Вернутся к фанфику
Часть 4
13 июня 2025, 16:43 — Добрый вечер, Мария. Рассказывайте, что у вас происходило за это время? — Маша только присела удобнее на кресло, когда психолог сразу же начала расспрашивать ее.
— Добрый, Алина Дмитриевна. Много чего. Не знаю даже, с чего бы начать…
— Давайте с плохого, потом закончим хорошим.
— Хорошо… Написал папа…
— Попросил денег?
— Да, маме на лекарства не хватает, но…
— Но?
— Сумма намного больше, чем обычно. Я посмотрела, сколько стоят ее препараты и созвонилась с врачом, что подтвердил данную сумму…
— Думаете, что они намеренно просят больше?
— Думаю да. Для брата…
— Думаете, он мог вернуться к этому снова?
— Я не хочу об этом думать, но и спрашивать об этом тоже. Может им для чего-то другого нужны деньги, а я только могу как-то обидеть их, если спрошу…
— Они же не знают о том, через что вам с братом пришлось пройти.
— Нет. Но, если я точно выбралась из этого, то он… Мы даже не общаемся. Я не знаю. Переживаю за него.
— И это снова сказывается на вас?
— Да. У меня повысилась тревожность и эти таблетки не помогают. У меня снова началась бессонница.
— Вы не превышали или может пропускали прием?
— Нет, все по инструкции, которую вы дали. Мари за этим строго следит, а я ей отчитываюсь.
— Тогда странно, это одни из сильных. Сколько дней длиться бессонница?
— Около недели.
— И вы до сих пор не приходили ко мне?
— Встреча назначена на сегодня, и я думала, что это временно.
— Хорошо. С этим я пропишу вам другие таблетки, но также под контролем Мари, я с ней также буду вести отдельный разговор по поводу этого, — Маша кивнула. — И вы думаете, что это все появилось из-за вашего предположения?
— Думаю да. Никита так и не отвечает на мои сообщения.
— Вы до сих пор чувствуете эту вину?
— Да. Я знаю, что виновата.
— Маша, мы много раз с вами разговаривали, что вы не виноваты в этом.
— А кто? Он сам? Или под моим влиянием или влиянием моего бывшего?
— Маша… Он сам сделал этот выбор, и будет лучше, если он также пройдет терапию, как вы.
— Но он не отвечает…
— Значит пора рассказать об этом вашим родителям.
— Мама болеет…
— Но отец нет, и он может лучше повлиять на вашего брата. И тем самым вам будет уже лучше.
— Хорошо, я еще немного подумаю об этом.
— Постарайтесь в ближайшее время. Потому что вы снова начнете себя закапывать обратно, — женщина взяла специальный листочек, на котором написала название очередного препарата. — Возьмите, и, если они вам не помогут, значит будем действовать по другому.
— Хорошо, спасибо.
— С этим понятно. А как ваши дела с внешнем миром?
— Вы про мою коммуникацию? — психолог кивнула. — Мне предложили устроиться на новую работу, также фотографом, только там будет очень много людей.
— Насколько много?
— Это модельное агентство.
— И вы согласились?
— Пока думаю, и думаю в положительную сторону. Пора начинать выходить из своей норы.
— Это тоже прогресс, Маша. Вы молодец.
— Да. И я немного разговорилась с директором этого агентства. Она меня пригласила в ресторан, на что я даже согласилась.
— Это замечательно. А о чем вы разговаривали?
— Она задавала мне вопросы, а я старалась отвечать, но не забыла про личные границы.
— Какой вопрос к этому привел?
— Про алкоголь. Она спросила почему я не пью, а я ответила, что жизненные ситуации заставляют от него отказаться.
— Вы молодец. Это тоже достаточно личное, что вы поделились с незнакомым человеком. И вообще прогресс, что вы пошли в ресторан с ней. Но я вижу, что вас что-то все равно смущает.
— Да. Она сказала, что, если ей человек симпатичен, то она хочет узнать о нем.
— Намекая на Вас?
— Да. И мне это не очень нравится. Я не готова кому-то снова раскрываться. Мне достаточно Мари.
— В любом случае, Маша, лучше продолжайте выходить из своего панциря, хотя бы понемногу. И о личном делиться только с теми людьми, которым вы можете доверять, чтобы не повторялось прошлое, от чего мы с вами ушли.
Маша кивнула. Она поблагодарила своего психолога и вышла из кабинета. Выйдя на улицу, девушка достала пачку сигарет, которая лежит у нее в сумке около месяца. В последний раз она оттуда брала вчера вечером. И вот сейчас снова берет эту отраву. Докурив, она садится на свой мотоцикл и доезжает до подруги. Она встречает ее чаем с бергамотом, даже не задавая лишних вопросов, особенно, когда Маша кладёт на стол рецепт новых таблеток, которые будет покупать ей Мари, но, конечно, за деньги блондинки. Буше обняла подругу, которая после терапии обычно выпускала свои эмоции, что не было исключением. Слезы бежали только так. А в голове Третьяковой все время всплывали одни и те же эпизоды прошлого, которого нельзя было изменить.
Три года назад Мария начала встречаться с один крутым парнем байкером, это был второй в жизни человек, которому она смогла доверять, помимо единственной в то время подруге. А через год к ней приехал ее младший брат поступать в университет. Конечно, она их познакомила. Но, ничего не предвещало беды. Сама Маша знала, что ее молодой человек иногда балуется запретными веществами, иногда и сама блондинка их пробовала, но об этом знали лишь та подруга и парень. До одного эпизода.
Брат Маши, Никита, заметил, что с его сестрой что-то не то. На алкогольное опьянение не было похоже. Он посмотрел на ее зрачки, что подвергло его в ужас.
— Маша, ты употребляешь? — прямо спросил Никита.
— Чего? Ты в своем уме? — достаточно серьезно ответила Третьякова.
— Это ты в своем? Ты зрачки свои видела?
Блондинка побежала в ванную и только сейчас это заметила. Она думала, что успеет отойти до того, как увидит брата, но увы. Девушка стала бить зеркало руками, что подвергло к его разбитию. Маша взяла пару осколков и положила их на свои колени, когда села на пол. Она достала очередной пакетик с порошком и рассыпала на этих стекло, на которых была немного ее кровь.
Никита, когда услышал звук бьющегося стекла, сразу же подбежал к ванной. На стуки сестра не реагировала, поэтому он решает сломать замок на двери. Спустя пару минут ему удаётся это сделать. Только вот картинка его никак не радует. Он видит, как его сестра снюхивает убийственное вещество со стекла.
— Больная? — он схватил ее и поднял.
— Нет, я просто устала, Ник! — она села на край ванны, и первые слезы спустились с ее глаз. — Ты даже не знаешь…
— Так расскажи, Маш! — девушка замолчала, не зная точно, стоит ли ей говорить. Но и держать в себе она больше не могла.
— Мама болеет. У нее рак. Я бросила учебу, чтобы пойти работать. Родители не в курсе, думают, что я просто совмещаю, чтобы им помочь.
— Ты серьезно? — был шокирован парень и присел рядом с сестрой.
— К сожалению… С Женей еще проблемы начинаются постоянно, я перестала вывозить весь этот груз, поэтому иногда расслабляюсь таким образом.
— Это точно не он тебя подсадил?
— Нет, — мотала головой девушка. — Нет, я сама. Не рассказывай им, пожалуйста.
— Не буду, но бросай. Это к хорошему не приведет.
— Знаю… — тихо произнесла блондинка. — Знаю…
После этого разговора прошло около месяца. Мария не совсем, но перестала употреблять запретные вещества, найдя альтернативу в простом употреблении алкоголя, не в малых количествах. Но на работе всегда появлялась в трезвом виде. Однако, после очередных тусовок, все вернулась обратно. Еще через месяц случилась вечеринка в честь дня рождения ее парня, на которую был приглашен и Никита. Ее брат был сильно пьян и, когда ему предложили попробовать это, он согласился, думая, что это будет единожды. Но как же все ошибались. Для него все началось с обычных витаминок, а вот продолжилось шприцами. Третьякова не сразу заметила это, думая, что ее брат употребляет только вместе с ней, когда они были на тусовках, что происходило не часто. Узнала она это не самым лучшим образом.
— Ты не видела Женю? — спросила блондинку у своей тогда подруги.
— Он вроде с Ником пошел наверх, посмотри там, — еле сказала пьяная девушка.
Маша поблагодарила и отправилась на второй этаж особняка. Первые две комнаты были закрыты и оттуда было четко слышно стоны и не только. А вот третья комната легко поддалась ей. Тогда она поняла, насколько сейчас они с братом зашли далеко, а точнее, что она ему позволила это. Ее парень помогал Никите ввести тяжелый наркотик.
— Баев, ты ахуел?! — подбежала Маша и ударила его по руке, от чего шприц упал на пол.
— Ебнутая? Ты че творишь? — гневно заорал Евгений.
— Я что творю? Это мой брат! Ник, вставай, мы уходим! — подошла к нему сестра.
— И что, что он твой брат? Парню сколько? 18? Он сам попросил!
— А ты добрая душа дал ему наркотик!
— Сама далеко ушла? — девушка злобно посмотрела на своего парня и дала ему пощечину.
— Да пошел ты, — она взяла под руку брата и пыталась его увести домой, но тот только брыкался и не давался его вести.
— Отъебись, Маш, я остаюсь! — выдернул наконец-то свою руку от хватки сестры.
— Нет, мы идем домой!
— И что мы там будем делать? Мне здесь хорошо, и я себя контролирую.
— Видела уже. Давно на игле?
— Нет, второй раз был бы, — врал Никита.
— Пиздец… Это я виновата, не надо было тебя вести к нам, — мотала головой девушка. — Идем домой, пожалуйста, и начнем лечение, чтобы бросить. М?
— Я не знаю… Мне так хорошо.
— Сам мне что говорил? — брат задумался. Он опустил голову на руки. — Идем, — Маша положила руку на его плечо. Никита ничего не ответил, а только кивнул, и они ушли.
В первое время было очень тяжело, особенно, когда ей пришлось еще расстаться с Женей. Но ему было на это плевать, ведь он уже давно нашел себе другую по интереснее. Ей оказалась ее уже бывшая подруга. Они стали высмеивать Машу, и не только, рассказывая о ней разные сплетни, в том числе неправдивые, от чего блондинка в принципе перестала общаться с людьми и избегать их, хоть только стала выходить из зоны комфорта для общения. Теперь она заострила внимание только на себе и брате. Ведь Никите пришлось очень непросто от ломки, нежели сестре.
Спустя время Маша записалась к одному психологу, по совету ее знакомой на уже прошлой работе, с которой девушка ушла, зная, что уже не сможет нормально работать в баре. В дальнейшем эта знакомая стала ее близкой подругой, когда после первого сеанса ей было впервые необходимо высказаться кому-то, и это была Мари. Также, ей могли прописать препараты только в том случае, если за ней будут наблюдать, зная что девушка только недавно слезла с наркотиков. Она была первая, кому Третьякова стала снова доверять. Мари всячески ее поддерживала, особенно, когда Никита решил уйти от сестры и жить отдельно. По крайней мере она была уже спокойнее, зная, что брат, как и сама Маша, не употребляет ничего уже два месяца. Даже обычные сигареты девушка старалась не курить, если только пару раз в неделю или даже две. От алкоголя она также отказалась, только уже на совсем.
Третьякова также по знакомству Мари устроилась работать фотографом в одну студию, так как подругу знала о ее таланте. Весь этот год дался девушке очень тяжело. Но там она была в своей тарелке, потому что все переписки и разговоры по поводу фотосессии велись не через нее. И сам процесс съёмок, девушка молча делала свою работу. Только, если кто-то хотел попасть лично к ней или помощника не было рядом, ей приходилось самой контактировать с людьми. И работа с психологом давала свои плоды. Но больше помогали принимаемые препараты, которые старались глушить ее тревожность. И, также по совету психолога, она согласилась принять заказ на свадьбу, где будет большое количество людей, которые обязательно будут разговаривать с ней. Если одна церемония прошла более хорошо, то другая, на которую она согласилась, заставила отойти обратно и отказываться от последующих подобных предложений. Даже на последнюю работу она согласилась через себя, только из-за денег, но была крайне удивлена, что она смогла спокойно работать, ее никто не донимал, а только иногда просили об отдельных кадрах, перед этим извиняясь за то, что они ее потревожили, когда девушка просто стояла в стороне или пила воду.
Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!