Вернутся к фанфику
Мизансцена 2 «Пусто»
24 сентября 2026, 20:02 Господи, спасибо!
Какое счастье, когда дома никого нет и меня встречает мягкая тишина и аромат мебели, даже холодильник спокойно и глухо гудел из глубины. Накрыло облегчение. Если бы сейчас меня застали в помятой блузке, на которой оторвана пуговица и нитка торчит как улика, с осыпавшейся тушью я бы просто вышла обратно на лестничную клетку и жила там. По моему виду очень понятно, что сегодня ночью я кувыркалась в постели и явно не от кошмара. От меня пахнет сексом!
Скинув туфли, медленно прошла на кухню. Голова гудела так, будто внутри черепа кто-то репетировал ударную партию. Бросившись к столешнице, на которой стоял графин с водой подсвеченный лучами солнца, я жадно осушила сосуд прям с горла. Прохладная вода стекала по горлу, возвращая способность думать.
Напилась. Напилась до беспамятства.
Схватив с кресла домашнюю футболку, отправилась в ванную «смывать преступление». Горячая вода ударила по плечам, и я медленно сползла ладонями по лицу, стараясь прийти в себя. В водосток утекало похмелье, стойкий аромат чужого парфюма, лак для волос, косметика и пот — улики моего легкого поведения.
Развеешься… отдохнешь… отвлечешься… Спасибо, друзья, я теперь ни о чем не могу думать кроме как…
Вот мои пальцы дёргают край футболки и стягивают её со стройного, подтянутого тела, ногти впиваются в плечи. Смеюсь когда жар чужого дыхания щекочет мою кожу на шее, которая пылает от поцелуев. Воспоминания возвращались как плохо склеенные кадры фильма. Уткнулась лбом в прохладную плитку.
— Господи… — простонала шепотом. — Не думай об этом…
Под потоком воды лучше понимала свои чувства. У меня не было сожалений и если абстрагироваться от похмелья, то я прекрасно себя чувствовала и кажется, что мне понравилось произошедшее. Какое-то странное удовлетворение легкими волнами прокатывалось под кожей.
После душа поела и забралась в кровать, почти моментально провалилась в сон. Проснулась только под вечер от вибрации телефона под подушкой. Несколько секунд тупо смотрела в потолок, пытаясь понять, какой сейчас вообще день и почему тело ощущается так, будто меня переехал грузовик.
На экране висело десятки уведомлении и семь сообщений от Али.
«ЖИВА????»
«Лида»
«Мне стало так плохо, я уехала раньше»
«Ты вообще куда пропала?!»
«Я надеюсь ты не в канаве»
« Ты ночевала там или вернулась домой?!»
И последнее сообщение пришло час назад. Нахмурилась от непонимания кто это. Ни у кого из моих знакомых не было такого ника. Сердце почему-то сразу ёкнуло и я открыла чат. Прогрузилась фотография и моя челюсть отвисла до самого пола. Глаза полезли на лоб. На фотографии, небрежно брошенные на темное кресло, лежали моё кружевное белое нижнее белье и тонкий серебряный браслет. Сообщение ниже: «Кажется, ты сбежала слишком быстро.».
Черт! Я прочитала это… Зачем, зачем открыла диалог?! Надо что-то ответить.
Но пока я судорожно ходила из стороны в сторону, придумывая ответ, он снова написал.
«Приедешь забрать? Или может оставить новое…»
Моё сердце совершило кульбит и теперь резво отбивает чечетку по ребрам. Ему понравилось и он хочет повторить или пытается как-то сгладить произошедшее? Как я вообще могу думать о встрече с ним когда недавно рассталась с парнем? И почему, черт возьми, хочу вызвать такси?!
Еще секунд двадцать смотрела в экран, пальцы зависли над клавиатурой, но когда всё-таки большой палец нажал на отправку, телефон захотелось выкинуть в окно. «Оставь себе.»
Отвратительно, Лидия, просто ужас! Что это? флирт, агрессия, попытка пошутить?
Теперь выглядит так, будто я смертельно обиделась на существование собственных трусов. Нервно заходила по комнате, поглядывая в сторону кровати, где экраном вниз лежал телефон. Ну конечно, именно сейчас я решила стать посмешищем пред своим эго. Кто ты такая, черт возьми? Глупая восьмиклассница? Нет, давайте продолжим изображать загадочную роковую женщину. Экран снова загорелся.
«Прости. Только сейчас понял, что сообщение могло прозвучать грубо или как насмешка. Не хотел тебя задеть.»
Супер! Теперь чувствую себя хуже, потому что он спокойно и нормально, как джентльмен извинился за свой намёк, который с самого начала не был чем-то пошлым и оскорбительным. Закусила губу и быстро напечатала: «Нет-нет, всё в порядке. Это я пыталась шутить. Получилось так себе.» Сообщение прочитали почти сразу.
«Я улыбнулся, значит не так уж плохо.»
Моё сердце предательски дрогнуло. Нет. Не надо. Тяжело опустилась на край кровати и провела ладонью по волосам. Встречаться с ним почему-то было неловко, поэтому соврала, что приехать не смогу. Марк предложил передать вещи курьером, но я не ответила на сообщение.
Он узнает адрес, передаст вещи и всё закончится. Предложить ему встретиться, смотреть в глаза и еще разговаривать… ну уж нет, лучше навсегда уеду из страны и сменю имя. Просто буду игнорировать пока не придумаю что-нибудь.
***
Прошла целая неделя, а на иконке до сих пор висит несколько сообщений. Я ничего не придумала и случилось худшее — вещи мне передала Аля, которые ей передал тот самый знакомый, пригласивший на домашнюю вечеринку лучшего друга Марка. Для меня это был полный провал. Я, которая обычно могла очаровать всех и вся, теперь пряталась от одного актёра как преступница федерального масштаба. То, как я поступила с молодым человеком просто отвратительно, но растерялась. Это неадекватно. Нормальный человек давно бы ответил, хотя бы из вежливости. Но мне казалось, что я со всем справлюсь и мир не рухнет, но увы…моя вселенная схлопнулась. Меня выбило расставание с парнем, который ради приличия не мог немного погрустить или попытаться извиниться, а сразу же дал понять, что теперь с другой и отлично себя чувствует. Козёл! Зато стоит отдать должное его новой подружке, она несколько раз пыталась поговорить со мной. В консерватории начались занятия и репетиции, но я еще там не появлялась. Жизнь шла в своем ритме, но внутри меня была какая-то пустота и мне ничего не хотелось. Нет, больше всего я хотела встретиться с Марком и попытаться исправить глупость, которую я допустила между нами. Когда всё пошло не так? Согласиться на тот самый велком-концерт оказалось проще, чем снова выйти в консерваторию. Наверное потому, что перед чужими людьми не нужно было делать вид, будто всё в порядке, а самое главное — я могла вылить всё на струнный инструмент и переступить все печали. Возродиться. Мероприятие проходило в новом отеле на Петроградке. Просторный зал утопал в тёплом свете. Официанты двигались между гостями с подносами шампанского, где-то негромко смеялись женщины в вечерних платьях, щёлкали камеры, а за огромными окнами медленно темнел золотой порой Петербург. Я сидела на небольшом подиуме у панорамного окна, прижимая виолончель. Черное платье мягко струилось по ногам, волосы были собраны наверх, а лицо выглядело слишком спокойным для человека, который разыгрывает драму по любому «неправильному» поводу. Смычок плавно скользнул по струнам и мелодия растекалась по залу мягко и густо, будто тёплый мёд. Иногда кто-то оборачивался в мою сторону, кто-то задерживал взгляд чуть дольше обычного. Как же это было приятно — внимание, восхищение, интерес. После выступления ко мне подходили какие-то люди: благодарили, делали комплименты, спрашивали про обучение, про инструмент, про выступления. Улыбалась автоматически, кивала, отвечала что-то вежливое и правильное. Через час я уже сидела в баре в ресторане отеля распивая четвертый бокал виски. Без платья, идеальной осанки и светской улыбки. Только я, высокий бокал и джаз, лениво растекающийся по полутёмному залу. Бармен поставил передо мной стакан воды. — Вам лучше помедленнее. — Поздно, — честно ответила я. Телефон снова оказался в руках быстрее, чем включился мозг. Вызвала такси. Господи, только не открывай мне. Не открывай двери. — Привет? — неловко спросил меня парень. Я резко выпрямилась. — Марк дома? — спросила. Парень пропустил меня внутрь, кивнул в сторону спальни. Еле передвигая ноги, подошла к двери и глубоко вздохнув, постучала. Дверь плавно раскрылась. Мне было жарко, щеки пылали, сердце бешено колотилось. На меня удивлено смотрела пара зеленых глаз. Он был в домашней футболке, с растрёпанными волосами и пахнущий чем-то свежим и пряно-сладким. Такой живой и настоящий. И я бессовестно пыталась превратить его в случайную ошибку. — Привет, — Его голос был хриплым, спокойным и таким знакомым, будто мы разговаривали вчера. — …Это плохая идея, — сказала я вместо приветствия. Раздался тихий смешок и на красивом лице застыла легкая ухмылка. Мир почему-то сразу стал очень тихим. — Лидия, ты даже не представляешь, насколько я сейчас заинтригован. Подалась вперед и сократила расстояние между нами. Он чуть склонил голову набок, разглядывая меня с этим невозможным спокойствием и любопытством. Я смотрела на него как зачарованная и выпитые бокалы виски дали сигнал моему телу — прижаться и поцеловать тепло и медленно, запуская пальцы в волосы. Его ладонь осторожно легла мне на талию. Моя сущность пыталась снять вину и стыд, а прежде всего ответить на его одурманивающую привлекательность, чудесный аромат и чего-то невозможно уютного, принадлежащего только ему. Боже, у него такие мягкие волосы. А может, виноват был виски, который до сих пор шумел в крови вместе с остатками смелости. Я резко отстранилась так, будто только что пришла в себя. Несколько раз моргнула и уставилась куда-то ему в плечо. — Черт, вообще не это хотела… нет, это тоже, но отвлеклась… я хотела…- быстро и нечетко проговорила я. — Что? — тихо смеётся. — Я пришла извиниться и сказать, что не специально игнорировала тебя, — затараторила. — То есть специально, но не потому что ты мне не понравился или я сожалела о произошедшем. Наоборот! Хотя откровенно говоря я ничего не помню и наверное, всё было ошибкой. Блин, в этом и проблема. У меня в последнее время личные трудности…я рассталась с парнем, но как рассталась, он мне изменил с нашей общей знакомой и я так сильно разозлилась, потом расстроилась и потом проснулась с тобой и так растерялась, что посчитала лучшим способом решить ситуацию — исчезнуть как эмоционально нестабильная героиня мелодрамы, — как на духу выпалила я и продолжила, — Мне было так стыдно и плохо, что утром сбежала, потом ответила какую-то глупость и даже не поблагодарила тебя за вещи, я никогда так не поступаю с людьми и мне очень неловко за это. И сейчас пока ехала в такси, очень переживала, потому что нормальные люди так не делают и вообще мы плохо знаем друг друга, но я не могла по-другому. Только вот так, потому что это виски дал мне храбрость что-то сделать и короче… я приехала извиниться. А поцелуй… — запнулась и обречённо прикрыла глаза ладонью. — Пусть будет как часть извинений. Прости меня, — я нервно выдохнула и наконец подняла взгляд. Я творю сплошные глупости. Столько ему наговорила и теперь он посчитает меня конченной идиоткой. Повисла короткая тишина. — Очень честно и последовательно, — он снова тихо рассмеялся. — Интересный у тебя способ просить прощения, — сказал он. — Я творческий человек. — Это многое объясняет. И почему-то именно после этих слов мне впервые за последние недели стало легко. — Я понимаю, что наговорила разного, но не мог бы ты не смеяться надо мной, чтобы я окончательно не потеряла остатки достоинства. — Нет, нет, всё в порядке. Это было очаровательно, — звучало слишком спокойно для того хаоса, который я только что устроила. — Ты серьёзно? — выдохнула и опустила взгляд, потом снова подняла. — Обычно после такого люди… — я запнулась. — Не говорят «очаровательно». — Обычно люди не приходят с таким монологом, — спокойно ответил он. — Но это правда было очаровательно, ты очень милая. Тишина между нами не была пустой. Она была плотной, как воздух перед грозой. — Ладно, — быстро сказала я. — Спасибо, что впустил меня и выслушал, для меня это было важно. Он шагнул вперед, делая расстояние между нами опасным. Его руки мягко легли ко мне талию. — Ты… уже уходишь? — почти шепотом спросил Марк, наклоняясь. — Хотела, но сейчас…могу я снова оставить своё белье? — также нежно ответила я и поцеловала его. Марк перехватил мою инициативу и у меня сбило дыхание. Его ладони скользнули по спине вверх, прижимая меня к себе близко, что я почувствовала бешеное, рваное биение его сердца. Стянула с него футболку, повалила на кровать, забираясь на его бёдра. Моя блузка улетела в какой-то угол комнаты, джинсовая юбка смялась гармошкой на талии. Это была странная, отчаянная страсть. Мы словно пытались доказать друг другу что-то без слов. В его поцелуях, глубоких и голодных, не было той театральной лёгкости, которую он демонстрировал на публике. Он зарывался пальцами в мои волосы, путал их, выдыхал моё имя куда-то в ключицу, и от этого хриплого, сорванного звука по коже прокатывались обжигающие волны. Я впивалась ногтями в его плечи, растворяясь в его пряно-сладком аромате, и впервые за долгое время чувствовала себя простой девчонкой, которую до боли, до дрожи в коленях хотят прямо сейчас. Марк двигался во мне то нежно, то грубо, мягко сжимал грудь, а я неприлично громко стонала, выгибаясь навстречу всем непристойным действиям. Мы заснули когда небо за окном начало окрашиваться в обманчиво-спокойный синий цвет. Проснулась резко от глухой тишины. В комнате было светло — солнце слишком яркое для сентября безжалостно пробивалось в окно. Повернулась на правый бок, ожидая упереться рукой в тёплое плечо, но ладонь опустилась на холодную, разглаженную простынь. Сердце мгновенно пропустило удар. Я села, оглядывая спальню. Пусто. Никаких следов. Моя одежда лежала аккуратно сложенной на кресле. Стыд — липкий, душный и тяжёлый заполнил грудь. Господи, какая же я идиотка. «Роковая женщина», надо же. Приехала пьяная, наговорила кучу глупостей, сама напросилась в постель, а он просто…взял то, что само шло в руки, а утром ушёл по своим делам. А что я хотела? Мы же не какие-то киношные влюбленные и к тому же это Марк. У него таких как я по сто штук в каждом городе, стоящие в очереди. Одевалась в каком-то лихорадочном темпе. На кухне сидел парень, который любезно открыл мне вчера дверь. — Марк? — тихо спросила я. — Уехал в Москву. Съёмки. У него в семь утра сапсан. — Ясно. Сбежав по лестнице особняка, я вызвала такси. По приезде достала телефон и написала сообщение: «Привет. Спасибо и извини за вчерашний сумбур. Удачных съёмок в Москве». Ответ пришел через сорок минут: «Привет, Лидия. Всё в порядке, ты была прекрасна. Спасибо.». И всё. На этом всё затихло. Чат опустился вниз. Прошёл месяц. Жизнь принудительно возвращала меня на свои рельсы. Мне пришлось выйти в консерваторию, прогуливать дальше было просто нельзя. Коридоры встретили меня привычным шумом, запахом канифоли и полированного дерева. Бывшего я увидела в первый же день у расписания — стоял в обнимку со своей скрипачкой, что-то увлечённо ей рассказывая. Я просто прошла мимо, глядя сквозь них, словно они пустое место. Два года моей жизни с пианистом казались какой-то далёкой, мелкой и совершенно неважной историей. Я жила в мире, где всё вернулось на свои места. Всё было нормально и правильно. Только вот телефон стала проверять чаще, но экран блокировки был чист. блокировки, глубоко и обречённо вздыхала, возвращаясь к своей виолончели. Только виолончель понимала мою обреченность и отвечала своим струнным пением.Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!