Часть 1

Дело не двигалось с мёртвой точки. Даже переезд в Оазис не особо помог. Правда, действовать приходилось когда-то инкогнито, когда-то – по поддельным документам. Иначе охрана не позволяла брать с собой любимый Глок-26.  Лифт медленно полз вниз, он флегматично наблюдал за пейзажем, открывавшимся из окна, отвернувшись от остальных пассажиров, хотя нет-нет, да ловил на себе заинтересованный взгляд симпатичной блондинки, стоявшей напротив. Флиртуя, улыбнулся в ответ. Однако быстро одёрнул себя, сосредоточившись на деле, отвернулся к окну.  Нужно было торопиться – скоро Дэм будет завален большим количеством работы из-за «Иллюзии славы», начнёт пересекаться с большим количеством новых людей, вычислить сталкера станет ещё труднее.  Да и не мог он вечно быть его телохранителем слэш детективом, пусть детективом и отстранённым. Хоть работать с Дэмом оказалось достаточно интересно и даже весело местами. Да и человеком он оказался приятным, чего нельзя было сказать о большей части надменных снобов, обитавших в этой башне. Порой даже впечатляло, как башня до сих пор стояла под тяжестью таких необъятных самомнений да ещё и в таком количестве. Но башня стояла. А сталкер – где-то там, подбирался всё ближе. В частном расследовании были как плюсы, так и минусы. Плюсы неоспоримы – одно дело за раз, не нужно постоянно отчитываться, тратить время на бумажки и играть всегда по законам. Но были и минусы – не было волшебного значка, который одним своим появлением решал целый ворох проблем. И напарника не было, не было прикрытия. Теперь он сам себе и напарник, и прикрытие. Не только себе – Дэму тоже. Своим бутафорским значком он старался не светить, чаще всего выдавая себя за телохранителя Дэмиана. Впрочем, он даже почти и не врал – от истины недалеко ушел. Лифт мелодично звякнул на первом этаже, распахнув двери одного из десяти гостевых лифтов в лобби. Прогулка по бесчисленным коридорам в попытках изучить Оазис вдоль и поперёк и остаться незамеченным стала привычным делом – как только выпадал шанс, он старательно изучал каждых вход, каждый план эвакуации, наблюдал за персоналом.  День обещал быть жарким – периодически открываемые двери впускали в прохладное помещение волну удушливого жара, которая легко пробиралась даже под холодные потоки кондиционера. «Сейчас бы куда-нибудь в лес, или в горы. На озеро» - он быстро собрался, осмотревшись: все на своих местах, всё как всегда. Очередной коридор вывел его в фойе первого этажа, однако выходить в общий зал он не спешил, прикрывшись колонной, наблюдал за людьми кругом.  Ничего примечательного среди персонала – Оазис жил по распорядку.  А вот среди некоторых обитателей башни происходило кое-что интересное. Наследник Вьера снова кусался со своей пиарщицей Хлоэ, хотя всем уже давно было ясно, что укусы их зашли куда дальше вот таких вот прелюдий в общественных местах. «Жаль – симпатичная. Неудивительно, что Вьера-младший запал! Ещё и с головой дружит! Не девушка – находка!».  Два в одном. Как он любил.  Однако он, сохраняя профессиональную этику, старался не смешивать рабочее и личное – уж очень больно прилетело однажды. Так больно, что до сих пор челюсти сжимались, стоило только вспомнить. И, казалось бы, с краха его последних и единственных серьезных отношений прошло уже пять лет, но существенно в его личной жизни ничего не поменялось – случайные и непродолжительные интрижки чередовались с сексом без обязательств.  Наверное, подобное его даже устраивало, вот только привык он абсолютно к другому. «Парный игрок», «игрок на двоих» – так друзья, подтрунивая, говорили о нём раньше.  А теперь ближе всего к его «парной игре» был Дэмиан. Все эти гейские шуточки он не особо ценил, но отрицать, что они за валом нескончаемой работы и усталости, которые вкупе срезали круг общения до одного-двух человек, всё больше и больше походили на пожилую пару, было трудно. А ведь им едва за тридцать.  Пока Дэмиан был заперт в номере и учил роль, Кларенс решил продолжить изучать коридоры этого муравейника. Правда, за счёт роста ввысь, это всё больше походило на термитник.  Младший Вьера как всегда выглядел не особо напряженным, с игривой насмешкой рассматривая своего пиар-агента, которая хмурила брови и что-то строго пыталась до него донести, отчитывая в очередной раз. Ларс же, очевидно, абсолютно её не слушал, хотя внимательно пожирал голодными глазами. Впрочем, она играла не меньше, чем остальные – ей определённо нравилось, когда её строгость налетала, натыкалась на пофигизм наследника. Что ж, эти двое нашли друг друга. - А я сказала: мне не нужен помощник! – Хлоэ раздраженно ходила туда-сюда, пока они в холле ожидали машину. - Не обсуждается. Тем более, я Вам предлагаю не помощника, а помощницу – не думаете же Вы, что я подпустил бы к Вам кого-то еще? Мне кажется и без этого много лишних: Дэмиан, его телохранитель… папуля! «Мутный?» – он фыркнул и закатил глаза, услышав в свой адрес столь высокую оценку. Кларенс притаился в тени коридора, прислушиваясь – да, теперь приходилось опускаться и до простого подслушивания. Но Хлоэ теперь имела непосредственный доступ не только к старшему Вьера – своему нанимателю,  но и к младшему. К этому-то теперь двери для неё были открыта 24/7. И это уже приносило кое-какую информацию. А еще его не на шутку беспокоила власть Вьера-страшего: погиб Грег Вьера, а полиция, детективы, эксперты приезжали всего раз. И даже не опрашивали никого. На следующий день, стоило только смыть кровь с дорогой уличной плитки, как Оазис забыл о случившемся, будто ничего и не было – ни одного детектива, а знал он многих, он в Оазисе до сих пор не видел, хотя даже самоубийства принято «дорасследовать». Вот и приходилось и за это дельце взяться самому. - Ларс!  Это здесь при чём? Или ты помощницу для себя нанимаешь? - Ревнуете? – брови наследника игриво поползли вверх, он чуть наклонился к своему агенту, однако с виду – абсолютно в рамках приличия. А вот взгляд от приличия был далёк. – Вам идет ревность, Хлоэ. Нет! Вам идет ревновать именно меня! Она сердито вскинула на него взгляд, не приближаясь – тоже в рамках приличия. Что ж, подобный роман – лишь удар по репутации. Не зря же пиарщица Грега Вьера, спавшая с ним несколько лет, предпочитала молчать.  - Нет! – девушка насмешливо фыркнула, продолжая, однако, хмурить брови. – Уйми уже своё эго! - О! Оно у меня довольно большое – трудно унять! Впрочем, большое не только оно! – Ларс игриво усмехнулся. – Ну, Вы же знаете! Кларенс же думал, можно ли ещё выше закатить глаза от подобного пик-апа. - Я переживаю о том, что появится незнакомый мне человек, который будет иметь доступ к твоим делам и информации о тебе! – Хлоэ пыталась оставаться профессионалом, что вызывало неподдельное уважение. – Себя я могу контролировать, а… - Точно? Можете? А мне казалось, что ночью не особо получилось! – Ларс растянул на губах хитрую улыбку, склонившись к ней ещё ближе – до перехода рамок приличного оставалось совсем немного. – Хотя меня Вы контролировали очень… профессионально, я бы сказал! Я бы даже спросил, откуда в Вас такая тяга… кхм… к власти. Да боюсь, у меня такое маниакальное желание управлять всем и вся ассоциируется только с отцом. А уж это отбивает всё желание. Так что я просто буду вспоминать, что было… - Тебе не удастся сменить тему! – Хлоэ успевала резво отвечать на нескончаемый шквал сообщений, при этом поддерживая беседу с наследником, которому происходящее не особо нравилось – он привык к безраздельному вниманию к своей персоне. «Как бы он Дэма с экрана сместить не попытался» – Кларенс усмехнулся, продолжая прислушиваться.  - Тогда Вам придётся убрать чёртов телефон! – Ларс быстро, но аккуратно, даже бережно, перехватил руку Хлоэ. Что ж, жест был более чем красноречив – наследник влюбился по уши. Знакомое чувство, когда нужно внимание лишь одной, когда даже к телефону с выпуском новостей ревнуешь. – Не помощница. Это адвокат. И это не моя прихоть – так нужно! – он скривился, однозначно намекая на того, кому это всё было нужно. – Она разгребает мои… кхм… мелкие правонарушения, обрабатывает иски, просматривает контракты… - Ларс! – Хлоэ проигнорировала руку, однако она,  как и детектив, в отличие от Ларса, услышала кое-что определённое, что наследник, похоже, ещё в силу молодости, проигнорировал. – Что значит «раз-гре-ба-ет»? Она уже приступила? - Упс! – Ларс игриво подмигнул с видом: «попался!».  - И что ещё за штрафы и мелкие правонарушения? Почему я ничего не знаю? А если это всплывёт на… - Не всплывёт – для этого и работает адвокат!  - Но… - Машина подана, мистер Вьера! – за ними пришёл водитель. Ларс, явно не желая ни продолжать тему, ни портить настроение, игриво приобняв пиар-агента за талию вполне приличным дружеским жестом, потянул её в сторону машины. - Видите, Хлоэ – я держу себя в руках! Конечно, в данный момент я держу в руках Вас, но оцените, какое приятное совпадение. Так что и Вам придётся немного подержать себя в руках. Впрочем, не будут возражать, если Вы возьмете пример и подержите в руках меня. - Всё? Все каламбуры выдал? - Я только… Они покинули лобби, обмениваясь подобными плоскими шуточками. Шутки были не особо забавными, но имели смысл только для них двоих. Да уж, давненько сам Кларенс так не шутил… Вчерашнюю шутку Дэма про его роль «рабочей жены» в двухгодичной пьесе их сотрудничества он даже вспоминать не хотел – уж слишком забористо от неё разило правдой.  Только он подумал об этом, как на телефон упало сообщение от Дэма – тот собирался в спортзал. Что ж, поддержание формы входило и в обязанности актёра, и в обязанности детектива, пусть и выдающего себя за телохранителя.  «Временно! Это всё временно…». Так что и здесь они проводили безбожно много времени вместе. Правда, нужно всё же отдать должное полицейской подготовке и привычке: в зале Кларенс проводил чуть больше времени. Ещё был тир… «Надо бы на материк выбраться, постре…» - он даже додумать не успел.  - А следить за моим клиентом тоже входит в обязанности… кхм… детектива? Голос, который показался до тошноты знакомым, разом пробудил не самые лучшие воспоминания. Да, слышал он этот голос всего пару раз за пару дней пять лет назад, да только дерьма потом было куда больше!  «Нет! Нет! Нет! Только не это! Только не эта!» – всё ещё не желая верить в происходящее, Кларенс на всякий случай натянул на лицо привычное спокойствие, чтоб, если ошибся, не одарить случайного человека своим непрофессионально-неприветливым видом и презрительным взглядом – подобное отношение заслуживал лишь один адвокат. Но ошибки не было.  Обернувшись, едва сдержав разочарованный вздох, он открыл было рот, да она перебила, не дав сказать: - Какая приятная встреча! Детектив Фейн, если правильно помню? – она сощурила глаза в привычной хитро-изучающей манере, цепко и колюче наблюдая за каждой реакцией.  Да только лобби Оазиса – не зал суда: изучать себя подобным образом он больше  не позволит. Того раза, после которого начало рушиться всё, ему хватило. - Удивлён, что помните: Вы в тот раз по многим именам прошлись – длинный был список! - Правда? – она сделала вид, будто припоминала что-то: наигранно, фальшиво. Типичный адвокат. – А мне помнится, только по тем, кто был причастен к… кхм… исчезновению или порчи некоторых улик – назовём это поделикатнее именно так! - Охотно верю!  - И, если помните, в суде сказала, что не собираюсь обвинять Вас, а лишь доказываю, что следствие не было проведено должным образом, что осталось много белых пятен… - Не обвинили, но репутацию подмочили! – ему до сих пор было противно вспоминать тот день суда. В тот день всё в его жизни поменялось. Однако он, хвала выдержке, говорил абсолютно спокойно, натянув маску – он тоже хорошо научился притворяться. Да и за последние годы столько всего произошло, что нужно было очень постараться, чтобы по-настоящему вывести его из себя.  - Неужели?! Вы же понимаете, что я лишь собрала улики и интерпретировала полученную информацию. Создавал её кто-то другой…  Он фыркнул: - Уверены, что к созданию руку не приложили?! А мне помнится другой услышанный разговор, в котором Вы благодарили кого-то за «записи, которые не отличишь от настоящих!». Она удивлённо приподняла бровь, в глазах на миг промелькнуло беспокойство. Однако она отлично владела собой – собралась моментально. - В любом случае, детектив! – она с нажимом в голосе выделила последнее слово, будто хотела побольнееткнуть его в открытую рану. Конечно, к его отстранению причастна она не была – это произошло через несколько лет. Однако цепочку событий, приведших его в Оазис, запустила именно она. Точнее, он все последние годы упорно уговаривал себя в этом. – Настоятельно рекомендую Вам не нарушать более границы частной жизни моего клиента! – она прошла к лифту, нажав на кнопку. Он лишь сжал зубы, понимая, что придётся либо ехать с ней, либо ждать другой лифт неизвестно сколько. Оставалось лишь надеяться, что она выйдет почти сразу – тащиться в её компании до 53 этажа Дэма не хотелось вовсе.  - Стоять в лобби – нарушение границ? – он скрестил руки на груди, ожидая лифта: они славились своей скоростью, но по закону подлости, когда было нужно, предательски ползли где-то там... – Не только вы знаете законы, мисс… Баллард? – он даже не стал проверять, кивнула ли она: он не ошибся. Уж в этом был уверен точно: память у него была отменная!  - Какая отменная у Вас память! Странно, что вы не вспомнили о законах, когда, к примеру, не оформились на должность как подобает! Напоминаю: именно это слегка, как вы выразились, и подмочило Вашу репутацию.  И снова укол в больное – он до сих пор ощущал вину перед капитаном участка за тот случай, который она так умело ввернула в судебное заседание, заставив капитана снова пройти через унизительные вопросы. Да, по его вине. Но подняла это всё она! - Дайте угадаю: Вам наверх? – притворная улыбка, идиотский вопрос: они в лобби первого этажа, эти скоростные лифты шли только наверх. Он очень надеялся, что этот абсурдный вопрос натолкнёт её на мысль, что она попутчик нежеланный. Но прошибить адвоката было трудно: она с нескрываемой скукой смотрела на двери лифта. Как назло, больше желающих отправиться наверх не нашлось. Под стук её каблуков и скрип его плотно сжатых зубов они зашли в лифт, нажали нужные этажи.  - И всё же я сделаю Вам одолжение по старой памяти, предупрежу ещё раз, детектив: не пытайтесь что-то разузнать о моём клиенте. «Так она думает, что я действительно шпионю за Вьера? Пф!» – он насмешливо фыркнул, что не укрылось от цепкого взгляда адвоката.  - А если попытаюсь? – скрестив руки на груди, он прислонился спиной к стене лифта, впервые в жизни внимательно рассматривая этого адвоката. Она стояла напротив: осанка ровная, расслабленная, кожаный портфель держала двумя руками перед собой, правую ногу слегка отвела в сторону, чтоб было удобнее стоять на высоких каблуках, из-за чего разрез прямой юбки открывал чуть больше, чем обычно.  Неплохо. Даже эффектно. Правда, бесспорно, самой яркой деталью, которую он отчего-то не рассмотрел ранее, при первой встрече пять лет назад, оказались её глаза: неожиданно яркие, выразительные, потрясающего цвета.  «Линзы? Не похоже… Неужели всегда такими были?». При первом их знакомстве она вообще запомнилась ему отстранённой, холодной и безжизненной. Пустой. Сейчас же будто другой человек. Нет, уровень занудства, язвительности и надменности тот же, но вот само поведение… Будто ожила. «Видать, поднаторела на адвокатском поприще: тогда первое дело было. Боялась, должно быть! Теперь вон как заматерела!» – он снова фыркнул, продолжая сверлить её напускным насмешливым взглядом.   - Если попытаетесь? – она повторила его вопрос, растянув губы в улыбке, продолжая откровенно насмешливо рассматривать его в ответ: будто она тоже видела его впервые. – Что ж, если будете путаться под ногами, мешать вести дела – мне придётся обратиться к Вьера: сомневаюсь, что это они наняли Вас, детектив! Думаю, им будет очень интересно узнать, что за человек расхаживает по их семейному охраняемому и обожаемому детищу с оружием! – она растянула губы в надменной улыбке, откинув идеально уложенные волосы на спину, поправив не менее идеальный пиджак, идеально сидящий по фигуре: не заметит подобное только слепой. Слепым он не был! «Уж у этой-то точно вся жизнь должна быть идеальной – от маникюра до дома с лужайкой в престижном районе! Тошнотворно идеально!». Слишком много «идеально»! Однако отчего-то образ, который он все пытался притянуть к «скучному идеальному», постоянно ускользал в другую сторону: интуиция и опыт детектива вопили ему, что где-то кроется подвох! Что-то в её образе не то! Что-то выбивалось!  К своей досаде Кларенс никак не мог понять, что именно. Что-то ускользало. Глядя на старую «знакомую», которую несколько лет вспоминал самыми «добрыми» словами, он впервые радовался, что был отстранён от службы – теперь-то ему ничего не помешает проучить это дамочку, пройтись по её репутации тоже.  Правда, на него совершенно не похоже: мстительность никогда не была в его духе. - Можете не сомневаться – они знают, кто я! – он ответил спокойно, глядя на неё сверху вниз: благо с его ростом это было сделать очень просто, даже при том, что она была в бардовых лакированных шпильках. «Идеально подходящих к костюму, естественно же! Как же иначе!» – в нем закипало презрение к её идеальному миру. И злость. За его разрушенную, некогда идеальную, жизнь.  Она если и была удивлена его спокойствием и ответом, то быстро взяла себя в руки: во истину – блефовать так, как адвокаты, едва ли умеют даже заядлые картёжники.  - Знают? – она снова растянула губы в приторной улыбке, которые вызывали в памяти не самые приятные воспоминания. – Тогда им, несомненно, будет интересно узнать, что детектив, гуляющий по их вотчине с оружием, – она сделала шаг ближе, звонко щёлкнув идеальным маникюром по его кобуре. Он же еле сдержался, чтоб не отработать на ней захват побольнее – к оружию он никого не подпускал, однако оставался стоять неподвижно и с невозмутимым видом, лишь проследив, чтоб она более не смела касаться кобуры, - … никакой не детектив! – она склонила голову, скрестила руки на груди, повторяя его позу, наблюдая, как её слова меняют его лицо.  И ведь изменили – по больному ударила. Снова! И как бы он ни пытался вспомнить о воспитании и манерах, но пара бранных слов в её адрес в голове все равно проносились. С другой стороны, пара бранных слов за разрушенную личную жизнь – ерунда.  - А они знают, что их адвокат грешит фальсификацией улик?! – это он уже процедил сквозь зубы. – Они уверены, что им подходят такие способы ведения дел? – он склонился к ней, она же демонстративно отвернулась, случайно задев его идеально уложенными – локон к локону – волосами, встав лицом к двери лифта: скоро её этаж. – Все знают, как скрупулёзно Винстон Вьера относится ко всему, что касается его репутации! – пора было бы заткнуться, не выдавать всё и сразу, но, похоже, он всё ещё не отпустил прошлую ситуацию, чтобы с трезвой головой влезать в новую. - Уверенны, что именно Вы хотите говорить со мной о подделке улик? – она повернулась к нему вполоборота из-за плеча. Неожиданно близко. Специально, чтоб он видел, как насмешливо приподнялась её бровь. – Впрочем, Вы правы – с подделками, весьма искусными, должна заметить, ранее существовавших улик – это ко мне.  - То есть, даже отрицать не станете?   - К чему это теперь: Вы же сами слышали тот разговор. А дурака лепить из Вас я не собираюсь – и без меня есть кому! – не дав ему и слова вставить, она продолжила: – А вот к Вам стоит обращаться по части подлогаулик. Точнее, по вопросам их внезапного – ой, как удобно – исчезновения из дела! Ах, простите, детектив! – последнее слово было пропитано насмешкой. – Не к Вам с этим разговором – к Вашей, нужно полагать, уже жене!  - К бывшей невесте! – процедил сквозь зубы, всё ещё сдерживался, молясь, чтобы лифт приехал на место как можно быстрее. Она снова повернулась к нему из-за плеча: в этот раз на лице её красовалось неподдельное удивление. Заметив этот взгляд, он презрительно скривился, раздражённый её лицемерием и фальшивым образом. Хотя, стоит отдать должное, удивление вышло вполне натуральным. «Дэма бы сюда – он бы точно сказал!». – Не делайте вид, что не знали этого, госпожа адвокат! Мало было всё разрушить… За карьерой моей наблюдали, раз так осведомлены, значит, и об этом знаете! – он прекрасно видел, что она была удивлена, однако не желал даже в такой мелочи считать её искренней и честной.  Не желал! Не желал!  - Больно много чести! – она презрительно фыркнула. О! А вот в это презрение он верил на все сто. – Ни Вы, ни Ваша амурная жизнь или карьера меня не интересовали и не интересуют. Пока не касаются моего дела.   - Да? Но что-то Вы больно хорошо осведомлены! - Да как Вы вообще детективом стали?! – она снова резко повернулась к нему лицом, внезапно отпрянув: не ожидала, что он стоял настолько близко. Ну, хоть что-то приятное во всей идиотской беседе.   И запах духов, неожиданно, тоже оказался приятным.  «Снова – идеально!».  - А Вы с Вашими методами подлога как лицензию адвоката получили? – уступать не хотел никто. – Или лицензия – тоже искусная подделка? – он не удержался от язвительной ухмылки.    - Зато мозги настоящие! В отличие от Вас я могу два и два сложить. Ваш пропуск Оазиса – гостевой, выдаётся на сутки, – она нагло подцепила пальцами пропуск, который был прикреплён к ремню, на миг задержав там взгляд. – Однако дата на нём просрочена уже двое суток. Стало быть, Вы здесь три дня и не по служебному делу – сомневаюсь, что участок будет за это платить, да и на службу выйти Вам все равно за три дня пришлось бы. Тем более, дни эти – будние. И уж явно было бы удобно прицепить пропуск к значку – какой коп откажется от такой демонстрации силы и власти, коль уж открыто, не таясь, расхаживает с оружием? Оружие при Вас, Глок-26, как я вижу? Не тот самый часом? – она усмехнулась, очевидно, вспоминая суд. – Значит, всё же, по делу. Не думаю, что Вы настолько низкого мнения о себе, – она снова окинула его оценивающим взглядом, – чтоб носить оружие ради съёма богатеньких дамочек. В альфонсы же Вы не подались, я надеюсь? – теперь она окинула его по-женски оценивающим взглядом. Женщины на него смотрели, да и он умел их привлекать, порой используя в интересах следствия подобные симпатии и флирт, так что подобный взгляд узнавал сразу. От неё – что-то новенькое. –  Значит, по делу. Однако ни один уважающий себя детектив не станет носить перчатки для стрельбы круглые сутки. А судя по тому, как у Вас на коже запястий уже отчётливо виднеются давние тёмные «браслеты» от Ваших, прошу заметить, весьма поношенных перчаток, делаю вывод, что Вы их не снимали, или носите почти круглосуточно вот уже несколько дней. Стало быть, постоянно готовы использовать оружие или постоянно заняты. Стало быть, дело серьезное. Резюмирую: Вы точно не на службе, точно не по приглашению владельцев, точно по делу настолько серьезному, что пренебрегаете возможностью нормально помыться, лишь бы оставаться начеку. А коль дело такое серьезное, что требует такой концентрации, то сомневаюсь, что Вьера будут рады вмешательству… частного детектива? телохранителя? альфонса? … в их дела!  До её этажа они доехали в тишине.  Раздался знакомый звон, стук каблуков – она покинула лифт, снова повернувшись к нему лицом, но стоя уже в коридоре. - И, собственно, Вы сами подтвердили мою догадку, начав угрожать разоблачением моего непрофессионализма перед Вьера – не стали оправдываться, а сразу напали. Чем не доказательство?! – она улыбнулась напоследок, скрывшись за дверьми лифта.