Он рядом

𓂃˖𓂃˖𓂃˖𓂃˖𓂃˖𓂃˖𓂃˖𓂃˖𓂃˖𓂃˖𓂃˖𓂃˖𓂃˖𓂃˖ Ночь. Тихая, как всегда. В час ночи город казался чужим — будто замер, спрятался, превратился в пустой, затаившийся организм, готовый вот-вот выпустить яд. Хосок включил свет в прихожей и обернулся. В квартире было спокойно, привычно. Всё лежало на своих местах. Аромапалочка тлела в уголке, на плите остывала лапша. Казалось бы — нормальный вечер. Но в воздухе что-то было не так. Будто кто-то оставил открытым окно, через которое проникло нечто невидимое, липкое, скользкое. Он чувствовал: его кто-то видит. Кто-то рядом. Он начал замечать странности на третий день после той пощёчины. Ключи, которые он точно клал на стол, оказывались на подоконнике. Футболка, которую он не надевал уже неделю, пахла чужим. Его ежедневник — открытым на другой дате. А однажды утром, выходя на балкон, он заметил, что на стекле снаружи кто-то оставил отпечаток руки. Большой. Мужской. И тогда Хосок начал ставить ловушки. Незаметные. По всей квартире. Волос между створками окна. Листок бумаги в дверном косяке. Подложенная спичка под крышку бака в туалете. Через два дня две из пяти ловушек были нарушены. — Юнги, — голос Хосока дрожал, хотя он старался держаться. — Мне кажется… за мной кто-то следит. — Кто? — Помнишь того парня из кафе? Он приходил пару раз… Чонгук. Он странный. Я думаю, он… не знаю, он что-то со мной делает. Он повсюду. Даже когда я его не вижу — я его чувствую. Он, кажется, был у меня дома. Юнги на том конце провода молчал. Потом выдохнул. — Хосок, — он звучал уставшим, как будто Хосок заговорил о призраках, — ты в стрессе. Тебе надо отдохнуть. Я видел того альфу. Он просто какой-то фрик. Таких много. Они повоняют немного и уходят. Ты преувеличиваешь. — Нет, Юнги. Он был у меня дома. Отпечатки. Волосы. Мой календарь сдвинут. Мои футболки пахнут им! — Это бред. Ты уверен, что сам не… — Я не сумасшедший! Хосок повысил голос. В трубке наступила тишина. — Прости, — сказал он тише. — Просто… я боюсь. — Я приду к тебе, — пообещал Юнги, — но не сегодня. У меня ночной на студии. Завтра утром. Ок? Хосок опустился на пол, глядя на входную дверь. Замок был проверен трижды. Цепочка — дважды. Всё должно быть под контролем. Но в груди снова что-то шевельнулось. Холодный страх. Настоящий. — Ладно… Удачи тебе. А тем временем Чонгук смотрел на него через экран. У него был доступ к вебке Хосока. Он взломал её ночью, когда влез в квартиру. Установил новую. Миниатюрную. Незаметную. Теперь он видел его. Всегда. Он наблюдал за тем, как омега говорит по телефону, как ходит по комнате, как ест лапшу с креветками. Как трет виски, нервно проверяет двери и включает по третьему кругу одну и ту же песню. — Такой красивый, даже когда боится, — прошептал Чонгук, улыбаясь. — Такой чистый. Он подошёл к стене, где висела карта города. На ней были отметки — где Хосок работает, где гуляет, где встречается с Юнги. Он знал, в какой аптеке тот покупает витамины. Он знал, где у него родинка на бедре. Он знал, какой шампунь у него заканчивается — и уже купил новый, чтобы подложить вместо. Он знал всё. «Хосок, ты ещё не понял? Мы уже вместе. Просто ты — не заметил». Ночь была тягучей. ⋆𓂅 𝜗𝜚⋆𓂅⋆𓂅 𝜗𝜚⋆𓂅⋆𓂅 𝜗𝜚⋆𓂅⋆𓂅 𝜗𝜚⋆𓂅⋆𓈒 ♪ В три часа Хосок проснулся от странного звука. Вроде бы царапанья. Или хлопка. Он затаил дыхание, сидя на кровати. Комната была тёмной, но он не посмел включить свет. Дотянулся до телефона. 03:04. Он подошёл к двери и приложил ухо. Тишина. Почти. И тут… снова. Щелчок. Будто ноготь провёл по дереву. Или… коготь? Он резко распахнул дверь. Никого. Но на полу — письмо. Белый конверт. Без марки, без имени. Он поднял его. Внутри был листок. Всего одно предложение. «Я ближе, чем ты думаешь». ⋆𓂅 𝜗𝜚⋆𓂅⋆𓂅 𝜗𝜚⋆𓂅⋆𓂅 𝜗𝜚⋆𓂅⋆𓂅 𝜗𝜚⋆𓂅⋆𓈒 ♪ На следующее утро, когда Юнги всё-таки пришёл, он нашёл Хосока в кухне. Тот не спал. Глаза были покрасневшими. Письмо он спрятал — не хотел снова слышать, что «всё это бред». — Ты выглядишь плохо, — сказал Юнги, подходя ближе. — Ты пил? — Нет. Не мог заснуть. — Ты сам себя накручиваешь. Всё это паранойя, Хосок. Я проверил замки. Тут никто не пробирался. — Конечно… — хрипло выдохнул Хосок, — ты же всё знаешь лучше всех. Он отвернулся. Он чувствовал: Юнги не верит. И значит — он остался один. ⋆𓂅 𝜗𝜚⋆𓂅⋆𓂅 𝜗𝜚⋆𓂅⋆𓂅 𝜗𝜚⋆𓂅⋆𓂅 𝜗𝜚⋆𓂅⋆𓈒 ♪ А на крыше соседнего здания кто-то лежал с камерой, направленной прямо в окно кухни. Он щёлкнул затвором. Снова и снова. «Ты мой. И никто не спасёт тебя, Хосок». 𓂃˖𓂃˖𓂃˖𓂃˖𓂃˖𓂃˖𓂃˖𓂃˖𓂃˖𓂃˖𓂃˖𓂃˖𓂃˖𓂃˖