Дай мне знак, Полина.

Барс лежал на своем диване, уткнувшись носом в экран телефона и что-то старательно в нем рассматривая. Если бы не его двадцатилетняя жена, которая по-матерински позвала его ужинать, он бы так и продолжал пялиться на чьи-то фото. Которые он старательно скрывал. Когда Полины не стало, Барс не мог выдавить из себя и слова. Он постоянно чувствовал невыносимую вину за то, что не уберег свою хрупкую девочку от опасности. Что не защитил ее. Оставил одну, где-то там, в небе. Он думал о ней каждый день, часами смотрел на ее фотографии, которые успел сделать еще до ее смерти. И измучено улыбался, постепенно переходя из колючей улыбки в безысходность и желание спрятаться ото всех. Не казаться никому слабым. Но он не мог. От этого его терзало еще сильнее. Слезы поступали сразу, как только он приходил к ней. Стараясь не плакать, все таки, он — мужчина, Барс быстро проводил рукой по глазам и мысленно разговаривая с Полиной. Но ведь у пола нет слез. Туманова бы сразу все поняла и, обнимая его за плечи, плакала вместе с ним. Но этого так и не произошло. Тьма терзала его изо дня в день, не давала покоя. Захватывала его тело и душу целиком, жадно укутывая своей ненавистью и болью. Он плакал беззвучно, почти не слышно. Запирался в своей комнате и бил кулаками стену, пока костяшки на руках не начнут кровоточить. А потом садился на игровое кресло, закрывал рукой лоб и глаза, и плакал. Синеглазка часто снилась ему и приходила во снах, обнимала и говорила, что все в порядке. И он верил, до тех пор, пока не просыпался. Интересно, встретилась ли его девочка со своим отцом? Как она там? Скучает? Он очень.  Барс не спеша встал, быстро заблокировал вкладку «Скрытые» на телефоне и, сунув его в карман, подошел к Насте. Настя - молодая и красивая девушка с длинными темными волосами, на которой Барс насильно женился. Он всячески отстаивал свое, говорил, что не бросит Полину, но Старику было категорически плевать на это. У них хоть и нет взаимоотношений, но Сперанский считал, что его сын должен жениться на достойной невесте. Впрочем, Настя была из богатой семьи, ухоженная, но до жути ревнивая. Правда, Барса этого не волновало. До поры до времени. Когда Анастейша увидела краем глаза, что ее мужчина смотрит на какую-то телку, завелась так, что весь подъезд успокаивал. А потом еще и Сперанскому нажаловалась, мол, его сын — распиздяй. Барса тогда это очень разозлило, хотелось ей втащить, но кто он такой, чтобы девочек обижать? Настя стояла у плиты в коротких шортиках и облегающем бежевом топе. Волосы ее были завязаны в зализанный пучок, а одна нога опиралась на колено другой ноги. Как цапля. Полина тоже раньше так стояла, и Барс не понимал, как девочкам может быть удобно находиться в такой позе. Один раз даже попробовал — чуть не улетел в холодильник, при этом захватив с собой Синеглазку. Полина рассмеялась и звонко чмокнула его в щеку, обнимая за шею и улыбаясь. Ее улыбка всегда была такой красивой? Как жаль, что была. Небеса послали ему ее, и сами же утащили обратно. Так жалко и бесчувственно, что хотелось кричать. — Чего? — учуяв запах жареных овощей, тот воспротивился и скорчил гримасу. — Ты же знаешь, что я не люблю овощи в жареном виде. — Милый, не делай такой грозный вид. — прощебетала Настя. — Лучше скажи, ты опять на эту блядь смотрел? — она повернулась к нему всем телом, выключая электронную плиту. И лучше бы этого не говорила. От того, что она назвала Полину блядью, у Барса потемнело в глазах, а кровь начала вскипать в жилах с такой силой, что было трудно держаться. Никто не смеет так называть его Синеглазку. Его любимую девочку. — Лучше закрой свой рот прямо сейчас, или тебе закрою его я. — сквозь зубы проговорил Барс. Он был на пределе, но понимал, что он ни в коем случае не ударит женщину. Не в его силах. — Ты просто невыносимый. Я же люблю тебя, а ты все на других девочек смотришь. Забудь ее, она уже не вернется. Дим, ты же знаешь.. — Не называй меня по имени, дура. И лучше закройся пока я не предпринял меры. — делать Барс с ней ничего не собирался — запугивал. Да и Барсова знала, что в гневе его лучше не беспокоить. Но так хотелось. — А ты перестань пялиться на свою тупую Полину. Надоел уже. Полина то, Полина се, она у тебя что, поселилась где-то в мозгу? — Настя несильно постучала кулаком несколько раз об его голову, но Барс перехватил ее руку и рывком прижал к стене. — Слушай меня внимательно, Анастасия. — проговорил он отчетливо. — Если ты еще раз что-то вякнешь в сторону Полины, я обещаю, что мне будет поебать на реакцию Старика и его очередные высказывания по поводу нашей свадьбы. Я тебя не люблю и никогда не любил. За все эти два года я думал только о Синеглазке. Это тебе лучше забыть меня, дорогая. И не дай бог я что-то подобное еще раз услышу. Ой, прости, забыл сказать. Мы разводимся. Поэтому я больше никогда не словлю на слух твоих грязных слов. Барс отпустил ее, быстрым шагом направляясь в свою комнату. Пока Настя стояла в ступоре и осознавала, что ей только что сказал уже бывший муж, Барс стал собирать вещи: пара футболок, шорты — одни джинсовые, вторые домашние, немного пар носков и нижнего белья, всякая бытовая мелочь. Ну и, конечно же, вещи Полины. Он забрал их сразу на следующий день, как только его девочки не стало, и с тех пор, когда не мог уснуть, брал что-то из ее одежды и внюхивался в аромат. Пахло ее волосами, ощущались нотки лимона и винограда. Но со временем некоторая одежда утратила свой запах — он перебивался с одеколоном Барса. Забрав ключи от своего Сузуки и взяв сумку с вещами, Барс оставил в квартире опустошенную Настю и моменты с ней, которые не давали ему спать.  Он собирался уехать в свой родной город — туда, где под чистым небом похоронена Синеглазка. 

***

Рысь мчалась по трассе, наслаждаясь скоростью и ветром, изредка поглядывая назад — вдруг машина. Гремлин стоял где-то в стороне, общаясь со своими ВИП-гостями и, заметив Полину, тут же попросил отклониться.  Туманову пустили по специальному пропуску, который выдавался ей для участия в гонках. Нелегальных гонках. Тех, в которых когда-то участвовал Дима. Блондинка прошлась в мотокомбинезоне перед несколькими парнями, и они решили, что это вызов. К тому же это самая крутая гонщица на всей площадке, все парни кожу сдирают чтобы с ней познакомиться. А она такая.. Недоступная. Но только для них. Показав одному из них язык в перемешку со средним пальцем, Полина подошла к предстартовой зоне, опираясь телом на свою Каву. Ветер играл с ее волосами, а на губах был вишневый блеск, к которым прилипали пряди волос. Убрав волосы в мотокомбинезон, Полина решительно села на байк, окутывая своим синим-синим взглядом обстановку вокруг нее.  Какой-то чел, махающий ей, не интересно. А вон там грид-герл флажками машет, готовится. Там Гремлин переговаривается, сунув руки в карманы. А на одном из рядах… На одном из рядах сидел Дима. Ее Дима. Возлюбленный. Ее любовь. Она мысленно улыбнулась и одарила его взглядом, дав понять, что все будет хорошо. Она не проиграет, придет первой, как и всегда. Но на трассе должна оставаться сильной и независимой. К ней все так привыкли. Рысь. Не мягкая и нежная Полина, а раздирающая в клочья Рысь. Грациозная кошка, не подпускающая к себе практически никого. Полина подмигнула Барсу, на что тот сразу одурманил ее своим взглядом. Разными глазами, настолько зачарованными, что можно было в них тонуть. Перед стартом Дима обнял Полину так крепко, что стало тяжело дышать. Положил руки на ее тонкую талию и поцеловал в губы. Не с напором, а нежно, со всей любовью. Как будто знал, что для нее этот поцелуй станет последним. Внезапно грид-герл в короткой юбке и маечке прибежала к предстартовой зоне, держа в руках красный флаг. Она что-то крикнула толпе, на что получила визг и гул. Полина зажмурилась. Значит, гонка начинается. Грид-герл поднимает флаг. Раз. Рысь готовится. Два. Туманова игнорирует какую-то фразу соперника. Три. Старт! Полина втопила с такой силой, что сразу же оказалась первая среди всех участников гонки. Позади нее бушевали шестой и третий номера, сбивали друг друга. Второй, четвертый и пятый набирали скорость, желая обогнать Рысь. Но та не отступала ни на метр, желая сделать свое дело как можно скорее. Получить скорость и безумный азарт. Интересно, смотрит ли за ней Дима прямо сейчас? Гордится ли ею? Тогда она должна постараться. Нажав на педаль, Полина сворачивает под максимальным углом к земле и теряет скорость. Ничего, еще есть время успеть. Ее обгоняет номер четыре. Полина напрягается, со всей силы держит педаль ногой и прислоняется к мотоциклу, почти лежа на нем животом. Адреналин зашкаливал, казалось, что еще чуть-чуть, и будет очень жарко. Рысь вырывается вперед и оставляет четвертый номер где-то позади. Удача все еще следует вместе с ней. Туманова подъезжает к финишу, но вот незадача: впереди ее ждал сюрприз. А именно, трамплин, по которому она должна была проехать и выйти на финишную черту. Девушка напряглась, приготовилась и со всем драйвом и скоростью пролетела в воздухе, не заметив внизу себя номера четыре.  Как оказалось, перед финишем была некая дорога, которую Полина по своей ошибке не заметила. Была сконцентрирована на другом. Думала о выигрыше, что сейчас она приедет под крики фанатов и подбежит к Диме, обнимет, пообещает, что больше не будет участвовать в гонках. Но нет. Вся жизнь перенеслась перед глазами в тот момент. Она была все ближе и ближе к земле, но это было так медленно. Вспоминая все моменты, проведенные с Димой, Диларой, Лешей, своими родителями… Полина коротко вздохнула и.. Упала вместе с мотоциклом чуть ли не на номер четыре. И если бы не второй номер, который проехал по ее кровоточащему телу, она бы еще имела шансы выжить. Барса, видя происходящее, тут же схватил ужас, сжимающий каждый сантиметр его тела. Как ненормальный он моментально вскочил с места и в буквальном смысле подлетел к задыхающейся Полине, которая лежала на асфальте и кашляла кровью. Брызги летели в разные стороны, весь стадион в полнейшем шоке стал сходиться около Полины. Гремлин тут же нахмурился и подошел к Рыси, наблюдая, как гонщики приходят следом за другими.  Дима стал задыхаться, как только подбежал к ней. Не понимая, что делает, взял на руки окровавленное тело и закрыл ее руками от всеобщих глаз. Он не хотел, чтобы его Синеглазку снимали на камеру или еще что-то. Что он чувствовал в этот момент? Ничего, кроме отчаяния. Пульс подскочил до ненормальных размеров, в голове все перемешалось и появлялась лишь пустота, которая постепенно охватывала разум Барса. Страх наполнил его сердце до самых краев, руки дрожали, а он все обнимал свою девочку. И смотрел на нее. На ее грязное лицо от колес мотоцикла, окровавленные губы, которые хотелось поцеловать. Полина лежала с полуоткрытыми глазами и пыталась сказать хоть слово. Даже в эти минуты она оставалась самой красивой. — Ебанутые, твою мать, вызовите скорую! Отошли все от нее! — заорал Барс как бешеный. Все его силы истратились на эти слова. Он просто прижимал к себе истекающую кровью Полину. — Полина, слышишь меня? Полина! Не закрывай глаза, слышишь? Не смей закрывать их. Девочка моя, все будет хорошо, обещаю.. — проговорил Барс шепотом. К ним тем временем подбежала первая помощь, которая была на нелегальных гонках. Гремлин стоял в шоке, не в силах поверить в то, что сейчас произошло, как и все остальные гонщики. Барса еле как отцепили от Полины и стали делать ей жгуты, дабы остановить кровотечение. Но оно было настолько сильное, что остановить его не удавалось. Тогда Барс снова подошел к Полине и, когда та приоткрыла на него глаза, начал шептать. — Полиночка, солнышко мое.. все будет хорошо. — Барс очень аккуратно погладил ее по голове, будто боялся причинить боль. Полина мягко улыбнулась уголками губ и приподняла одну руку, касаясь его щеки. — Дим, все точно будет в порядке? — еле слышно произнесла она. Изо рта полилась алая кровь. — Обещаю тебе, что да. Не разговаривай, пожалуйста. Я сейчас вернусь, буду защищать тебя до последнего. — с этими словами Барс повернулся к Гремлину и со всей злостью стал его душить. Что-то кричал и ударял каждого, кто когда-то причинял Полине боль. Подробностей дальше не было, поскольку никто из очевидцев не осмелился сказать что Барс сделал с четвертым номером и что было дальше, но когда тому внезапно позвонили, пока он был дома, весь мир Барса моментально рухнул. Он швырнул свой телефон об стену, стал бить самого себя до крови, ломал все, что попадется под руку. Причиной всему этому было только одно. Ее не стало. Полины больше нет.

***

До своего родного города Барс решил добраться на самолете — Полина часто о них говорила и восхищалась их полетами. Он хотел быть там, где когда-то мечтала побывать Синеглазка. Забрав свой багаж, он вызвал себе такси в свой родной двор, где когда-то они гуляли с Полиной. Барсу за это время не раз звонил Старик, но ему было плевать — главное, вернуться в свой дом.  У подъезда его встретил Леха. Они не виделись почти год, и за это время тот успел стать накаченным мужиком с более четкими контурами лица. Только ботокса ресниц у него уже не было — смылся. Друг радостно поприветствовал Барса, похлопав того по спине и по-братски обнимая. — Ну наконец-то, прилетел, Димас! Ты где там живешь за три девять земель, что летел к нам аж целые сутки? — Леша старался не подавать виду, что ему все еще грустно от инцидента с Полиной. Подбадривать друга-то надо. Лорд также находился у Леши, Барс попросил оставить его у себя. — Да так, то там, то сям. Как у тебя с Диларой-то? Все ок? — Дима ответил рукопожатием на обнимашки. — Все окей, бро. Насчет меня и Дилары не думай. — Леха проводил его в квартиру Димы, и когда тот переступил порог, нашел взглядом свою кровать, вспомнил о Полине. Леша сразу все понял и дружески потрепал его по спине. — А что у тебя там с Настей этой? В прошлый раз ты жаловался, ничего не изменилось? Глаза Барса тут же стали осматривать коридор, спальню, кухню. Все, что он когда-то оставил, вновь вернулось к нему. Но уже без любимой девушки. Как сейчас Барс помнил: Полина сидит и делает за него уроки, а он вместе с Обедом и Лордом пялится на нее. Синеглазка подпирает средний палец к щеке и у того появилось дикое желание поцеловать ее, но он сделал вид, что очень возмущен. А теперь квартира казалось пустой, слишком мрачной. И, наверное, всегда такой останется. Пахло сырым дождем. — Да тоже самое все. Бесит она меня. А после того, как назвала Полину плохой девушкой, вообще хотелось ее убить. Держался как мог, — он не хотел называть Полину так, как это сказала Настя. — поэтому и уехал.  — Ну и правильно, Димыч, нечего такую оборванку рядом держать. — Да это скорее она меня держит. Ну, уже нет, — он поднял глаза в потолок, будто смотря в небо. Леха подошел к нему и приобнял. — До сих пор тоскуешь? — Очень. Полина один раз сказала, что небо забирает хороших людей. Вот и ее забрало. — Прости, что внезапно, но, пошли вечерком ко мне? Я, ты и Дилара, встретимся и пообщаемся как в старые добрые. Сегодня в 19:00 буду ждать тебя. — Понял, — он глянул на наручные часы. Стрелка показывала без десяти три. — мне надо кое-куда сгонять. Извиняй, я поем и поеду. Удачи те, Ресничка. — Барс до сих пор его так называл. — Ты где-то видишь тут ботокс? — вопросительно ответил Леха. — Вижу, но в прошлом. — Во больной. Ладно. Пока, Димка. Как оказалось, Барс арендовал мотоцикл на какое-то время и помчал в ближайший цветочный за красивыми белыми розами. Перед этим он забежал в магазин и купил пару любимых конфет для Полины, которые собирался оставить там. Вдруг она их очень хочет. Глупая мысль. Как она их съест, если.. если мертва? Купив Розочки, Дима сел за байк и помчал на кладбище — место, где от мира отдыхает его Синеглазка. Когда он зашел в калитку, забор чуть заскрипел, а перед глазами стоял размытый образ Полины. Улыбающейся, красивой Полины с ямочками на пунцовых щечках. И на фоторамке она оставалась такой же красивой. По середине ее имя, фамилия и отчество — Туманова Полина Михайловна. Снизу дата жизни и смерти, куча прощальных венков и искусственных цветов. Много конфет на плитке, которая окутывала затерявшийся под твердой землей гроб. Хотелось кричать, плакать, вскопать землю и увидеть ее хоть раз своими глазами живую. Но этого уже никогда не случится. Остается смириться с тем, что случилось. А он этого никогда не сделает. Когда ему впервые позвонили из больницы и сказали эти ужасные три слова, в первые секунды Барс перестал дышать и слышать. В следующее мгновение он отключил звонок и телефон с треском полетел в стену, чуть не сломавшись. Но тот вовремя опомнился — нельзя, там хранится Полина. Живая Полина из прошлого. И ему ничего не оставалось кроме как сесть на диван и плакать. Кричать так, чтобы все услышали. Чтобы она услышала. Переживать смерть любимого человека — одно из самого ужасного, что когда-либо может произойти в его жизни. Ты не знаешь что дальше делать, куда идти, да и как жить ты тоже не знаешь. Пронзает только острая боль с такой силой, что тяжело сделать хоть что-то. Барс положил цветы на надгробие Полины и туда же осторожно сложил ее любимые конфеты, которые она частенько просила у него. Теперь не попросит. Не сможет. Дима начал мысленно разговаривать с Синеглазкой. Разговаривал долго, рассказывал, как прошел его год, а потом тихо, почти неслышно сказал «люблю тебя», и в эту секунду ему показалось, что она смотрит на него. Выглядывает из под туч и улыбается. Действительно, выглянуло небольшое солнышко, которое светило прям в лицо Барса. Он принял это как знак от его девочки и, попрощавшись снова, вышел из кладбища и направился к дому Лехи.

***

— Боже, Дима, ты вернулся! Как ты хоть? —Дилара подскочила к Барсу и по-сестрински обняла его, тихо плача.  — Диль, ну ты вообще без соплей не можешь? — Леха подошел к ней и мягко погладил по голове, а когда Дилара отстранилась и что-то сказала в ответку Леше, он приобнял ее за талию, утирая слезы.  — Да ладно тебе, Лех, девчонки они такие. Прими это да живи себе спокойно.  — Вот-вот, Дима правду говорит. Кстати, хочешь покажу тебе фотки Обеда? Так вымахал, еще больше и крупнее стал!  И Барс согласился. Разговаривали они о всяком: шмотки, школа, профессия. О Полине старались не говорить, только Дилара один раз заикнулась, что бы сказала Полина, если бы узнала, что Барс сбежал от своей недожены. Точно смельчак. — Ребят, я на балкон выйду. Жарко капзда. — проговорил устало Барс. — Конечно, бро. Ждем тебя тут. — протараторил Леха, а Дилара молча кивнула. Дима открыл дверь и вышел на свежий воздух. Уже стемнело, на небе появились первые мерцающие звезды, будто делая белые пятна на черном холсте. Барс о чем-то задумался и посмотрел в небо, надеясь увидеть там Полину, ставшую ангелом. Он точно знал, что она попала в рай. Просто знал. От этого задумался о ней, все также глядя в небо.  Барс словил лютые флешбеки и стал говорить с Полиной. Только уже вслух и шепотом, чтоб друзья не услышали. — Полин, дай мне знак, что ты слышишь меня. Он надеялся увидеть хоть что-то, хоть какую-то зацепку, но не увидел. И тогда точно осознал — Полины нет. На что он надеется? Еще немного постояв, Дима вышел в балкона и закрыл за собой двери, возвращаясь к столу. А за окном резко засверкала одна из звезд, да так ярко, что любой бы увидел ее, не смотря в небо.  В этот момент Полина не только слышала его, но и видела. Дала ему сигнал, который он не успел запечатлеть.