Погасший глаз бога

      Помещение провоняло кровью. Где-то слышны крики. Чувство отчаяния и тоски ощущалось в помещении: до дрожи, до приступа тошноты.       На холодном и грязном полу лежит молодой человек. Его дыхание было неровным и тяжёлым. Пол под его телом окрасился в грязно-багровый цвет.       — Это все пройдет, я вылечу тебя. Почему ты не уклонился от моей атаки? — Люмин сжала руки и склонила голову, ее тело дрожало, а из глаз текли слезы, — почему, почему почему, Аякс почему.       Аякс грустно улыбнулся, он приоткрыл рот, желая что-то сказать, но Люмин его опередила:       — Не говори, — она умоляюще смотрела в его глаза.       Тарталья поднял свою дрожащую руку и заправил выбившуюся прядь прически Люмин ей за ухо, он прошептал:       — Я бы не смог убить тебя, но и моя родина важна для меня. Царица, моя семья, мой долг и ты… Я трус, я не смог выбрать ничего.       — О чем ты говоришь?       — Царица приказала убить тебя. Я не смог этого сделать. Я бы никогда не смог причинить тебе вред. Если бы я не вызвался, выбрали бы кого-нибудь другого — он бы причинил тебе вред, — на глазах Тартальи начали появляться слезы.       — Ты напал на меня по-этому… — Люмин замотала головой отрицая всю ситуацию. Ее руки не могли найти место.       — Я бы не смог убить тебя, — голос Тартальи дрожал, он тяжело дышал, а после тяжело закашлял.       — Пожалуйста не разговаривай, тебе нужно беречь силы, я вылечу тебяя только потерпи, — Люмин плакала, она пыталась руками закрыть кровоточащую рану на теле Тартальи, — пожалуйста не умирай.       Но кровь не останавливалась: ее становилось только больше. Лицо Тартальи было ужасно бледным, как смерть.       — Люмин, моя принцесса, не плачь, — его дрожащая рука легла поверх рукам Люмин.       — Ты ещё не приговил мне борщ, ты ещё не познакомил меня с Тоней, не смей умирать.       — Ты мне важна. Очень важна. С тех самых пор в золотой палате.       Эти слова ощущались как удар в сердце. Они резали и разрывали на самые мельчайшие клочки этот несчастный орган. Здраво мыслить не получалось, Люмин хотелось повернуть время назад, до того момента когда она нанесла Тарталье смертельный удар. Ее руки дрожали, и крепко сжимали окровавленную рубашку, она истерично шептала:       — Я так много хочу тебе сказать, о том, как ты мне важен.       Тарталья больше не говорил, он закрыл глаза, его дыхание становилось становилось более редким. Люмин сжимала руку Тартальи, пытаясь согреть, но ничего не выходило. Казалось, его тело холодело с каждой секундой.       — Ты такой холодный, пожалуйста потерпи, скоро прийдёт целитель, он вылечит тебя и мы сможем найти решение, вместе.       Но эти слова он уже не услышал. Покой настиг его. Забирая в свои вечные объятья.       Люмин сидела рядом с ним в полном одиночестве, обнимая его ледяное тело которое было покрыто кровью. Глаза девушки были красные от слез, ее дыхание было сбитым и судорожным. Люмин шептала слова извинений, о любви, она шептала какую-то глупость о поиске брата и о том, что Аякс обещал ей помочь найти его, в ее голосе слушылось отчаяние. Люмин была готова молиться богам, но ее не услышали. Ее молитва была пустой и бесполезной — боги не имеют права вмешиваться в естественную природу человека.       Люмин возненавидела богов.       Тем временем гидро глаз бога погас.       Навсегда.       Без надежды засветиться вновь.