Часть 8

Девушка провела их по идеально вычищенным ступеням на второй этаж, отворила дверь в просторную, уютную комнату. Что ж, на притон этот дом походил мало. А вот на резиденцию главы сети притонов – вполне. Но она старалась более не делать столь поспешных выводов о людях – жизнь научила! - Полотенца в душевой. Чистая одежда… – девушка виновато посмотрела на два аккуратные стопки, что лежали на кровати. – Мы не ожидали гостей, прошу простить. Что нашли! Как только переоденетесь, позовите меня, я тут же займусь вашей одеждой – займёт не более часа, я надеюсь. На комоде – аптечка. Как будет нужна помощь – позовите, а помогу обработать рану.  - Справимся! – Кларенс был всё ещё взвинчен, однако не видел смысла отыгрываться на случайных людях, мягко добавил: – Спасибо, Анна. Улыбка его имела волшебное свойство – горничная тут же облегчённо вздохнула, удалившись из комнаты.  Дождавшись, пока за девушкой закроется дверь, он тут же подошёл к окну, проверяя рамы – не запеты. - Туфли сними, в них будет трудно! – он распахнул окно, осматриваясь по сторонам, просчитывая путь побега. - И не подумаю! - Ты, конечно, говорила, что в шпильках многое можешь делать, но сомневаюсь, что спускаться по трубе и прыгать в щебень – одно из этих умений! – он повернулся к ней, сердито рассматривая.  - Я сниму туфли, детектив, – она легко, снова играя, скинула сначала одну, затем вторую туфлю, не без удовольствия наблюдая за его реакцией. – Но лишь для того, чтобы сходить в душ! – она подошла к кровати, забрав стопку одежды. - Мы уходим! Немедленно! – он отошел от окна. Теперь Кларенс начинал злиться. – Не заставляй применять силу, адвокат! – он подошёл близко, снова почти вплотную.  - Ты – можешь идти. Я – остаюсь! – она отвернулась от него, направившись в душ. Не успела она, скинув пиджак, расстегнуть и половину пуговиц на блузке, как в комнату влетел Кларенс: - Ты серьезно?! Душ важнее безопасности?! – он вцепился в неё глазами, только сейчас заметив, что она уже начала раздеваться. - Работа важнее, детектив! Эти люди следили за Ларсом, значит, они и расскажут, зачем! - Твоя работа – Хлоэ, а не Ларс!  - А твоя – Дэм, а не я! Я уже говорила – всё слишком часто пересекается, детектив! Так что я остаюсь!  Впервые на её памяти Кларенс непотребно выругался, хлопнув дверью. Горячая вода оказалась неожиданно приятной даже в такую жару, смывая следы не самой приятной поездки. Ссадина на лбу, стоило только в неё попасть воде, начала противно щипать, напоминая о своём существовании.  Тщательно вытерев волосы, она попыталась без скепсиса и насмешки взглянуть на то, что досталось в качестве одежды ей – объёмная мужская рубашка. И всё. - Слишком громкое название «комплект одежды» для этого! Благо, рубашка принадлежала высокому мужчине, так что при её росте могла сойти почти за мини-платье. Что ж, пару часов, пока чистится её одежда, можно подождать и в этом. Оставляя за собой влажные следы на сухом полу, она вышла в пустую комнату – окно было прикрыто, рама опущена. Лишь небольшая щель позволяла воздуху шевелить ткань штор. - С ногами-то у тебя что?! Голос Кларенса из-за спины заставил вздрогнуть. Тело сработало быстрее, чем она успела подумать: шаг от голоса, поворот, руки на уровне корпуса…  Благо, быстро опомнилась, опустив руки, расслабив ноги. Но от Кларенса не укрылось: - Это что, боевая стойка? – он был удивлён, однако не сдержал смешка. - В детстве боксом занималась! – ложь легко слетела с языка. – А потом – балетом. Так что у меня ещё и растяжка хорошая. Что ж, она знала, как правильно отвлечь мужчину. В одной рубашке поверх белья сделать это было проще простого. Кларенс тяжело сглотнул, поднялся с кресла, что стояло у стены лицом к двери – хозяину, несмотря на оружие, он не доверял. Слова её он, может, и принял за шутку, однако вопрос повторил: - Что с ногами? Откуда столько… - Кларенсвнимательно рассматривал шрамы на её ногах, то и делозадерживая взгляд на грубом и заметном рубце, который уродовал её левое бедро почти от самого белья. – И этот шрам откуда? - С велосипеда ещё в детстве упала неудачно на арматуру, – университетская практика помогал убедительно врать, хотя, говоря честно, врать не хотелось. Хитрить, увиливать, не договаривать – одно дело. Врать – уже другое.  - А остальные?! – если Кларенс и поверил по поводу самого грубого шрама, то остальные всё ещё вызывали у него вопросы.  - Падаю часто! По сути, почти правда. Ноги её были покрыты большим количеством светлых шрамов от царапин, синяками. Самого разного цвета – получены в разное время. - Тейя! – Кларенс снова был сердит. Злился. На то, что она не хотела отвечать. И беспокоился. Неподдельно. И из-за этого злился ещё больше. Нетрудно было догадаться, о чём он подумал, увидев столько отметин на ногах. – Не ври! «Главное, что от большого шрама отстал!». Она давно привыкла жить с ними, прятать их, что абсолютно забыла, как другие могут реагировать на подобное. А ещё она слишком давно ни с кем не встречалась, слишком давно ни перед кем не раздевалась и ни с кем не спала, чтоб переживать о том, что кожа её теперь была совсем уж далека от бархатной и шелковистой, навязанной рекламой. А теперь ещё приходилось постоянно носить то юбки, но платья… В брючные костюмы подруги к своему стыду она не влезла в бёдрах. Так что пришлось носить то, что дали! И постоянно замазывать старые следы на коже тональником. А сегодня она совершенно об этом забыла – расслабилась, не подумала, что Кларенс может увидеть. Тёплая вода смыла всю косметику с тела. - Что ты хочешь услышать, детектив? – она отошла от него, взяв в руки аптечку: пора было приводить себя хотя бы в относительный порядок. - Кто это сделал? Она посмотрела на детектива через плечо, невинно пожав им: - И снова бритва Оккама сыграла против тебя, Кларенс! – она оторвалась от зеркала, полностью повернувшись к детективу, который неотрывно следил за каждым её движением. – Проще предположить, что есть кто-то, кому я позволяю делать с собой подобное, чем то, что я часто падаю, так?! - Это преступление! Ты это не хуже меня знаешь! – злость в голосе детектива смешивалась с неподдельным беспокойством. Настолько искренним, что говорить загадками дальше было стыдно. Но и правду говорить она не хотела. Слишком болезненно. Примирительно улыбнувшись, она заговорила открыто: - Уверяю, детектив: ни одному мужику я не позволила бы и не спустила бы с рук подобное обращение! – она подошла к нему, встав напротив, глядя прямо в глаза. Придётся говорить правду. Хотя бы частично. – Я правду сказала: часто падаю. На тренировках. Но твое беспокойство мне даже льстит, Кларенс.  Он внимательно следил за её лицом, пытаясь найти в нём ложь. Не нашёл. Немного расслабился, усмехнувшись: - Но в багажник себя засунуть позволила!  - У меня были связаны руки! И я была без сознания!  - То есть, чтобы ты стала делать то, что от тебя просят, тебя связать нужно? - Аккуратнее, детектив – попахивает нарушением закона! – она улыбнулась игриво, подошла к нему ещё ближе, принюхиваясь. – А вот в душ сходить тебе бы точно не помешало. Обещаю не покидать приделы комнаты – связывать меня не придётся! Кларенс фыркнул, забрал чистую  одежду, скрывшись в душе, не забыв выбросить за дверь перепачканные пылью джинсы и рубашку. Когда он вышел, она уже успела кое-как распутать волосы.  - Я уже отдала Анне одежду, – она позволила себе нагло, с любопытством рассмотреть детектива, которому достались чьи-то домашние мягкие штаны. Рубаха же оказалась на пару размеров ему мала. Так что детектив без стеснения и смущения ходил перед ней в одних штанах.  «Ещё и полотенцем пользоваться не умеет, что ли?!». Впрочем, стесняться ему было нечего – тело в идеальной форме, парочка шрамов на плече, груди, почти в паху, уходя куда-то за ткань штанов. Ну, мужчинам такое шло, вызывало в женщинах желание прикоснуться, потрогать, поцеловать… «Обойдётся, что б его!» – она убрала щётку для волос, оторвав жадный взгляд от детектива.  Пора ей было браться за личную жизнь.  «Закончу с этим делом – сразу же займусь!». Её единственная подруга Хилл, Хиллари была счастлива замужем за её единственным другом Айваном. Когда-то они дружили вчетвером.  Теперь же Хилл и Айван поженились, впрочем, каким-то нелепым образом пытались переключить на неё родительскую любовь, за что постоянно получали нелестные комментарии. Отшучивались, что у неё просто подростковый период, и снова пытались её наставлять. Сказать честно, это всё было шуткой. На деле друзья её искренне любили, переживали и заботились. И поддерживали, что очень важно. Друзья познаются не только в беде – тогда она узнала, как хорошо иметь опору. Настоящие друзья познаются после беды, когда опасность, горе и отчаяние уходит, накатывает рутинное болото, которому не видно конца и края, из которого невозможно выбраться… Её друзья тянули её из этого болота: вновь и вновь. Год за годом. Не бросили. Собственно, Айван и свёл ей с Вьера, порекомендовав на эту работу.  Она до сих пор не до конца верила, что ей с ними так повезло: всё ждала какой-то подвох, который в прежних отношениях хоть с парнями, хоть с друзьями, хоть с семьёй всегда находился. Раньше их было четверо. Осталось трое. «Сколько уже прошло? Пора бы …». Однако внутри всё до сих пор противилось.  Друзья же давно пытались познакомить с кем-то. Она же умело скрывала боль за злостью. И это всё тянулось вот уже несколько лет. Похоже, первым решило сдаться тело – секса не хватало. «А тут ещё детектив… Кларенс в таком виде!» – она почти прорычала собственным мыслям, устало упав на спину поперёк кровати, слыша, как детектив снова опустился в кресло, продолжая рассматривать её. - А содержимое карманов?   Она не сразу поняла вопрос, погрузившись в свои мысли. - Ты о ключ-карте, салфетке с чьим-то номером и парочке старых презервативов? – она насмешливо фыркнула: – Из твоих карманов все на тумбе, – она, не глядя,  указала на  прикроватный столик с другой стороны.  Глаза тяжело закрылись – бессонная ночь и тепловой удар, похоже, всё же полученный в багажнике, давали о себе знать.  Босые шаги детектива послышались возле кровати – он подошёл к тумбе, осматривая своё барахло. В следующий миг матрас продавился под тяжестью его тела – он опустился рядом также поперёк, но с другой стороны кровати. Она раскрыла глаза, столкнувшись с простой улыбкой детектива: тот тут же отвернулся, устало прикрыв глаза согнутым локтем – вид у него был не менее усталым.  Так они пролежали… неизвестно сколько. Уснули! Оба! В доме тех, кто их похитил! Конечно, она не думала, что им угрожало что-то реальное, однако спать в таком месте – перебор даже для её крепких нервов. Она испуганно разглядывала потолок, проснувшись первой.  С другой стороны, она впервые видела детектива спящим – грудь ровно вздымалась, патрон на цепочке скатился с груди, свисал теперь слева, мышцы торса расслабились, что, однако, совершенно не портило общей картины: детектив был привлекателен и красив, отрицать это становилось невозможно. Его хотелось изучать глазами. И не только ими – рукам и языку до зуда хотелось прикоснуться к нему. Казалось, что может быть проще – просто сесть сверху, разбудить долгим поцелуем, продолжая ласку, спуститься ниже… Ей казалось, что детектив не особо будет возражать. А ещё что-то подсказывало, что привлекательная внешность не раз выручала детектива.  Она и раньше это понимала. Ещё в суде. Просто тогда это всё было где-то там… Будто где-то за стеклом, совершенно не касаясь её, не имея к ней никакого отношения. Кларенс тоже был где-то там – просто очередная тень, с  которой она пересеклась на ненавистной работе.  То время было для неё худшим  – она до сих пор удивлялась, что смогла выиграть то единственное дело. Она выиграла его не из-за амбиций или сильного желания справедливости. Нет, причина была жалкой, гадкой и эгоистичной – ей самой было необходимо это дело, чтобы забыться. Нужно было что-то, чтоб не спятить. И плевать ей было тогда на всех и каждого: на подзащитного, на детектива Адамс, на детектива Фейна… Оттого-то её до сих пор так раздражало, что Кларенс постоянно тыкал её носом в это дело, припоминая.  А ещё она до сих пор помнила, как её бесило его счастье – невеста, квартира, переезд, свадьба… У неё же не осталось ничего. У неё все отобрали… И как же она хотела отыграться, отобрать у кого-то то, что отобрали у неё. Очень хотела – из песни слов не выкинуть. Но она поборола себя – не стала топить ни детектива, ни его невесту. Они-то были не виноваты… Точнее, он не был виноват, Адамс-то по-полной облажалась! И вот теперь этот самый детектив, который так злил её своей слепой любовью к невесте, тихо спал рядом с ней. Без невесты, без жены, без любимой работы…  Впрочем, что же было у неё? Только друзья. Больше – ничего… Она перевернулась на бок, продолжая рассматривать детектива. Время ещё было – Анна до сих пор не пришла, значит, дремали они недолго. Детектив зашевелился во сне, опустив руку на кровать, подтянув к себе одну ногу, из-за чего очертания паха теперь стали заметнее: косые мышцы будто зазывали проверить, чем же они заканчивались.  - Если так любопытно, я возражать не стану! – насмешливый голос справа заставил её вздрогнуть, оторвать взгляд от штанов детектива. В голове сразу пролетела тысяча отмазок вперемешку с ругательствами – прошлая, любимая работа преимущественно среди мужиков не прошла даром – ненормативная лексика прочно вошла в лексикон. Теперь приходилось с этим бороться. - Боюсь, выйдет нечестно, детектив! – она приподнялась на локте, взяв себя в руки настолько, что смогла вернуть ему наглый, обманчиво спокойный взгляд. Он хмыкнул, опустив руку на живот. - А я так старался восстановить справедливость – мне-то видно всё! – он, не скрываясь, стрельнул глазами на её бёдра: рубашка задралась, пока она дремала. Задралась настолько, что теперь и бельё её было видно.  «Хорошо хоть красивое!» – ненужная мысль, но всё же она пронеслась в голове.  Сколько же сил ушло на то, чтоб не начать торопливо и нелепо поправлять рубаху! Сдержалась: пусть думает, что её подобным не смутить.  «А ведь раньше и голой ходила – не смущалась! Отвыкла…».  - Смотрите, детектив – мне скрывать нечего! – она усмехнулась, когда улыбка спала с его лица, стоило ей только чуть-чуть, совсем немного развести ноги: вроде ничего нового глазам его не предстало, однако на это и был расчёт: детектив разочарованно выдохнул, тяжело задышав. Будто спохватившись, он резко поднялся с постели, первым делом схватившись за пистолет, проверил второй. - Не стоило так остро реагировать… Он перебил: - Шаги, – голос его сбился. Кларенсу пришлось откашляться, прежде чем он снова продолжил: – Кто-то в коридоре.   В подтверждении его слов раздался стук: Анна принесла их одежду. Не желая усугублять ситуацию, она быстро скользнула в душевую комнату, пока Кларенс обменивался любезностями с горничной. Вышла она, лишь когда закрылась дверь и послышался лязг пряжки ремня – детектив одевался. - Что за ложная скромность, адвокат? – он хищно улыбнулся, накинув на себя рубаху, спешно застегнув её.  Тереть время было глупо – она направилась к одежде, намереваясь снова скрыться в душе, но… Кларенс перехватил её костюм, увёл прямо из-под носа. Недоумевающим взором она наблюдала, как детектив снова вернулся в кресло, сложив её одежду себе на колени. - Ты же сама сказала, что тебе нечего скрывать, а я могу смотреть! – игриво насмехаясь, он протянул ей блузку, изогнув бровь: слабо? «Не на ту нарвался, детектив!». Она спокойно, чтоб не давать детективу лишний повод для торжества, медленно расстегнула пуговицы чужой рубахи, аккуратно, без лишней спешки избавилась от ткани, швырнув на кровать, оставшись перед Кларенсом в одном белье, тайно радуясь, что отросшие за несколько лет волосы надёжно скрывали остальные шрамы, о которых не хотелось говорить. Теперь уже она насмешливо изогнула бровь: и кому слабо? Нарочно, издеваясь, она застыла перед ним, позволяя рассмотреть себя полностью. Что ж, царапин и шрамов на коже, конечно, хватало – прошлое давало о себе знать – но волосы их скрывали, тело было красивым, подтянутым. Мышцы легко перекатывались под кожей от каждого движения, приковывая голодный взгляд. Игривая улыбка ушла с лица детектива, однако и растерянности на нем не появилось – просто неподдельный интерес, любопытство, желание наблюдать дальше, желание прикоснуться. Но он хорошо умел держать себя в руках. Убедившись, что взгляд его намертво прикован к шее, груди, подкаченному животу, она уверенно и спокойно подошла к нему, протянув руку: - Блузку, детектив!  Не отойдя от него ни на шаг, практически ощущая горячее дыхание в районе пупка, она надела блузку, легко застегнув. - Юбку! Не дал. - Подними руки, адвокат! Он встал, она послушно подняла руки, вздрагивая от каждого прикосновения, пока он не коснулся обнажённых бёдер, расплавляя на них ткань. Обошёл, встал чуть сбоку, застегнул молнию, скрывшую от его глаз кожу, тонкое кружево белья… - Пиджак! – она отвернулась от него, наигранно требовательно подставляя спину, ожидая. Он, как истинный джентльмен, помог ей справиться с последней деталью одежды. В полной тишине, всё ещё под его пристальным взором, она быстро надела туфли, поправила волосы перед зеркалом. Через минуту они уже спустились на первый этаж поместья, готовые выслушать объяснения.   - Виски, детектив? – хозяин, который представился как Александр Гилберт, поставил перед Кларенсом, разместившемуся по правую сторону дивана, запотевший стакан отменного напитка, в котором плавало несколько кубиков льда. Детектив опустил глаза на стакан, но и виду не подал, что собирается притронуться к нему. - Ваша спутница… - хозяин перевел глаза на Тейю, будто извиняясь, что до сих пор не узнал её имени. - К чему спектакль, мистер Гилберт?! – девушка откинулась на спинку дивана слева, игриво рассматривая Гилберта, в то время как в Кларенсе всё настойчивее просыпалось желание придушить этого «мафиози» собственными руками. И её заодно. Он только что помогал ей одеться. От одной мысли, что кто-то даже просто попытается подумать о том, как её раздеть, внутри всё сворачивалось в тугой комок. Дыхание всё ещё было сбито после комнаты, теперь же снова стало рваным. Но причины теперь разные. - Простите? - Вы же не глупы – уверена, Вы специально дали нам эти пару часов привести себя в порядок, чтобы успеть навести справки о нас. Так что нет резона играть дальше! Хозяин улыбнулся заинтересованно.  «Только не снова!». - Что ж, мисс Баллард, меня не подвели – Вы действительно умны! Вина? – он указал на бутылку красного вина, должно быть, из домашнего погреба – этикетка на бутылке была рукописной. - А вот здесь Ваши информаторы не подготовились: виски, мистер Гилберт!  Довольно ухмыльнувшись, Александр наполнил третий стакан, поставив перед девушкой, не упустив возможности кинуть взгляд на оголённую кожу коленки лежавшей сверху ноги.  Нагло, открыто, бескомпромиссно. Челюсть начала болеть. - Тогда настоятельно рекомендую Вашему спутнику попробовать этот виски – едва ли ещё кто-то сможет предложить подобное! - Боюсь показаться бест… - К делу! – он перебил Тейю, не дав закончить очередную фальшивую хитро сформулированную фразу. Хотелось уже быстрее закончить со всем этим и покинуть этот дом – все его здесь нервировало. Хотелось увести её отсюда: воображению уже было трудно остановиться после того, что он видел в комнате.  По существу, ничего такого, однако он не мог не заметить интерес к нему в её глазах. И не смог скрыть собственный.  «1:1, адвокат!». - Детектив не любит прелюдий, мистер Александр! – она игриво усмехнулась, взяв в руки стакан, пригубив. – А виски отменный, детектив! Зря отказываешься! «Сначала со мной согласилась, затем – с ним! Она что, на двух стульях усидеть хочет?!» - он сердито скосил глаза на адвоката, которая, будто, этого и не заметила. - Тогда к делу, коль без прелюдий Вам подходит лучше! – последние слова Гилбер адресовал Тейе вместе с прямым взглядом. - Почему Ваши люди следили за Ларсом Вьера?  Гилбер откинулся на спинку кресла, сделав глоток из своего бокала. Заговорил лишь спустя несколько глотков: - Мальчишка много на себя берет – хамит не тем людям. Как его адвокат Вы могли бы… предостерегать его получше, мисс Баллард!  Тейя сделала ещё один глоток из стакана, усмехнувшись: - Нет, тебе определённо стоит попробовать! – она протянула ему свой бокал, вынуждая взять. На стекле ярко красовался отпечаток её помады. – И кому же нахамилЛарс? Вы правы – мне, как адвокату, многое теперь приходится делать за него. В том числе и разгребать очередное хамство и его последствия, - она снова полностью сосредоточилась на Гилберте, который, отчего-то, то и дело приковывал взгляд к стакану с помадой в руках детектива.  Поймав очередной подобный взгляд, Кларенс, едва приподняв уголки губ и бровь, отпил виски. Вкус действительно был потрясающим. Да только обстановка не располагала… - Он очень некрасиво вёл себя в клубе моего двоюродного брата, устроил дебош, оскорбил несколько влиятельных гостей – мешал вести бизнес, одним словом.  - Под бизнесом Вы понимаете нелегальное казино? - Не разочаровывайте меня: не стоит угрожать подобным. - И в мыслях не было: Ваши дела меня не интересуют. Простите, дела Вашего кузена. А вот почему Ваши люди прождали младшего Вьера на парковке целую ночь, уже очень интересно! Вы же не думаете, что я поверю в оскорблённую невинность?! Гилберт наклонился над столом, громко поставил на него стакан. - Вы можете верить во что угодно, мисс Баллард, - лицо его стало серьёзным в один миг. Кларенс по привычке повел плечами, убеждаясь, что Глок на месте. – Однако я попрошу Вас не совать свой очаровательный носик столь глубоко в дела Вашего клиента – с ним я предпочту побеседовать сам! - А я попрошу выбирать выражения! – Кларенс тоже слегка подался вперёд, убирая стакан на стол. – Клуб принадлежит Вашему кузену. Ларс помешал его бизнесу. Сомневаюсь, что Ваш брат настолько невинен, что не в состоянии сам разобраться с сопливым золотым мальчишкой. Так зачем же, как заметила мисс Баллард, Ваши люди так долго прождали его? Да ещё и не забрали, когда он вышел на парковку со своей пиарщицей? Ещё и нас, двух посторонних, с перепугу привезли! Видимо, решили, что лучше привезти хоть кого-то… Столько сил потратили и для чего? Чтоб просто рассказать Ларсу тонкости ведения бизнеса? Едва ли планируете разбираться с ним серьезно – у него пожизненный иммунитет в виде фамилии. Но Вас и это не остановило, - он вонзил глаза в Гилберта, который также внимательно изучал его. - Детектив хочет сказать, что пахнет чем-то личным! – Тейя продолжала смаковать напиток, растягивая каждый глоток. - Детектив? – Гилберт рассмеялся, откинувшись на спинку кресла. – Боюсь, мисс Баллард, от детектива осталось одно название! Но Вы правы – личным здесь определённо пахнет! Но только от самого детектива! Кулаки сжались – он был почти на грани. Вот оно – всё же влез в это! Гилберт же продолжил: - Судя по Вашему удивлённому взгляду, мисс Баллард, детектив так и не посвятил Вас в некоторые тонкости своего прошлого, не рассказал, что его связывает с нашей семьёй? – Александр оскалился, снова наполнив свой стакан. Тейя же действительно была заинтересована: уж он-то успел выучить это взгляд. Однако сдержалась. - Я уже говорила это детективу, скажу и Вам – личная жизнь кого бы то ни было меня мало волнует, пока она не касается моего дела. У Вас с детективом могут быть какиеугодно мотивы и общее прошлое… - Нет у меня никакого общего прошлого с данным… семейством! Нам пора! – Кларенс поднялся, ожидая от неё того же: разговор катился в никуда. - У Вас, быть может, и нет, детектив! А вот у кое-кого из нашей семьи – да! – Гилберт поднялся следом, убрав руки в карман. – Мисс Тейя, ещё раз приношу свои извинения – объектом действительно был Ларс Вьера, мои подчиненные… перестарались мне угодить. Надеюсь, это недоразумение не будет иметь продолжения. Даже если будет, буду рад вновь увидеть Вас! – он игриво улыбнулся девушке, которая ответила ему не менее приторной улыбкой. – Если Вам станет плохо после сегодняшней поездки – обращайтесь, все лечение за наш счёт! Ну, или если захотите новую пару туфель! – он откровенно опустил глаза на туфли, показушно медленно при этом спуская глаза по фигуре Тейи, пока не достиг поцарапанной лакированной кожи. – Детектив, это же касается и Вас! Так, просто довожу до Вашего сведения – меньше всего мне бы хотелось Вашего присутствия в этом доме, уж поверьте. Хорошо хоть, брат с семьёй сейчас в отпуске, - он проговорил это именно ему, с наслаждением наблюдая, как Кларенс понимал каждое слово, как оно царапало и оставалось в памяти.  - Полагаю, глупо надеяться, что публичных извинений Ларса Вам будет достаточно? – Тейя всё ещё отчаянно пыталась вернуть завершенный, по сути, разговор к делу.  - Правильно полагаете. Не лезьте в это: будет жаль, если нам придётся встретиться при иных обстоятельствах! Подобная угроза вывела Кларенса из себя. Он встал между девушкой и Гилбертом, закрывая собой. - Отважитесь повторить угрозу?!  - Что Вы, Кларенс, какая угроза? – Гилберт манерно и наигранно развёл руки в стороны. – Просто совет от более опытного человека, во что лучше молодой смышлёной девушке не лезть. Да и младший Вьера ведь далеко не Винстон! - Благодарю за совет, мистер Гилберт, - Тейя смело вышла из-за его плеча, протянув открытую руку Гилберту.  - Для Вас просто Александр, Тейя!   Она улыбнулась, поощряя подобную фамильярность. - И виски был отменным! – она улыбнулась, когда Гилберт едва уловимо поцеловал ей руку. – Надеюсь, мы можем рассчитывать, что обратный путь пройдёт более комфортно и не в багажнике? И вот теперь за окном был вечер, почти ночь. Огни города медленно проносились за окном автомобиля, в котором было даже несколько свежо. Они молча сидели на заднем сиденье, не решаясь начать говорить в присутствии водителя. Или же просто не хотели.  Адвокат не утерпела первой: - Итак, что тебя связывает с семьей Гилберт? Полагаю, это не та тайна, которую нельзя обсуждать при посторонних, - она кивнула в сторону водителя. - Тебя это не касается! – он ответил слишком грубо.  «Не касайся этого! Не лезь в это!» – он посмотрел на неё, извиняясь за резкий ответ.  Она кивнула, закусив губу. Остаток пути они провели в тишине. Остаток вечера… он провёл один: Дэм всё ещё был на очередных съёмках. Собственно, он даже не заметил отсутствия Кларенса, что и радовало, и как-то тоскливо кололо. «У неё на телефоне не было ни одного сообщения… Он вообще ни разу за весь день не звонил…». И ведь он тоже номера у неё так и не взял. Конечно, он мог легко найти его в базе, но это – не то…  «Хорошо держалась весь день, не позволила ситуации взять вверх…» - мысли снова и снова возвращались к адвокату и всему дню, который они провели вместе. Вынужденно, не по своей воли, но всё же… Пожалуй, он бы не хотел видеть на этом месте никого другого. Хотя ещё честнее, не хотелось, чтобы она вообще лезла в подобное. Пожалуй, как бы мерзко это не звучало, он даже был согласен с советом, который дал ей Гилберт – не лезть!  Оставалось лишь надеяться, что в её обязанности не входило рисковать жизнью ради клиента. «А ещё у неё…» - воображение тут же подсунуло образ адвоката сегодня: посреди комнаты, в одном белье, позволяя ему рассматривать себя, сколько ему захочется… И снова стало тесно в штанах, снова стало не хватать воздуха.  Как всегда в таких ситуациях, спорт – лучший выход!