...

Весна приближалась неумолимо, снег на улице таял с невероятной скоростью, оставляя после себя только сырость, слякоть и маленькие речушки на асфальте. Ка Ён возвращалась со школы, было примерно три часа дня. Она могла бы погулять немного, но все её немногочисленные друзья разошлись, так что дом остался единственным вариантом. Наконец дойдя до своего места жительства, девочка минула дворик и зашла в само здание. После типичной рутины, она решила позволить себе немного полазить в телефоне перед тем, как садиться за уроки. Внимание девочки привлекли несколько пропущенных звонков с неизвестного номера, звонили ей часа два назад. Она решила не перезванивать. Однако, ещё раз посмотрев на номер, она поняла: номер корейский. Это может быть её отец. Когда она в последний раз слышала его голос? Год назад? Два? Три? Помнится, тогда он обещал приехать к ней, в США, но, по какой-то причине, так и не приехал. Даже не объяснил почему. На самом деле Ка Ён очень скучала по нему. Может, он и не был лучшим отцом, но он любил её как мог, и она это знала. Знала, и тоже любила. Поэтому возможность поговорить с отцом пробудила в груди девочки волнение, в перемешку с предвкушением. Ей хотелось тут же позвонить, но в голову прилетело осознание: разница в часовых поясах огромна. Сейчас в Корее, должно быть, глубокая ночь, так что Сон приняла решение перезвонить позже. А пока, стоило бы отвлечься, поэтому она села за уроки, справедливо полагая, что вряд-ли сможет отвлечься с помощью того же телефона, который сейчас лучше держать подальше.

***

Несколько часов и вправду пролетели незаметно, стоило Ка Ён начать делать домашку и выполнять поручения, данные её мамой. Решив, что 8 утра — прекрасное время, чтобы проснуться, она всё же набрала номер и сделала вызов. Гудки тянулись, казалось, бесконечно, но когда Сон услышала знакомое «ало» — она была готова подпрыгнуть от радости. Диалог с папой проходил неплохо, хотя он, судя по всему, был ещё немного сонный — это отчётливо слышалось в его голосе. Несмотря на это, поболтали они отлично, а под конец отец даже обрадовал её новостью: он собирается лететь в Америку. И хоть Ка Ён и понимала, что три года назад происходило то же самое, в глубине души будто чей-то голос шептал ей: «в этот раз будет по-другому». И она ему верила. После того, как Ки Хун рассказал ей про свою основную цель звонков (хотя разговор с ней тоже был, несомненно, важен для него), он наспех попрощался, отзываясь при этом кому-то по ту сторону. В голове девочки мелькнула мысль: неужели отец нашел себе девушку? В его-то возрасте? Но, немного поразмыслив, Ка Ён поняла, что, может, оно и к лучшему. Теперь папа был не один, и это не могло не радовать. Отец не говорил прямо, прилетит он один или нет, но мелкие фразы по типу «Мы уже купили билеты» сказали всё за него. Сон оставалось только ждать, когда папа познакомит её со своей избранницей. Полет состоится через неделю, так что сейчас девочке не оставалось ничего, кроме как томиться в ожидании. Ах да, стоит рассказать маме и отчиму.

***

Ка Ён ожидала, что мать и отчим в восторге от новости о скором прибытии Сон Ки Хуна не будут, но всё же к лицу матери, выражавшей небольшое раздражение, которое та пыталась прикрыть чем-то вроде смеси безразличия и чего-то ещё, и к лицу отчима, на котором раздражение читалось более явно, вперемешку с отвращением, готова не была. Однако, её мама всё же вздохнула и, потерев переносицу, сказала, что не против встречи Ка Ён с её отцом, чем не могла не обрадовать дочь. Её муж попытался что-то возразить, но после многозначительного взгляда жены и некоторых раздумий всё же согласился. Ка Ён готова была визжать от радости, но лишь улыбнулась, поблагодарила и убежала в комнату. С самым сложным покончено, осталась лишь неделя ожидания.

***

Неделя тянулась мучительно долго, но вот она, сидит на кухне и ждёт, когда её отец за ней заедет. Раздался звонок в дверь, и девочка пулей метнулась туда, тут же открывая несчастную дверь. Увидев отца, она сразу повисла на нем, не ожидая такой реакции от самой себя. Должно быть, действительно соскучилась. Вслед за ней на крыльцо вышла её мама, строго наказав привести Ка Ён к определенному сроку и не минутой позже. Ки Хун, не споря, согласился, после чего они с дочерью вместе отправились на выход со двора, к машине, которую Сон арендовал на время своего прибытия в Америке. Уже в машине, пристегивая ремень, отец сказал ей, что им нужно будет вернуться к его отелю, чтобы «забрать кое-кого», а так же уточнив, не будет ли она против, если этот загадочный «кто-то» присоединится. Немного поразмыслив, пристегивая при этом ремень, Ка Ён пришла к выводу, что будет не против, если к ним присоединятся. К тому же, ей было жутко интересно, что за девушку выбрал себе её отец. Бросив что-то вроде «это замечательно», Ки Хун завел машину, и они поехали к отелю.

***

Честно говоря, Ка Ён ожидала чего угодно, но не того, что в машину к ним зайдет не девушка или женщина, а мужчина, причём не просто зайдет, а сразу чмокнет её отца, под недовольное бормотание второго о том, что, вообще-то «ребенок смотрит». Зашедший мужчина на это только усмехнулся, переведя внимание на пассажира на заднем сидении. Хван Ин Хо — так он представился. «Ки Хун много рассказывал о тебе» — вот что он сказал после этого. Честно говоря, Ка Ён была всё ещё в небольшом шоке, так что бросила только тихое «здравствуйте». Заметив это, её отец кинул что-то вроде «смутил её», после чего машина двинулась, и они поехали в следующий пункт их назначения.

***

Оказалось, Ин Хо был довольно приятным человеком. Свободно говорил на английском и корейском (но они всё же сошлись на том, что разговаривать будут на корейском, так как на английском Ки Хун ничерта не понимал), шутил и смеялся с собственных шуток, а так же старался делать всё, чтобы не смущать девочку и не сильно портить моменты отца и дочери. Когда же Ки Хун отошёл, Ка Ён и Ин Хо разговорились. — Честно говоря, ещё неделю назад я поняла, что у папы кто-то есть, но я никак не ожидала, что, ну… — язык девочки, почему-то, отказывался завершать фразу, но её собеседник, кажется, понял всё, что она пыталась сказать. — Я понимаю. По правде говоря, твой отец сильно изменился, — сказав это, мужчина устремил свой взгляд на ларек с мороженным, стоящий неподалеку, за которым недавно скрылся объект их обсуждений. Оба понимали, что он сбежал покурить. — Я заметила, — и это была правда. Всё в её отце изменилось, начиная с лица и прически, и заканчивая характером. Теперь её папа даже улыбался редко, хотя до этого его можно было назвать человеком с самым счастливым лицом на свете, ни смотря ни на что. — У него были свои на то причины, поверь. Может быть, он расскажет тебе когда-нибудь, но точно не сейчас, — проговорил Ин Хо, после чего погрузился в свои мысли. Было ясно, что продолжать этот диалог никто не собирается. — Вы тут не заскучали? — раздался голос, неподалеку от них — Тут есть ларек с мороженым, возьмём по рожку? Мужчина с девочкой переглянулись. От Ки Хуна пахло сигаретным дымом, но никто это не прокомментировал. Вместо этого оба кивнули, после чего троица направилась к ларьку.

***

Машина Ки Хуна подъехала к зелёному забору. Перед тем как выйти, Ка Ён попрощалась с отцом, попытавшись обнять его через сидение, и, бросив Ин Хо «до свидания» напоследок, выскочила из машины. Долго прощаться не было смысла, так как они решили, что обязательно будут видеться ещё в течение прибывания мужчин в Америке. Закрыв калитку, Ка Ён вприпрыжку прошла через дворик. Дойдя до двери своего дома, девочка ловит себя на мысли, что сейчас она — самая счастливая на свете.