Глава VI. В ночи

      Вэнь Кэсин спешно следовал за идущим впереди Е Байи, и не успевал, потому что эта старая черепаха была очень быстрая для своих преклонных лет.       Братья Чжоу должны были вернуться обратно к своему наставнику, но Хуайчжан попросил бессмертного мастера сопроводить их на торжество, так как должен был по дороге зайти к Чжао Цзину по каким-то делам.       Не обрадованный новостью о том, что ему придётся сопровождать ещё и братьев Чжоу, Е Байи очень долго ворчал, но всё равно взялся за это. Кэсин не верил, что в этой жизни Чжао Цзин хоть как-то поменялся, поэтому решил, что на свадьбе господина Чжан не будет с ним пересекаться, а Жун Сюаня даже близко к нему не подпустит.       Эта мысль его успокаивала. Может быть, в этот раз Жун Сюань всё таки останется жив?       Мальчик капризно напросился к Сюаню на руки, потому что устал догонять Е Байи, и с довольным лицом устроился на них.       — Ты так его разбалуешь, — хмыкнул упомянутый Е Байи. — Пусть сам идёт, он же не принцесса, которую надо беречь как зеницу ока.       Сюань усмехнулся, но младшего ученика всё таки на землю не отпустил, лишь услышал, как наставник цокнул языком.       Кэсин ухватился за прядку волос своего шисюна и отвернулся от Е Байи. Взгляд его уцепился за нефритовую шпильку, аккуратно вплетённую в волосы Сюаня. Кажется, такую же он видел у Бэйюаня. Мальчик немного повернул голову и взглянул на причёску старшего из братьев Чжоу, с удивлением не найдя шпильки. Сердце его пропустило удар. Неужели, ему показалось, что у Бэйюаня была такая же? Не может быть...на душе стало от чего-то невозможно тоскливо, будто это украло её какую-то часть. Мальчик с лёгкостью перебрался на руки старшего из Чжоу, который едва не выронил его от неожиданности, а затем нежно приобнял, придерживая. Так стало спокойнее, что невольно он даже уснул.       Ему снился бескрайний простор сливового сада у дома 4-х сезонов из прошлой жизни.       Нежный ветер приносил запах сливовых цветов, а тепло солнца согревало его. Он был уже взрослый. В тени деревьев сидел юноша. Его тонкий силуэт был очень красив. Он выглядел чуть старше самого Вэнь Кэсина. Издали было не видно, кто это был, лишь на белых волосах играли блики солнечного света.       Подойдя поближе, Кэсин всё таки узнал в нём Бэйюаня. Старший из братьев Чжоу осторожно пил чай, наслаждаясь его ароматом. Кэсин опустился рядом с ним, улыбаясь, а затем потянулся за второй пиалой чая, с удивлением заметив на своём безымянном пальце тонкое нефритовое кольцо.       Его блеск чуть ослепил, и мальчик проснулся.       Его окружала комната какого-то постоялого двора. Кэсин был заботливо кем-то укрыт и не чувствовал холода.       На столике у кровати стоял кувшин с питьевой водой. Мальчик медленно сел и налил себе немного воды, отпивая.       Какой странный сон. Что в нём вообще делал Бэйюань? В прошлой жизни на его месте в этом же саду сидел его Цзышу и Чэнлин, и пили они далеко не чай.       На улице уже было темно. Вероятно, наступила ночь, но уснувший невовремя Кэсин спать уже не хотел, но и выходить ему было нельзя из-за возраста, поэтому мальчик сел на окно и глубоко задумался всё о том же сне.       В этой жизни он почему-то не чувствовал какой-то теплоты рядом с Сюем. Ему было рядом с ним спокойно, это безусловно, но не тепло. И это его пугало. Разве с тем, кто предначертан судьбой, должно быть холодно? Сюй для него сейчас был как будто чужим.      Вероятно, дело в том, что в этой жизни они не так чтобы знакомы близко, и не проводят много времени рядом.       От мыслей его отвлек пролетевший мимо окна дротик. Он не попал в него, и явно в него не целился, но послышались крики.       Будь Кэсин взрослым, он бы тот час выпрыгнул в окно и вмешался в события там, но сейчас он был всего лишь маленький ребёнком, поэтому, незаметно шмыгнув в кусты под покровом ночи, мальчик спрятался, чтобы понаблюдать.       В темноте сверкнул летящий в сторону странных людей в чёрном белоснежный веер, кончики его тотчас обагрились. Веер угодил в шеи нападавших, оставив после себя тонкую полоску раны, и люди попадали на землю. Неподалёку от места, где спрятался Кэсин, стоял Бэйюань. Его светлые одежды были покрыты тёмными пятнами крови. Рядом с ним, спина к спине, держа в руках меч, стоял Жун Сюань. С меча капала кровь, а красноречиво лежащие трупы ясно давали понять, что Сюань здесь не красуется.       Веер сверкнул при свете луны ещё раз, но в этот раз послышался хруст ломающищся костей. Так повторилось несколько раз.       Жун Сюань взлетел в воздух и приземлился недалеко от сжавшихся к кучку последних нападавших. Они хотели сбежать, но не успели. Меч попал по ним раньше, а кровь несчастных прыснула на лицо старшего ученика Е Байи. Упомянутый Е Байи как раз спешил к ним с другой стороны. Его меч тоже был испачкан, как и белые одежды.       — Мастер Е, — смахнул с лица Бэйюань кровь, — кто они и что искали? Почему напали? — он сложил веер и оперся о плечо Жун Сюаня, который, убрав меч, ухватил его за талию.       От этого движения Вэнь Кэсин почувствовал горечь на языке, но в кустах всё таки не шевельнулся, продолжая слушать.       — Это были наёмники Ядовитых скорпионов. Они искали кусочек меча Умин.       Мальчик чуть не упал от этих слов. Меч Умин...тот легендарный безымянный меч мастера Чанцина...неужели, в этой жизни он разломан на кусочки? Но почему? Кэсин заставил себя остаться и дослушать.       Жун Сюань склонил голову и спросил:       — Что не так с этим мечом?       Е Байи замялся, но отвечать не стал, лишь сказал, что скажет потом, а затем развернулся и ушёл.       Кэсину пришлось как можно скорее покинуть своё убежище и вернуться в комнату. Никто не должен знать, что он был здесь.