Предисловие: «Первый ход».

Неоновые огни игорного притона пульсировали в такт бешеному стуку сердца. В эпицентре этого водоворота страстей, там, где запах удачи и отчаяния смешивался с ароматом дешёвого виски и сигаретного дыма, восседал Авантюрин. Его присутствие, словно магнит, притягивало взгляды – не броская, но уверенная элегантность, играющая улыбка, скрывающая острый, как бритва, ум. Он не просто играл в покер; парень препарировал человеческую природу, выкладывая на стол не карты, а тщательно проанализированные мотивы и тайные желания своих оппонентов. В его глазах цвета фиалок, в отблесках ламп, разворачивалась сложная партия – не просто игра в карты, а многомерная шахматная доска человеческой психологии. Каждый взмах ресниц, каждая непроизвольная дрожь губ, каждая нервная судорога пальцев – всё это было для Авантюрина красноречивым языком, открывающим потаëнные уголки разума. Он видел не лица соперников, а сложную сеть нейронных связей, определяющих их следующий ход. Он предвидел их решения с той же уверенностью, с какой гроссмейстер просчитывает комбинацию на несколько ходов вперёд. Авантюрин словно держал в руках прозрачный шар, в котором видел грядущее, зная, кто блефует, кто пасует, а кто готов пойти ва-банк, повинуясь слепой страсти. Его интуиция – не мистическое прозрение, а результат кропотливого анализа, превращëнного в совершенное искусство. Парень не полагался на удачу, он её творил, виртуозно управляя человеческими слабостями и просчитанными рисками. В этом тёмном, пропитанном азартом месте, Авантюрин был не просто игроком – тот был дирижёром людских судеб, плетущим свои собственные истории побед и поражений, зная наперёд, кто сойдёт с дистанции, а кто станет жертвой его безупречной игры. Авантюрин чуть наклонил голову, словно прислушиваясь не к шëпоту карт, а к еле уловимым колебаниям в ауре своей соперницы. Напротив него, под прицелом внимательного взгляда, восседала женщина. Незнакомка. Её лицо, строгое и аристократичное, было обрамлено светлыми волосами, собранными в безупречный пучок. Никакого вызывающего макияжа, только сдержанная элегантность и пронзительный взор, будто сканирующий его на предмет малейшей слабости. Она играла сдержанно, методично, словно раскладывала по полочкам каждое своё решение. Идеальный игрок. Слишком идеальный. В Авантюрине зародилось любопытство, предвкушение новой, захватывающей игры. Эта женщина не была похожа ни на одного из тех, кто обычно утопал в этом омуте азарта. В ней чувствовалась сталь, скрытая под маской респектабельности. Он уловил едва заметный отблеск профессиональной выдержки, как если бы та привыкла наблюдать за людьми, а не быть объектом наблюдения. Что-то в её поведении выдавало тренированный ум, умеющий анализировать и строить сложные стратегии. Раздав карты, он заметил, как она едва заметно повела бровью, оценивая полученную комбинацию. Микровыражение, которое ускользнуло бы от внимания обычного игрока, но не от его. Блеф? Возможно. Но в этом случае, блеф был искусно замаскирован под безучастностью. Она сделала ставку, небольшую, словно прощупывая почву. Авантюрин ответил ей, подняв цену. Он хотел увидеть, как та отреагирует на давление, как проявится её истинная сущность. Игра продолжалась. Авантюрин намеренно делал рискованные ходы, подталкивая ту к краю, заставляя раскрывать свои карты. Он наблюдал, как меняется её лицо, как напрягаются мышцы шеи, как учащается дыхание. Малейшие детали говорили ему о том, что она тщательно сдерживает себя, но с каждой минутой контроль слабел. Парень видел, что женщина начинает сомневаться, что её безупречная стратегия рушится под натиском его хаотичной, непредсказуемой игры. В решающий момент, когда на кону стояла внушительная сумма, Авантюрин улыбнулся, медленно открывая свои карты. Она замерла, словно статуя, глядя на него в упор. В её глазах мелькнуло удивление, смешанное с разочарованием и… восхищением? Он выиграл. Снова. Но эта победа была особенной, ведь не принесла привычного удовлетворения. Наконец, женщина медленно поднялась, её движения были полны достоинства, несмотря на поражение. — Поздравляю, - произнесла она, её голос звучал низко и уверенно, — Вы действительно умеете читать людей, мистер…? Она сделала паузу, ожидая, что он назовет своё имя. Авантюрин лишь загадочно улыбнулся. — Это не имеет значения, - ответил он, — Важнее другое, Мисс… — Яшма, - отрезала она, протягивая руку, — Специальный агент ФБР, возглавляю отдел поведенческих наук. И я здесь, чтобы понять, как вы это делаете. Внутри Авантюрина, словно змея, свернулась тревога, отравляя привычный вкус триумфа. Федеральное Бюро Расследований? Отдел поведенческих наук? Эта встреча перестала быть просто игрой. Минуту назад Яшма казалась лишь интересным противником, головоломкой, которую приятно было разгадывать. Теперь она представляла собой нечто гораздо более серьёзное – силу, чья истинная мощь была скрыта за её холодным, аналитическим взглядом. Он машинально принял чужую руку, ощутив краткое, но твёрдое пожатие. В её прикосновении не было ни тени кокетства, только профессиональная хватка, говорящая о готовности к действию. В голове молниеносно пронеслись возможные сценарии. Он, конечно, не совершал ничего противозаконного. Игорный притон, хоть и выглядел мрачновато, имел все необходимые лицензии. Его выигрыши были честными, заработанными благодаря уникальному дару, а не мошенничеству. Но страх, глубоко укоренившийся в его сознании, начал пробиваться наружу. Разве эти навыки не граничат с манипуляцией? Разве способность «читать» людей не является вторжением в их личное пространство? Вдруг они считают парня угрозой? Вдруг его пришли арестовать, обвинив в чём-то, что он даже не мог представить? Он отдернул руку, стараясь скрыть внезапное замешательство. В глазах Яшмы не было ни триумфа, ни обвинения – лишь спокойное, внимательное ожидание. Парень понял, что она наблюдает за ним, анализирует его реакцию, словно препарирует живой организм. — ФБР? - произнёс Авантюрин, стараясь, чтобы его голос звучал ровно и беззаботно, — И какое преступление настолько заинтересовало ваш отдел, что вы лично решили посетить это… скромное заведение? - он попытался добавить в свой тон нотку иронии, но она прозвучала натянуто, неестественно. Яшма не дрогнула. — Ходят слухи об игроке, который видит сквозь маски, предугадывает ходы, как шахматный гроссмейстер. Мы в ФБР называем это аналитическим профайлингом, доведённым до абсурда. Нам интересно, как вы это делаете, и, что более важно, как это можно использовать. В её словах не было прямых угроз, но в них чувствовалась скрытая сила, подразумевающая, что отказ сотрудничать будет иметь последствия. Авантюрин понял, что оказался в положении игрока, у которого на руках не самые лучшие карты. И ему придётся играть свою роль, чтобы выйти из этой ситуации с наименьшими потерями. Внутренний голос вопил о необходимости бежать, исчезнуть, раствориться в толпе. Но Авантюрин прекрасно понимал: бегство лишь подтвердит худшие подозрения Яшмы. Ему нужно было выкрутиться из этой ситуации, сыграть роль законопослушного гражданина, который просто немного увлёкся азартными играми. Он глубоко вздохнул, стараясь придать своему лицу выражение искреннего сожаления. — Мисс Яшма, я польщен вашим вниманием, но, боюсь, вы переоцениваете мои способности, - произнёс он, его голос звучал теперь мягко и примирительно, — Это всего лишь игра. Интуиция, наблюдательность, немного удачи. Никакой науки, никаких секретных методов. Он сделал небольшую паузу, словно обдумывая свои слова. — И, если честно, я уже давно подумывал завязать с этим. Все эти ночные заведения, сомнительные личности… Мне это больше не интересно. Я… пожалуй, это была моя последняя игра. Я могу поклясться, что больше не появлюсь ни в одном подобном месте. Авантюрин изобразил на лице искреннее раскаяние, надеясь, что Яшма поверит в его слова. Он достал из кармана пачку хрустящих купюр, выигранных за вечер, и положил её на стол перед женщиной. — Я даже готов пожертвовать эти деньги на благотворительность. В знак доброй воли, - добавил он, надеясь, что этот жест поможет ему убедить агента ФБР в его искренности. Он смотрел на Яшму, ожидая её реакции. В чужих глазах не было ни тени доверия. Она продолжала внимательно наблюдать за ним, словно читала между строк, пытаясь разгадать его истинные мотивы. Авантюрин чувствовал себя как бабочка, приколотая к энтомологической доске, выставленная на всеобщее обозрение под пристальным, изучающим взглядом. — Так значит, вы просто отказываетесь сотрудничать? - спросила Яшма, её голос звучал ровно и бесстрастно. В тоне женщины не было удивления или раздражения, лишь констатация факта. Авантюрин судорожно сглотнул. Он понимал, что этот отказ может иметь серьёзные последствия. Но мысль о том, чтобы делиться своими способностями с ФБР, вызывать тем самым ещё больший интерес к своей персоне, пугала его гораздо больше. — Я не отказываюсь сотрудничать, Мисс Яшма, - ответил он, стараясь сохранять спокойствие, — Я просто… не думаю, что могу быть полезен вашему отделу. Я не преступник. Я просто игрок. И я больше не хочу играть. Он замолчал, ожидая её решения. В воздухе повисла тишина, наполненная напряжением и неопределëнностью. Авантюрин чувствовал, что его судьба висит на волоске, и исход этой игры зависит только от решения, которое примет эта загадочная женщина из ФБР. Яшма медленно покачала головой, словно разочарованная наивностью ребёнка. — Вы действительно думаете, что ФБР интересуют игроки? Ваши деньги не избавят вас от нашего внимания, мистер… Как вас называть? «Авантюрин» звучит скорее как сценический псевдоним, — она скрестила руки на груди, её взгляд стал ещё более пронзительным, — Нас интересует не то, что вы делаете, а как вы это делаете. Ваша способность анализировать людей и предсказывать их действия - это ценный актив, который можно использовать во благо общества. Она сделала шаг вперёд, сокращая дистанцию между ними. — Представьте, сколько преступлений можно предотвратить, если использовать ваш талант для выявления потенциальных злоумышленников. Сколько жизней можно спасти, если научиться читать мысли убийц, как вы читаете карты? - её голос звучал убедительно, в нём чувствовалась искренняя вера в свою миссию. Авантюрин чувствовал, как его решимость тает под напором чужих слов. Мысль о том, что его дар можно использовать для борьбы с преступностью, была соблазнительной. Возможность помочь людям, сделать мир лучше - это всегда привлекало его, хотя он и старался подавлять в себе эти благородные порывы. Но страх - страх потерять контроль, страх быть использованным, страх раскрыть свои самые тёмные секреты - был сильнее. — Я понимаю, что вы хотите сказать, Мисс Яшма, - ответил он, его голос звучал уже не так уверенно, как раньше, — Но я не герой. Я не хочу нести такую ответственность. Мой дар - это проклятие, а не благословение. Он отнимает у меня сон, сводит с ума. Я не хочу, чтобы это стало частью моей жизни. Он отвернулся, глядя в окно на тёмный, пульсирующий город. Огни ночного города отражались в его глазах, словно маленькие, мерцающие искры. — Я просто хочу жить спокойно, заниматься своими делами, не думать о преступниках и убийцах. Я хочу забыть об этом игорном притоне, о картах, о людях, которых я здесь встречал. Яшма молчала, давая ему возможность выговориться. Он чувствовал её взгляд на себе, чувствовал, как она взвешивает каждое его слово, пытаясь понять, что скрывается за чужой маской. — Хорошо, - наконец произнесла Яшма, нарушая тишину, — Я вас услышала. Но знайте, что мы будем за вами наблюдать. Мы не можем позволить, чтобы такой талант пропал зря. Если вы вдруг передумаете, или если мы узнаем, что вы используете свои способности в преступных целях… Мы вернёмся. Она протянула ему визитку. — Это мой личный номер. Звоните в любое время. После этого Яшма развернулась и направилась к выходу, оставив Авантюрина одного в окружении неоновых огней и тревожных мыслей. Он знал, что эта встреча изменила его жизнь навсегда. И что игра только началась.

══════════════════

В полумраке спальни, расположенной в самом сердце фешенебельного района Ричмонда, Авантюрин ворочался в шёлковых простынях, словно пленник собственных мыслей. На нём была его любимая пижама – из тонкого хлопка, с узором из переплетённых игральных костей, подарок от старого друга. Но даже комфорт любимой одежды не мог успокоить бушующий ураган в его голове. Неоновые огни города, проникающие сквозь плотные шторы, окрашивали комнату в зловещие оттенки фиолетового и алого. Каждый мерцающий блик становился отражением его беспокойства, подчёркивая тёмные круги под глазами и нервную дрожь в пальцах. Он закрыл глаза, пытаясь остановить бесконечный поток мыслей, но тщетно. Он видел перед собой Яшму, её пронзительный взгляд, её слова, полные скрытой угрозы. Парень видел лица тех, кого обыграл в казино, их отчаяние, их страх. Авантюрин снова и снова прокручивал в голове прошедший вечер, анализируя каждое своё слово, каждый жест, каждую эмоцию. Пытаясь понять, что он сделал не так, что могло вызвать подозрения у ФБР. Но то была лишь верхушка айсберга. Глубже, в самых тёмных уголках его сознания, таились кошмары, порождённые этим уникальным даром. Он видел не лица преступников, а глаза их жертв. Не их мотивы, а чужой ужас. Его дар позволял ему ощущать боль, страх, отчаяние, которые испытывали жертвы. Он видел их глазами, словно становясь частью чужой трагедии. Авантюрин чувствовал их последние мгновения, последние мысли, мольбы о помощи. И это разрывало его изнутри, день за днём, ночь за ночью. Он понял это ещё в детстве, наблюдая за мёртвыми животными, которых находил на заднем дворе дома. В их глазах мальчишка видел не смерть, а невыносимую боль, мучения, которые они перенесли. Лица же тех, кто причинил им страдания, оставались размытыми, нечëткими, словно скрытыми за пеленой. Авантюрин лишь ощущал их присутствие, их злобу, но не мог разглядеть лица. Именно тогда он понял, что его дар не просто видеть, а чувствовать боль, которую причиняют другим. Он попытался сосредоточиться на чём-то приятном, вспомнить счастливые моменты из прошлого. Но и эти мысли были отравлены его даром. Парень видел, как улыбки превращаются в гримасы, как искренность сменяется лицемерием, как за маской дружелюбия скрывается зависть и злоба. Авантюрин больше не мог доверять своим чувствам, он всё анализировал, всё просчитывал, превращая свою жизнь в бесконечную шахматную партию, где каждый ход должен быть тщательно продуман. Бессонница стала его верной спутницей. Он ворочался в постели, менял позы, пытался считать овец, но ничто не помогало. Мозг продолжал работать на пределе возможностей, перерабатывая информацию, выстраивая стратегии, предугадывая ходы, даже когда в этом не было никакой необходимости. Авантюрин открыл глаза, уставившись в темноту потолка. Ему казалось, что он слышит тихий шёпот, доносящийся из углов комнаты. Шёпот чужих мыслей, чужих желаний, чужих страхов. Он приподнялся на локтях, ощущая, как по спине пробегает холодок. Парень был один в этой просторной квартире, но ему казалось, что тот окружён невидимыми сущностями, наблюдающими за ним, оценивающими его, ждущими следующего шага. Он встал с кровати, чувствуя себя разбитым и измотанным. Подошёл к окну и посмотрел на ночной город. Ричмонд спал, погружëнный в тишину и спокойствие. Но Авантюрин знал, что это лишь иллюзия. Под покровом ночи кипела жизнь, полная страстей, тайн и преступлений. И он обладал даром видеть эту скрытую сторону реальности, даром, который одновременно восхищал и пугал его до глубины души. Даром, от которого парень теперь, возможно, уже никогда не сможет избавиться. Борясь с усталостью, словно с вязким туманом, Авантюрин побрëл на кухню. Мраморный пол холодил босые ноги, напоминая о реальности, которая настойчиво вторгалась в чужой мир сновидений. Он наполнил стакан ледяной водой и залпом выпил его, надеясь смыть остатки кошмаров и призрачные образы, преследовавшие в спальне. Но успокоение не приходило. Едва он поставил стакан в раковину, как его потянуло на балкон, словно магнитом. Там, в прохладном ночном воздухе, парень надеялся найти хоть какое-то облегчение. Выйдя на просторный балкон, увитый искусственным плющом, он достал из пачки тонкую сигарету, с золотым ободком и замысловатым гербом на каждой. Самые дорогие сигареты, которые только можно купить в Ричмонде. Каждая затяжка – мимолëтное бегство от реальности, кратковременная передышка в этой непрекращающейся ментальной гонке. Закурив, он выпустил облачко дыма, которое медленно растворилось в ночном воздухе. Под ним простирался спящий Ричмонд. Дома, словно тёмные силуэты, вырисовывались на фоне слабо освещённых улиц. Лишь редкие огоньки автомобилей проносились вдалеке, напоминая о том, что даже в этой тишине жизнь не замирает. Авантюрин сделал ещё одну затяжку, наслаждаясь горьковатым вкусом табака. Он смотрел на город, пытаясь отвлечься от навязчивых мыслей, надеясь, что дым развеет их, как туман. Парень старался представить себе жизнь обычного человека, без его дара, без этого проклятия. Жизнь, наполненную простыми радостями и печалями, без постоянного анализа, без вечного страха. Но это было невозможно. Его мозг работал иначе, он видел мир иначе, и эта особенность, которую тот так долго скрывал, теперь привлекла внимание ФБР. На дисплее телефона, лежащего на столике рядом с ним, ярко светилась цифра: 4:00. Время, когда большинство людей крепко спят, готовясь к новому дню. Время, когда для Авантюрина начинается самая тяжёлая борьба – борьба с самим собой. Внезапно, тишину ночи пронзил оглушительный крик. Женский вопль, полный ужаса и отчаяния. Он эхом разнëсся по спящему городу, проникая даже сквозь толстые стены своей квартиры. Авантюрин вздрогнул, его тело напряглось, словно натянутая струна. Дар, который парень так старался подавить, вспыхнул с новой силой. Он почувствовал чужой страх, чужую боль, чужой ужас, словно они были его собственными. Тошнота подкатила к горлу, словно ядовитая змея. Авантюрин бросился в туалет, спотыкаясь и чуть не падая. Он склонился над унитазом, тело била дрожь, а в голове пульсировала боль, словно кто-то методично вбивал гвозди в его череп. Его рвало желчью и страхом. Рвало тем, что накопилось внутри за все эти годы, тем, что отравляло существование. Он ненавидел свой дар, ненавидел то, что он позволял ему чувствовать, видеть, знать. Родители… Они называли это удачей. Божьим даром, ниспосланным ему в благодарность за их усердные молитвы. Он не держал на них зла. Они были простыми, верующими людьми, не понимающими, что это такое – жить с проклятием. Но он помнил слова сестры. Слова, пропитанные болью и ужасом, вырвавшиеся из её умирающей глотки. «Это плата… за твой дар…» - эти слова преследовали его всю жизнь, словно клеймо, выжженное на душе. Он помнил, как они кричали. Мать и старшая сестра… Умирая. Их крики, полные ужаса и отчаяния, навечно запечатлелись в памяти, превратившись в навязчивый саундтрек его жизни. И сейчас, в этой тесной, дурно пахнущей ванной комнате, его снова пронзили эти предсмертные вопли. Он чувствовал их страх, их боль, их ужас, словно они умирали прямо сейчас, прямо здесь, вместе с ним. Его снова вырвало, на этот раз с кровью. Голова казалось раскалывалась на части, боль была невыносимой. Он судорожно вцепился в край унитаза, пытаясь удержаться, не потерять сознание. И вдруг, крик затих. Тишина обрушилась на него, словно тяжёлая плита. Боль начала отступать, будто яд медленно выводили из его организма. Парень поднял голову. В зеркале ему предстало бледное, измученное, мокрое от пота и слëз лицо незнакомца. Он с трудом выпрямился, сполоснул свою физиономию холодной водой. Голова всё ещё кружилась, но боль стала терпимой. Авантюрин вновь посмотрел на своё отражение в зеркале и увидел в глазах страх. Страх, который преследовал его всю жизнь, и который теперь, кажется, достиг своего апогея. Вымыв остатки тошноты и крови, Авантюрин спустил воду, наблюдая, как водоворот уносит прочь улики собственного страха. Он сорвал с вешалки мягкое махровое полотенце и закутал им мокрые от пота волосы. В зеркале на него по-прежнему смотрел незнакомец, жалкий и измождëнный, но немного успокоившийся. Покинув душную ванную комнату, он вернулся на кухню. В полумраке комнаты на глянцевой поверхности стола лежал его телефон, светящийся ярким дисплеем. 5:20. Время летело неумолимо, а вместе с ним таяли шансы на хоть какой-то отдых. Он учился в Школе бизнеса Э. Клейборна Робинса в Ричмондском университете. Занятия начинались рано, и пропустить их парень не мог. Нужно было для приличия попытаться поспать, чтобы хоть как-то привести себя в порядок. Не раздумывая, он достал из аптечки сильнодействующее снотворное, которое обычно использовал лишь в самых крайних случаях. Глотая горькую таблетку, запивая её остатками ледяной воды, Авантюрин чувствовал, как его тело постепенно расслабляется, а сознание начинает мутнеть. Поставив телефон на зарядку, тот побрëл в спальню. Парень надеялся, что снотворное подействует быстро, и он сможет провалиться в глубокий, беспробудный сон, хотя бы на пару часов. Авантюрин не думал о крике, не думал о той девушке, о ФБР. Он просто хотел забыться, исчезнуть, проснуться в другом мире, где не было места страху и боли. Просто хотел немного отдохнуть. Добравшись до кровати, Авантюрин рухнул на неё, словно подкошенный. Он не стал переодеваться в чистую одежду, не стал даже натягивать одеяло. Просто закрыл глаза, отдаваясь во власть снотворного. В голове ещё мелькали обрывки воспоминаний, вспышки страха, тени кошмаров. Но с каждой минутой они становились всё слабее и слабее. Тело расслабилось, мышцы обмякли, дыхание стало ровным и глубоким. Он чувствовал, как его покидают последние остатки тревоги. Наконец, он уснул. Сном тяжёлым и беспробудным, словно смерть. Сном, в котором не было места ни кошмарам, ни страхам, ни воспоминаниям. Сном, который должен был принести ему облегчение и восстановление. Но даже в грëзах, в самых тёмных глубинах его подсознания, тени прошлого не отступали. Они лишь затаились, ожидая своего часа. Ожидая момента, когда Авантюрин снова откроет глаза, и ему придётся столкнуться с реальностью лицом к лицу.

══════════════════

Утро выдалось мучительным. Будильник, словно назойливая муха, разбудил Авантюрина, вырвав из цепких объятий снотворного. Он открыл глаза, чувствуя себя разбитым и опустошëнным, словно после тяжёлой работы. Голова раскалывалась, во рту пересохло, а в теле ощущалась слабость. Он еле как заставил себя подняться с кровати, ноги заплетались, а сознание отказывалось просыпаться. В зеркале его встретило отражение зомби – бледное лицо, запавшие глаза, растрëпанные волосы. Сборы заняли целую вечность. Авантюрин забывал то одно, то другое, постоянно отвлекался и терял нить происходящего. Едва не оставил ноутбук, судорожно шаря по квартире в поисках пропажи. Выбежав из дома, он поймал такси и рухнул на заднее сиденье, закрыв глаза. Дорога до училища тянулась бесконечно. Парень боролся со сном, как мог, но тяжёлые веки предательски смыкались. Ему казалось, что он вот-вот уснëт, и проснётся уже в другом городе. Но наконец-то машина остановилась у ворот Ричмондского университета. Авантюрин выскочил из такси, расплатился с водителем и поспешил в здание школы бизнеса. Сейчас он сидел в просторном лекционном зале с амфитеатром за ноутбуком, пытаясь сосредоточиться на занятие по финансам. Профессор, седовласый мужчина с добрыми глазами, что-то увлечённо рассказывал о сложных финансовых моделях и рыночных тенденциях. Его голос звучал ровно и монотонно, словно колыбельная. Авантюрин из последних сил боролся со сном. Он то и дело кивал головой, делая вид, что внимательно слушает, но на самом деле его мысли были далеко. Студент пытался отогнать навязчивые образы, которые преследовали парня с прошлой ночи. Этот крик… Он до сих пор звучал в его голове, пронизывающий, полный отчаяния и ужаса. Авантюрин ощущал чужой страх, чужую боль, словно сам находился на месте жертвы. Его дар, который парень так старался контролировать, бушевал, словно шторм, сметая всё на своём пути. Чтобы хоть как-то отвлечься от этих мучительных переживаний, тот начал что-то печатать на клавиатуре. Он не записывал лекцию, а пытался выплеснуть свои эмоции, найти выход своему беспокойству. Студент писал о бессоннице, о кошмарах, о проклятом даре, который отравлял его жизнь. Он изливал свою душу, надеясь, что слова помогут ему хоть немного успокоиться. Звонок прервал мучительные размышления, словно гром среди ясного неба. Авантюрин вздрогнул, очнувшись от своих мрачных мыслей. Он поспешно стёр всё, что написал, и захлопнул крышку ноутбука. Нельзя, чтобы кто-то видел его слабость, его страхи. Собрав вещи, он вместе с одногруппниками направился в местное кафе, расположенное неподалёку от университета. Еда, свежий воздух и общение, как парень надеялся, помогут ему хоть немного прийти в себя. Кафе было небольшим, уютным, с тёплыми тонами и ароматом свежесваренного кофе. Авантюрин занял столик вместе с друзьями, заказывая себе стандартный обед – салат и сэндвич. Пока они болтали и смеялись, он заметил за соседним столиком двух незнакомых людей, которые бурно что-то обсуждали. Один из них – мужчина, одетый безупречно, с идеальной причёской и аристократичной осанкой. Его лицо выражало смесь интеллекта и утончëнности. Он говорил плавно, с чувством собственного достоинства, цитируя какие-то философские трактаты и восхищаясь изысканными деталями. Вторая – женщина, красивая, с пронзительным взглядом и завораживающей улыбкой. Она внимательно слушала своего собеседника, кивая и изредка вставляя реплики, полные иронии и скрытого смысла. В её движениях чувствовалась грация и уверенность, но что-то в этом взгляде выдавало тревогу. — Представьте себе, любезная моя, какие нюансы вкуса, какие оттенки, раскроются в сочетании этого соуса с нежным мясом? - мужчина говорил, словно о вершине кулинарного искусства, — Я просто обязан пригласить вас на этот вечер. Это будет… симфония, настоящая симфония для ваших чувств. — Вы как всегда… непревзойдённый мастер удивлять, - ответила женщина, её губы изогнулись в загадочной улыбке, — Но, знаете ли, у меня есть одно небольшое требование. Я надеюсь, мне не придётся потом долго отмывать руки. Её слова задели Авантюрина, вызвав странное беспокойство. Он заметил, как мужчина нахмурился на мгновение, прежде чем вновь расплыться в безупречной улыбке. — О, не волнуйтесь, дорогая. Всё будет продумано до мелочей. Ничего, что могло бы омрачить ваш вечер. Женщина, не обращая внимания на его слова, усмехнулась, проводя рукой по волосам. Чужой взгляд, казалось, проникал сквозь Авантюрина, ища что-то, известное только ей одной. — Что ж, дорогой коллега, - сказала она, беря чашку с кофе и опустошая еë, — Посмотрим, что из этого получится. Затем, мужчина поднял глаза и, встретив взгляд Авантюрина, чуть кивнул в знак приветствия, слегка приподнимая брови. — До скорой встречи, Кафка. — До скорой встречи, Рацио, - отозвалась женщина, и в её голосе прозвучала нотка чего-то таинственного и опасного. Авантюрин отвёл взгляд, чувствуя, как по спине пробежали мурашки. Он пытался успокоить себя, внушая себе, что это всего лишь случайность, совпадение. Возможно, его нервы просто не выдержали последствий бессонной ночи. Он попытался сосредоточиться на разговоре с друзьями, стараясь казаться непринуждëнным, но мысли постоянно возвращались к Рацио и Кафке. Парень не мог отделаться от ощущения, что эта странная встреча не была случайной. Рацио… Имя звучало в его голове, словно загадка. Он вспомнил, где уже слышал его. Да, точно! Это же известный психиатр, специалист по сложным случаям, принимающий в частной клинике в Ричмонде. Авантюрин даже видел его интервью по телевизору, где тот рассказывал о своих методах лечения. Кафка… В этой женщине было что-то притягательное и таинственное. Он видел в ней клиентку, возможно, сложный случай, которому понадобилась помощь. А эти слова… Возможно, они просто решили провести вечер вместе, пообедать в каком-то дорогом ресторане, чтобы отвлечься от проблем, как обычные друзья. Авантюрин, пытаясь перебороть тревогу, убеждал себя, что всё это лишь его разыгравшееся воображение. Но дар, словно хищный зверь, продолжал ворошить душу, посылая тревожные сигналы. Закончив обед, он попрощался с друзьями и вышел из кафе, решив проветриться и немного прогуляться. Он брëл по улицам города, размышляя о лекции, о предстоящих экзаменах, о своих проблемах. Авантюрин пытался отвлечься, забыть о ночном крике, о том, что случилось. Жить дальше своей жизнью, полной учёбы и забот. И, убеждая себя в этом, он не заметил, как его тень, длинная и зловещая, потянулась вслед за ним по пустынным улицам Ричмонда. Достигнув своей квартиры, расположенной в центральном районе Ричмонда, Авантюрин облегчённо вздохнул. Это место было его убежищем, крепостью, защищающей от внешнего мира, полного тревог и неопределённости. Квартира, обставленная со вкусом и вниманием к деталям, была отражением его внутреннего мира – сдержанного, элегантного и немного загадочного. Эта квартира была куплена на деньги, выигранные в карты. Деньги, добытые благодаря его дару, который он одновременно любил и ненавидел. Парень умел читать своих оппонентов, как открытую книгу, просчитывать вероятности, как гениальный математик. Он представлял себя на месте каждого игрока, видел их карты, предугадывал их решения. Именно эта способность позволяла ему с лёгкостью обходить самых опытных и хитрых картëжников. Но даже с такими возможностями его не раз охватывал леденящий страх, когда он шёл ва-банк, рискуя всем, что у него есть. Страх потерять всё – был его главной слабостью, его ахиллесовой пятой. Но, как ни странно, именно этот страх подстëгивал парня, заставлял действовать ещё более расчëтливо и хладнокровно. До сих пор удача была на его стороне, и он ни разу не проигрывал. Бросив сумку на диван, Авантюрин направился в кабинет, где на столе лежала визитка Яшмы, той самой девушки из ФБР. Вспомнив их вчерашний разговор, он усмехнулся. Покрутив карточку в руках, парень вдруг принял решение. Нарушить "обещание". Пойти в казино. Ему нужно было отвлечься, выкинуть из головы все эти тревожные мысли, забыть обо всëм. И потом, сегодня пятница, начало выходных. Студент заслужил немного развлечений. В казино Авантюрин чувствовал себя в своей стихии. Здесь парень был хозяином положения, здесь он контролировал ситуацию. Здесь тот мог использовать свой дар, чтобы заработать деньги и доказать самому себе, что студент не так уж беспомощен и одинок. Он наденет свой лучший костюм, возьмёт немного денег, и отправится в «Голден Глори» - самое престижное казино в Ричмонде. Там Авантюрин сможет расслабиться, почувствовать вкус победы и забыть о своих проблемах. Хотя бы на одну ночь.

══════════════════

Одетый с иголочки, Авантюрин ощущал себя не просто комфортно, а властелином этого вечера. Его безупречный костюм, сшитый на заказ, идеально сидел по фигуре, подчёркивая чужую элегантность и безупречный вкус. Он сидел за столом, окружённый взглядами, как хищник, поджидающий свою добычу. Перед ним сидел разгорячëнный бизнесмен, чьё лицо выражало смесь азарта и отчаяния. Он уже проиграл немалую сумму, но продолжал повышать ставки, надеясь отыграться. Авантюрин, напротив, сохранял абсолютное спокойствие, словно игра была для него лишь развлечением. Он видел карты своего оппонента, чувствовал его колебания, предвидел чужие решения. Дар работал безупречно, позволяя парню обыгрывать любого, кто осмеливался сесть с ним за стол. Остальные игроки, словно завороженные, столпились вокруг них, затаив дыхание. Они ставили ставки, обсуждая шансы, комментируя каждый ход. Авантюрин был звездой вечера и все взгляды были прикованы к нему. Среди толпы, девушки, словно бабочки на огонь, порхали вокруг него, пытаясь привлечь желанное внимание. Они предлагали ему напитки, делали комплименты, строили глазки. Некоторые даже осмеливались просить его номер телефона. Авантюрин вежливо улыбался, принимал комплименты, но оставался равнодушен к их чарам. Он был слишком сосредоточен на игре, слишком увлечён погоней за удачей. Парень знал, что деньги – это лишь средство, а не цель. Цель была в другом: в ощущении власти, в чувстве превосходства, в возможности доказать самому себе, что он чего-то стоит. Внезапно, он почувствовал чей-то взгляд, устремлëнный на него. Подняв глаза, Авантюрин увидел женщину, стоящую в дальнем углу зала. Её лицо было скрыто полумраком, но он ощутил чужое пристальное внимание. Парень невольно вздрогнул. Что-то в этом взгляде показалось ему знакомым. Он попытался рассмотреть женщину, но не смог. Она тут же отвернулась, растворившись в шумной толпе. Авантюрин пожал плечами, стараясь не обращать внимания на это странное ощущение. Он вернулся к игре, сбросив карту и сделав очередную ставку. Игра продолжалась, и ночь обещала быть долгой и прибыльной. Веселье разгоралось. За столом, словно в калейдоскопе, сменялись игроки. Миллионер сменял миллионера, все жаждали обыграть Авантюрина, но удача была на его стороне. Он словно магнитом притягивал к себе выигрыши, срывая куш за кушем. Он потакал своим соперникам, повышая ставки, идя ва-банк, позволяя им чувствовать мнимую уверенность. Парень видел их карты, читал чужие эмоции, знал, когда нажать на курок. И каждый раз, когда они проигрывали, в его глазах вспыхивал огонёк триумфа. Девушки стали ещё более назойливыми, их лесть и кокетство достигали своего апогея. Они окружали его, словно стая хищниц, жаждущих получить свою долю. Ему предлагали всё: от шампанского до номеров телефонов. Но он игнорировал их, сосредоточившись на игре. Ставки росли, толпа вокруг стола становилась всё плотнее, а ставки его зрителей уверенно перемещались в сторону Авантюрина. Все понимали, что тот в ударе, что ему сопутствует фортуна. И никто не хотел упустить шанс сорвать куш. И вот, в самый разгар вечера, в зал вошёл новый игрок. Высокий, статный мужчина, одетый безупречно. Его взгляд был холодным и пронзительным, а в глазах читалась стальная уверенность. В тот момент, Авантюрин почувствовал, как всё внутри него сжалось. Невероятное ощущение, словно против него вышел играть не человек, а само воплощение удачи. Он видел в его глазах то, чего не замечал ни у одного из своих противников – полную уверенность в победе, непоколебимую веру в свою фортуну. Именно данный факт взволновал Авантюрина. Этот человек мог быть его зеркалом, его соперником, способным переиграть парня. И всё же, тот не мог отступить. Он не мог показать свою слабость. Сцепив зубы, Авантюрин выставил все свои фишки вперёд, под ликующие возгласы поклонников. Парень готов был идти до конца, готов был рискнуть всем, что у него есть. Карты легли на стол, словно приговор. Тишина повисла в воздухе, лишь слышалось тяжёлое дыхание зрителей. Напряжение в зале достигло апогея. Все взгляды были прикованы к двум игрокам, схлестнувшимся в смертельной карточной схватке. Авантюрин против таинственного незнакомца. Удача против хладнокровного расчёта. Мужчина не произнёс ни слова. Его лицо оставалось непроницаемым, словно маска. Видны были лишь глаза – холодные, пронзительные, смотрящие на Авантюрина свысока. Этот взгляд раздражал, бесил, выводил из себя. Авантюрин привык читать лица своих оппонентов, видеть их страх, их сомнения, их блеф. Именно это позволяло ему контролировать ситуацию, манипулировать чужими решениями. Но этот мужчина… Он словно издевался над ним, не давая ни единой зацепки, ни единого намёка. Авантюрин ощутил, как его уверенность начинает таять. Страх, который он так тщательно подавлял, снова поднял голову, отравляя разум. Парень понимал, что этот человек – не просто игрок, а достойный соперник, способный разрушить его империю. Чтобы хоть как-то успокоиться, Авантюрин взял тумблер с виски, который ему предложила одна из девушек. Сделав несколько глотков, он почувствовал, как алкоголь разливается по венам, притупляя страх и придавая ему немного храбрости. Мужчина, в свою очередь, даже не взглянул на напитки, которые ему предлагали. Он был полностью сосредоточен на игре, словно ничего больше не существовало. Игра началась. Раздавались щелчки фишек, шуршание карт, тихие вздохи зрителей. Авантюрин сбросил первую карту, затем вторую. Мужчина повторил его действия, сохраняя молчание и непроницаемое выражение лица. Тот играл осторожно, расчëтливо, не показывая своих эмоций. Авантюрин отвечал ему агрессией, повышая ставки, блефуя, пытаясь сломить чужую волю. Но мужчина не поддавался. Он продолжал играть в свою игру, не реагируя на провокации, не проявляя ни страха, ни азарта. Тот был словно каменная глыба, непробиваемая и непоколебимая. Авантюрин начал проигрывать. Сначала немного, потом больше. Его уверенность стала угасать, а дар начал давать сбои. Он чувствовал, как удача отворачивается от него, как его фишки перетекают к незнакомцу. Страх, который он так тщательно подавлял, вырвался на свободу. Авантюрин вспомнил слова сестры, её предсмертный крик, напомнивший, что они заплатили за этот “дар”. На стол легли предпоследние карты. Авантюрин взглянул на свою комбинацию и почувствовал, как кровь отливает от лица. У него была сильная рука, одна из лучших, что когда-либо была. Но что-то подсказывало парню, что этого недостаточно. Что мужчина напротив него держит карты ещё сильнее, ещё удачливее. Он взглянул в его глаза и увидел там… ничего. Пустоту. Холод. Вечность. В этот момент Авантюрин понял, что проиграл. Он судорожно сглотнул, чувствуя, как мир вокруг него начинает рушиться. Его уверенность, власть, удача – всё исчезло в одно мгновение. Мужчина, не говоря ни слова, открыл свои карты. У него была безупречная комбинация, превосходящая всё, что Авантюрин когда-либо видел. Зал затих. Все взгляды были прикованы к Авантюрину, ожидая его реакции. Но он не сдавался. Парень продолжал играть, упрямо, отчаянно, надеясь на чудо. И оно произошло. В последний момент, когда казалось, что всё потеряно, удача снова повернулась к нему лицом. Он получил на руки выигрышную комбинацию, увидел, как в глазах мужчины мелькнула тень сомнения. Парень сделал ставку, решившись на отчаянный блеф. И мужчина спасовал. Авантюрин выиграл. Он вскочил с кресла, закричав от восторга. Толпа взорвалась аплодисментами, поздравляя того с победой. Он чувствовал, как адреналин бьёт ему в голову, как его переполняет чувство триумфа. Эта победа была особенной. Она была выстраданной, заслуженной, добытой в борьбе с достойным соперником. Выигрыш принёс ему не только деньги, но и настоящее удовлетворение, чувство собственной силы и непоколебимости. Толпа продолжала ликовать. Он улыбался, принимая поздравления, наслаждаясь всеобщим вниманием, но взгляд блуждал в поисках проигравшего незнакомца. Мужчина стоял в стороне, в тени, сохраняя невозмутимое выражение лица. Он подошёл к Авантюрину, протягивая руку. — Поздравляю с победой, - произнёс он тихим, спокойным голосом, — Вы действительно отличный игрок. Авантюрин пожал его руку, ощущая твёрдость и силу в чужой хватке. — Спасибо, - ответил он, чувствуя, как любопытство разгорается внутри, — А вы достойный соперник. — Я бы хотел поговорить с вами, - предложил мужчина, слегка наклонив голову, — В более спокойной обстановке. Авантюрин немного поколебался, но любопытство пересилило. — Хорошо, - согласился он, еле как вырвавшись из цепких объятий девушек, которые уже выстраивались в очередь, готовые составить ему компанию на остаток ночи. Захватив с собой полный олд фэшн с виски, кажется, от компании «Уильям Грант и сыновья», студент последовал за незнакомцем, наблюдая, как крупье собирает фишки по приказу Авантюрина. От вкуса победы алкоголь казался ещё более крепким, и опьянение наконец-то начало брать контроль над его телом. — Прежде чем мы продолжим, позвольте узнать имя победителя? - спросил мужчина, остановившись у входа в VIP-зону. — Авантюрин, - ответил он, слегка заплетающимся языком, — А вас? — Называйте меня просто другом, - ответил мужчина, слегка улыбнувшись. Он провёл Авантюрина в роскошную VIP-зону, где царила атмосфера уюта и уединëнности. Мягкий свет, приглашённая музыка, удобные диваны – всё располагало к расслаблению и откровенным разговорам. — Присаживайтесь, - предложил мужчина, указывая на просторный диван, обтянутый бархатом, — Вам нужно отдохнуть после такой напряжённой игры. Авантюрин опустился на диван, чувствуя, как алкоголь окончательно расслабляет его тело. Он обмяк, закрыв глаза, наслаждаясь тишиной и покоем. — Вам нравится побеждать, не так ли, Авантюрин? - спросил “друг”, садясь рядом с ним. — Кому не нравится? - ответил он, не открывая глаз. Хотелось спать. — Но для вас это не просто победа, - продолжал тот, его голос звучал мягко и проникновенно, — Для вас это способ доказать что-то себе. Способ заглушить внутреннюю боль. Авантюрин открыл глаза, с удивлением посмотрев на незнакомца. — Откуда вы знаете? - спросил он, чувствуя, как настораживается. — Я много чего знаю, - ответил “друг” загадочно, — Например, я знаю, что вы боитесь проиграть. Что страх потери преследует вас всю жизнь. Авантюрин замолчал, не зная, что ответить. Он чувствовал себя так, словно незнакомец читает его мысли, проникает в самые сокровенные уголки чужой души. — Кто вы? - спросил он, чувствуя, как опьянение отступает, уступая место тревоге. — Я просто друг, - повторил мужчина, улыбаясь, но в его глазах не было ни капли тепла, — Я хочу помочь вам. Помочь вам избавиться от страха. Помочь вам раскрыть свой потенциал. Авантюрин ощущал, что что-то не так. Что-то в этом человеке вызывало у него неприязнь и страх. Он хотел встать и уйти, но тело не слушалось. Алкоголь сковал его движения, лишив воли. Не нужно было спорить на то, что он сможет осилить напиток без льда. Всë-таки приемлимое количество наличных готово заткнуть рот и бармену. Внезапно, в голове промелькнула мысль. Рацио! Парень вспомнил лицо психиатра, его голос, его манеры. И понял, что перед ним сидит именно он – Веритас Рацио, гениальный психиатр, философ и… кто знает, что ещё. Паника охватила Авантюрина, как ледяной водоворот. Все слова незнакомца, все его загадочные намёки, все его проницательные взгляды, теперь сложились в единую, пугающую картину. — Вы следили за мной? - выдохнул Авантюрин, чувствуя, как кровь отхлынула от лица. Рацио слегка улыбнулся, демонстрируя идеальные зубы. — Разумеется. Я наблюдал за вашей игрой. Изучал вашу стратегию, ваши методы. Как психиатр, я должен понимать мотивы, которые движут людьми. — И что вам от меня нужно? - спросил Авантюрин, голос его дрожал. — Ничего особенного, - ответил Рацио, пожимая плечами, — Я просто хотел узнать чуть больше о вашем методе манипуляции. О том, как вы читаете людей, как управляете их эмоциями. Ведь это очень интересно, не так ли? Я мог бы даже защитить докторскую диссертацию на эту тему. Авантюрин, понимая, что его загнали в ловушку, решил дать отпор. Он попытался подняться с мягкого дивана, но собственное тело не слушалось. Алкоголь, сковавший мышцы, сделал движения неуклюжими и беспомощными. Он промахнулся, споткнулся и упал на пол, ударившись головой. В глазах потемнело, в ушах зашумело. — Чёрт… - пробормотал Авантюрин, пытаясь подняться, но ноги его не держали. Рацио спокойно наблюдал за чужими тщетными попытками. — Вы в порядке? - поинтересовался он. — Отвезите меня домой, - прохрипел Авантюрин, чувствуя, как боль в голове усиливается, — И… и я расскажу вам всё, что вы хотите знать. Рацио слегка нахмурился, словно оценивая чужие слова. — Вы уверены? - уточнил он. — Да, - ответил Авантюрин, пытаясь собраться с силами, — Только отвезите меня домой. Я расскажу вам всё. Только прошу, помогите мне. Рацио подошёл к нему, помогая подняться. Он выглядел совершенно спокойным, не проявляя ни малейшего волнения. — Конечно, - сказал он, — Я всегда рад помочь. В конце концов, это в моих интересах. Веритас бережно вывел парня из VIP-зоны, сквозь шум и гам казино, словно ведя слепого. На улице ночной воздух показался Авантюрину обжигающе холодным, протрезвляя его. Рацио подвёл того к элегантному чëрному автомобилю, стоявшему у входа в казино. — Подождите здесь, - сказал он, открывая заднюю дверь машины, — Я сейчас. Он обошёл автомобиль, направляясь к водительской двери. В этот момент Авантюрин принял решение. Бежать. В голове словно щëлкнул переключатель. Алкогольное опьянение мгновенно исчезло, уступив место первобытному инстинкту самосохранения. Парень понимал, что Рацио – не просто любопытный психиатр. Он – хищник, и Авантюрин – его жертва. Он не знал, что Веритас собирается с ним сделать, но был уверен, что ничего хорошего его не ждёт. Студент должен был бежать, пока не поздно. Не теряя ни секунды, Авантюрин развернулся и побежал, куда глаза глядят. Ночной город встретил его темнотой и тишиной. Он бежал, не разбирая дороги, спотыкаясь и чуть не падая. Он не знал, куда бежать, где искать помощи. Авантюрин был один, в чужом городе, преследуемый безумным психиатром. Он искал хоть какое-то работающее заведение, где можно было бы попросить вызвать такси. Наконец, вдали парень увидел свет вывески круглосуточного кафе. Собрав последние силы, тот бросился туда. Дверь кафе с жалобным скрипом открылась, впуская Авантюрина в тёплый, уютный мир. Он рухнул на ближайший стул, тяжело дыша и оглядываясь по сторонам. — Помогите мне, - прохрипел он, обращаясь к удивлëнному взгляду бариста, — Вызовите такси. За мной… за мной гонятся. Резкий звук тормозов заставил Авантюрина вздрогнуть. Он выглянул в окно кафе, сердце его забилось в груди, словно птица в клетке. У входа стоял тот самый чёрный автомобиль. Из него вышел Рацио. Лицо Веритаса выражало крайнее смятение, словно он только что потерял ценную вещь. Его безупречный костюм немного помялся, а волосы слегка растрепались, придавая ему вид, который был абсолютно не свойственен для такой известной личности. Он подошёл к двери кафе, постучал и вошёл. — Авантюрин! - воскликнул он, изображая крайнюю обеспокоенность, — Авантюрин, где вы? Немедленно вернитесь в машину! Вам нужно отдохнуть! Бариста и несколько посетителей кафе с любопытством наблюдали за происходящим. Рацио обратился к ним, изображая на своём лице наигранное смущение. — Прошу прощения, дамы и господа. У моего пациента… небольшие проблемы. Он немного не в себе. Я сейчас же его успокою. Он подошёл к студенту, его тон стал умоляющим. — Авантюрин, пожалуйста, вернитесь в машину. Вам нужно отдохнуть, вы очень устали. Парень, ощущая леденящий ужас, вцепился в край стола. — Не отдавайте меня ему! - завопил он, обращаясь к бариста, — Он опасен! Пожалуйста, вызовите такси до моего дома! Рацио приблизился к нему, голос мужчины звучал мягко и убедительно. — Авантюрин, успокойтесь. Я всего лишь хочу помочь вам. Вы просто немного перенервничали. Всё будет хорошо. — Нет! - тот продолжать кричать, — Он лжёт! Он хочет что-то сделать со мной! Пожалуйста, не отдавайте меня ему! Он умоляюще посмотрел на бариста, надеясь на помощь. Но тот выглядел растерянным и не знал, что делать. Веритас протянул руку, пытаясь схватить Авантюрина. — Господин, вы должны вернуться в машину. Вы не понимаете, как это важно. — Нет! - не унимался Авантюрин, отворачиваясь от него, — Я не пойду с вами! Я хочу домой! — Пожалуйста, вызовите такси! - крикнул он бариста, надеясь на чудо, — Пожалуйста, помогите мне! Ситуация накалялась. Люди в кафе переглядывались, не зная, как реагировать. Рацио, видя, что его терпение подходит к концу, шагнул вперёд. Взгляд мужчины потемнел, но он взял себя в руки, поняв, что открытая конфронтация в людном месте может только усугубить ситуацию. Он глубоко вздохнул, пытаясь вернуть на лицо маску спокойствия. — Хорошо, - произнёс он, голос звучал неестественно мягко, — Если вы не хотите ехать со мной, я не буду вас заставлять. Я понимаю. Вы имеете право. Веритас повернулся к бармену, демонстрируя полную покорность. — Пожалуйста, вызовите ему такси до его дома. Я оплачу. Затем, не дожидаясь ответа, Рацио развернулся и направился к выходу из кафе, успев оставить лишь парочку купюр на столе, за которым сидел Авантюрин. Его походка была размеренной и спокойной, но в чужих глазах читалось что-то тёмное и угрожающее. Он остановился у двери, обернулся на мгновение, бросив взгляд на парнишку, полный скрытого обещания. Затем, выйдя из кафе, мужчина сел в свой автомобиль и уехал. Бариста, освобождённый от неловкой ситуации, наконец-то подошёл к Авантюрину. — Такси вам вызвать? - спросил он, слегка смущённо. — Да, пожалуйста, - ответил Авантюрин, а голос дрожал от страха и облегчения. Он смотрел как удаляется машина Рацио, чувствуя, что ужас отступает, даруя место надежде. Парень был спасён. Или ему так только казалось? Такси приехало быстро. Авантюрин, шатаясь, выбрался из кафе и сел в машину. Адрес его дома был назван, водитель тронулся с места. Тело всё ещё дрожало, но постепенно страх стал отступать. Он чувствовал, как голова проясняется, а опьянение исчезает, будто его и не было. Ужас был лучшим лекарством от алкоголя. Парень закрыл глаза, пытаясь успокоиться. Ему хотелось только одного: уснуть. Забыть обо всём, что произошло этой ночью. Забыть о Рацио, о казино, о деньгах, о кошмарах, которые преследовали того. Он хотел проснуться в своей постели, в тишине и покое, и понять, что всё это было лишь страшным сном. Но в глубине души студент знал, что это не так. Авантюрин чувствовал, как такси подъезжает к его дому. Он заплатил водителю чужими купюрами, принимая их как компенсацию за моральный ущерб, вышел из машины и направился к своей квартире. В голове у него крутилась только одна мысль: скорей бы уснуть. Скорей бы забыть. Скорей бы…

══════════════════

Авантюрин проснулся, ощущая себя разбитым, но странно, в своей постели. Он был в пижаме, которую явно надел после того, как добрался домой. Как парень сюда попал, как поднялся, как переоделся - тот совершенно не помнил. Возможно, это и к лучшему. Солнечные лучи пробивались сквозь жалюзи, наполняя комнату утренним светом. Его голова раскалывалась, во рту пересохло, но чувство страха, которое преследовало студента всю ночь, немного притупилось. Он сел на кровати, свесив ноги, и ступил босыми конечностями на прохладный дубовый паркет. Взяв телефон, Авантюрин взглянул на экран. Начало четвёртого дня. Время шло, а он ничего не знал, ничего не понимал. Пробормотав про себя проклятия, он встал и направился на кухню, где оставил визитку Яшмы. В нынешнем состоянии женщина казалась его единственной надеждой. Он нашёл картонку, сжимая её в дрожащих руках. Набирая номер, парень чувствовал, как мурашки проходит по всему телу. После каждого гудка его охватывало всё больше сомнений. Стоит ли ему связываться с ФБР? Может быть, Рацио просто блефовал? Но в глубине души он знал, что это не так. Первый гудок, второй, третий… Наконец, на другом конце провода послышались короткие гудки, а затем знакомый голос Яшмы. — Яшма, это Авантюрин, - начал он, перебивая её приветствие. Голос парня дрожал, выдавая нервозность, — Я согласен. Я согласен на всё. Но… только если вы обеспечите мне защиту. Я… я в опасности. Яшма, услышав его взволнованный голос, сразу же перешла в профессиональный режим. Еë тон стал уверенным и успокаивающим. — Авантюрин, успокойтесь, пожалуйста. Расскажите мне, что случилось. Что за опасность вам угрожает? Авантюрин, чувствуя, как чужое спокойствие передаётся ему, попытался взять себя в руки. — Это… это Веритас Рацио. Тот самый психиатр. Он… он преследовал меня. Он следил за мной. Я думаю, он что-то задумал. Яшма немного помолчала, словно обдумывая его слова. — Понимаю, - озвучила она, наконец, — Веритас Рацио… Да, он не раз помогал нам в расследованиях. Он отличный специалист, очень проницательный. Возможно, он просто услышал от нас о вас и проявил профессиональный интерес. Вы же сами говорили о своём даре, о своей способности чувствовать чужие эмоции. Любой психиатр захотел бы покопаться в вашей голове, чтобы понять, как это работает. Авантюрин нахмурился, пытаясь понять её логику. — Но он… он вёл себя очень странно. Он напугал меня. — Я понимаю, Авантюрин, - перебила его Яшма, — Я всё понимаю. Мы обязательно разберёмся в этой ситуации. Я уверена, что это просто недоразумение. Но, чтобы наше сотрудничество проходило гладко, я лично попрошу Рацио извиниться перед вами. Мы всё устроим, не волнуйтесь. А пока… вам нужно успокоиться и собраться. Яшма замолчала на мгновение, затем продолжила: — Через несколько часов за вами приедут из ФБР. Они доставят вас сюда, в наш офис. У меня есть одно дело, в котором ваша помощь будет просто незаменима. Всё необходимое вам предоставят здесь. Ждите звонка, и главное, не покидайте квартиру. Понятно? —Да, - ответил Авантюрин, чувствуя, как надежда снова пробивается сквозь страх, — Как скажите. Он повесил трубку, прислонившись спиной к стене. ФБР… Защита… Сотрудничество… Всё это звучало обнадëживающе, но в то же время вселяло надежду. Он понимал, что ввязывается в игру, правила которой ему совершенно неизвестны. Но у него не было выбора. Авантюрин должен был принять эту помощь, должен был довериться Яшме и ФБР. Если он хотел выжить, если хотел избавиться от преследования обезумевшего психиатра, это был его единственный шанс. Он оторвался от стены, решительно направившись в ванную. Ему нужно было принять душ, смыть с себя грязь, усталость и страх. Он должен был подготовиться к тому, что его ждёт. Включив воду, парень встал под горячие струи, чувствуя, как они смывают с нагого тела все проблемы. Он закрыл глаза, представляя, как вода уносит с собой все его тревоги и сомнения. Авантюрин пытался отмыться от этой тёмной истории, от этой опасной игры, в которую невольно ввязался. Но студент понимал, что настоящая работа ещё впереди.

══════════════════

Авантюрин покорно следовал за Яшмой по бесконечным, серым коридорам штаб-квартиры ФБР. В руке он нервно вертел бейджик на ланъярде, который Яшма, улыбаясь, назвала его «временным пропуском». Ему было не по себе. Он ощущал себя чужим в этом мире строгих лиц и деловых костюмов. Коридоры, казалось, не кончались. Каждый поворот, каждая дверь были одинаковы, создавая ощущение дежавю. Наконец, Яшма остановилась перед дверью с табличкой «Лаборатория судебно-медицинской экспертизы». — Здесь и поработаем, - бросила она, открывая дверь. Авантюрин вошёл в лабораторию и его тут же обдало запахом формальдегида и других реагентов. Помещение было ярко освещено, заполненное столами с различным оборудованием. За ними склонились люди в белых халатах, сосредоточенно работая над своими задачами. Яшма представила его судебно-медицинским экспертам – Зарянке и Герте. Зарянка, молодая женщина с длинными, взъерошенными волосами, приветливо улыбнулась. Герта, напротив, оставалась сосредоточенной на своей работе, лишь кивнув в знак приветствия. Рядом с судмедэкспертами стояла Ахерон – эксперт-криминалист, как пояснила Яшма, «наш лучший аналитик по уликам, собранным на месте преступления». Ахерон, высокая, худощавая женщина с проницательным взглядом, изучала фотографии с места преступления, разложенные на столе. Ахерон, казалось, не обращала на них внимания, полностью погрузившись в свои мысли. Она то и дело перебивала судмедэкспертов своими знаниями, опровергая почти все их выводы, касающиеся убийства. — Время смерти не совпадает, - заявила она, не отрывая взгляда от фотографий, — Учитывая температуру тела и стадию окоченения, жертва была мертва гораздо дольше, чем вы предполагаете. — Но, Ахерон, результаты анализов… - начала было Зарянка, но женщина перебила её, не давая закончить. — Результаты анализов могут быть ошибочными. Вы учитываете влажность воздуха? Температуру окружающей среды? Наличие насекомых? Все эти факторы влияют на процесс разложения. Герта хмыкнула, закатив глаза. — Ахерон, ты прямо всегда такая… прямолинейная? — Прямолинейность – это эффективность, - ответила женщина, не отрываясь от фотографий, — В нашем деле нет места для сантиментов. Авантюрин стоял, ошеломлëнный этим обменом репликами. Он чувствовал себя лишним, не понимая, что от него требуется. Парень уже начал сомневаться, сможет ли помочь в этом деле. Спор между Ахерон и судмедэкспертами продолжался, атмосфера в лаборатории накалялась. Яшма, видя, что Авантюрин чувствует себя некомфортно, решила вмешаться. — Достаточно, дорогие дамы, - сказала она, её голос был строгим и властным, — Давайте дадим нашему гостю возможность проявить себя. Он здесь, чтобы помочь нам, а не слушать ваши споры. Зарянка и Герта замолчали, неохотно отступив от кушетки, на которой лежал изуродованный труп молодой женщины. Яшма жестом пригласила Авантюрина подойти ближе. Студент нехотя подошёл к кушетке, чувствуя, как собственное сердце начинает биться чаще. Он взглянул на тело, и его тут же пронзила волна тошноты. Парень не был готов к тому, что увидел. Тело девушки было изуродовано до неузнаваемости. Кожа, истерзанная и обескровленная, имела неестественный, сероватый оттенок. Лицо было перекошено, глаза выколоты, губы сшиты грубыми стежками. На теле виднелись многочисленные порезы и шрамы, словно кто-то долго и мучительно пытал жертву. Но самое ужасное было другое. Отсутствовали органы. Внутри тела зияла пустая, кровавая дыра. Не было сердца, лёгких, печени, почек… Ничего. Только кровь и остатки плоти. Создавалось впечатление, что их аккуратно вырезали, оставив после себя лишь пустую оболочку. Авантюрин почувствовал, как к горлу подступает тошнота. Он прикрыл рот рукой, отворачиваясь от этого ужасного зрелища. Его желудок свело судорогой, и парень старался сдержать подступающую желчь. Ахерон, наблюдавшая за его реакцией с невозмутимым видом, вставила свою колкую шутку: — Не нравится зрелище, мальчонка? Привыкай. Это ещё цветочки. Ягодки впереди. Авантюрин с трудом сдерживал рвотные позывы. Голова закружилась, и тот почувствовал, как холодеет кожа. Ему казалось, что он сейчас потеряет сознание. Яшма, заметив его состояние, подхватила того под руку, отводя немного в сторону от кушетки. — Всё в порядке, Авантюрин? Вам нужно присесть? - обеспокоенно спросила она. — Нет, спасибо… Я… Просто нужно немного времени, чтобы привыкнуть к такому, - прохрипел он, пытаясь отдышаться. Парень закрыл глаза, стараясь унять дрожь. Авантюрин понимал, что должен взять себя в руки. Он согласился помочь ФБР, и не мог позволить себе упасть в обморок при виде обычного человеческого трупа. Он глубоко вдохнул, стараясь сосредоточиться на чём-то другом, кроме ужасного зрелища, которое только что увидел. Студент вспомнил свой дар, свою способность чувствовать эмоции других людей. Возможно, именно это поможет ему раскрыть это дело. Медленно, осторожно, он открыл глаза, снова взглянув на тело. Теперь тот старался смотреть не на физические увечья, а на то, что осталось от души этой несчастной девушки. Он сосредоточился, закрыв глаза и пытаясь ощутить хоть что-то. Парень хотел почувствовать её страх, чужую боль, последние мысли. Он хотел увидеть то, что видела она перед смертью, но безуспешно. Перед его внутренним взором была лишь пустота - такая же зияющая, как и пустые глазницы на изуродованном лице. Он попытался ещё раз, изо всех сил концентрируясь. Но вместо образов, вместо воспоминаний, Авантюрин ощутил лишь волну тошноты, нахлынувшую с новой силой. Он открыл веки. Комната поплыла перед глазами Авантюрина. Ощущение собственной беспомощности, смешанное с отвращением, захлестнуло его с головой. Он почувствовал вкус желчи во рту, и желудок скрутило в болезненный спазм. Ему стало нечем дышать, и парень закашлялся, пытаясь отделаться от ощущения удушья. Содержимое желудка хлынуло наружу, прямо на холодный, кафельный пол лаборатории. Звук рвоты разнесся по помещению, привлекая внимание всех присутствующих. — Я же говорила, юноша не готов к такому, - пробормотала Ахерон, пожимая плечами, — Слишком впечатлительный.