Вернутся к фанфику

Глава 1. Валери

4 ноября 2023, 02:38
Дождь лил как из ведра, заливая улицы, заставляя людей прятаться под зонтами и под козырьками придорожных магазинов и кафе. Поздняя осень действительно не самое удачное время для прогулок. Люди сновали туда-сюда, кто-то бежал, пряча голову от воды. Кто-то шёл, раздумывая о своём, не замечая ничего вокруг. Чуть дальше от меня ругались парень с девушкой, она что-то эмоционально ему доказывала, пока он старался оставаться спокойным, судя по постукиванию ботинка по брусчатке. Сижу в машине, устало опираясь на руль. Заведомо спрятавшись в тени зданий, погасив фары и даже мотор, теперь барабаню пальцами от холода. Заранее купленный кофе перестал согревать, но аромат корицы все равно оставался приятным. Телефон то и дело мигает от новых сообщений. Успеваю заметить одно, прежде чем удалить все непрочитанными. Раз в несколько месяцев, но этому человеку обязательно нужно появляться в моей жизни и испортить день как минимум. Нервно отбрасываю телефон в надежде, что проблема решится сама собой. Не решится. Можно придумать миллион других мест, где сейчас было бы гораздо приятнее оказаться. Однако, есть моменты, когда цель действительно оправдывает все недостатки подобного положения. Я знала, что он будет выходить из отеля примерно в половине восьмого вечера. Объект, как я привыкла его называть, избегая имени, за многие дни слежки в густыми темными волосами и нехарактерными для его возраста морщинами, носящий исключительно свободный стиль и избегающий костюмов. За полчаса ему придётся любой ценой добраться на встречу в ближайший ресторан, где, по моим данным, мужчина должен передать некий предмет. Кому и зачем не было времени выяснять, но есть надежда, что именно объект мне об этом и расскажет. Стрелки на наручных часах медленно отсчитывали минуты, секунды, и я уже успела изучить улицу вдоль и поперёк. Сидеть стало практически невозможно. Из бардачка достаю пачку сигарет, и ядовитый дым заполняет салон машины. Это вообще не помогает согреться, но успокаивает расшатанные нервы. Слежка никогда не была приятной. Наконец-то, словно по графику, мужчина выходит из отеля. Он быстро перебегает дорогу, помахивая рукой остановившимся автомобилям, и скрывается в ближайшем переулке. Наспех достаю пистолет, выскакиваю из машины, закрывая её, и тороплюсь следом за мужчиной. На голову натягиваю капюшон, стараясь спрятать каштановые волосы от дождя. Едва ли это помогает - вся одежда, включая джинсы и высокие сапоги, в считанные минуты промокает под проливным дождём. Стараюсь держаться на расстоянии, не привлекать внимание, но кажется, что с каждым шагом мужчина ускоряется все сильнее. Со спины создаётся впечатление, что он немного хромает, руки в карманах ветровки, надетой не по погоде, намертво держат ткань. Время от времени он в пол оборота поворачивает голову, так же спрятанную под капюшон, будто проверяя здесь я или нет. Мужчина долго идёт переулками. Пробегающие крысы пугают, но я стараюсь не обращать внимания на них. Да и запахи соответствующие. Место явно не для прогулки. После очередного поворота осознаю, что ресторан, в котором должна была состояться встреча, мы уже давно прошли. Когда он останавливается, я делаю то же. Получается очень неудобно, учитывая, что объект скорее всего догадался кто я. Направляю пистолет, подходя ближе: – Дёрнешься - и твоим коллегам придётся соскребать мозги со стен. Мужчина вытаскивает руки из карманов, медленно поворачиваясь ко мне. Всего на секунду задумываюсь о том, что все могло бы сложится иначе. Но его ошибки, работа настолько серьёзны, что «иначе» значит «невозможно». – У меня нет того, что ты ищешь, - голос мужчины хриплый, грубый, будто разговариваешь с самим дьяволом. – Уверена, что угроза получить двенадцать грамм свинца быстро заставит тебя разговаривать. Где оно? – Ты упустила свою возможность, пока следила за мной, - мужчина поправляет капюшон на голове, и будто бы вообще не боясь, прячет руки обратно в карманы. – Опусти ствол. Третий голос вмешивается слишком неожиданно. Спокойный, уверенный, в то же время бархатный. Любопытство подмывает обернуться, но важнее держать объект в поле зрения. Назвать ситуацию патовой даже язык не поворачивается. Некто позади меня взводит курок. Я не знаю его намерений. Единственное, что остаётся - поднимаю руки, будто в капитуляции, показывая, что не собираюсь делать глупостей. Медленно присаживаюсь, откидывая пистолет позади себя. Если меня убьют при сопротивлении, будет гораздо хуже, чем позже откупиться в отделении полиции. – Документы. Медленно достаю из кармана водительское удостоверение, моментально вспоминая, что моя машина осталась в паре кварталов отсюда. Неудобно, учитывая, что её скорее всего увезут на штрафстоянку в лучшем случае и придётся выкупать её за неплохие такие деньги. Мужчина же, за которым я следила, не теряет времени, и бегом скрывается за поворотом. Не успеваю даже дёрнутся. Кто бы позади меня не стоял, он испортил мне все дело. За спиной звенит металл, незнакомец заводит мои руки за спину и сковывает их наручниками. Вот теперь точно дело дрянь. Дождь продолжал лить сплошной стеной, но, когда он усадил меня в машину, начинаю постепенно согреваться. Мне не удаётся рассмотреть его, замечая лишь часы на руке, которые показывали без четверти десять, а машина явно не полицейская, что странно. Даже проскальзывает мысль, что пока я охотилась за своим объектом, была им же для кого-то другого. Мужчина обходит машину, присаживаясь на водительское сидение. В зеркало заднего вида кое-как могу рассмотреть голубые глаза и светлые волосы, промокшие под дождём, которые незнакомец упорно пытался убрать со лба. Я никогда не была низкой, но учитывая, что сидеть с руками за спиной не очень комфортно, едва достаю головой до края сидения. – А вы всегда ходите вечерами по переулкам с пистолетом наготове? - когда мужчина не отвечает, поворачивая ключ, чтобы завести машину, я только возмущённо вздыхаю. – Наручники можно было и спереди застегнуть, неудобно же сидеть. – Ты всегда так много разговариваешь или сегодня особый день? - в ответ молчу, отчего мужчина ухмыляется. – Вот и сделай одолжение - помолчи. Машина долго едет по темным улицам, но вопреки моим опасениям не выезжает за город. Успеваю опять понаблюдать за снующими туда-сюда людьми через залитое дождём окно. Этот город никогда не умирает. Он живёт даже в проливной дождь, метель или знойную жару. Люди будут бежать по своим делам даже если начнётся нашествие НЛО. Ночами становится менее людно, большинство будут спать до утра, чтобы потом целый день вкалывать в офисе за копейки, приходить домой, перебиваться быстрым ужином, которому скорее всего уже дня два в холодильнике, и спать до следующего такого же утра. Но ночные улицы не созданы для семейных людей с детьми. Самое тёмное время суток создано для тех, кто не приемлет закон, кому не чужды все пороки человечества, и кто не прочь заполучить пару-тройку зелёных бумажек или новых золотых колец. Даже забавно, что некто, даже не полицейский, фактически арестовал меня, хотя я даже не пыталась кого-то ограбить. – Расскажешь это специально обученным людям. Даже не замечаю, как рассуждаю вслух, но, когда оглядываюсь по сторонам, чтобы понять где мы, осознаю, что все «веселье» только начинается. Да, меня не убили где-нибудь за городом в лесополосе. Гораздо хуже - привезли в полицейский участок. Незнакомец отводит меня внутрь здания, минуя пост охраны и пару кабинетов, с кем-то при этом здороваясь. В дальнем, по моим подсчётам, углу здания заталкивает меня в камеру временного содержания, закрывая решётку прямо перед моим лицом. Благо хоть наручники снял. Моё лицо по-прежнему скрыто под капюшоном, но он так плотно надвинут на глаза, что не удаётся даже рассмотреть мужчину. – Сука! - бью ладонью по решётке, будто это поможет мне исправить ситуацию. Конечно же, на банковском счету достаточно денег, чтобы откупиться от какого-то копа, которому стало скучно вечером, и он решил выслужиться перед начальством. И как бы я не хотела использовать их, все-таки во благо можно. Думаю, что даже это отделение полиции вряд ли славится своими антикоррупционными мерами. По крайней мере мало кто может устоять от пары десятков долларов, даже если ты - начальник полицейского департамента. Не успеваю додумать, когда мужчина возвращается достаточно быстро, с целой кучей бумаг в руке. Не оборачиваюсь ровно до тех пор, пока тот же бархатный голос, но в этот раз с нотками веселья, не доносится до меня: – Ва́лери Джейн Джонс, - поднимаю голову на голос мужчины. – Двадцать семь лет, родилась в России. Ухмыляюсь, опираясь руками на колени: – Я уже пятнадцать лет как гражданка США, ничего вы мне предъявить не сможете. Мужчина крутит в руке мои водительские права, и тогда только я позволяю себе рассмотреть его в полной мере, но взгляд упорно фокусируется на руках, на пальцах, которые так ловко играются моими водительскими правами, что невольно приходят не самые приличные мысли. Гораздо выше меня, светлые волосы практически закрывают правую сторону лица, отчего рассмотреть лицо практически невозможно. Острые черты лица, на которые я бы с удовольствием засмотрелась, если бы настолько сильно не смущалась. Взгляд голубых глаз выражает полное спокойствие и сосредоточенность. Тёмная футболка слабо очерчивает мышцы груди и пресс, оставляя возможность пофантазировать самой. Чёрная кожаная куртка надета явно не по погоде. – Хоть сколько лет, но это не отменяет наказание за вооружённое нападение на невиновного. – Если он не виновен, то я королева Великобритании, - цепляюсь пальцами за решётку, придвигаясь ближе, чтобы можно было понизить голос. – Парень, ты даже не понимаешь, что ты только что сделал. Улыбаюсь практически язвительно, хотя у самой паника подступает к горлу. Мне было важно перехватить необходимую вещь раньше, чем её бы успели передать другим. Сейчас же возможность практически упущена, так ещё и мне грозит заключение за вооружённое нападение. Даже смешно, учитывая, что срок ничто по сравнению с последствиями, которые ждут людей. – Конечно, что может быть хуже вооружённого нападения. И да, меня зовут Леон, но ты можешь не запоминать. – Дай подумать, - наигранно задумываюсь, слишком эмоционально, но в данных условиях это единственное, на что я способна. – Война, ядерный удар, вирус. Выбирай то, что больше по душе, Леон. – Для тебя - агент Кеннеди. – Ты для начала сам определись. Отхожу от решётки, меряя шагами камеру. Я не знаю, кому можно доверять, а кому нет. Моей единственной задачей было перехватить кейс со всем содержимым. Точнее, просто содержимое, кейс они могут оставить себе. Я даже с этим не справилась. Объект, благодаря полицейскому, ушёл в неизвестном направлении и задание считается проваленным. – Ты даже не полицейский, судя по тому, что ты агент Кеннеди, - передразниваю, пока пялюсь в маленькое окошко почти под потолком; дождь судя по всему уже закончился. – Допустим. Только есть пару моментов, - Леон скрещивает руки на груди, опираясь плечом на стену; я же даже не утруждаюсь развернуться, всего лишь поворачивая в пол оборота голову. – Пистолет не из тех, которые хрупкие девушки выбирают для самозащиты, а значит твоё появление там не случайность. На разбой тоже не тянет - слишком уж ты хорошо одета. Теперь уже оборачиваюсь полностью. Не люблю, когда тянут с предположениями, особенно когда сама знаю правду. – Можно подумать, ты там доставку из KFC ждал, - практически копирую позу агента, так же складывая руки на груди. – Не поверишь - случайно мимо проезжал. – Не поверю. – Хорошо, попробуем по-другому. Как думаешь, что это? - он показывает мне распечатанный лист, на котором чётко показана эмблема Амбреллы и пропуск на моё имя. Я хотела бы не подавать виду, но то, как изменилось выражение моего лица, не скрылось от Леона. Ничего не отвечаю в надежде придумать вразумительный ответ, но ничего умного в голову не приходит. – Поедешь со мной. Ну, теперь точно можно считать, что сегодняшний вечер испорчен полностью. Спустя двадцать минут дороги решаюсь нарушить молчание. Наручников на мне нет, но почему-то кажется, что сбежать - не самая удачная мысль. В любом случае, мой пистолет ещё у него, у самого Леона к тому же их теперь два, а потому дальше продолжаю сидеть на пассажирском сидении. Но в отличие от первой поездки - спереди, что позволяет хорошо заметить резкую смену ландшафта с городского на более простой, с одноэтажными домами и небольшими постройками. – Вы решили меня домой подвезти? Как мило, - опираюсь подбородком на руку, продумывая варианты развития событий. – Будешь выпендриваться - верну в участок, - агент Кеннеди останавливает машину на окраине посёлка, выходя из машины. – Рассказывай. И давай договоримся - сразу правду, иначе следующая остановка будет «зал суда». – Таксистом подрабатываешь? - пытаюсь язвить, но серьёзное лицо Кеннеди усмиряет моё весёлое настроение. – Я родилась в России в начале нулевых, - достаю из кармана сигареты, которые только чудом не промокли; подкуриваю одну, чувствуя, как холод пробирает до костей. – Мы переехали в штаты, когда мне было девять лет, я успела закончить школу, но Россия мне была ближе. Леон действительно внимательно меня слушал. Я не могла смотреть ему в глаза. Почему-то мне казалось, что дальнейшие события в моем рассказе ему не понравятся. Хотя бы потому, что из всех документов в моем личном деле он притащил именно распечатку моего пропуска. – Это пока вообще ничего не объясняет. Опираюсь на капот машины, продолжая: – На последнем курсе университета одна организация отбирала себе в штат учёных для разработки лекарств от большинства известных заболеваний. Перспектива заманчивая, конечно, поэтому я не отказалась. Они даже сделали мне пропуск, чтобы я вместе с другими студентами явилась в офис. В один из дней мне нужно было встретиться с преподавателем для утверждения темы дипломной работы. Знаешь, найти его в кабинете с пулей в черепной коробке было не тем, что я ожидала увидеть, будучи наивной студенткой. – Что по итогу? - Леон казался слишком сосредоточенным на моем рассказе, что даже моя саркастичная натура решила умолкнуть. – По итогу я узнала, что этот учёный вместе со студентами разрабатывал какое-то лекарство. Вроде бы которое поможет вылечиться от большинства генетических и приобретённых заболеваний. В общем, благородные цели и все такое. Хрень какая-то. А мне выписали большой чек, чтобы я всем, кто спросит, говорила, что он покончил с собой. Кеннеди же долго смотрит на меня, после чего практически садится рядом со мной, так же опираясь о капот. – После того, как следственный комитет уехал, я проверила лабораторию. Все данные о разработке были стёрты, будто их и не было. Они могут сделать из него вирус, Леон, - поворачиваюсь к нему, на моем лице крайняя обеспокоенность, пока на его - полное непонимание происходящего. – Лекарство, которое якобы должно помогать, а не вредить всему живому, может оказаться в руках людей, которые могут устроить Третью мировую, при желании. Если бы не ты, я бы успела перехватить образец, а ты со своим благородством все испортил. Отбрасываю окурок подальше, складывая руки на груди. Скоро рассвет, становится холоднее, а изморось делает только хуже. Абсолютно каждая клеточка тела хочет побыстрее домой под одеяло, но взрослая часть меня твердит, что нужно терпеть. Всегда нужно терпеть. Больше ничего не говорю, ожидая хоть какого-то ответа. Не знаю, зачем вообще вывалила столько информации разом совершенно незнакомому человеку, но, если есть хоть малейший шанс что он мне поможет, я буду только благодарна. Разбираться в этом одной уже не хватает ни сил, ни желания. Постоянное давление со всех сторон, намёки, чтобы я не искала то, чего нет, и крупная сумма на банковском счету буквально кричит о том, чтобы я замолчала и жила себе спокойно. Я бы очень хотела, чтобы это все было просто плодом больного воображения. Но слухи о делах Амбреллы распространяются со скоростью света, пока власть не делает ровным счётом ничего, чтобы их хотя бы оправдать. И от этого любые теории заговора только подтверждаются. Если бы не огромное «Но», о котором я предпочла бы забыть. Наконец-то тишину нарушает Леон: – Как-то не складывается… - казалось, что он просто размышляет вслух. – Я отвезу тебя домой, проверю все, что ты рассказала. А потом посмотрим, что делать с тобой дальше. – И пистолет верни. – Не дождёшься. Садись в машину. Но я не сажусь. В глубине леса замечаю фигуру, похожую на человека. Скорее даже на девушку. Ощущение, будто она упала - сидит на земле, несмотря на дождь и грязь. Зову её, но девушка будто упорно игнорирует меня. Какая-то часть меня не хотела подходить близко, но вдруг девушке нужна помощь. – Где ты там застряла? Природой можно и в другой день полюбоваться. Девушка же резко поворачивает голову на крик Леона, почти не естественно для обычного человека. Можно было бы даже позавидовать грации и пластичности, с которой ее тело разворачивается, если бы не один факт - она скорее похожа на живой труп. Отхожу назад, подавляя чувство тошноты. Во время учёбы я успела насмотреться на трупы разного происхождения, но это… Глазные яблоки полностью отсутствовали, оставляя на своём месте зияющие черные дыры с темными подтёками вокруг. Кожа бледная, покрыта тёмными, фиолетовыми и красными пятнами, похожими на трупные, и открытым ранами, будто кто-то долго издевался над ней. Что-то подсказывало, что так оно и есть. Светлые волосы, явно крашеные судя по корням, выглядели так, будто она повела в лесу не меньше года. Ноги по колено в грязи и осенней листве, которая едва может прикрыть синюшность и открытые раны. Я не могла даже слова сказать, пока бездумно отходила назад, сто раз пожалев, что не отобрала у мистера я-агент-и-лучше-тебе-не-выпендриваться свой пистолет. Сам агент появляется за моей спиной быстрее, чем ожидалось, но в отличие от меня, у него есть, чем защищаться в таком случае. – Твоя бывшая? – Скорее твоя подруга, - Леон, как и я, отходит назад. – Девушке, видимо, не хорошо. Само нечто, что сейчас смотрит на нас скорее как на ужин, продолжает рвано дёргаясь идти в нашу сторону. Ощущение, будто она даже слегла улыбалась, что скорее пугало, учитывая такие же черные подтёки вокруг губ. Леон заталкивает меня за спину пока сам целится в «девушку». Та, видимо заприметив опасность для себя, начинает кричать настолько нечеловеческим голосом, что становится плохо, а голова начинает гудеть. Отхожу назад, по иронии оступаясь и падая на спину, при этом больно ударяясь позвоночником о дерево. Но когда до меня доносится выстрел, все затихает, и я наконец-то открываю глаза, которые закрыла скорее в испуге, в то же время закрывая ладонями уши. Когда взгляд снова привыкает к темноте, вижу протянутую Кеннеди руку, чем и пользуюсь, чтобы подняться с холодной земли. – Меткий выстрел, - смотрю на труп, который… по сути и был им до этого, нервно отряхивая одежду от грязи и промокшей листвы. – Иди в машину. Мне не нужно повторять дважды. Ухожу прежде, чем любопытство заставит ещё раз посмотреть на девушку. Кем бы она не была до этого дня, все не имеет смысла. Дорога назад заняла казалось меньше времени, хотя моя квартира находится дальше от полицейского участка. А может я просто перестала замечать что-то за пределами машины, обращая при этом внимания на любые мелочи. Брелок с мишкой на зеркале заднего вида, и кроме этого нет никаких других мелочей; часы на левой руке Леона, наполовину спрятанные под рукавом кожаной куртки. Его руки на руле, и то, как это смотрится со стороны. Когда ловлю себя на мысли, что думаю не о том, стараюсь найти любую другую вещь, на которой могу сконцентрироваться. Ароматизатор для автомобиля. Никогда не думала, что могу с таким усилием концентрироваться на обычном аромате, который едва слышим, если не открыть окно. Явный аромат хвои едва доносится до меня, но моментально напоминает о чем-то близком и родном, хотя не удаётся вспомнить что именно. Но приятные воспоминания резко сменяются не совсем приятными о последних часах и, нервничая, начинаю ёрзать на сидении, невольно чувствуя, как паника подступает к горлу. Когда мы подъезжаем к дому, настроение падает полностью. После всего увиденного меня ждёт долгая ночь наедине со своими страхами. – Я попробую узнать подробности, - Кеннеди опирается на руль, пока я пытаюсь оттереть руки от грязи и листвы. Только когда решаюсь посмотреть на него, он отворачивается, поглядывая на дорогу. – Как звали твоего профессора? – Алексей Белозёрский. Продолжаю усердно тереть руки, будто это может успокоить колотящееся сердце. Я не совсем уверена, что то, что видела, было на самом деле. Так же не может быть. Таких чудовищ просто не существует. Чувствую прикосновение чужих рук к своим, и поднимая глаза, встречаюсь со взглядом Леона. Он не кажется таким же обеспокоенным, как я. – Ты в порядке? – Так же не может быть на самом деле, - повторяю вслух свои же мысли, задерживая взгляд на руках Леона. Часы на приборной панели показывали половину первого. – Ты не сильно удивлён происходящему. Свободной ладонью крепче сжимаю колени, ногтями ковыряя ткань. Не решаюсь убрать вторую руку. На душе ужасно противное чувство, будто побывала в морге. Леон же в свою очередь игнорирует это утверждение: – Давно мы перешли на «ты»? - немного снисходительно улыбаюсь в ответ на его вопрос, не решаясь сдвинуться с места. – Просто не думай об этом. Горячий душ и кофе помогут, - Леон убирает руку и кладёт мой пистолет на приборную панель, но прежде будто раздумывает стоит ли делать это. – Не делай глупостей. Я позволяю себе засмотреться на него всего лишь краем глаза, но, когда Кеннеди поворачивается с немым вопросом, смущённо отворачиваюсь. Кажется, что происходящие за сегодня события ещё долго будут снится в кошмарах. В квартиру поднимаюсь на ватных ногах с желанием снять с себя три слоя кожи, лишь бы забыть весь этот вечер. Охреневание размером с Юпитер не покидает меня. Хотелось бы, чтобы это был просто страшный сон. Но все было настолько явным. Как и тёплые руки Кеннеди, которые держали мои. Горячий душ действительно помогает. Долго стою почти под кипятком, пока кожа не краснеет и становится трудно дышать, и только тогда, закутываясь посильнее в полотенце, устраиваюсь за обеденным столом с ноутбуком и бутылкой виски. Кофе не в моем духе, но может быть с алкоголем я хотя бы смогу уснуть побыстрее и проспать без кошмаров. Телефон опять загорается от новых сообщений. На этот раз их больше и не все из них приятные. Руки нервно дрожат над экраном, пока я решаю - отвечать или нет. По итогу не отвечаю, оставляя непрочитанными, но и не удаляю. Включаю ноутбук и пальцы замирают над клавиатурой. А что, собственно, я могу найти? Любая информация могла бы оказаться полезной, будь у меня немного больше сил на поиск. Но так и не решаюсь что-либо сделать, в одиночестве допивая бутылку виски.

Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!