ЧАСТЬ ШЕСТАЯ: О`БРАЙН. Глава 1

На четвёртом курсе композиторского отделения Консерватории заняться эстрадной музыкой это всё равно что подписать приказ о собственном отчислении. Матюша так и не понял, как его затянула четвёрка парней, - двое альф, бета и солист-вокалист омега, - в свою группу. Группа! Смешанного направления - и рок, и этно-фольк, и джаз. Не оркестр, не ансамбль, не квартет наконец, а - группа! Фройляйн Шварцгард перестала даже звонить Ларскому, чтобы потребовать его появления в Консерватории хотя бы на каких-нибудь занятиях. Закончилось тем, что после не полностью закрытой зимней сессии Матвею перестали выплачивать стипендию из фонда некоего мецената, с гранта которого два первых года шла оплата обучения студента Ларского, пока он не закончил экстерном общеобразовательную школу и не сдал государственные экзамены - Abitur, а потом платили с этого же гранта вполне нормальную стипендию, которой хватало и на жизнь, и на развлечения, но с условием, что Матвей оставался жить у родителей на полном обеспечении. Но Матвей же мальчик, как оказалось, не столько с характером, сколько с придурью. И не успев насладиться на третьем курсе радостью студента с карманными деньгами, живущего на всём готовом в семье, он выкинул фортель и стал жить один и за всё платить сам. Этому, правда, предшествовало некоторое событие...

***

Как-то вернувшись с поздних, почти в ночь, репетиций тогда ещё в Консерватории, Матвей, тихо войдя в их огромную квартиру и желая незаметно пробраться к себе в комнату, застал обоих родителей и брата Александра в гостиной. Они явно поджидали Матвея. Мама, встав и поприветствовав сына, поцеловала его в лобик, для чего Матюше пришлось наклониться чуть ли ни в пояс, погладила его по щеке и волосам, пожелала всем спокойной ночи, вздохнула и ушла в их с отцом дальние на первом уровне комнаты. Закрыла за собой массивные двери-купе. – Садись, Матвей, - начал отец. - Есть разговор. Серьёзный. Матюша сел в кресло напротив брата. Интересно, почему для какого-то разговора с Матвеем отцу потребовался Александр? Младший брат?.. – Скажи, пожалуйста, Матвей, что это? Отец, всегда знающий с чего начать разговор с противником, - с того, что ему задаётся сразу самый бестактный вопрос или выдаётся компрометирующая информацию, - сейчас разговаривал с Матвеем совсем не так, как обычно, как с сыном, а именно как с оппонентом. Александр развернул лицом к Матвею стоящий на чайном столике ноутбук. Там на широком экране был открыт аккаунт Матвея на сайте "Идеальные парни". Матвей сначала ничего не почувствовал. Совсем ничего. Но это только в первые три секунды, пока он смотрел на свою чёрно-белую фотографию топлес на фоне какого-то драпированного раздутого ветром полотна и со срезанным по глаза лицом, но так, что видны были подбородок, очень узнаваемые губы, скулы и его чёрные волосы; фотка была старая, сделанная два года назад Малани, тогда у Матвея волосы были почти по плечи и на фото они, намоченные водой, тоже развивались от комнатного вентилятора, напоминая змей Медузы-Горгоны. А через три секунды сердце споткнулось, пропустило удар, после чего кровь отлила от щёк, а потом, когда сердце наоборот, понеслось с бешеной скоростью, кровь прилила к лицу да так, что на лбу выступила испарина. – Получилось, что на последнем соревновании Александра, - помнишь, мы все пошли? - был и брат его друга по команде, Кэльвин Хофманн. И он был очень удивлён, увидев парня из клуба, Макса, с которым, как он рассказал нашему Александру и своему младшенькому, Клаусу Хофманну, совсем недавно познакомился в одном из ночных заведений, а потом переспал в номере отеля "Рэдиссон", а затем профиль которого он нашёл в Инстаграм и там выяснилось, что этот Макс на самом деле Matw Larsky, ну а потом, по одним и тем же фотографиям, он нашёл Макса-Матвея на сайте секс-работников - "Идеальные парни", где явно твои фотографии, сделанные Мелани, но только иначе скадрированые, что и показал и своему брату, и нашему Александру. Отец говорил ровно, тихо, звучно и спокойно, но глядя на сильно дышавшего от стресса Матвея, не моргая. Матюша закусил нижнюю губу, прикрыл глаза, вернее - зажмурился, и пытался справиться с волнением. – Матвей, - отец перевёл вздохом дыхание. - Ты занимаешься... проституцией. Это не вопрос, а утверждение. За деньги. Тут даже расценки за твои услуги есть. И просто... гуляешь. Это очевидно. А вот теперь вопрос: зачем?.. – А ты сейчас с блядок или, как всегда нам врал, что с репетиции? - не выдержал Александр. По его голосу и построению фразы было понятно, что Алексашка, в отличие от отца, в бешенстве и готов не выяснять - в чём проблема и как её решить, а хотел просто наорать и дальше действовать с Матвеем как и положено альфе: дома под замок закрыть и перевоспитывать! – Пап, это... - Матвей начал как-то объясняться, мямлить. - Это не то, что вы подумали... мне очень жаль. Это просто... Шутка такая. Почти не отвечал на все приглашения, вернее - отвечал, но не встречался. Могу переписку показать. Ну, и в клубах... Ведь ради этого в клубы ходят, правда?.. – Ты охуел, Мотька?! - начал орать Александр. - Ты что, не понимаешь, кто ты? Из какой ты семьи? – Из какой? - начал сопротивляться Матюша. - Мы что, члены королевской фамилии? Мы свободные люди в современном мире... – Да блять! Ты точно не понимаешь!?. – Александр, ты сейчас пойдёшь в свою комнату! - пригорзил отец. – Никуда я не пойду! - впервые за всю свою жизнь грозно рыкнул на отца Алексашенька и отец опешил от неожиданности и удивления. - Это мне, мне пришлось выслушивать рассказ от старшего брата Хофманна, альфы, кстати, как он кувыркался с омегой с очень запоминающейся внешностью, который отказался дать ему свой контакт после фееричного секса, и которого он очень быстро нашёл в Инсте всего лишь вбив в поисковик - Гамбург, омеги-парни, а потом ещё и нашёл его среди проституток. И он тебя сразу узнал, когда увидел среди зрителей на трибунах на моих соревнованиях! – А ты побежал родителям ябедничать, да?.. - тихо проронил Матюша. – Охуел в край? Ты, наверное, не открывал давно переписку и заявки на тебя на своей странице этого сайта! Кельвин там тебе при мне писал, что готов заплатить, лишь бы ещё раз ты стонал под ним, когда он будет тебя в твою течную дырку ебать!.. Матвей больше не мог выносить такого. Он начал вставать с кресла и попытался выйти из гостиной, потому что из этой ситуации он выйти не мог уже. Но Александр вскочил вместе с ним, быстро схватил его за локоть и развернул на себя. Матвей не ожидал такого, тем более дома. И он ответил на эту физическую грубость после грубости психологической и словесной, так, как ответил бы любому альфе: изо всех сил дал Александру по морде, но не ладошкой, не пощёчину, а кулаком в скулу и проехался по носу. У Алексашки, едва вздрогнувшего от такого удара, тут же из носа потекла кровь. А вот Матюша, сначала испугавшись того, что сделал, уже через пару секунд застонал и схватился левой рукой за правую, которой ударил по абсолютно каменному лицу брата, сжал губы и побежал на кухню. – Матвей! - испуганно вскрикнул отец. – Матюшка, ты что?.. ты руку сломал, да?.. блять, Матюх!.. - побежал сразу за братом Алексашка. Дальше они прикладывали Матвею к на глазах распухающей кисти правой руки пакеты с замороженными овощами из холодильника и такие же пакеты - на лицо Александру. Потом ночью отец повёз сыновей в круглосуточную травму, где Матвею и Александру сделали рентгеновские снимки: одному кисти руки, и обнаружили перелом пястной кости указательного пальца, а другому - носа и, естественно, ничего, кроме лопнувшего сосуда не обнаружили. И Матвею закатали кисть в пластиковый "гипс", а Александру просто затолкали в нос тампоны с ватой. Так что все мужчины Ларские вернулись домой уже утром. Отец не поехал в своё агентство, поцеловал собирающуюся на работу жену и ушёл в спальню, вздремнул пару часов и после засел за работу в свой кабинет. Александр просто завалился спать в своей комнате. А Матвей взял три дня больничного и тоже ушёл к себе... спрятался. Было невероятно стыдно перед родными. Никакие объяснения самому себе, что уже взрослый, совершеннолетний, "имею право" и тому подобное - не убеждали самого Матвея. Он, конечно, тут же открыл сайт, просмотрел сообщения, ответил этому злополучному Кельвину, но не с сайта, а через Инстаграм, написал, что всё было хорошо, но на сайте это всё шутка, старая и детская, сделанная им вместе со своими друзьями и он сам уже давно забыл о ней - наврал, короче. Естественно, потом Матвей нахрен снёс весь свой аккаунт на сайте секс-работников, а из Инсты удалил те фото, что использовал и для сайта "Идеальные парни"!.. Но гадкое чувство вины и стыда не покидало Матюшу. Вечером Матвей извинялся перед родителями и братом за своё поведение и за эту глупость с сайтом, умолчав о своих походах по клубам, сведя всё это, типа, к одноразовому эксперименту со случайным человеком, который, надо же, оказался братом члена команды их Александра... Мама смотрела на Матюшу нежными и грустными глазами, Алексашка сам себя чувствовал виноватым, хотя он ничего плохого не сделал, а отец за всё время этого неловкого покаяния Матвея так и не проронил ни слова, не посмотрел на своего странного сына. В следующем году Матвею исполнится двадцать один год. Его диагноз, - некоторая малоопределённая форма аутизма, - хотя и не снят с него, но не лишает его всех прав взрослого человека, социализировался он, по мнению психотерапевта, прекрасно, держать его дома привязанным к семье, не имеет смысла. Особенно, если Матвей действительно понял, что вот так эпатажно вести себя ему, может быть и нравится, но сталкиваться с последствиями ну очень уж не приятно.

***

Через три дня Матвей вернулся к занятиям, разрабатывая теперь совершенно новые мелодии для игры на фортепиано левой рукой - "гипс" оставили после повторного снимка на полтора месяца. А ещё через месяц после снятия "гипса" отец передал Матюше контакт риелтора, который стал подбирать для Матвея отдельную квартиру. В итоге, на те небольшие деньги, что отец скопил специально для него, - это были и деньги-компенсация от родителей Эдварда, и то, что решил передать для Матвея Шеллинг, и то, что Ларский старший сам откладывал на счёт для сына, - риэлтор подобрал несколько вариантов. И уже в середине третьего курса Матюша въехал в свою собственную квартиру в гамбургских ебенях, состоящую из небольшой зоны прихожая-столовая-кухня-гостиная, куда тут же въехали все инструменты, кроме оставшегося дома рояля, крохотной спальни - кровать и шкаф-купе, и крохотной же душевой, совмещённой с туалетом. Так Матвей стал жить самостоятельно исключительно на стипендию, родители оплачивали только коммунальные платежи и налоги, совершенно небольшие для Матвея, так как он - студент да ещё и человек с непоправимым диагнозом. Ну, ещё родители подкидывали на карманные расходы, но не более.

***

И теперь, когда Матвею в середине четвертого курса приостановили выплату стипендии с его гранта из-за плохой учёбы, он находился в очень интересном положении: с собственной квартирой, вот-вот диплом пора получать, но, кажется, его скорей вот-вот вытурят из Консерватории, чем он его получит. Потому что у него какая-то бурная деятельность с его рок-группой - репетиции на заброшенном заводе, концерты в ночных клубах, больше напоминающих забегаловки, тусовки, и при этом всём он счастлив. Но у него полностью отсутствуют деньги на жизнь, так что даже на трамвайчике до Консерватории приходится ездить "зайцем" уже второй месяц - не на что пополнить льготный студенческий проездной билет.