничего, — пауза, — я подожду, пока ты согласишься с этим. Если бы у него была возможность, он бы точно ударил. Сделал бы всё, лишь бы стереть эту ухмылку с лица. Высвободившись, Джинни поднимается и, быстро одевшись, выходит. В этот раз телефон при нём. К счастью, не забыл. Как в прошлый раз. — Хёнджин? Вместе с лифтом приезжает и Чонин. Он сглатывает. Так, не паниковать, вести себя естественно. — Доброе утро. Голос хриплый. Глаза бегают, ни на чём не останавливаясь. Что о нём подумают? — Доброе, — пауза, — твой номер разве не ниже? Растерянно бормочет стилист. — Ниже. «Тогда какого ты тут забыл?» читается во взгляде напротив. Надо что-то придумать. Срочно. — Я хотел зайти к знакомому, но перепутал этаж. Не очень убедительно, но бета, кажется, верит. — Твой знакомый тоже в этом отеле? — Ага. Раз уж начал, то поддерживай до конца. Казалось, весь его вид кричал о том, что это не правда. — Подожди. Нахмурился вдруг друг. Он замер. — Почему ты пахнешь... Начал принюхиваться Ян, чуть наклоняясь к нему. Ох, нет. Омега шагнул в сторону, молясь чтобы он не понял. — Сексом и чем-то цитрусовым. Младший вздрогнул всем телом. «Он понял! Он понял!» в панике металось сердце. «Убеди в обратном» настаивал разум. А в чём убеждать то? В чём?! Хорошо хоть просто цитрусовые назвал, а не один конкретный. — Вы с этим знакомым не просто друзья, да? Поигрывая бровями, догадывается старший. Да их даже друзьями не назовёшь. А кем-то большим тем более. — Нет-нет, что ты. Запротестовал он, размахивая руками. — Между нами ничего нет. В глазах напротив появляется хитринка. — Совсем ничего? Визажист поднимает голову. — Совсем. Ян хмыкает. Не верит. — А запах тогда откуда? На это ответить нечего. Отговорка типо он столкнулся с тем, у кого был секс, не подойдёт. Тогда бы пахло чуть-чуть, от него разит. — Ты на завтрак? Перевести тему лучшее решение. Чонин смотрит на него и принимает правила игры. На завтраке он чувствует себя крайне неуютно. Ушёл от ответа, но и запах отрицать не стал. И обманул. Опять. Машина стаффа как и машина айдола отправляются одновременно. Омега ловит взгляд Феликса, который кивает на своё авто и качает головой. Не время, да и не место. С какой стати ему ехать с ним? В качестве кого? Визажиста? Так он должен ехать со стаффом. Его парня? Они не вместе, это будет неуместно. Соответственно, делать ему там нечего. На подготовку времени уходит больше чем обычно. Сотрудники работают с особой осторожностью, боясь ненароком испортить брендовые дорогие вещи. — Хочу каждый день видеть тебя в своей постели. Джинни просыпает глиттер, который собирался нанести. Благо не альфе на одежду. — Думайте о показе, Феликс щи. Осаждает он. — О тебе нельзя? Поднимает брови Ли. — Не сейчас. Говорит, не подумав, Хёнджин и тут же жалеет о сказанном. Не сейчас? Что, чёрт возьми, он несёт? Какое не сейчас? Старший смотрит на него взглядом а-ля "Я знаю о чём ты думаешь". Кончики ушей краснеют. Боже, нет. — Как скажешь. Хмыкает в конечном итоге альфа и он краснеет ещё больше. На автомате доделав макияж, младший смывается до того, как айдол начнёт "думать о нём". На показе Феликс становится Ли Феликсом из Stray Kids. Окружен вниманием, в центре событий, в нескольких местах одновременно. Сотрудникам не разрешалось присутствовать, но дорожку на экранах в зале ожидания освещали. Гостей не было видно, но край светлой макушки угадывался без труда. — Кофе? Садится рядом с ним Чонин. — Спасибо. Берёт протянутый стаканчик Хван. Сидеть им здесь долго. Показы обычно часа на 3. Потом перерыв и афтепати. Тогда то они и понадобятся. А сейчас свободное время. Ну как, относительно. Омега смотрит показ. Новая зимняя линия одежды. После часа модели становятся однообразными, а одежда до жути монотонной. Как показ может быть таким нудным? Засыпая, Джинни пялится на экран. Глаза закрываются, но закрыться им не даёт громкое "Ох". Визажист хмурится. В чём дело? А потом видит, как собиравшийся выйти Ли запинается о коробку и летит на дорожку. Головой! Чёрт, нет. Он ахает, прикрывая рот. Сонливость отходит на второй план. «Хоть бы не пострадал» Модель, проходившая по дорожке, испуганно взвизгивает и, оступаясь, отпрыгивает в сторону. Гости и организаторы бросились к альфе, что лежал без движения. Первым порывом было растолкать охрану и залететь на показ, чтобы узнать что с ним. — Он....живой? После затянувшегося молчания робко спросила какая-то девушка. И всех будто разом отпустило. Немного. К публике присоединяются врачи. Проходит минута и Феликс медленно поднимается. Точнее, его поднимают. Медицинский персонал выводят его из зала. К ним. — Феликс щи! Феликс щи! Вам плохо? Феликс щи! Вы можете стоять? Как рой пчёл набросились на него сотрудники стаффа. В этот момент, он, наверно, готов был проклясть их всех. Последнее что ему сейчас нужно – мельтешение вокруг. Поэтому Хёнджин не подходит. И не даёт Чонину это сделать. Друг смотрит на него с вопросом, но потом понимает. Альфа пробует пройтись без врачей, но когда проходит мимо них, заваливается на него. Придержав, Хван ловит его взгляд. Он замечает на виске синяк с небольшой царапиной. Ему, похоже, сильно досталось. — Давайте помогу вам. Бросается к ним Лу Чонхва. — Нет, — взгляд на него, — мне поможет Хёнджин. Младший сглатывает и заторможенно кивает. А потом перекидывает руку айдола через себя. Они уходят в полнейшей тишине. Провожаемые взглядами людей, которые не понимают, что происходит. Боже, как это выглядит со стороны? Омега ведёт Ли к лифту и, нажимая последний этаж, выдыхает. Есть время передохнуть. — Как вы? Вспомнив о травме, спрашивает он и тут же вздрагивает, когда старший прижимает его к стене. — Ты интересуешься как мой визажист или.... — пауза, — как мой парень? Джинни моргает, явно сбитый с толку. Как...парень?! — Я не ваш парень. Ли приближается. — Разве? «А действительно, кто мы друг другу?»