Часть 10

Шёл третий час ночи. Неудивительно, что даже, казалось бы, никогда не спящий Оазис начал погружаться в ночную негу – сторонники здорового образа жизни, готовящиеся к съёмкам, боящиеся испортить кожу недосыпом или же просто любители уединённого существования, уже давно спали; любители ночной жизни заканчивали вечер в клубах. Оттого-то здесь, на втором, наиболее уединённом этаже ресторанного комплекса, располагавшегося на 51 и 52 этажах, стояла успокаивающая тишина. Если на первом этаже ресторана до сих пор сидели отдельные столики, то здесь, в пространстве, сосредоточенном вокруг барной стойки, никого не было. Особенно в самом дальнем углу помещения у панорамных окон, открывавших, нужно сказать, потрясающий вид на город, раскинувшийся где-то там, у подножья Вьера-Тауэр.  Не зря же она ещё несколько дней, точнее, ночей назад, когда она получила рану и несколько новых швов, облюбовала это место для ночной работы – старые служебные привычки всё не хотели отпускать. Службы не было вот уже скоро как три года, а ночное бодрствование все никак не хотело сменять сном.  И не сказать, чтобы это сильно мешало, да только остальному миру, начинавшему жить с утра, этого не объяснишь. Вот и приходилось работать по ночам, чтобы позволить себе поспать хоть немного дольше утром, когда её, всё же, обычно одолевал сон. Ещё и кофе здесь был отменный. - Как в прошлый раз? – молодой, невероятно симпатичный бармен ещё в прошлую свою смену улыбался уж слишком вежливо. «Как любезен! Старается, поди, угодить местной богатой дамочке, чтобы та его пристроила поудачнее… Как жаль, что ошибся!». - Да, - она улыбнулась в ответ: здесь она была по работе, однако её контракт позволял некоторые вольности. Точнее, коль уж эти вольности не были оговорены в контракте, она могла их себе позволить. Уж эти тонкости она знала отлично – хоть какие-то преимущества в нелюбимой работе всё же были. – Раз в час, - она не скрываясь, на показ, опустила глаза на серебристый бэйдж с именем, продолжая улыбаться. Бармен проследил за её взглядом, ответил хитрым прищуром, поправил чёрные волосы, будто ничего незначащим жестом. – Пожалуйста, Эрик. Она заняла любимый столик – в самом углу. Справа – огромные окна с потрясающим видом. Слева – угловая часть бара, расположенного так, что её не было видно ни с какой части зала. Зато она видела всех. Что ж, оценивать каждого, входившего в зал – тоже особенности её профессии. Без внимания, особенно к деталям, никак. Однако не успела она погрузиться в работу, как над ухом раздался знакомый, до головной боли в последние несколько дней, голос: - Какое разнообразие! – перед ней за её же столик, не спрашивая разрешения, что, впрочем, было вполне привычно, опустился детектив со стаканчиком кофе в руках – ещё одна бессонная жертва Оазиса. – Какой разнообразный флирт: позавчера – мафиози, вчера – актёр, сегодня – бармен. Главный принцип – разнообразие профессий? Она отложила бумаги, с показательно наигранной, слишком слащавой улыбкой посмотрела на мужчину, который столько нагло нарушил рабочий процесс. Возмущаться смысла не было – как однажды сказал детектив: «я контролирую все, что происходит вокруг меня». Так что не удивительно, что он смог найти её в этом укромном уголке. Он поставил кофе на стол, облокотившись на гладкую поверхность, чуть наклонившись вперёд. Так он делал всегда, как она успела заметить за столь непродолжительное повторное знакомство. - Если хотите попасть в этот список, детектив, Вам нужно узнать моё расписание и занять в нём очередь, - наблюдение за приподнятой бровью доставило немало удовольствия. Подобные ни к чему не обязывающие перепалки забавляли и бодрили. Что-что, а бодрость сейчас не помешала бы: в Оазисе творилось чёрт знает что. Не зря же её предупреждали…  Бармен лично принёс кофе, снова задержав на ней взгляд дольше положенного, недружелюбно глянув на стаканчик кофе детектива. Но делать было нечего – только вежливо улыбнуться и удалиться. - Очередь? Мне казалось, это Вы уже давно включили меня в этот список. Буквально в первый же день! - Я? Так уверены, что я с Вами флиртовала, детектив? – она отхлебнула кофе, с игривой насмешкой глядя на детектива: забавно, как теперь всё поменялось.  В первое их знакомство несколько лет назад они чуть не разорвали друг друга в зале суда. По крайней мере, очень старались. Не вышло.   В тот раз, по понятным причинам, было совершенно не до флирта. Да и у него девушка была. А она сама… Слишком свежая рана, чтоб даже смотреть на кого-то: она тогда вообще ничего кругом не видела. Да и детектив был занят, так что всё мимо. В этот раз всё иначе – теперь свободны оба. Ну, по крайне мере, она так думала – слишком много вольностей в общении с женщинами стал себе позволять прежде слепой детектив, видевший зашореным взглядом лишь невесту. Это слепая вера и обожание его чуть и не погубили.  А она этим бессовестно воспользовалась. Как и его невеста. «Правда, сначала, его мадам бессовестно смухлевала! Я же лишь перемухлевала её немного…». Да, немного прошлась по карьере детектива, но, как она узнала, без последствий – так, выговор влепили. «Не брал бы на себя, дурак, вообще бы не при делах остался».  Но детектив прикрыл невесту, которая смухлевала с уликами. Точнее, волшебным образом их потеряла. Потеряла в пользу определённого лица.  Она же их «восстановила». В пользу другого лица.  Нечестным путём, конечно, но её справедливость была такой. Оттого-то она так ненавидела свою специальность – юриспруденция абсолютно не её. Но родители настояли. Ублюдок-отчим настоял. Точнее, обязал: у сенатора падчерица должны быть с престижным образованием. Вот и пришлось…  От мыслей отвлёк смешок Кларенса, который, похоже, был совершенно не согласен с её пониманием происходящего. Впрочем, в этом он был прав, да только знать ему не полагалось. Да и она не признается: какой же тогда это флирт? - Уверен, что флиртовали, адвокат. Иначе объяснить Ваше поведение ни в спальне, ни в багажнике не могу, - он победно улыбнулся, откинувшись на спинку кресла. Как же ему это шло: вот такая наглая, уверенная улыбка человека, который знал, что он прав. Не то, что в зале суда. Впрочем, его правоту в любой момент могла подчеркнуть кобура, да только он честно (что так и не изменилось) выбирал сложные пути, игнорируя авторитет оружия. Он имел право на победную улыбку – в тот раз она действительно позволила себе лишнего: слишком спокойно разделась, слишком долго смотрела в глаза, слишком близко подошла. Что ж, зато задачу выполнила – отвлекла, заставив сплясать под свою дудку – пообщаться с Гилбертом. Да, флирт был, но хотелось ещё. И уж очень хотелось по-настоящему. И, похоже, не только ей. - Я уверена, - она аккуратно скинула правую туфлю, прижав обнажённую ступню к голени детектива. Приём старый, даже избитый, но мужчин выбивал из колеи. Тем более, была у нее ещё парочка козырей. – Я уверена, что Вы ошиблись, детектив, - она скользила ногой всё выше, обманчиво остановившись на уровне его колена.  К чести детектива, удивление его выдала лишь приподнятая правая бровь. Одна. Ему чертовски шло. Однако сама ситуация его нисколько не смутила, даже, скорее, забавляла – весь его вид говорил, что подобным его не пронять.  - И в чём же я ошибся, адвокат? – он демонстративно опустил взгляд на её ногу, прижимавшуюся теперь к его колену, затем снова поднял глаза на неё, победно улыбаясь. Пальцы его легко пробежались по её щиколотке.  Он только задал вопрос, а её нога уже скользнула дальше по бедру, приближаясь к паху. Вот теперь насмешка сошла с губ детектива, однако он всё ещё оставался возмутительно спокойным. Вот только она следила за ним неотрывно, в то время как он отвлекался пару раз на её ногу. Она теряла его взгляд, зато отлично видела, как разом сбилось дыхание детектива, выдавая его замешательство. Она остановилась – теперь ступня её располагалась ровно между ног детектива, едва-едва не касаясь паха. - Ошибка в том, детектив, что если бы я флиртовала с Вами что тогда, что... – она многозначительно опустила глаза туда, где под поверхностью стола скрывался его пах, - … сейчас, я бы действовала совершенно по-другому! – она снова отпила кофе, оперившись после головой на руку.  - Что-то не вижу особой разницы! – он всё ещё старался держать фасон. – В лифте же… - Если бы я с Вами сейчас флиртовала, - она насмешливо приподняла брови, будто происходящее было для неё полной нелепицей, - я бы сдвинула ногу на сантиметр вперёд, - она говорила детективу прямо в глаза, с удовольствием наблюдая реакцию на её слова. Как ни крути, а ему это всё тоже нравилось. Вот только снова работа упорно стояла между ними.  - Тогда Вам ли не знать, адвокат, - он подчеркнул это слово, выделив голосом, в котором уже едва различимо слышалась хрипотца, - что это превратилось бы в домогательства. А статья эта, как Вам известно, весьма неприятная!  - Детективу подобное невнимание непростительно, - она снова улыбнулась самой милой из своих улыбок. – Я же сказала, что «если бы я флиртовала»… - И что было бы? – вот она – грань. Простой вопрос, крошечное допущение, которое позволяло мыслям и фантазиям скользнуть дальше. «Что ж, сами напросились, детектив». Она резко наклонилась ближе к столу, повторив его позу, когда он только подсел за столик. Привычной улыбки больше не было на губах: ей больше не было смешно. Точнее, пусть он так думает. Снова глаза в глаза, уголки губ лишь слегка приподняты вверх, глаза чуть прищурила. Судя по тому, как тянуло напряжением низ живота, зрачки должны были расшириться не меньше, чем у детектива.  Что ж, тут всё честно.  Стараясь, чтоб дыхание стало чуть рваным, а голос звучал чуть ниже, она продолжила, изогнув бровь: - Что было бы, детектив? – слово «детектив» она произнесла нарочито тише, опустившись почти до шепота. И дальше продолжила говорить на контрасте привычным тоном: - Моя нога уже давно бы начала подниматься выше – с самого кресла, с самого низа до Вашего ремня, плотно прижимаясь, подцепив ремень. Если, конечно, там не достаточно тесно, - она вызывающе улыбнулась. Он – молчал. - После начала бы обратный путь, задержавшись примерно… посередине? – она вопросительно приподняла бровь. - Выше середины. У ремня, -  голос его хрипел, однако улыбка всё же проскользнула по губам. «Вот и определились с размером!». Она едва уловимо кивнула головой, принимая к сведенью, продолжив: - Коль так, то снова пришлось бы прогуляться вверх, правда, в этот раз значительно быстрее. Замерла бы наверху, а вот вниз уже медленно – изучая… Она резко убрала ногу, которая так за всю её речь и не сдвинулась с места, послушно оставаясь ровно между ног детектива, не касаясь. Туфля легко вернулась на место, она же допила остывший уже кофе. Ничего, скоро принесут новый. - Если это – флирт, тогда просто обязан спросить, что было с мафиози, актёром и этим барменом, который, наверное, мне в кофе плюнет? – он изучающе сузил глаза, впервые прикоснувшись к своему кофе. Она улыбнулась самой невинной улыбкой, пожав плечами: - Просто была вежливой, - она демонстративно разложила на столе свои бумаги, отведя глаза от Кларенса, намекая, что тому пора. - У нас весьма разные представления о вежливости! - Вы о том, детектив, что вообще не имеете о ней представлений?  Он допил кофе одним глотком, поднялся, собравшись уходить. В следующий миг детектив склонился к ней, опершись рукой в спинку её стула, как должно быть, делал не раз на допросах. Поймав её взгляд, он хитро улыбнулся, склонившись ниже, почти к шее, тихо прохрипев в волосы: - Если бы я не имел представлений о вежливости, эти бумаги уже давно валялись бы на полу, потому что стол был бы занят другим.  Детектив ушёл, поправляя ремень. ​ А её ждало унылое и скучное погружение в дела Ларса Вьера…