Вернутся к фанфику

Книга 3. Глава 1

31 августа 2024, 09:28
      Элисон гоняла по пластмассовому контейнеру нарезанный панкейк, не в силах запихнуть в себя ни кусочка.       — Давай, Элли, хоть чуть-чуть, — попросил Сет.       Девушка решительно протянула ему свою порцию и покачала головой:       — Не могу, тошнит.       Сет вздохнул. На самом деле, такого давно не происходило. Но вчера… Вчера они все здорово перенервничали из-за книг и событий в них. Так что он не был удивлён, когда в ночи Элисон сидела со всеми, пила коктейль и закусывала чипсами, а потом ушла. Нашел он её в туалете. Она заверила, что всё в порядке, но он-то видел, что это не так. Когда у неё случались приступы, он замечал это первым. На самом деле люди с РПП и на наркотиках не сильно отличаются. Иногда их ломает и трясет практически одинаково.       Когда через час она снова, выпив приличное количество алкоголя, ушла, он пошёл следом. Сет не мог помочь пережить ей это иначе, кроме как показывая поддержку и напоминая, что он рядом. Так что он держал её волосы, пока она отработанным движением толкала пальцы в рот.       — Я могу сделать тебе протеиновый коктейль, хочешь? — тихо спрашивает он. — Ты не ела уже почти сутки, Элисон.       Девушка раздражённо поджимает губы. Но злится она сама на себя, потому что снова не может победить это глупое чувство отвращения к еде, ощущение, что она неправильная.       — Да, — цедит она. Твердая пища сейчас казалось просто отвратительной, но протеиновый коктейль она может попробовать выпить.       Сет кивает и тут же поднимается, девушка хватает его за руку и говорит гораздо мягче, пытаясь глазами выразить всю благодарность, которую она испытывает:       — Спасибо. — Гордон усмехается, целует её в макушку и уходит.

***

      Ваймак зашёл в медицинский кабинет, где Эбби вытирала пыль. На мгновение он застыл, наблюдая привычную картину: женщина всегда убиралась, когда нервничала, а ещё бесконечно перебирала лекарства, сортируя их то в алфавитном порядке, то по назначению. Она подняла на него взгляд и коротко улыбнулась, пытаясь показать, что с ней всё хорошо. А он понял, что не может пошевелиться.       Эбби нахмурилась:       — Дэвид? Что-то случилось? — случилось так много всего, что он не знал с чего начать. Да и начать не мог.       Она тут же бросила тряпку для пыли и подошла к нему, ласково взяла его лицо в ладони.       — Хэй, что такое?       А он не мог произнести вслух то, что даже в мыслях давалось с трудом. Он вздохнул, накрыл своей ладонью её у себя на лице и слегка сжал. Дэвид решил начать издалека, надеясь, что так рассказать будет проще.       — Помнишь, что я встречался с Кэйли Дэй?..       И Эбби сразу заподозрила то, что он может ей дальше рассказать. Женщины легко понимают подобное, стоит услышать даже полунамёк. Она начала поглаживать мужчину большим пальцем по скуле, поддерживая и подбадривая, а сама вспомнила Кевина.       Он был не похож на Дэвида, совсем редко что-то похожее между ними мелькало, словно улавливаемое боковым зрением. Они были одного роста, возможно были похожи фигурой со спины, но Кевин всё ещё был по-юношески тонок, даже несмотря на бесконечные тренировки. А черты лица… Нет, в них не было ничего от Дэвида.       — Мы были молодыми, глупыми. И случилось то, чего я всегда боялся… Она забеременела. — А потом торопливо добавил: — Я не знал. Даже не догадывался, Эбби.       — Кевин, да?       — Да, — Дэйвид облегчённо вздохнул от того, что не видит в её теплых глазах осуждения. — Она никому не рассказала, кто отец. Понимаешь, Эбби? Она умолчала, скрыла от меня сына. Она ведь знала, как я боюсь, ну ты знаешь, — он оборвал себя и помотал головой, не желая продолжать.       Эбби знала. Когда-то она поднимала речь о детях, она была не против родить ребёнка, но встретила от Ваймака резкий отказ, за которым последовал рассказ о его семье, а затем и о лисах. Так она и узнала, что эти бедовые мальчишки и девчонки заменили ему семью. И тогда она решила стать частью этой семьи. Сейчас она не жалела об этом решении: Лисов было вполне достаточно.       — Эбби, — тихо и хрипло, на грани отчаяния произнёс мужчина, вырвав её из воспоминаний, — я ведь ужасный отец, как и предполагал. — Он жестом оборвал её, готовую возразить. — Кевин столько всего пережил, а я… А я вручил ему бутылку.       Женщина вздохнула. Это и так было острой, опасной темой, которую они предпочитали избегать. Сейчас проблема могла только обостриться.       — Дэвид, послушай меня, хорошо? Я знаю, что мои слова послужат слабым утешением, но всё же. Ты не виноват, слышишь? Мы оба не знали, что Кевин может быть твоим сыном, — Ваймак удивился тому, как легко она это произнесла. — И в той ситуации, мы поступили может быть неверно, но иначе было никак. Вспомни Кевина после гнезда. У нас не было выбора. Просто вспомни.       Он помнил. И да, у них не было выбора. Но какой же тяжелый вес приобрело то решение…       — Я знаю, что ты себя никогда не простишь, Дэвид, — она снова погладила его по щеке. — Но благодаря этому Кевин остался с нами, начал оттаивать. Теперь он лис. Твой лис.       — Мой лис, — эхом повторил он.       — Верно. И твой сын. Это ничего не меняет, кроме океана сожалений и боли, что теперь ты будешь носить всегда с собой. Ты ведь не станешь заботиться о нём меньше. Или делать поблажки на корте, да и сам Кевин тебя не простит за подобное. Так что тебе сейчас просто нужно это принять, дорогой.       Дэвид крепко обнял её, чувствуя себя если не лучше, то хотя бы слегка утешенным.       — А теперь расскажи мне вкратце, что я ещё пропустила.

***

      Быстро позавтракав, лисы снова расселись по местам, а Ваймак вернулся с Эбби. Медсестра была бледной, с чуть припухшими глазами. Она улыбнулась лисам уголками губ и, усевшись на диван с Дэвидом, положила голову ему на плечо. У неё не было сил сидеть как-то иначе.       — Ну так что, кто будет читать? — уточнил тренер, большим пальцем поглаживая ладонь женщины.       Лисы переглянулись. Но не успел начаться привычный гомон и обсуждение, как Кевин поднялся и взял книгу с журнального столика.       — Что? Я до этого прочитал всего пол главы, да и предпочитаю прочитать первую главу, где сюжет только начинает раскачиваться.       — Хитро, — признала Дэн.       — Тоже что ли главу из начала книги прочитать, пока там одна завязка?.. — протянул Сет.       Дэй сел на диван:       — Мы же аннотацию не читали?       — Да, — согласился Ваймак, — я прочитал её только в первых двух книгах.       — И то, вторую не полностью, — усмехнулся Сет. — Так что может нафиг её?       — Нет уж, — мотнула головой Элисон, — я хочу узнать, о чём будет эта книга. То, что говорит Нил, мне совсем не нравится. Ну не может же весь сюжет строиться на его смерти?       — Ну так то да, — Гордон кивнул.       — Во-от! А значит, читай, Кевин.       Дэй вздохнул и, перевернув книгу, начал читать аннотацию.              «Свита короля» — продолжение бестселлеров Норы Сакавич «Лисья нора» и «Король Воронов» и третья часть сенсационной трилогии «Все ради игры».              — Ну это-то мы уже знаем.       — Молчи и слушай, Сет.       — Слушаю и повинуюсь, принцесса, — закатил глаза парень.              Время на исходе. Оказавшись в Университете Пальметто, Нил Джостен знал, что не доживет до конца года, но теперь, когда смерть не за горами, он больше чем прежде хочет жить. Дружба с Лисами была опрометчивой затеей, а поцелуй с одним из них — затеей немыслимой.              Лицо Аарона вытянулось, а затем он скривился и начал материться. Иных кандидатур, кроме его брата, для этого ведь не было. Твою же мать, да как так то?!       Элисон издала невнятный удивленный звук, а потом начала, не иначе как демонически, хихикать.       — Какие нафиг поцелуи?! — пораженно воскликнул Нил.       — О-о, — протянула Рейнольдс, не переставая посмеиваться. — Вы с Миньярдом всё-таки дойдёте до этого. Слава богу, а то я боялась, что вы так и останетесь на уровне: флиртуем, но не прикасаемся.       Эндрю смеялся. Это была полная бессмыслица. Он должен был выйти из больницы трезвым и в твердой памяти. Какого чёрта это продолжится?       Неужели весь этот интерес и желание — это не побочка от таблеток? Он в это не верил, и это заставляло его смеяться ещё громче.       — Не собираюсь я ни с кем целоваться! — Это стало слабым утешением для Аарона.       — Ну, а книжный Нил так не думает. — Элисон довольно улыбается: — Этот банк мой.       Кевин же просто с недоумением смотрел на Нила, не понимая каким образом тот дойдёт до подобного. Затем он смотрит на смеющегося Миньярда. Может тот иногда и выглядел заинтересованным, но Джостен же для него худший выбор, разве нет? Они ведь оба прекрасно знают, что Нил скоро погибнет. Какие поцелуи?!       — Дети, я понимаю ваш восторг, но может мы продолжим? — вздохнул Ваймак.       Он догадывался, что если их сейчас не остановить, то обсуждение может затянуться на часы, хотя они и не получили ни одной стоящей новости. Они и так все догадывались, куда всё идёт между Эндрю и Нилом. Чему тут так удивляться?       — Верно, — согласилась Рене, — давайте продолжим читать, а там уже всё узнаем из книги?       Лисы нехотя согласились. Хотя вот Аарону очень хотелось вправить мозги собственному брату, да и Джостену врезать пару раз, чисто в качестве профилактики.              Пока «Лисы» пытаются во что бы то ни стало выйти в финал чемпионата, Нил сражается за свою жизнь, ведь теперь ей угрожает не только Рико Морияма, но и мафиозный клан Балтиморского Мясника.              Лисы напряжённо замерли, а Нил резко поджал под себя ноги в кресле, чтобы не дать себе сбежать. Целый клан? Целый клан?! Там будет не только Лола?! Он тяжело сглотнул и вцепился руками в подлокотники.       Внутри у парня всё сжалось от напряжения. Нет, теперь Нил точно не переживёт третью книгу. Если раньше у него была робкая надежда, таившаяся глубоко внутри (он даже не замечал её), на то, что у него получится выжить после встречи с Лолой и сбежать, то теперь шансов у него не оставалось. Он умрёт.       Эндрю сжал зубы, мгновенно ощутив, как натягивается обещание между ними. Оно дребезжало, как струна, готовое вот-вот лопнуть. А его книжная версия даже не подозревает, что их сделка натянулась тонкой леской, которая грозилась перерезать ему горло.       — Начали за здравие, закончили за упокой, — скривилась Элисон. — Что ж всё в такое дерьмо-то постоянно скатывается?!       Ваймак позволил Эбби прижаться к себе теснее, пока он наблюдал за лисами. Как бы печально всё не было, на самом деле происходящее было колоссальным прорывом. Когда они только нашли книги, большая часть из них насмешничала и не воспринимала угрозу всерьёз. Теперь же им было не до смеха.       Он снова подумал о том, что хоть и гордится ими, хотел бы, чтобы они пришли к подобному не такой ценой. Но они лисы, и этим всё сказано.       Он вздохнул и произнёс:       — Нил, посмотри на меня, — парень абсолютно на автомате перевёл на него пустой взгляд. — Нил, мы не допустим этого. Просто вспомни, что мы читаем книги, чтобы избежать подобного. Ты не умрёшь, как не умрёт Сет, как Эндрю не попадёт в лапы того урода. Понял меня? — Парень начал смотреть слегка осмысленнее. Он кивнул.       — Да, просто… Я не думал, что, — он сглотнул, — людей отца будет несколько, а не только Лола. — В груди Нила вспыхнула злость, заменяя страх. — Я окончательно перестал понимать логику Рико. Какой был смысл бросать меня в руки людей отца? Если клан хотел заработать на противостоянии Кевина и Рико, то какого чёрта?!       — Ты просто забыл, что логикой той-терьерчик не пользуется, — хохотнул Эндрю. — Насрать ему на планы клана и даже на его тренера. Сиюминутное желание гораздо важнее. Уверен, тренер Морияма доходчиво объяснит ему, где его место своей грёбанной тростью, когда поймёт что натворил его драгоценный племянник.       — Пора рушить его воздушные замки, — согласился Сет. — Я ещё понимаю мафию, руководствующуюся выгодой. Здесь же абсолютное отсутствие логики, как и сказал Миньярд.       — Надеюсь, в этой книге мы этим и займёмся, — кивнула Дэн. — И если с Нилом всё-таки что-то случится… Мы отомстим ему все вместе.       Лисы решительно переглянулись. Ни у кого не было сомнений в том, что они должны что-то сделать с Рико, за все страдания, который он принес в их команду.       Даже Кевин был твердо уверен, что им необходимо остановить Рико. Он не представлял как, но жестокость его названого брата перешла все границы уже давно. Пожалуй, вывести людей Мясника на Нила было последней каплей, которая что-то сдвинула в его душе. Он больше не хотел быть связанным с Воронами. Он больше не хотел чувствовать себя вторым.       Эти мысли сжимали внутренности так, словно у него сейчас начнется паническая атака, но нет. Нет, это была не она. Это была решимость, которую Кевин никогда прежде не ощущал так ярко.       Дэй растерянно провел пальцами по книгам. Разве так бывает? Они всего лишь читают книги, в них самих же не должно ничего меняться? Разве это не абсурд?..       Но менялось, причем во всех лисах. Медленно, постепенно, мысли приходили, оставались в подсознании, даже если они пока не были готовы их принять, осознать и начать действовать.       — Читай, Кевин, — кивнул тренер, ощущая гордость за этих оболтусов. Дэй дочитал аннотацию.              Правда — единственный шанс Нила на спасение, однако она может привести к гибели всех, кто ему дорог…              — Так, и как же интересно это может убить всех нас? — нахмурился Мэтт.       — Люди моего отца, — сглотнул Нил. — Они могут.       — Разве твой отец не подчиняется старшей ветви Морияма, а соответственно и его люди?       — Я не уверен, помнишь, я говорил? Для меня до сих пор дико, что он может подчиняться кому-то ещё. А уж его головорезы… Они преданы отцу, как псы.       — Значит они могут пойти против планов Морияма… — протянула Дэн, пытаясь всё это осмыслить. — И ликвидировать нашу команду…       — Я не допущу этого, — покачал головой Нил. — И он не допустит, — мотнул головой в сторону книги.       — Будем надеяться, — покачал головой Мэтт. На самом деле осознание того, насколько близко к ним всем подкралась смерть, было жутким.       Дэй на несколько мгновений прикрыл глаза, думая о том, что он предупреждал. Лучше было сбежать, Рико не остановится ни перед чем, чтобы отомстить, даже если для мести причин у него практически не было. Затем он решительно встряхнулся и открыл первую главу. Будь что будет, а они исправят всё, что смогут.       — Глава первая, — лисы перестали переговариваться, обсуждая вполне возможную смерть их всех в ближайшем будущем.              Даже после целого семестра учебы в Пальметто и двух недель, проведенных на самом большом стадионе экси в стране, при виде «Лисьей норы» у Нила по-прежнему захватывало дух.              Ники усмехнулся:       — Я же говорил, что скоро ты влюбишься во всё оранжевое!       Дэн гордо вздёрнула подбородок, неоново-оранжевый цвет формы и стадиона Лисов до сих пор заставлял чувствовать себя значимой и замеченной. И то, что такой скрытный человек, как Нил, смог оценить лисьи цвета — много для неё значило.       Эндрю закатил глаза: иногда он забывал насколько одержимым является Джостен. А зря. Добрая часть его личности строилась вокруг экси. И каким-то нелепым образом Эндрю сам попал в систему его координат благодаря экси. Он засмеялся, думая об этом.              Он лежал лицом вверх на линии середины поля и наслаждался зрелищем. Сперва пересчитывал чередующиеся оранжевые и белые ряды скамеек, которые высоко под потолком сливались в размытые полосы, затем обвел взглядом развешанные по порядку баннеры с номерами всех Лисов, участников весеннего чемпионата.              Нил поморщился, представляя свой собственный баннер. Его лицо напечатанное в огромном размере, чтобы каждый мог его разглядеть и запомнить. Это будит в нём привычное напряжение, и в то же время, он почувствовал едва уловимое ощущение гордости.       Он добился этого. Сам. Он стал достойным игроком команды первого дивизиона, которая за осенний чемпионат проиграла всего две игры, каким бы странным это не казалось для лисов. Он даже позавидовал успехам книжного Нила. Вдруг и у него тоже получится зайти так далеко?..       Несмотря на страхи и риски, это звучало слишком заманчиво. Его тормозило лишь то, что он не был готов платить жизнями лисов за свою мечту. Джостен поставил себе целью избежать жертв с их стороны, но попробовать добиться не меньших результатов в игре. Не зря же у них появились эти книги?       Зачем-то же они были им даны?..              Такой баннер сделали для каждого, включая погибшего Сета Гордона.              — Опа! Давненько обо мне не вспоминали, — Сет сделал вид, что вытирает скупую слезу из уголка глаза. — Как мило…       Элисон недовольно скривилась. Что-то ей подсказывало, что она книжная будет очень зла из-за подобного. Нет, то, что о Сете помнили — это хорошо, но она не была уверена, что лишние напоминания о его смерти её порадуют.       — Надеюсь баннер в черной рамке, чтобы всё точно знали, что я помер. А! И обязательно с датами жизни.       — Сет, заткнись, — попросила Дэн. — Это не смешно.       — Так я и не смеюсь. Я злюсь.       — Почему? — уточнил Мэтт. Ему казалось очень символичным и достойным то, что Сет остаётся членом их команды, даже если он уже не с ними.       — Потому что обо мне вспоминают, когда нужно подчеркнуть вину ебанько. Неужели я не могу служить хоть чем-то более значимым для сюжета, кроме как гири на его шее?       — Ты стал, — возразил Нил. — Именно твоя смерть заставила лисов сплотиться и играть на грани возможностей. Именно благодаря этому книжные мы не проиграли ни одного матча.       — Ага, — закатил глаза Сет. — И ваши победы вот никак не связаны с тем, что ты главный герой.       — Будь я хоть трижды главным героем, а лисы всегда сплочаются против кого-то.       — Ладно, — проворчал парень. — Так уж и быть. Все слышали? Благодаря мне вы побеждали!       — Не слишком этим гордись, — усмехнулась Дэн.       — Точно-точно, не задирай нос. А то точно прибить придётся, — хохотнул Мэтт. Сет показал им средние пальцы, пока Элисон, раздражённая темой их разговора, не врезала ему локтем.       Кевин прикусил язык, чтобы не напомнить, что побеждали они как раз из-за его отсутствия и того, что они с Нилом, в отличие от Гордона, могли играть в связке. Вместо этого он продолжил читать.              Их вывесили уже после того, как члены команды разъехались на рождественские каникулы. Интересно, что скажет на это Элисон? — подумал Нил.              — Детям таких выражений знать не положено, — проворчала недовольно девушка.       Нил усмехнулся:       — Значит, как сводить меня с Миньярдом — это нормально, а вот как твои маты слушать, так маленький?       — Верно, — согласилась девушка.       — Не вижу тут логики.       — А её тут и нет, — Элисон почувствовала себя лучше, приободрённая этой небольшой пикировкой с Джостеном. — Ты самый маленький из нас. Так что слушай взрослую тетю Элисон и не возражай.       Нил покачал головой. Это раздражало, но он не мог не признать, что видеть, как Элисон возвращает себе гордую осанку и вздёргивает подбородок, гораздо приятнее, чем её злая угрюмость из-за этих чёртовых баннеров.              — Разучился стоять, Джостен?       Нил лениво повернул голову набок и посмотрел на тренера. Заходя на поле, он оставил дверь открытой, и в эту минуту в проеме стоял Дэвид Ваймак. Неужели они пробыли здесь так долго, что тренер успел закончить с писаниной? Либо Ваймак не поверил его обещанию не приступать к тренировкам, пока полностью не поправится, либо Нил опять потерял счет времени. Хотелось бы надеяться на первое, но тугой узел в желудке указывал на второе.              — Итак, ты продолжаешь теряться в пространстве и времени, и ты достаточно слаб, чтобы тренер запретил тебе тренировки, — подвёл итог Мэтт.       — Я надеюсь, у тебя нет ничего более серьёзного, чем пара швов, — обеспокоенно произнесла Дэн.       — Ему нужно было продолжать играть в Гнезде, — нехотя произнёс Кевин. — Рико не должен был вредить ему настолько сильно, чтобы он не мог играть. Это бы не понравилось тренеру Тэцудзи.       — Ты меня нифига не успокоил, — вздохнула капитан.       Дэй раздражённо посмотрел на неё. Он и не собирался никого успокаивать: он просто описывает ситуацию.              Нил согласился провести Рождество в университете Эдгара Аллана, а там узнал, что Вороны все каникулы тренируются по шестнадцать часов в сутки. Две недели показались ему тремя, и даже теперь, через два дня после возвращения в Южную Каролину, его внутренние часы никак не могли восстановить нормальный ритм.              — Это пройдёт, — произнёс Кевин. — Тем более, ты быстро привыкнешь обратно к обычному графику жизни.       Лисы отчётливо расслышали то, как он выделил интонацией слово «ты». Очевидно, для него самого этого «быстро» не случилось.       Дэн переглянулась со смущённо выглядевшем Мэттом и опустила глаза в пол. Вспомнилось как часто они посмеивались из-за его сбитого режима, способности уснуть намертво, в любых условиях и невозможность его добудиться.       Они знали, что вороны живут по шестнадцатичасовому графику жизни, но прежде это никогда не ощущалось так… наглядного, что ли. Хотя они же видели и понимали почему с Кевином так происходит.       Она снова почувствовала себя глупой и слепой. Иногда казалось, что она не способна соединить две точки, а если и соединяет, то вместо прямой линии, у неё получается какое-то нервное чирканье на одном месте.              Впрочем, занятия в универе начинались только в четверг, а весенний сезон — на следующей неделе. Ваймак был уверен, что при соблюдении режима все наладится, и Нилу оставалось лишь надеяться, что тренер прав.              — Я знаю, о чём говорю, — кивнул Ваймак, покосившись на Кевина.       Они поправили режим Дэя за несколько недель, хотя некоторые вещи настолько въелись в его суть, что уже не подлежали изменениям. Например, спать беспробудным сном. В Гнезде каждая минута сна была ценной, им не всегда удавалось нормально поспать с их дикими тренировками. Так что Кевин привык к тому, что если уж ты уснул — спи до победного, пока не прозвучит сигнал подъёма на тренировку.              — Пора, — сказал Ваймак.       Нил встал, хотя его израненное тело этому и воспротивилось. Шагая навстречу Ваймаку, он по привычке проигнорировал боль и сдержал желание растереть ноющее плечо. Нил поймал критический взгляд тренера, но притворился, что ничего не заметил.              — Похоже, тренера обмануть у тебя не вышло, — произнёс Мэтт.       Нил удивлённо кивнул: он был уверен, что он научился великолепно играть, особенно то, что касалось вида «мне не больно». Хотя потом вспомнил, что именно Ваймак лечил его в книге. Так что он видимо слишком хорошо знал его повреждения, чтобы поверить маске.              — Прилетели? — спросил он, подойдя ближе.       — Ты знал бы, если бы отвечал на звонки.       Нил вытащил из кармана мобильный, откинул крышку. Нажал одну кнопку, вторую, затем показал темный экран тренеру.              — Для того, чтобы он работал, нужно его заряжать, — с улыбкой произнёс Эндрю, ощутив раздражение. — Или тебе так нравится создавать проблемы, пока я тебя защищаю?       — Тебя пока там нет, так что не защищаешь.       — Но буду.       — Ну, вот когда вернёшься из больницы, тогда и включу телефон. Наверное.       — Когда у тебя появится телефон, не смей его выключать, — процедил Миньярд. Нил поёжился. У него скоро появится телефон. Жуть какая…       — Я попробую.       — Уж постарайся, иначе я надену на тебя поводок и вживлю чип.       — Ты ещё книжку с прививками для меня заведи.       — И дрессировкой займусь, — пригрозил Эндрю.       — А может я твоей? — подался вперёд Нил с вызовом в глазах.       — Хочешь проверить? — отзеркалил его движение Миньярд.       Аарону захотелось застрелиться. Вашу же мать, если его брат действительно начнёт мутить с ебанутым Джостеном… У него даже матов не хватало, чтобы выразить своё отношение к подобному. В то же время, когда первая злость схлынула, привычно подавленная, он задумался над тем, что из их отношений можно будет извлечь выгоду. Возможно у него даже получится начать нормально встречаться с Кейт?..       — Харе тут сексуально давить друг на друга. Потом выясните, кто кого будет дрессировать, а? — процедил Сет.       Парни синхронно посмотрели на Гордона, а Элисон толкнула его в бок:       — Ну вот зачем ты их прервал? Они только начали свой агрессивный флирт.       — А я, блять, не хочу видеть, куда их этот флирт может привести. Мне моё зрение ещё дорого, знаешь ли.       Нил возмущенно произнёс:       — Мы не флиртовали!       Эндрю в свою очередь посмеиваясь размышлял, реально ли они выглядели так, чтобы у Гордона появились опасения или он, как истинный гомофоб, видел намёки там, где их нет? Ну ладно, ладно, он готов признать, что с его стороны было некоторое внимание, но Джостен ведь не заинтересован? И уж тем более не мог заинтересоваться в первый раз таким как Эндрю, верно?..       — Ага, — слегка пришибленно кивнул Ники, — вы всего лишь грозились посадить друг друга на поводок, а так вообще ничего такого, подумаешь…       Нил замер, с напряжением думая о том, не правы ли лисы на его счет. Но он не чувствовал в себе никаких особых изменений по отношению к Миньярду. Всё то же легкое напряжение, как перед достойным противником, и доверие. Но это же не значит, что он флиртовал?..       — Вы ошибаетесь, я не флиртовал. — Выражение умиления на лице Элисон ему очень не понравилось. Он раздражённо попросил: — Кевин, продолжай читать.              — Наверное, я забыл его зарядить.       — Наверное, — кивнул Ваймак, не купившись на эту ложь.       Его подозрения были не напрасны: Нил умышленно позволил телефону разрядиться. Перед тем как лечь спать в новогоднюю ночь, он отключил мобильник, а к зарядке подсоединять не стал. Он до сих пор не прочитал сообщения, которые товарищи по команде слали ему на каникулах.              — Какого чёрта? — удивилась Дэн. — Что такого в наших сообщениях, что ты не можешь не то что ответить, а банально прочитать? Ты представляешь как мы этим напуганы?       Джостен предположил:       — Может как раз поэтому? Не хочу пугать вас ещё больше?       — Скажи прямо, что не хочешь получать взбучку, — засмеялся Эндрю.       — Или так, — нехотя кивнул Нил.       — Но от того, что ты снова пропал мы только больше себя накрутим, — призналась Дэн. — По крайней мере я точно.       — Я тоже, — кивнул Мэтт.       — Как я уже говорил: я не умею дружить.       — Хорошо, тогда на будущее запомни, что лучше не бегай от нас, а расскажи всё как есть. Теперь ты как никто должен хорошо понимать, что лучше горькая правда, чем полная неизвестность, — произнесла капитан.       Нил поморщился, но кивнул. Девушка была права. Ситуация с Морияма научила его этому.       Что-то подсказывало Эндрю, что по большей части это утопия, просто потому что привычка держать всё в себе слишком глубоко въелась в Джостена.              Прятаться от Лисов вечно он не мог, но объяснений пока не придумал. Допустим, жуткие кровоподтеки и ссадины — ожидаемый результат встречи с Рико; татуировку на скуле объяснить сложнее, хотя тоже можно, а вот как оправдаться за то, что Рико сделал с его внешностью?              — Так ты боишься даже не произошедшего в Гнезде, а своего прошлого, — удивилась Дэн.       — Вы уже все в курсе, что Рико злобный мудак, но книжные лисы ничего не знают про моего отца и его людей.       — Тогда может пора прекратить прятать это от нас? — резко спросил Аарон. — Мы должны адекватно оценивать риски происходящего.       — Чем я и занимаюсь, если ты не заметил, — огрызнулся Нил.       — Книжный Эндрю жизнь за тебя готов положить, а он даже не знает, что это не метафора!       — Как и за тебя, — напомнил парень.       — Я не знал.       — Я тоже. — Аарон и Нил сверлили друг друга напряжёнными злыми взглядами.       — Прекрати винить меня за поступки в книге. Сначала разберись в своих проблемах с братом, прежде чем упрекать меня, — Аарон с болью вспомнил, что он уже подверг брата опасности, но упрямо произнёс:       — Не могу, когда ты подвергаешь его ненужному риску.       — Вы бы себя так защищали, тигры, — насмешливо произнёс Эндрю. — Спешу напомнить, что мне не нужна защита ни одного из вас, так что угомонитесь.       Парни посверлили друг друга взглядами ещё пару мгновений и отвели их в разные стороны.       Нила раздражало то, что Аарон начал защищать и хоть как-то понимать действия брата только после всего произошедшего, после того, как его фактически ткнули носом в разъяснения. Словно только сейчас он увидел в своем близнеце человека. Его претензии хоть и имели место быть, но всё же были достаточно нелепы. Нил знал себя. Он бы не позволил никому так рисковать собой. Уже не позволил бы, чего уж говорить о книжном Ниле, гораздо более глубоко привязанном к лисам и Эндрю.              Девять лет подряд Нил красил волосы и носил цветные линзы и вот наконец вернулся к своим натуральным оттенкам. Шатен с яркими голубыми глазами, он являл собой точную копию отца, Балтиморского Мясника. Нил не смотрелся в зеркало уже два дня.       Отрицание, конечно, ничего не меняет, однако, если он себя увидит, его просто вывернет.              Элисон задумчиво барабанила себя пальцами по коленке. Она бы хотела вернуть Нила к его естественным цветам. Он тогда будет вообще сногсшибательным парнем, а в правильной одежде — у него отбоя от поклонников не будет. Но вот что делать с тем, что он даже в зеркало посмотреться не может?       Со вздохом она призналась себе, что она бы никогда не смогла заставить кого-то выглядеть не так, как он хочет. Она сама слишком долго выглядела так, как желали её родители, теперь только она сама имела право выбирать. И она не могла лишить этого права другого. Как бы ей не хотелось, как бы убого не выглядела одежда Нила.       Скрипя сердце она распрощалась с этой мечтой.              Подкрасить бы волосы, сделать их хоть немного темнее, и ему уже дышалось бы легче, но Рико ясно дал понять, какой ад устроит Лисам, если Нил снова замаскируется.              — Это какой же, интересно? — хихикнул Эндрю. — Не верь всяким птицам, глупый. Сказок что ли не читал? В данный момент на большее он уже не способен. Рико ещё ответит перед дядей за то, что вернул тебя в натуральные цвета, поверь мне. Последнее чего желал Тэцудзи — это привлечение внимания к твоей персоне, пока ты не подпишешь контракт.       Кевин не был в этом так уверен, но нехотя он начал признавать, что по отношению ко всему, что связано с Морияма, он не совсем объективен. Раньше ему казалось, что он понимает происходящее лучше всех, но чем больше ситуацию обсуждали, тем меньше было в нем этой уверенности.       Эндрю покачал головой: в самом деле, это же так просто. Тэцудзи пытался заграбастать парня к себе, контракт бы позволил ему заявить на него права даже перед основной ветвью Морияма, не то что перед Мясником, который как бы тоже является подчиненным основной ветви.       Рико ломает планы дяди и, даже более того, он одним необдуманным поступком стравливает людей Мясника и Морияма. Было бы очень забавно, если бы войну между мафией развязал брехливый той-терьер, которого уберут первым из-за того, что он слишком мешался под ногами.              — Ребята получают багаж, — сообщил Ваймак. — Нам надо поговорить. Нил запер за собой дверь с поля и вслед за тренером направился к раздевалкам. Ваймак погасил свет на стадионе. Нил оглянулся:       «Лисья нора» погрузилась во мрак. От этой внезапной темноты ему стало не по себе. На мгновение он снова оказался в «Замке Эвермор», снова почувствовал удушливую злобу Воронов и гнет мрачной цветовой гаммы «Гнезда». Клаустрофобией Нил не страдал, и все же эта почти осязаемая ненависть давила так сильно, что едва не плющила кости.              Кевин поёжился от этого слишком хорошо отражающего реальность описания. Он вспомнил, как в начале его жизни в Пальметто, темнота вызывала напряжение, а уж поле во мраке — и вовсе инстинктивный ужас, но одновременно с этим оно ощущалось чем-то родным. Он вспомнил, как начал учиться играть правой рукой, а количество тренировок Лисов было для него недостаточно.       Ночные тренировки стали для него единственным выходом. Первое время только присутствие Эндрю на стадионе не позволяло ему ловить панику.       Он как сейчас помнил жёсткие слова Миньярда, сказанные с широкой улыбкой на лице:       — Он и так залез тебе слишком глубоко в голову, не позволяй отобрать ему единственное, что у тебя есть. Если тебе так нужна эта дурацкая игра, то бери её. А я буду здесь, чтобы не позволить твоему страху победить.       С тех пор он тренировался ночами как проклятый, пока его правая рука не стала более-менее пригодной к игре. Он до сих пор был в процессе. И темнота не пугала его, потому что рядом всегда был тот, кто готов бороться с его страхами даже в голове.              От опасной грани, к которой приблизились мысли, его отвлекло звяканье ключей; вздрогнув, он обернулся.              Джостен задумался, осознанно ли тренер использовал ключи, чтобы вывести Нила из головы (как Эндрю поступал с ним самим). Он бы не удивился, если бы да. Ваймак очень чутко умел улавливать момент и то, что тебе необходимо прямо сейчас. Иногда это напрягало, но он не мог поспорить с тем, что это вызывало и уважение.       Эндрю хохотнул, уловив то же самое. Тренер расщелкивал их с невероятной легкостью, как щелкунчик грецкие орехи. Удивительно, но Ваймак действительно мог уловить значение ключей для Джостена. Может видел, как тот их сжимает, или заметил, как он реагирует на звон, но сейчас он очень быстро и эффективно вернул Джостена в адекватное состояние.              Ваймак прошел по коридору и теперь отпирал свой кабинет. Хотя кроме них — и охранника, который где-то поблизости делал положенный обход помещений, — на стадионе не было ни души, Ваймак перед короткой отлучкой для пущей безопасности закрыл дверь на ключ.              — Тренер, — задумчиво протянул Сет, — а ведь раньше вы не уделяли такое внимание безопасности, да?       — Да, раньше я оставлял кабинет открытым, если отлучался из него ненадолго, — кивнул Ваймак и нахмурился.       — Интересно, к чему эти изменения? Вас пытались ограбить? — удивилась Дэн.       — Я думаю, что только попытаются, — помотал головой Сет. — Нам подчеркнули этот момент, чтобы показать, что на стадионе вроде как безопасно. А затем произойдет что-то, что покажет обратное.       — Мне очень не нравятся твои предсказания, ты в курсе? — уточнил тренер у парня.       — Мне они тоже не нравятся, — хмыкнул Гордон. — Могу впредь молчать. — Он задумался на мгновение. — Хотя знаете что? Фиг вам всем, я буду и дальше делать предположения по сюжету.       — Я и не просил тебя молчать.       — Отлично, тренер, значит терпите.       Ваймак вздохнул. А что ему ещё остается?              Нил часто бывал в этом кабинете и знал, что ничего особо ценного тренер там не держит. Единственная важная вещь — спортивная сумка самого Нила, которую тот, выходя на поле, затолкал в дальний угол. В день приезда в Южную Каролину он попросил Ваймака присмотреть за его вещами. Семь месяцев спустя тренер по-прежнему держал свое слово.              Эти размышления книжного Нила слегка утешили Джостена. Он сделал ставку на тренера, было приятно узнать, что он не ошибся.              Осознание этого почти помогло Нилу выбросить из головы Рико.              — Тьфу, выбрось каку, — фыркнул Эндрю. — Его место где угодно, но точно не в твоей голове.       Миньярд ткнул пальцем Кевина в бок:       — И не в твоей тоже.       Кевин переглянулся с Нилом, почему-то оба ощущали, что Эндрю как никогда прав.              Ваймак шагнул в сторону и жестом пропустил его вперед. Нил только-только успел взять сумку и закинуть ремень на плечо, а тренер уже испарился. Нил нашел его в комнате отдыха: Ваймак сидел на телевизионной тумбе рядом с телевизором. Для храбрости покрепче стиснув ремень сумки, Нил встал перед ним.              — Не боись, ребенок, мой максимум — это наорать, но не думаю, что я позвал тебя для этого, — покачал головой тренер.              — Вчера утром Кевин позвонил мне и сказал, что не может с тобой связаться, — начал Ваймак. — Он хотел убедиться, что с тобой все в порядке. Как я понимаю, он все это время знал, где ты.       — Да, — подтвердил Нил. Врать не имело смысла.              — Вот хотя бы поэтому ты должен держать телефон включенным, — вздохнула Дэн. — Не разводи панику на пустом месте.       Нил нехотя кивнул.              — Я велел ему рассказать обо всем остальным, — продолжал Ваймак.              Эндрю засмеялся:       — А ловко вы это придумали! И Кевина наказали, и Джостена пощадили.       Ваймак хмыкнул, но спорить не стал. Так наверняка и было.       Нил удивлённо покачал головой. Ему было непривычно, чтобы кто-то так заботился о его психическом состоянии.       А вот Кевин недовольно нахмурился. Он уже представлял в каком «восторге» старшекурсники от того, что он всё знал и позволил этому произойти, да ещё и не сказал ничего им.       Да его же порвут!..              У Нила оборвалось сердце. Он открыл рот, собираясь что-то произнести, однако тренер предупреждающе вскинул ладонь.       — Ребят необходимо было подготовить — ради твоего же, кстати, блага. Вообрази их реакцию, если ты выйдешь к ним вот так, без предупреждения! Ты шарахаешься, стоит им назвать тебя другом, а уж если они испугаются за тебя всерьез, что тогда с тобой будет? Нервный припадок?              — Точно, — засмеялся ещё громче Эндрю. Джостен насупился, но поспорить не смог.              Нил хотел было возразить, но выдавил лишь невнятное:       — Я собирался что-нибудь придумать…              — Никто не сомневается в этом, — хохотнул Мэтт. — Но на будущее: просто скажи нам, если у тебя что-то случилось. Не надо придумывать. Не знаю как остальные, но я уже готов принять тебя любым, Нил. Ты мой друг.       Джостен почувствовал, как у него перехватило дыхание. Он только и мог, что растерянно хлопать глазами, чувствуя растерянность и нечто смутно знакомое, что-то очень похожее на признательность. Может так ощущается дружба?       — Иногда я забываю, о том какой ты дикий, — покачал головой Мэтт. — Можно я тебя обниму?       В этот раз Нил согласился сразу, без размышлений. Он не привык к тому, что прикосновения не ранят, но Мэтт вызывал в нём доверие и то самое, пока толком не осознанное чувство. И он хотел, чтобы оно вспыхнуло сильнее. Может потом, когда ему придется уйти, ему будет больнее, но умереть, так и не почувствовав ничего настоящего в своей жизни, было бы гораздо обиднее.       Мэтт подсел к нему в кресло и крепко обнял.              — Ты просто тянул время, — упрекнул Ваймак, — поэтому я все сделал за тебя. Я сказал, что вид у тебя — как после шести раундов на ринге и что ты, скорее всего, не захочешь ничего объяснять. Они пообещали не душить тебя сразу, но вряд ли удержатся после того, как рассмотрят твою тушку вблизи. Правда, насчет этого, — тренер неопределенным жестом показал на собственное лицо, — я не упоминал.              — Самое сложное оставили на него, — усмехнулся Мэтт.       — Самое трудно объяснимое, — возразил тренер.       — Ну так-то да, я бы не успокоилась, требуя объяснений, почему так произошло, — призналась Дэн.       — А их у меня как раз таки и нет, — кивнул Ваймак. — Зато разглядев Джостена получше, возможно вы его пожалеете и не будете настаивать.       Лисы пристыженно согласились.              Нил дотронулся до пластыря на скуле, скрывавшего его новую татуировку.       — Вы об этом?              — А вот на то, как ты будешь объяснять это, я бы посмотрел, — фыркнул Сет.       Эндрю хохотнул. Ему становилось скучно, а концентрация падала, поэтому некоторое время назад он откинулся на спинку дивана и рассеянно смотрел в потолок.       Он подумал о том, что вчера он был в таком диком напряжении, что почти не терял концентрации. Это далось ему совсем не легко. Так что повторять этот опыт не хотелось.              — Обо всем, — ответил Ваймак и кивнул, когда ладонь Нила переместилась к волосам. — Не знаю, зачем Рико это сделал, но подожду, пока ты сам мне расскажешь. Что ты будешь говорить товарищам — дело твое.              — Тебе придётся состряпать ложь убедительней, — пробормотал Эндрю.             Джостен кивнул. Он начал прикидывать, что Нил мог бы рассказать лисам, чтобы оправдать внезапную смену цвета волос, клеймо Морияма и побои.       Получалось у него плохо. Возможно ему стоило просто рассказать правду в шутку? Всё равно ему никто бы не поверил.              От слов тренера в груди немного потеплело. Растерявшись, Нил отделался молчаливым кивком и посмотрел на часы.              «Когда-нибудь он перестанет так реагировать на то, что для него делают что-то бескорыстно», — подумал Ники. Но этот момент наверняка наступит не скоро.              Ехать за Лисами не требовалось, поскольку Мэтт оставил свой пикап на платной стоянке в аэропорту. Нил встретит их уже в «Лисьей башне», но если сейчас они получают багаж, то до кампуса доберутся минут через двадцать, не раньше.       — Поддержка нужна? — осведомился Ваймак.       — В общаге? — не понял Нил.       Ваймак бросил на него короткий, исполненный жалости взгляд.       — В Колумбии.              — О, Эндрю наконец-то возвращается из больницы, — обрадовался Ники, захлопав в ладоши.       Старшекурсники переглянулись. Им всем было интересно, каким будет Эндрю без таблеток. Рассказы его братьев напрягали. Но не может же всё быть ещё хуже, чем было?..       — Мы начнём весенний сезон в полном составе, — довольно кивнул Кевин, наконец-то услышавший хоть что-то интересное и полезное.       Эндрю снова ткнул его в бок пальцем, заставив вскрикнуть от неожиданности.       — Оставь надежды всяк сюда входящий, слыхал такое, Дэй? Так вот, тебе бы давно стоило запомнить это выражение, когда пытаешься заставить меня играть в свою дурацкую игру.       — Ты же знаешь, что я не отступлю.       — Как и я. Вот дилемма, да?       Кевин упрямо вздёрнул подбородок. Эндрю со смехом покачал головой. Какой упрямец. Даже интересно, куда это их приведёт?..              Сегодня день выписки Эндрю. Его компания закинет сумки и сразу поедет за ним в Истхейвен. Прошло семь недель с того дня, как они виделись с Эндрю, и почти три года с тех пор, как он начал принимать лекарства.              Аарон напрягся. Он жаждал узнать, что произошло с его братом в больнице. Он хотел бы надеяться на то, что всё обошлось, но на самом деле понимал, что нет ни единого шанса, чтобы мудила Рико действительно отвалил от Эндрю, даже если Джостен поехал в Эвермор.       — Отмотал срок, — проворчал Миньярд. Он подумал, что лучше бы он в колонии отсидел, чем принимал эти таблетки.       А Ники почувствовал себя так, словно ему вдарили под дых. Он в очередной раз с горечью думал о том, что радовался лекарствам Эндрю, считал, что они ему помогают. А они его ломали. И он, как опекун, должен был это понять! Должен был. А он настолько не понимал мотивы поступков Эндрю, что только и делал, что опасался его. Хэммик прикрыл лицо ладонью, чувствуя себя на редкость погано. Это чувство не проходило уже второй день, но очередное напоминание просто сделало его сильнее.              Только два человека знали, каков Эндрю в абсолютно трезвом состоянии, на долю прочих оставались лишь неприятные слухи и догадки. Неважно, что Нила чуть не порезали на лоскуты — Миньярда это вряд ли тронет, — а вот тот факт, что Нил, пообещавший ни на шаг не отходить от Кевина, нарушил слово, наверняка приведет Эндрю в ярость.              — Ещё как, — закивал головой Эндрю.       — Ну фактически, я обещал приглядывать за ним, но не постоянно быть рядом, — произнёс Нил.       — Я запомню, что с тобой нужно особенно тщательно выбирать формулировки.       Джостен показал Эндрю средний палец.              Тем не менее Нила это не пугало.              — А зря.       — Да ладно, Миньярд, мы все понимаем, что ты его не убьёшь, и даже не покалечишь, — закатила глаза Элисон.       — Не будь так уверена, — девушка с вызовом посмотрела на него. В чём она точно не сомневалась, так это в том, что Эндрю слишком симпатизирует Нилу, чтобы навредить ему, по крайней мере осознанно.       Эндрю понимал, о чём она думает. И раздражался от этого просто ужасно.              — Все будет в порядке, — сказал он.       — На всякий случай, имей в виду: завтра возвращается Эбби. Подлатает тебя, если что. — Ваймак взглянул на часы и встал. — Ну, поехали.              — Вот тренер адекватно оценивает ситуацию, — кивнул довольно Эндрю.       — Я слишком хорошо тебя знаю.       На понимающий взгляд мужчины, Миньярд ответил смехом. Потому что да, он слишком хорошо его знает. Как и знает то, что он бы не стал калечить Нила, и понимание в его глазах как раз говорило об этом.       До общежития добрались быстро. На пустынной парковке позади «Лисьей башни» стояла лишь парочка машин, принадлежавших Лисам. По идее, охранники должны были следить, чтобы в отсутствие хозяев кто-нибудь не взломал автомобили…              — И где эти самые охранники? — проворчал Ваймак, начиная хмурится.       — Хотите новое предсказание, тренер? — рассмеялся Сет.       — Я бы сказал нет, но ты же всё равно нам расскажешь?       — Точно. Знаете, с предсказаниями такая хрень существует: если оно должно прозвучать, оно всё равно прозвучит.       — Мне уже страшно, — признался Мэтт.       — И правильно, — нагнал ужаса Сет. Он ещё и поднял руки с растопыренными пальцами. — Отсутствие охраны на парковке может говорит только об одном, — продолжил таинственным голосом. — На этой автомобильной парковке произойдёт какое-то зло, и отсутствие охраны позволит ему произойти незамеченным.       — Тьфу на тебя, — от души произнёс Ваймак.       — Машины? — осторожно предположил Мэтт. — Что-то случится с машинами?       — Наверное, — небрежно пожал плечами Сет, говоря уже нормальным тоном. Лисы стали напряжённо переглядываться. Какого хрена может случиться с машинами? Причём тут вообще это?              … и все же Нил заставил Ваймака подъехать к машине Эндрю. Подергал за дверные ручки, осмотрел стекла — нет ли где трещин или повреждений. Попинав шины, счел, что подкачивать их не нужно.              Только тут Ники понял, что кузен будет трезвый, а значит, вернётся к вождению машины. А Ники будет в пролёте.       Эх, а он так привык рулить их малышкой! Он понадеялся, что Эндрю позволит ему хоть иногда садиться за руль.              Ваймак ждал, не глуша двигатель.       — Может, мне остаться? — предложил он.       — Я справлюсь, — заверил Нил. — Попрошу Кевина позвонить вам, когда мы заберем Эндрю.       — Заряди телефон и сам меня набери. Удачи.              — Вроде кто-то сказал о том, что хочет взять на себя ответственность, — произнёс насмешливо Эндрю, — но этот кто-то с таким упорством избегает её же, что я прямо диву даюсь. У него снова что-то коротнуло в мозгу, и он начал противоречить сам себе?       — Ага, как в гнезде побывал, так сразу короткое замыкание и возникло, — огрызнулся Нил, недовольный словами Миньярда. Он действительно хотел, чтобы Нил научился брать ответственность на себя, не перекладывать её на других и не избегать её. То что сейчас было в книге, иначе как последствием травмы назвать он не мог.              Тренер уехал, а Нил вошел в общежитие. В коридорах слабо пахло чистящими средствами и освежителем воздуха — во время каникул кто-то занимался здесь уборкой. Из трех «лисьих» комнат, расположенных на третьем этаже, комната Нила находилась дальше всего от лестницы. Он шагнул за порог, запер дверь и медленно всё обошел. Не обнаружив ничего подозрительного, поставил телефон на зарядку, затем взялся распаковывать сумку. Под конец выудил со дна пачку сигарет, принес в спальню, бросил на подоконник, закурил.       Он уже дымил второй сигаретой, когда открылась входная дверь. Судя по отсутствию шума, Мэтт вошел один — Ники не умел сохранять тишину даже под угрозой смерти.              Ники развёл руки в стороны:       — Да, я такой, живите с этим.       Лисы насмешливо фыркнули.              Глухо стукнул поставленный на пол чемодан, затем раздался щелчок дверного язычка. Напоследок затянувшись как следует, Нил потушил сигарету о подоконник.              — Ты в курсе, что это штраф? — уточнил Ваймак укоризненно.       — Не знаю, может быть, — пожал плечами Нил. Его мало беспокоило это, в отличие от реакции старшекурсников на его внешность. Он ждал скандала.       Расправил плечи, стараясь сохранить спокойное выражение лица, и рывком закрыл окно. Обернулся. Мэтт стоял у двери в спальню, засунув руки в карманы куртки.       Несколько секунд его губы беззвучно шевелились. Наконец он выдавил:       — Господи боже, Нил…       — Все не так страшно, как кажется.       — Молчи. Просто ничего не говори, ладно? — Мэтт провел пятерней по волосам, взъерошив уложенные гелем «шипы», и двинулся к выходу. — Жди здесь.              — Кажется, у меня нет слов, — нервно хохотнул Мэтт.       Эндрю начал трясти ногой, зная, что пройдёт минута, и Кевин от этого движения просто взбесится.       Он подозревал, что решение рассказать всё лисам через Кевина сейчас укусит их с тренером за зад.       Старшекурсники не станут разбираться в ситуации, а начнут привычно обвинять того, кого легче всего. И сейчас этим человеком окажется Дэй, который всё знал, но им, вот незадача, не рассказал. Как будто они были способны хоть что-то изменить или повлиять на решения Джостена.              Он ушел, а Нил встал на пороге спальни. Почти сразу после того, как закрылась дверь, стену сотряс тяжелый удар.              — Я в бешенстве, — констатирует Мэтт.       — Главное не забывай контролировать собственные руки, иначе ты их лишишься.       Бойд нахмурился, пытаясь понять о чём он.       — Ты о Кевине? Думаешь я пойду бить его?       — Уверен. Вы любите так поступать, безосновательно обвиняя людей.       Мэтт хмурился, он так и порывался возразить, сказать твердое «нет», он не будет бить сокомандника за то, что другой член их команды побывал в аду. Но внезапно, очень неприятно для самого себя, он понял, что такое может произойти. Он не мог отвечать за поступки книжного себя, но именно так они и поступали большую часть времени, не так ли? Стало горько и стыдно, всё ещё хотелось возразить и заверить, что он не такой. Но не такой ли?..       Эндрю с усмешкой заметил, как неуверенно переглянулись Мэтт и Дэн.              До Нила доносился голос Мэтта, гневно распекавшего кого-то, но разобрать слова было невозможно.              Эндрю щёлкнул пальцами, мол что и следовало доказать.       Мэтт прикусил губу. Мерзкое ощущение, словно его как котенка ткнули мордой в собственную лужу.              Нил еще немного постоял, переминаясь с ноги на ногу, а потом машинально посмотрел направо и через открытую дверь ванной увидел собственное отражение. Сочные кровоподтеки на лице выглядели жутко, однако голубые глаза, смотревшие на него из зеркала, пугали куда больше. Нил сглотнул, подавляя внезапный приступ тошноты, и отвел взгляд.              — Нил, а сейчас ты тоже, — Дэн запнулась, — не смотришься в зеркало?       — Нет, — резко ответил он. К счастью, у него было много других забот за последний день, чтобы осознать, что он уже давненько не носит линзы.       Честно говоря, он не хотел об этом думать.              Он вернулся в спальню за телефоном, отсоединил его от зарядного устройства. До полной зарядки было далеко, и все же Нил понадеялся, что батарея не сдохнет раньше, чем они приедут в Колумбию. Он отключил мобильник — все равно пока не нужен — и сунул в карман.              — Тебя видимо сильно по голове в Гнезде били, — раздражённо улыбаясь, произнёс Эндрю. — Какого дьявола ты заряжаешь телефон, надеешься, что он не сдохнет, а потом просто его вырубаешь. Логика окончательно сказала адьёс?!       — А я откуда знаю, может он умом тронулся, — огрызнулся Нил, чувствуя, что Эндрю прав. Его мысли и действия немного не вязались друг с другом.              Нестерпимо хотелось лечь в кровать и с головой укрыться одеялом. Нил уже чувствовал себя выжатым как лимон, а ведь после Мэтта ему предстояло объясниться еще с семерыми Лисами. Если бы сегодня еще и девушки возвратились, он бы точно не выдержал. К счастью, все три прилетают только завтра утром. За ночь он переведет дух и восстановит силы.              — Тяжко тебе придётся, — признала Элисон. Она ткнула себя в скулу: — Особенно, когда мы увидим это убожество.       Кевин одарил её раздражённым взглядом.       — Мы будем в бешенстве, — согласилась Дэн. — Извини за это. Ты не виноват, просто это будет потрясением…       Нил кивнул, понимая почему у них будет такая реакция. Но приятного в ситуации было мало. Не он это выбрал, как и Нил в книге не выбирал подобной участи. А их ругали, словно они дети-несмышлёныши, решившие поиграть во взрослые игры.              Нил нехотя вышел в гостиную. Мэтт, появившийся минуту спустя, плотно закрыл входную дверь. Он с видимым усилием заставил себя успокоиться, и все-таки голос его звучал напряженно:       — Тренер на тебя уже наорал?       — Да, вопил громко и долго, — кивнул Нил.              — Душу отвёл, — вздохнул Ваймак. Эбби погладила его по плечу.              — А смысл? Я ни в чем не раскаиваюсь и, если надо, сделал бы это еще раз. Нет, — не дал он возразить Бойду. — Лисы — все, что у меня есть. Не говори, что я совершил ошибку только потому, что принял единственно возможное решение.              Старшекурсники смотрели на Нила мягко и признательно. Ники вообще готов был его затискать от обилия чувств.       А сам Нил понимал, что прошёл точку невозврата в книге. Всё, больше без лисов ему никак. Привязался намертво, навсегда. И расставание с ними будет таким же болезненным, как отрубить собственную руку.       Это же понял и Эндрю. Он со смехом посмотрел в потолок, ошарашенный тем, к чему всё пришло. Его подопечный действительно учился стоять сам за себя, принимать решения и не сбегать. Он научился привязываться и оставаться. Это дорогого стоило.       Эндрю повернул голову к Дэю, размышляя сможет ли и он встать на собственные ноги и выстоять. Кевин бросил на него быстрый взгляд, но тут же отвёл глаза.       Бесконечно долгую минуту Мэтт смотрел на него, потом произнес:       — Я мечтаю разбить рожу этому ублюдку. Если он еще раз подойдет к тебе ближе чем на километр…              Лисы согласно загудели. Все они об этом мечтали.              — Подойдет, — перебил Нил. — Нам еще играть против «Воронов» в финале.              Эндрю закатил глаза. Всё опять скатилось к дурацкой игре. Ну сколько можно?!              Мэтт покачал головой и взялся за чемодан. Нил шагнул в сторону, чтобы пропустить товарища, и тот, проходя мимо, задержал взгляд на его лице. Злость, которой кипел Бойд, сменилась удивлением. Избегая смотреть на него, Нил двинулся к выходу. Он уже взялся за дверную ручку, когда Мэтт заговорил снова:       — Тренер просил не спрашивать тебя насчет глаз. Я подумал, что Рико наставил тебе фингалов.              — А он всего лишь изменил мне цвет глаз и волос, — нервно хохотнул Нил.       Он снова задумался над тем, что тренер слишком хорошо умудрялся подмечать детали. Когда он успел за эти пару дней заметить, что Нила пугает цвет его глаз гораздо сильнее, чем смена цвета волос? Как? Как он заметил.       И не просто заметил, а приказал остальным не спрашивать именно про глаза, а не про что-то другое.       Джостен подумал о том, что им повезло иметь тренера на своей стороне. Если бы тот был их врагом, у них бы не было и шанса.              Это прозвучало без вопросительной интонации, поэтому Нил просто сказал:       — Через пару часов вернемся.              — Запомню на будущее, что вопросы тебе нужно задавать конкретные, чтобы ты не мог их избежать, — произнёс Мэтт.       Он вышел прежде, чем Мэтт успел открыть рот. Кевин, Ники и Аарон ждали его в коридоре двумя дверями дальше. Ники держал в руках два подарочных пакета, но, завидев Нила, выронил их. Нил еще на полпути разглядел, что у Кевина подбита скула.              Эндрю вскинулся, как гончая почуявшая след, и угрожающе уставился на Мэтта:       — А что я говорил?       Бойд отвёл взгляд, чувствуя себя ещё фиговее. Если ранее он сомневался, то теперь у него не осталось ни шанса.       — И эти люди говорят об объединении команды. Хорошо же ваше объединение!       Мэтт как будто ещё больше съёжился. Так гадко из-за собственного поведения он себя давно не ощущал. Наверное как раз с того случая, когда поддался тяге и вновь употребил наркотики.       Кевин же почувствовал себя слегка спокойнее, чувствуя, что Эндрю не даст его в обиду. Он понимал Мэтта и даже сам считал, что заслуживает взбучки за то, что отпустил Нила. Но всё же претензии к нему старшекурсников в этой ситуации были запоздалыми и высказаны не тому человеку. И осознать это было облегчением.              Красное пятно на щеке грозило вот-вот расцвести еще одним синяком. Мэтт не в первый — и явно не в последний — раз налетал на Кевина с кулаками, и все же Нил сделал себе заметку поговорить с Бойдом.       Кевин-то тут при чем?              — Ах, так ещё и не в первый раз! — «восхитился» Миньярд. — Случись это в реальности, ты бы у меня так просто не ушёл. Сколько раз мне нужно вам всем навалять, чтобы вы уяснили, что моих подопечных трогать нельзя?       Дэн поджала губы, но не могла поспорить с его претензиями.       Мэтт чувствовал себя тем самым котёнком возле лужи.              Отогнав мысли о Мэтте, он сосредоточил внимание на стоявшей перед ним троице. Безопаснее всего, понятное дело, было смотреть на Аарона. Тот стоял, чуть скривив уголок рта — гримаса выражала не сочувствие, а любопытство, — и его взгляд дольше задержался на волосах Нила, чем на распухшем от кровоподтеков лице. Нил немного выждал, предполагая, что сейчас последует вопрос, однако Аарон лишь молча пожал плечами.              Аарон этому не удивился. Его книжная версия явно о многом догадывалась. Так что прошлое Джостена волновало гораздо больше, чем побои. Чего он там в конце концов не видел-то? Сам такими красовался не раз и даже не два.              Хэммика скверный вид Нила, наоборот, привел в откровенный ужас. Ники бросился к нему, обвил рукой за плечо и осторожно привлек к себе, уложив подбородок Нилу на макушку. Напряженный как струна, он издал долгий прерывистый вздох и полузадушенно произнес:       — Ох, Нил… Выглядишь отвратительно.              — Ну если даже Хэммик не называет тебя красавчиком, значит дело совсем дрянь, — хмыкнул Сет.       — И не говори! — нарочито серьёзно кивнул Ники.              — Это пройдет, — отмахнулся Нил. — Большей частью, во всяком случае. Не переживай.       Ники стиснул пальцы чуть крепче.       — Только посмей сказать, что ты в порядке! Чтобы я этих слов от тебя больше не слышал, ясно?              — О, наши книжные версии начали с этим бороться, здорово! — улыбнулся Ники. — Возможно мы сможем однажды услышать правду на вопрос: «Как ты?».       Джостен не был уверен, что знает как отвечать правду на этот вопрос.              Нил послушно умолк. Ники еще с минуту прижимал его к груди, потом выпустил из объятий. Наконец Нил повернулся к Кевину, и внутри у него все похолодело. Взгляд у Кевина был такой, будто ему явился призрак. Если остальных внезапные перемены во внешности Нила просто удивили — причем кузенов в меньшей степени, ведь во время поездок в Колумбию они уже видели его без линз, — то Кевин знал, кто есть Нил на самом деле, и знал его отца. Дэй отлично понимал, что всё это означает.       — Пиздец это значит, я думаю мы все это понимаем, — хмыкнул Сет.       — Может в книжках нет?       — Нет, Элли, поверь мне, в книгах вы тоже понимаете, что это пиздец. Просто не знаете насколько.              Нил качнул головой в безмолвной мольбе держать язык за зубами. Кевин предсказуемо проигнорировал его просьбу, однако ему хватило такта перейти на французский:       — Это сделали без ведома хозяина, так?              — О, Кевин, в книге ты это осознаёшь! — удивился Эндрю. Скрепя сердце, Дэй признал:       — В книге я провёл больше времени вдалеке от Рико.       — Это значит, что для тебя ещё не всё потеряно, — Миньярд хлопнул его по плечу. — Давай, ещё чуть-чуть и позвоночник затвердеет!              — Понятия не имею. — Последние несколько дней, проведенные в лапах Рико, слились в одно расплывчатое пятно, сплошь наполненное болью и до сих пор не дававшее Нилу покоя. Он смутно помнил, как Жан смывал краску с его волос. Кажется, эта экзекуция была одной из последних, однако Нил не мог вспомнить, присутствовал ли на ней дядя Рико, Тэцудзи. — Рико пригрозил поломать нас, если я верну все как было. Мне остается только опустить голову и надеяться на лучшее.              — Фу, — скривился Эндрю. — Ты же не умеешь ни того, ни другого.       Нил посмотрел на парня позабавленно. Его мать бы поспорила с Миньярдом. Эта мысль кольнула в сердце, но уже не так сильно, как прежде. Он всё ещё отдал бы очень многое, чтобы она была рядом и указывала ему путь. Даже если это означало постоянную боль. Но это желание медленно трансформировалось в нечто новое.              — Опустить голову, — эхом повторил Кевин. — Рико позвонил мне в Рождество и сказал, что набил тебе тату. — Он скептическим жестом указал на собственное лицо. — Как думаешь, долго он позволит тебе прятаться, прежде чем заставит показаться всему миру? Репортеры с ума сойдут, и вопросами о татуировке они не ограничатся. Он нарочно делает так, чтобы тебя нашли.              — Как только закончатся каникулы, он тут же объявит, что ты теперь в его свите, — хрипло произнёс Кевин. Это будет катастрофа. Он уже представлял газетные заголовки и ажиотаж в прессе.       — И выставит себя полным идиотом, — буркнул Нил.       — Почему? — уточнила Дэн.       — Потому что в начале сезона, он объявил, что я новичок и ничтожество. И в течение сезона, могу поспорить, я не показывал безупречных результатов, так что я не дотягиваю до уровня даже обычного ворона. И тут он объявит всем, что заклеймил меня. Сказка про идеальный корт с лучшими игроками начнёт рушиться, как карточный домик.       — Сомневаюсь, — покачал головой Мэтт. — Народ так фанатеет по свите Рико, что даже не задумается, а имеешь ли ты право там вообще играть.       — Фанатики пусть идут лесом, а реально думающие люди поймут, что идеальный корт — это лажа, придуманная Рико, чтобы потешить своё эго.       — Было бы неплохо, — вздохнула Дэн.       — Нам надо будет дать парочку интервью, чтобы народ услышал не только королька Эвермора, — произнесла Элисон. — И тогда людей, которые задумаются, будет больше.       — Ты предлагаешь ебанько дать интервью?! — Сет потёр ладони. — Я готов! Хочу увидеть этот хаос.       Ваймак представил, что может выдать обозлённый Джостен на подобном интервью, и ему слегка поплохело. Даже если это и было необходимо, одно предположение пугало своей катастрофичностью.       Нил поморщился на воодушевление лисов. То, что его периодически начинает нести, было проблемой, а не поводом для шуток. Он глянул на Эндрю и внезапно подумал, что тот может его остановить. Мысль была странная, но он отчётливо осознал, что Миньярд не позволит ему сделать нечто такое, что сможет в дальнейшем сильно навредить ему. И, что самое странное, Нил послушается. Как послушался бы Мэри. В книгах так точно.       Осознание доверия было ошеломляющим.       Эндрю заметил его взгляд и насмешливо протянул:       — Лучше бы вы задумались над другим. Даже Дэй осознал, что Рико фактически вывел людей отца Джостена на него.       — Мы это уже знаем, — кивнула Дэн.       Миньярд насмешливо хихикнул. Знают-то они — знают, а вот оценить риски не хотят. В аннотации было черным по белому написано, что умереть могут все, а им бы все хихоньки да хахоньки, когда любое появление Джостена на экранах теперь грозит стать последним. Нет, серьёзно, почему его считают психом?              Ледяной ком страха в желудке Нила пополз вверх, к горлу. Неимоверным усилием он заставил голос звучать ровно:       — Почту это за комплимент. Рико пытается вывести меня из игры еще до полуфинала. Он не утруждался бы так, если бы не считал нас реальной угрозой «Воронам». Это уже кое-что, а?              — Позитивный настрой, так держать, — улыбнулась капитан.       — Есть в этом что-то, — довольно кивнул Мэтт. Нил не был так оптимистичен.       Эндрю хотел сказать, что это самое «что-то» — это идиотизм. Хотя он не мог не оценить то, как той-терьерчик лает всё громче и отчаяннее, желая навредить Джостену. Это ли не признак слабости. Ему самому справиться с Джостеном не получилось, даже его дядюшке не получилось, и он пошёл на крайние меры, вполне осознавая, что тот самый дядюшка обломает о его спину свою трость за подобное.              — Нил.       — Кевин, я сам разберусь. Сам о себе позабочусь. А ты займись тем, что умеешь лучше всего. Сосредоточься на экси. Приведи «Лисов» туда, где ему тошно нас видеть.              Кевин покачал головой, но кивнул. Больше его книжная версия ничем в данной ситуации помочь не могла.       — Полуфинал, а, Дэй? — спросил Сет.       — Полуфинал, — уверенно согласился тот. Это было достижимо, особенно с их осенними результатами. И он костьми ляжет, но заставит лисов играть.              Губы Кевина сжались в тонкую ниточку, однако он промолчал. Видимо, понимал, что спорить и бесполезно, и поздно. Ники по очереди посмотрел на обоих, словно желал удостовериться, что разговор окончен, затем подхватил с пола пакеты и протянул один из них Нилу.       — Запоздалый подарок к Рождеству, — грустно сказал он.              — Молодец, Ники, — одобрительно произнесла Рене. — Ему нужна сейчас поддержка, и подарок самое лучшее, что ты мог сделать.       Хэммик гордо надулся, хотя совсем не ощущал того же чувства в действительности.       — Нам тоже надо что-нибудь ему подарить, а то подарки он получает только от компании Эндрю, — решительно произнёс Мэтт. — Безобразие.       — Как только, так сразу, — согласилась Дэн.       Джостену стало неуютно. Он не привык получать подарки, и это была новая грань близости, к которой он не был уверен, что готов.              Твоего адреса в Милпорте никто не знал, поэтому я решил вручить лично. Эрик помогал выбирать. — В ответ на недоуменный взгляд Нила Ники пояснил: — Он прилетал в Нью-Йорк на два дня.              Ники радостно завизжал и захлопал в ладоши:       — Ура!!!       Аарон демонстративно сделал вид, что прочищает ухо после его крика. Но даже он понимал, что после всего пережитого, Ники заслуживал подобного подарка и был рад за него.       — Поздравляю, Ники, у тебя очень хороший парень, — улыбнулась Рене.       — Да, Эрик такой, — мягко улыбнулся Хэммик, совсем не так, как привыкли лисы. — Поверить не могу, что он это сделал.       — Я бы удивился, если бы он этого не сделал, — буркнул Аарон.       — Ох, мой дорогой, ворчливый кузен, я слышу тебя. Не пытайся быть такой букой, — Ники потрепал его по волосам, заставив Аарона скривиться.       — Это мило, тебе не кажется? — уточнила Элисон у Сета. — Он пересёк полмира, отвалил кучу денег на билеты, чтобы встретиться с ним на два дня.       Гордон поморщился. Ему до сих пор было сложно представить, что парень способен любить парня. А уж совершать такие поступки, которые могут делать только безвозвратно влюблённые, и подавно. Но видимо Эрик действительно любил (?) Хэммика. Но признать вслух, что они милые — увольте.       Элисон, не услышав привычного громкого отрицания, довольно усмехнулась. Пока что её парню удавалось действовать, чтобы не быть таким человеком, как родители Хэммика. И это была победа.       — Устроил мне рождественский сюрприз. Тут и от Кевина для тебя кое-что есть. Он не дал мне упаковать подарок, так что прости за уродский полиэтиленовый мешок. — Ники тряхнул вторым пакетом. — Презент для Эндрю у меня тоже с собой. Вообще-то я купил вам одно и то же, потому что и тебе, и ему просто невозможно угодить.              Элисон приложила руку к сердцу и изобразила обморок. Сам Ники высоко задрал брови и уставился на читающего Кевина.       — Я не могу, — простонала Элисон. — Если это не эндгейм, то что?! У них одинаковые телефоны и рингтоны, а теперь ещё и подарки! Мне нужно узнать что это, читай, Кевин!!!       Нил не знал, что в этом контексте значит «эндгейм», но догадывался, что объяснение ему не понравится. Он вздохнул. Чёрт побери, у Эндрю есть близнец, так какого хрена именно ему вручают одинаковые с ним вещи?!       Аарон прикрыл лицо ладонью. Он был уверен, что в книге он ещё не понимает, какой это пиздец и только поэтому позволил Ники купить этим придуркам что-то одинаковое, но сейчас… О, он не идиот, и понимает куда всё идёт. Немного коробило, что брат нарушает сделку, но в конце-то концов, он сделал тоже самое с Кейтлин.              — Извините, — сказал Нил. — Я никому не приготовил подарков. Не привык праздновать Рождество.       — Ты имел в виду, что, пока тебя перемалывали в фарш, тебе было некогда ходить по магазинам? — подал голос Аарон.              Лисы посмотрели на парня, но на самом деле не были этим удивлены. Аарон реально плохо переносил рядом с собой присутствие Джостена.              Ники изумленно уставился на кузена, ошарашенный такой грубостью, однако Аарон как ни в чем не бывало продолжил:       — Кевин сказал, ты поехал ради Эндрю. Это правда?              Аарон кивнул своим мыслям. Понятно почему он вообще с ним заговорил: хотел выяснить что-то про брата.              Нил метнул на Кевина предостерегающий взгляд.       — Да.       — Зачем? — спросил Аарон. — Спасибо он тебе не скажет.       — Он и тебе спасибо не скажет за то, что ты разделался с Дрейком, — спокойно ответил Нил.              — Конечно, нафиг мне ваша забота? — усмехнулся Эндрю. — Я вас защищаю, а не наоборот.       — Ты главное в процессе себя защищать не забывай, — ответил Нил раньше, чем Аарон успел набрать достаточно воздуха в лёгкие, чтобы начать возмущаться.       — А что, ты волнуешься? — заинтересовано протянул Эндрю.       — Ну разумеется, кто-то же должен прикрывать наши задницы.       Элисон тихо пробормотала на ухо Рене, прижавшись к ней всем телом, чтобы никто другой её точно не услышал:       — Клянусь, если сейчас Миньярд скажет что-нибудь про задницу Нила в ответ — я умру. — Рене захихикала.       Эндрю раздражённо прищурился, глядя на Нила. Раздражение стало больше, когда он боковым зрением заметил шушуканье девушек и догадался о теме их перешептывания.       — Я постараюсь, — Нил недоуменно посмотрел на него в ответ. Он не ожидал, что Эндрю поставит так быстро точку в их пререканиях, но затем он заметил любопытный взгляд Элисон, обнимающую Рене, и всё понял.              — Это вообще не важно. Мы сделали то, что должны были сделать. Что думает Эндрю, меня не волнует.       Аарон продолжал молча сверлить его глазами. Он искал ответы, только вот на какой вопрос?              Аарон был уверен, что книжный он просто пытался понять, почему Джостена так волнует происходящее с его братом, и насколько это опасно для них всех. Вряд ли он догадывался о масштабах катастрофы, но не ощутить угрозу он не мог.              Нилу оставалось лишь так же молча смотреть на Аарона, и в конце концов тот, покачав головой, отвернулся. Нил хотел было потребовать объяснений, но решил приберечь силы для разговора с Эндрю.              — Интересно, как ты выкрутишься с татуировкой, — произнёс Мэтт. — Могу поставить что угодно на то, что Миньярд тут же просечёт в отличие от нас, что скрывается за пластырем у Нила на лице.       Лисы согласно загудели. Эндрю хохотнул:       — Он патологический лжец, конечно он быстро выкрутится.              Он попытался отвлечься: развернул подарок Ники. В обертке из оранжевой папиросной бумаги оказалось черное пальто, тонкое и в то же время тяжелое — самое то для защиты от жестоких холодов, накрывших Южную Каролину.              — Они будут носить одинаковую одежду, — трагическим шёпотом произнесла Элисон, мелодраматично прикладывая руку ко лбу.       — Мы постоянно носим одинаковую одежду, — огрызнулся Нил. — Если ты не забыла, мы в одной команде.       — Это не то, — махнула рукой девушка. Джостен раздражённо закатил глаза. Какая вообще разница?!       Мэтт с Дэн посмеивались, наблюдая за ними.              Нил позволил Ники забрать у него пакет.       — Спасибо, — поблагодарил он.       — У тебя до сих пор нет нормальной зимней одежды, — укорил его Ники. — По-хорошему, надо еще раз свозить тебя в магазин и накупить вещей, но я прикинул, что можно начать с этого. Если и дальше будешь бегать по морозу в толстовке, обязательно простудишься.              — Очень заботливо с твоей стороны, Ники, — кивнула парню Рене.       — Ну я же опекун, — гордо произнёс Хэммик, заслужив удары локтями от близнецов. Но он всё равно продолжил тоном ворчливой старушки: — Я знаю, какими упрямыми могут быть эти дети.       Старшекурсники захихикали, а близнецы недовольно смотрели на Ники. Кевин закатил глаза и продолжил читать.              — Как по размеру, подходит?       Нил расстегнул молнию и попытался влезть в пальто. Едва он успел просунуть одну руку в рукав, как грудь и бок обожгло нестерпимой болью. Нил застыл на месте и часто-часто заморгал, прогоняя пелену перед глазами.              — Ох, я уже и забыл, что ты весь зашитый, — расстроился Ники. Дэн согласно кивнула: она тоже.              — Извини, — сказал он и тут же пожалел об этом: от боли у него онемел язык, и по голосу это было слышно. Ники виновато замер. — Я пока не могу примерить.       — Нет, это ты извини, — забормотал Хэммик. — Надо было… Я не подумал… Так, так, давай снимай потихоньку. Ага, все. — Он стянул пальто с Нила и повесил его на сгиб локтя. — Пускай полежит у меня, пока тебе не станет лучше, ладно?       — Ладно.              Ники с грустью хмыкнул:       — Ну, я хотя бы попытался.       — Спасибо, — нехотя произнёс Нил, потому что не хотел видеть расстроенного Хэммика. — За подарок.       — Конечно, Нил. Мы же друзья. В следующий раз я попытаюсь быть более внимательным.              Отдышавшись, Нил достал из пакета подарок Кевина. Он догадался, что это, едва ощутил знакомый вес. Папка так долго была с ним, что он не мог не узнать ее на ощупь. С первого взгляда казалось, что это всего лишь фанатская коллекция материалов, собранная рьяным поклонником Кевина и Рико, но при более внимательном изучении становилось ясно, что здесь содержится всё необходимое Нилу для жизни в бегах. Деньги, контакты полезных людей, телефонный номер дяди Стюарта — все это было спрятано среди бесчисленных статей об экси.              — Представьте какое разочарование ждало бы воров? — усмехнулся Сет. — Вскрываешь сейф, а там папка с записками безумного фанатика, и они даже не догадываются, что самое ценное между этих самых записок.       Нил кивнул. На то и расчёт. Сбой произошёл только с Эндрю, потому что того напрягло именно фанатство Нила, а не что-то иное.              — Не хочешь даже посмотреть? — поинтересовался Ники.       — Я знаю, что там. — Нил прижал пакет к груди и посмотрел на Кевина.       — Спасибо.       — Я не открывал, — сказал тот.       — Сохранил собственную психику, — хихикнул Мэтт.       Кевин передёрнул плечами. Он встречал в своей жизни достаточно фанатиков. Но то, что им может оказаться Абрам — вот это действительно могло стать неприятным потрясением.              Нилу не хотелось снова встречаться с Мэттом, поэтому он решил, что возьмет папку с собой в Колумбию, а в сейф переложит позже.       —Ну что, едем? — спросил он.       — Да. Если, конечно, ты готов нас отвезти, — уточнил Ники.              — Почему не ты сам? — удивлённо спросила Дэн.       — Не знаю, — пожал плечами Хэммик. — Может нервничаю перед встречей с Эндрю.       — Настолько? — недоуменно произнёс Мэтт.       Ники снова пожал плечами. Кто знает? Эти мысли снова всколыхнулись и неприятно царапнули изнутри. Они провели вместе несколько лет, а он только-только начинает понимать своего кузена.       Мэтт с Дэн переглянулись. Нет, они конечно знали, что Ники говорил будто его кузен без таблеток ещё опаснее. Но не настолько же?!..              Вместо ответа Нил пошел к лестнице, кузены двинулись следом. В машине Кевин, как обычно, занял место переднего пассажира, Ники и Аарон плюхнулись сзади. Нил сунул папку под водительское сиденье и сел за руль, проигнорировав боль, которой тело отреагировало на это усилие. Как только все устроились, он выехал на шоссе. Дорогу до Истхейвена Нил изучил еще вчера, воспользовавшись компьютером Ваймака. Сориентироваться было легко: большую часть маршрута они ехали тем же путем, что и в «Райские сумерки», и только на последнем пятнадцатиминутном отрезке огибали Колумбию по объездной и уходили на северо-восток.              Сет закатил глаза. Да поняли они, поняли. Можно уже к чему-нибудь более интересному, чем ненужное описание дороги?       Это забалтывание пустоты, чтобы не думать о важных вещах, реально начинало его раздражать.       Нил подсознательно представлял себе истхейвенскую больницу тюрьмой и понял это лишь тогда, когда, завидев здание, удивился отсутствию забора с колючей проволокой.              — Нил, — мягко произнесла Эбби. — Это всего лишь больница.       Эндрю хмыкнул. О да, больница с великолепными врачами, готовыми продаться садисту.              Ворота открывались автоматически, на парковке было относительно пусто. Нил заглушил мотор и вышел. Кевин быстро последовал за ним, а Ники с Аароном слегка задержались. Ники с тревогой посмотрел на главный вход, а когда заметил, что Нил за ним наблюдает, попытался замаскировать нервозность улыбкой.       — Что, вправду его боишься? — задал вопрос Нил.       — Не-а, — не слишком убедительно ответил Ники.              Эндрю щёлкнул языком. Глупый Ники-тики. И ведь знает, что Эндрю за него убить готов, а всё туда же. Хотя он и догадывался, что страх Хэммика от неспособности предугадать его действия.       Ники неловко улыбнулся кузену, отвечая на его взгляд. Он искренне надеялся, что Эндрю понимает его опасения. Он не боялся его как «монстра». Его страх был гораздо глубже, прятался в тенях. Его страх крылся в боязни потерять семью, «заразить» кузенов своей любовью к мужчинам, стать одним из тех жестоких взрослых, что обижали их, предать и не оправдать звание опекуна. Он никогда не боялся Эндрю. Нет. И Ники на всякий случай спрашивает:       — Ты же знаешь, что я не боюсь тебя?       Эндрю резко кивает, опасаясь, что кузен мелодраматично скажет что-то вроде «я боюсь за тебя». И чувствует облегчение, когда Ники этого не делает. А может не только поэтому, но в этом он не признается даже самому себе.              Все четверо направились к входу. Кевин шел сразу за Нилом, Аарон и Ники чуть отставали, и от Нила это тоже не укрылось. Он подумал, что их нерешительность должна бы его насторожить, однако, прислушавшись к себе, ничего не почувствовал.              — Это как знакомиться заново, — признался Ники. — Всегда волнительно.       Шагая к регистратуре, он разглядывал вестибюль. Интерьер украшали картины с изображением цветов, в дальней стене располагался встроенный камин. Помещению явно пытались придать уют, и из-за этого оно напоминало фото из глянцевого каталога. По крайней мере, лекарствами и болезнью тут не пахло.       — О господи, — негромко охнула женщина за стойкой, подняв глаза от компьютера и увидев побитое лицо Нила. — Я могу вам помочь?              — Идти тебе первым — было плохим выбором, — произнёс Мэтт.       — Да уж, бедная женщина наверняка решила, что ты пришел за помощью. Как бы она копам не позвонила, — начала переживать Дэн.       Сет заржал:       — Вот это было бы фееричное начало весеннего сезона, один вышел из рехаба, второй вышел под залог, а другого повязали.       — Это не смешно, Сет.       — А мне — да.       Ему достались укоризненные взгляды Дэн и Рене. Парень поднял руки в жесте поражения, продолжая ухмыляться. Кевин закатил глаза. Он не хотел даже представлять восторг журналистов.              — Мы за Эндрю Миньярдом, — сообщил он.       — Я не это имела в виду, — сказала женщина, однако Нил продолжал выжидающе смотреть на нее. Наконец она показала на лежавший перед ней журнал. — Будьте добры, распишитесь вот здесь. Я позвоню доктору Слоски и скажу, что вы ожидаете.              — Нервы у неё крепкие, повезло вам, — произнёс Сет.       — Ну, она работает в лечебнице, должна привыкнуть к буйным пациентам, — развёл руками в стороны Мэтт, тут же извинившись перед Дэн за то, что задел её рукой.       — Точно.              Лисы сгрудились у стойки и нацарапали свои фамилии на первой странице. Когда очередь дошла до Нила и ручка коснулась бумаги, он заколебался. В «Эверморе» Рико запретил ему называться Нилом, и, как только он откликался на это имя, Рико его бил. Выбора, впрочем, не было — Вороны просто не знали, как иначе к нему обращаться, но Рико раз за разом грубо напоминал Нилу, сколько проблем он создал клану Морияма, скрываясь по всему свету.              — Больной ублюдок, — констатировала Дэн. — Получается, он дал себе повод бить тебя не переставая. Великолепный, блять, план!       — То-то ты такой отметеленный, если к тебе даже обратиться нельзя было без причинения вреда, — покачал головой Мэтт. — Если бы мог, убил бы.       Нил просто поморщился, в который раз убеждаясь, что Рико поехавший мудак. Одновременно напоминать ему кто он есть на самом деле и при этом бить — это надо было догадаться. Он не сомневался, что теперь имя Натаниэль Веснински вызывало в Ниле ещё большее отвращение, чем раньше.              Регистраторша ждала, протянув руку за журналом, поэтому в конце концов Нил стиснул зубы и вывел свою фамилию под остальными, после чего вернул журнал на стойку и постарался расслабить окаменевшие из-за этой неожиданной сложности плечи.              — Нет, я бы вызвал копов, — признался Мэтт. — Мало того, что ты избит, ты же ещё и имя своё не помнишь. Просто представьте, какие подозрения это вызывает!       — Согласна, — кинула Дэн. — Я бы тоже копов вызвала.       — Кажется Рико повредил у тебя заводские настройки в мозгу за время в Эверморе, — хохотнул Эндрю. — Где же твоя хвалёная способность не выделяться?       — В коме после гостеприимства Гнезда.       — Оно и видно, — Эндрю продолжал ухмыляться, но он ощущал раздражение всей кожей.       Сомнений в том, что Морияма — редкостные сволочи у него никогда не было. Но то, что Рико за какие-то жалкие две недели удалось практически сломать того, кто выживал в худших условиях столько лет — впечатляло. В очень плохом смысле. Пальцы прям закололо от желания вынуть ножи.              Довольно скоро к ним подошел мужчина средних лет. Он с улыбкой пожал каждому руку. Заметив синяки на лице Нила, мужчина удивленно вздернул брови, но вопросов задавать не стал.       — Меня зовут Алан Слоски, я основной лечащий врач Эндрю. Спасибо, что приехали.       — Основной? — переспросил Ники. — А сколько всего докторов к нему приставили?       — Четверых, — сказал Слоски.              — Нихрена себе у Миньярда там кортеж из врачей, — присвистнул Сет.       — У него лучшие условия, — кивнула Эбби. — Каждый врач занимается своей частью работы, чтобы поставить его на ноги в кратчайшие сроки.       — И как минимум один из них засланец Морияма, — засмеялся Эндрю. — Представляете, их четверо, а заметить, что что-то не так, не смог ни один.       — Ты так уверен, что что-то не так? — переспросил Мэтт.       — Мы говорим об одном и том же Рико Морияма?       — Если быть точным, мы говорим о врачах, — проворчала Дэн, — но да, в итоге мы говорим о подкупе этих самых врачей.       — Если ты так ставишь вопрос, — Мэтт тяжело вздохнул, отвечая Эндрю.       — Тем более между Джостеном и Морияма не было никаких договоров, — с ненавистью произнёс Аарон.       — Но он же поехал в Эвермор!       — Бойд, Рико ему пригрозил вот и всё, а Джостен с радостью сиганул в ловушку. Не было ни единого слова о том, что если он приедет в Гнездо, Эндрю тут же перестанут мучить. Ни слова.       Мэтт пораженно замер. Они обсуждали нечто подобное, но осознание на него свалилось только сейчас.       Эндрю с интересом посмотрел на близнеца:       — Братец, неужели ты наконец научился читать условия договора и понимать их?       Аарон поморщился, как от зубной боли. Их сделка всё ещё лежала между ними тяжёлый камнем, не давая идти дальше.       — Как бы там ни было, ты прав. Возможно от меня даже отстали в больнице, после того, как Джостен самоубийственно приехал в Гнездо. Но пять недель до этого… — Эндрю многозначительно замолчал, позволяя остальным проникнуться осознанием.       — Мы точно его убьём, — констатирует Элисон. — Кто-нибудь да не сдержится.       Лисы угрюмо закивали.       Кевин судорожно вздохнул. Это пугало. Жестокость когда-то близкого человека пугала ещё больше, хотя после случившегося с ним самим — уже не должна была. Дэй опустил взгляд на тонкие шрамы, тянущиеся по тыльной стороне левой ладони. Он сжал зубы и заставил себя оторвать от них взгляд, чтобы вернуться к книге.              В ответ на недоуменный взгляд Ники он пояснил:       — Наши пациенты довольно часто находятся под наблюдением сразу нескольких врачей. Например, я веду сеансы групповой терапии…              — Я хочу увидеть, как проходили эти сеансы, — признался Сет.       Лисы понимали его желание. Представить Эндрю в кругу людей, делящихся своими переживаниями, было сложно. Да что уж там, невозможно.              … мой коллега проводит с пациентом индивидуальный интенсивный курс, а один из реабилитологов дает рекомендации по приему лекарств. Я лично подбирал специалистов для Эндрю, и, уверяю вас, с ним работали лучшие доктора.              — Угу, только на неподкупность их проверить забыли, — буркнул Аарон.       — Меня больше волнует, что делал второй реабилитолог, — произнёс Ники озабоченно. — Почему его не упомянули? — Он округлил глаза: — Неужели он и есть засланец от Морияма?!       — Всё может быть, — кивнул Сет.              — А, ну тогда вопросов нет, — бросил Аарон.       Слоски покосился на него, уловив сарказм, но на провокацию не поддался. Проявил осторожность или подсознательно признал поражение? — подумалось Нилу.              — Наверное решил, что близнец Эндрю ничуть не лучше самого Эндрю, и просто сдался заранее, — усмехнулась Элисон.       Тот отсалютовал блондинке от виска привычным жестом, а Аарон поморщился.              — Могу я рассчитывать, что в ближайшие дни вы поддержите Эндрю? Если возникнут вопросы или потребуется совет, звоните мне в любое время. Я оставлю визитку.       — Спасибо, у нас есть Бетси, — отказался Ники. Психиатр вопросительно взглянул на него, и Ники добавил: — Доктор Добсон.       — Ах да. — Слоски одобрительно кивнул, потом оглянулся на пустой коридор и жестом пригласил всех в приемный покой, расположенный по соседству с регистратурой. — Прошу, присаживайтесь. Ваш друг сейчас спустится, ему нужно только выписаться из палаты.              — Только через мой труп, мы обратимся к другим врачам, — весело произнёс Эндрю.       — Не думаю, у нас ведь есть Бетси, — согласился Ники. Эндрю закивал головой.              Все расселись — Ники и Аарон в креслах, а Кевин с Нилом на диване. Нил невидящими глазами уставился на камин; в мыслях он был на другом конце мира, где-то между Ливаном и Грецией.              — Что-то новенькое, — удивился Сет. — Ты снова бежишь? Я думал следующий пункт это Мексика?       Нил и сам удивился. Разве он может думать о побеге, после того как пожертвовал собой, чтобы спасти лисов и Эндрю? Потом он мысленно повторил «между Ливаном и Грецией» и понял, что это не план побега. Это воспоминания. Плохие, болезненные. Полные крови и отчаянного крика матери.       Нет, лучше не вспоминать.              В теплом помещении его разморило.       Сколько он не спал по-человечески, три — или две — недели? Ночи в «Гнезде» пролетали быстро, а для Нила к тому же были наполнены насилием и болью. Он практически уснул и заметил это, только когда приглушенный голос Кевина заставил его вздрогнуть.       — Я знаю, на что он способен, — произнес тот на французском. Нил повернул голову: Кевин сосредоточенно изучал собственные ладони. — Рико. Если захочешь поговорить.              — Это очень мило с твоей стороны, Кевин, — одобрительно произнесла Рене.       — Ага, не ожидал от тебя, принцесса, — уважительно протянул Сет.       Кевин устало покачал головой. Когда люди перестанут считать его бесчувственным мудаком?       Это была самая неуклюжая и нелепая фраза из всех, что Нил когда-либо слышал от Кевина. Кевин Дэй славился своим спортивным талантом, а не чуткостью. Умение сопереживать и тактичность незнакомы ему так же, как немецкий язык, на котором говорят кузены. Уже одна эта попытка была до того неожиданной, что послужила Нилу бальзамом на все его многочисленные раны.       — Спасибо.              Нил переглянулся с Кевином, безмолвно, одними глазами, благодаря того за поддержку. Пусть они оба к этому не привыкли, но их книжные версии шли в эту сторону, а значит и они сами тоже могут. И ни один из них не был против.       Ваймак с гордостью смотрел на сына. Он всегда знал, что из себя представляет Кевин, знал, что на самом деле за всей этой бронёй прячется понимание и чуткость, которые он не мог ни развить в жестоких условиях Эвермора. И был рад, что ему было достаточно прожить несколько месяцев в более нормальных условиях, с людьми, которые его поддерживают, а не калечат, чтобы снова стать самим собой.       Тренер был уверен, что Кевину нужно ещё пару месяцев в книге, чтобы окончательно приобрести хребет и начать противостоять Рико, потому что в своей голове тот уже был готов к этому. И отдельно Ваймак порадовался, что его глупость с алкоголем не помешала в итоге прийти Кевину туда, куда он смог. Это дарило ему ещё большую гордость за сына.       Он был лучше своих родителей, это точно.              — Я знаю, каков он, хоть и не могу… — Кевин беспомощно взмахнул рукой. — Рико всегда отличался жестокостью, но ему был нужен мой успех. Мы считались наследными принцами экси; да, он нанес мне травму, но существовала грань, пересечь которую он бы не посмел.              — Угу-угу, Дэй, скажи это наручникам в своей кровати, — фыркнул Сет.       — Мне страшно представить, что в твоём понимании означает «пересечь грань», если это не считается, — согласно кивнула Элисон.       Кевин поджал губы.       — Жану было хуже.       — Это не значит, что он не пересёк грань с тобой, Кевин, — мягко произнесла Рене.       Дэн с тяжёлым вздохом произнесла:       — Это не соревнование. — Капитан в очередной раз задумалась о том, как много она не замечала в окружающих людях. Ведь Кевин говорил о жестокости гнезда, но то как он это говорил, не давало ей адекватно понять, что Дэй жутко травмирован.       Сам Кевин понимал то, что говорили девушки. Правда понимал, но он настолько привык воспринимать происходящее с ним как норму вещей, что не чувствовал того же возмущения, что и они. Жану доставалось больше, а он сам не был искалечен Рико настолько сильно. Он справлялся. Он неопределённо мотнул головой.              — С Жаном все иначе. Ему приходится гораздо хуже. Его отец задолжал семье Морияма крупную сумму. Хозяин списал долг в обмен на место Жана в команде. Жан стал собственностью, просто вещью.       — Тебя они оценивают так же.       — Я не их собственность, — тихо произнес Нил.              — Пусть идёт нахер со своими рабовладельческим замашками, — показал Нил фак книге в руках Дэя.       — Точно, — согласилась Дэн, а за ней и остальные лисы. — Я до сих пор не могу поверить, что они просто купили Жана, как вещь… Уму непостижимо, что в наше время такое всё ещё существует.       — Ты бы удивилась, сколько вещей, которые обычный народ считает пережитком прошлого, на самом деле до сих пор существует в верхах, — проговорила Элисон с презрительными интонациями и осуждением.       Некоторые развлечения богатеньких людей она видела собственными глазами. Так что сейчас её мало чем можно было удивить, да и истории из жизни Нила не так уж и пугали. Вызвали тошноту — да. Но не удивляли.       — Я не хочу знать, — помотала головой Дэн.       — И правильно. Целее будешь.              — Я вижу, как он на тебя смотрит, — продолжал Кевин. — И вижу, что он не сдерживался.       — Неважно. — Эта ложь не обманула даже самого Нила, но Кевин не стал его упрекать. — Все позади, я там, где мое место. Теперь главное, что будет дальше.       Нил слегка удивился. Его книжная версия знала, где его место. А ведь совсем недавно он полагал, что у него не может быть «своего места» в принципе. Ему до сих пор тяжело давалось осознание, что теперь у него есть ключ от дома, которым он может воспользоваться. А уж лисы, готовые его поддержать и впустить в свою команду, и вовсе сбивали с толку.       Несколько дней назад он бы не поверил в подобное.              — Все не так просто.       —Знаешь, что было непросто? Услышать от Жана, что тренер — твой отец, — прошипел Нил, и Кевин дернулся, как от удара.              Дэй поморщился. Он тоже чувствовал себя так, словно его ударили. Это не то, что он хотел или был готов обсуждать. Он рассказал правду, его книжной версии это только предстоит. И это в любом случае больно, не только ему одному. Он посмотрел на Ваймака, которого отцом назвать у него получалось с трудом. Возможно однажды это слово перестанет так царапать его изнутри, но точно не сейчас.       Эбби обеспокоенно глянула на Дэвида, и положила ладонь на его предплечье. Он накрыл её ладошку своей и слегка сжал, показывая, что он в порядке. Возможно это была не совсем правда, но будет.              — Ты вообще собирался ему сказать?       — Я хотел, когда он принял меня в команду. Но не смог.              Дэн, обеспокоено наблюдающая за тренером, бросила на парня недовольный взгляд. Не смог он. А тренеру что теперь делать с этой запоздалой правдой?!       Мэтт приобнял её, и это заставило девушку одёрнуть себя. Она напомнила себе, что это было сделано не из малодушия и страха (или не только из-за них), но и ради безопасности человека, который заменил ей отца.              — Его защищал или себя?       — Наверное, обоих, — сказал Кевин. — Хозяин не такой, как его брат, и не такой, как Рико. Стадион — это его территория, его полновластные владения, и это единственная сфера, которую он желает полностью контролировать.       — Точнее, у него больше ничего своего нет, вот и возмещает, — хохотнул Эндрю.              — Он ни разу не повысил голоса и не поднял руку на Ваймака, потому что не видел в нем угрозы. А вдруг после моего признания все изменится? Нет, рисковать нельзя. Может быть, я скажу ему потом, когда все закончится.       — Думаешь, это когда-нибудь… — начал Нил, но умолк, не договорив.              — Закончится, — твёрдо произнёс Ваймак. — Это не может не закончиться. И вы, чёрт побери, все выживете. И никак иначе.       Может у него и были сомнения, но он точно не собирался их показывать своим лисам.       Лисы, в свою очередь, конечно догадывались об этом, но от слов тренера им стало чуть спокойнее. Мужчина не раз и не два доказывал, что не бросит их и сделает всё возможное, чтобы помочь.       В это начал верить даже Сет, хотя не так давно он был уверен, что его в очередной раз кинут и обманут. Но книги позволили посмотреть на Ваймака не только своими глазами, заметить детали, которые он, ослеплённый своим опытом, не замечал в нём. Теперь тренер вызывал гораздо больше доверия.              В дверях стоял Эндрю, за его спиной возвышался Слоски. На Эндрю были те же черная водолазка и джинсы, в которых он уезжал, на плече висела сумка — Нил не помнил, чтобы Миньярд брал ее с собой, когда выходил из дома в сопровождении Бетси. Нил хотел спросить, с чем провожает его Истхейвен, но в этот момент наконец увидел лицо Эндрю, и слова застряли в горле.              Лисы напряглись, а Эндрю заинтересованно заглянул в книгу в руках Кевина. Что он там такого в нём увидел, что болтливый Джостен забыл как говорить?              Это лицо не выражало абсолютно ничего, а глаза были настолько пустыми, что у Нила внутри все похолодело. Задержав взгляд на Лисах лишь для того, чтобы рассмотреть, кто за ним приехал, Эндрю отвернулся.              Старшекурсники недоуменно переглядывались, а вот Ники с Аароном посмотрели друг на друга с пониманием. Они ожидали этого, они помнили, каким был Эндрю до таблеток. Но это не значит, что это их не напрягало.       Эндрю хмыкнул. Приятно знать, что он вернёт себе прежнюю невозмутимость, без этих дурацких улыбочек и желания постоянно болтать. И перестанет так странно реагировать на Джостена. Вообще замечательно. И чего остальные сидят такие напряжённые?!              Аарон опомнился первым. Брат годами его игнорировал, годами смотрел на него с тем же равнодушием, что и на придорожный камень…              Аарон поморщился. Они уже выяснили, что это не так. И эти слова ранили его тем, насколько они ошибочны, а он столько лет не замечал, что неправ.       Он посмотрел на Эндрю, который насмешливо ухмылялся и покачивал ногой, выглядя абсолютно довольным. Теперь он понимал. Его близнец ненавидел свои лекарства, и был абсолютно счастлив от них избавиться. Аарон корил себя за то, что ему потребовались эти чёртовы книги, чтобы узнать это.              … так что сейчас не произошло ничего нового. Аарон махнул рукой Ники и пошел за Эндрю. Нил и Кевин переглянулись, заключив безмолвное перемирие, и встали с дивана. Слоски что-то говорил им вслед, однако Нил не стал вслушиваться. Слоски выполнил свою задачу — снял Эндрю с лекарств. Ничего другого от доктора не требовалось.       Когда Нил еще только приблизился к двери, Эндрю уже миновал половину больничного корпуса. Аарон не стал его догонять, срезал путь через двор и направился к парковке. Ники пошел с ним, а Нил с Кевином притормозили, наблюдая за Эндрю. На углу стояли два мусорных бака; Эндрю вывалил содержимое сумки в один из них, и Нил увидел, что это одежда.       — Очевидно, Истхейвен провожает меня ничем хорошим, — хохотнул Эндрю. — Повод задуматься, а?       Старшекурсники снова переглянулись.       Не было никаких сомнений в том, что Морияма навредил Миньярду в больнице, и приезд Нила в Гнездо ничего не изменил. Было обидно, что парень перенёс столько страданий в пустую.       Нил поджал губы. Рико — мелкий гадёныш, не способный даже сделать вид, что сдерживает слово. Он изо всех сил пожелал ему провалиться в ад (и он не об Эверморе), а книжным лисам суметь ему отомстить.              Вряд ли вещи выдали в больнице, скорее всего, Бетси и Эндрю купили их по дороге сюда.       Эндрю нашел глазами Ники и Аарона, маячивших возле его автомобиля, и направился к ним. Нил с Кевином двинулись туда же. Ключи были у Ники; он отпер авто и вместе с Аароном устроился на заднем сиденье. Эндрю распахнул водительскую дверь, однако за руль не сел, а прислонился к машине спиной. Одну руку он закинул на дверцу, другой опирался на капот и, стоя в этой позе, следил за приближением Кевина и Нила.              Эндрю впервые было так интересно, что думает его книжная версия в этот момент.       — Кажется вам сейчас придёт конец, — хохотнул Мэтт.       — Вряд ли я убью их рядом с больницей. Отложу удовольствие на потом.              Кевин подошел к Эндрю вплотную и устремил на возвратившегося голкипера долгий взгляд. Нил остановился у открытой задней двери, чтобы понаблюдать за их встречей.       Не знай он, что в последние полтора года Эндрю не отпускал Кевина от себя ни на шаг, яростно защищая от любых посягательств, он бы решил, что эти двое друг другу чужие.              — А ты думал я его обнимать брошусь? — засмеялся Эндрю.       — Возможно.       Миньярд пожал плечами:       — Я убедился, что он цел и почти невредим, а ты выполнил свою часть обязанностей. Что ещё надо?..       Эндрю окинул Дэя скучающим взором, потом щелкнул пальцами — дескать, свободен. Судя по всему, даже синяки на лице Кевина его не заинтересовали.              — Неплохо ты его отметелил, — бросил Мэтту Сет.       — Ага.       — Иногда я поражаюсь тому, насколько коротка у вас память. Придётся напомнить, — интонации Эндрю стали угрожающими.       Дэн обеспокоенно нахмурилась.       — Мэтт просто переживал за Нила.       — Пусть переживает в тренажёрном зале, а не на Кевине. Спешу напомнить всем, тронете Дэя — получите от меня. Так было, есть и будет.       Дэй не должен был ощущать такое тепло внутри из-за этого, но он ощущал.              Кевин кивнул, обогнул авто и занял место переднего пассажира. Нил не стал дожидаться, удостоит ли Эндрю его вниманием, а просто сел в салон.       Когда все расположились, Эндрю скользнул за руль. Не оборачиваясь, он вытянул руку в проеме между сиденьями. Нил опустил связку ключей ему в ладонь. Ники перехватил его запястье и коротко, энергично стиснул. Видимо, таким образом он извинялся за пренебрежительное поведение кузена…              — Не стоило, — покачал головой Нил. — Я знаю Эндрю, чтобы не обманываться.       Ники улыбнулся и пожал плечами.       — Просто на всякий случай. Может ты ожидал от него другого.       — Наверняка да, но Эндрю остался Эндрю.       Миньярд фыркнул, ощутив как внутри вспыхнули дурацкие искры. Джостен был ненормальным. Никто не смотрел на Эндрю так. Никто не думал, что он всегда остаётся человеком. Для Джостена он всегда был самим собой, возможно из-за того, что достаточно легко заглядывал за таблетки и неадекватное поведение, понимая суть. Необычно и так интересно…       Он понадеялся, что без таблеток это будет не так.              … только вот при этом руку Нила от локтя до самых пальцев пронзила жгучая боль. Он стер запястья в кровь, трепыхаясь в наручниках, которыми сковал его Рико, и тонкие бинты не могли служить защитой против крепких пальцев Хэммика. Нил не сдержал болезненной гримасы.       Ники отдернул руку, как будто ошпарился кипятком.       — Ох, прости, прости, я не…              Большинство в комнате болезненно поморщились, представляя в какое месиво превратились запястья парня из-за наручников.       Эбби смахнула слёзы, а Ники ахнул, ощутив приступ тошноты.              Предплечье горело огнем, и все же Нил выдавил:       — Все в порядке.       — Ничего не в порядке, — возразил Ники и бросил взгляд на Эндрю. — Боже, Эндрю, неужели ты даже не спросишь, как…       Эндрю на всю катушку врубил радио, лишив компанию возможности высказаться. У Ники дернулся рот, однако Нил только покачал головой и небрежно отмахнулся. Ники внял ему и умолк, хотя обида в глазах осталась.              — На что ты обижаешься Ники-тики?       Хэммик поёжился под пристальным взглядом кузена.       — Наверное мне обидно, что Нил так выглядит из-за того, что поехал в Эвермор ради тебя, а ты словно не заметил ни одной его раны.       — О, я заметил, не сомневайся, — улыбка стала угрожающей. Ники начал переживать за книжного Нила.              Кевин лишь раз потянулся к рукоятке громкости. Эндрю оттолкнул его кисть и, не поворачивая головы, угрожающе наставил на него палец. Кевин раздраженно скрестил руки на груди, Эндрю его недовольство попросту проигнорировал.       Еще на середине пути у Нила начала раскалываться голова…              — У тебя точно нет сотрясения? — уточнила взволнованно Эбби.       — Я бы знал, — покачал головой Нил.       Медсестра кивнула, но не поверила до конца. Мало было просто знать, нужно было ещё и оповестить об этом кого-нибудь.       — Миньярд музыку врубил на полную, конечно у него голова разболится, — произнёс Сет. — Ебанько же вообще громкие звуки не любит, а тут столько времени под грохот ехать…       Эндрю хмыкнул. Как раз таки это и показывало насколько он взбешён видом своих подопечных. Он ведь не мог не помнить, что Джостена напрягают громкие звуки, так что… А заставить всех заткнуться он мог и другим способом.              … поэтому он был рад увидеть очертания «Лисьей башни» и обрадовался еще больше, когда Эндрю припарковал машину, заглушил двигатель и в салоне наступила блаженная тишина. Нил, вышедший первым из пассажиров…              — Представляю, что ты вывалился, как мешок с картошкой из машины, — поделился со смехом Сет.       Лисы хихикнули.       — Подальше от громких звуков, — согласился Мэтт.              … успел схватиться за водительскую дверь прежде, чем Эндрю ее захлопнул. С места Миньярд не сдвинулся, и все же Нилу удалось протиснуться мимо него и вытащить из-под сиденья свою папку.              Сет сделал шумный фэйспалм, представив эту картину.       Остальные посмотрели на него недоуменно. Парень трагическим шепотом произнёс:       — Ты решил встать перед ним на колени.       — Грехи замаливать, — хихикнул Эндрю.       — Замаливать, ага, — ответила со смешком Элисон.       Эндрю перестал посмеиваться и застыл, заставив девушку смеяться ещё громче. Сет мрачно подумал, что хотя бы не ему одному мучиться, представляя всё слишком ярко. Хотя он сомневался, что картинки у них с Миньярдом вызывают одинаковые эмоции.       Нил переводил взгляд с одного на другого между лисами, твёрдо уверенный, что не хочет знать.       Аарон как никогда был с ним солидарен. Но он, к сожалению, понимал намёки. Он смотрел на подзависшего брата взглядом «и ты, Брут», и понимал, что всё, финиш. Эндрю сколько угодно может высмеивать саму мысль о своей заинтересованности Джостеном, но он-то видит. Близнец попал и попал по крупному.       Сама мысль об этом вызывала такой внутренний протест, что Аарону становилось плохо. Он ещё не успел переварить мысль о том, что его брат гей, что он подвергался сексуализированному насилию. Он ненавидел об этом думать, но похоже ему нужно поскорее разобраться со своим отношением ко всему этому, потому что если эти чёртовы лисы правы, то любовная линия грозится вот-вот появиться. Ему стало тошно.              Выпрямившись, он обнаружил, что Эндрю шагнул еще ближе. Теперь деваться было совсем некуда, разве что встать впритык, однако Нил, как ни странно, против этого не возражал.              Элисон начала кусать губы, пытаясь скрыть широкую победную ухмылку. Получалось у неё плохо, просто потому что Элисон никогда не умела хорошо прятать собственное торжество.       Они не виделись семь недель, но Нил хорошо помнил, почему решил остаться, помнил незыблемую, непоколебимую силу, которая исходила от Эндрю и давала Нилу ощущение, что тот легко, даже не вспотев, защитит его и избавит от всех проблем. Впервые за последние месяцы Нил снова мог вздохнуть; накатившее облегчение пугало — он и не подозревал, что до такой степени полагается на Эндрю.              Эндрю смотрел на читающего Кевина так, словно не сомневался в его слабоумии. Он слышал слова, но суть словно ускользала. Это не могло быть правдой. Бред, как есть бред.       Эндрю не может значить для кого-то настолько много. Его сделки были обоюдным ошейником, из которого пытались вырваться или перетянуть на себя, но никогда ещё сделка не дарила другому желание жить. Это противоречило всем его убеждениям и знаниям.       Наверное, он не должен был удивляться, ведь это мысли того самого бегунка, правила для которого не работают, он жил вне их. И всё же мысли Джостена потрясали сами основы мира Эндрю.       Кевин смотрел в книгу, не желая акцентировать внимания на этом моменте, потому что ощущал практически то же самое. Только, пожалуй, не настолько интимно. Он не знал, почему ощущает подобное, в этих словах не было ничего пошлого, но такое чувство, словно он залез в чужое сердце и потоптался там.       Старшекурсники, кроме Сета, переглядывались, осознавая, что да, Нил однозначно и бесповоротно влюблен, иным чувством они назвать это не могли.              Наконец Эндрю сделал шаг назад и обратился к Ники:       — Ты остаешься. Остальные пускай уходят.              — Чувствую, меня ждёт допрос, — усмехнулся Ники.              Нил покосился на Ники — не против ли тот остаться наедине с кузеном и, получив в ответ короткий кивок, обошел вокруг машины, чтобы присоединиться к Аарону и Кевину.              — Он слишком вжился в роль мамы-утки, лучше бы ему прекратить, — посоветовал Эндрю, пытаясь отойти от предыдущего откровения.       — Не ревнуй, твои братья всё равно будут любить тебя больше, чем меня, — Нил позабавленно поймал мрачный взгляд Эндрю.       — Ревность — удел неуверенных в себе.       — О, так ты уверен, что братья любят тебя больше?       — Я уверен, что они не любят меня вообще.       Ники не наигранно схватился за сердце:       — Эндрю, как ты можешь?!       Аарон стандартно послал брата.       Эндрю насмешливо посмотрел на обоих по очереди:       — Ещё скажите, что это не так. Вы даже на меня нормально в книге посмотреть не можете.       — Мы не знаем как ты отреагируешь, поэтому мы можем быть слегка чрезмерно осторожны, — возмущённо ответил Ники. — Но не вздумай, слышишь, Эндрю, не вздумай считать, что мы тебя не любим.       Эндрю раздражённо смотрел на него долгую минуту.       — Мы не семья.       — Называй это как хочешь, — помотал Хэммик головой. — Но я люблю тебя и дорожу тобой. И Аарон, я уверен, тоже. Ты должен был это уже давно понять.       Аарон резко кивнул. Какими бы напряжёнными отношения между ними не были, но Эндрю никогда не был ему безразличен.       — Ты меня бесишь, но я… — парень запинается, ему не хочется говорить это вслух, при всех, но надо. Что-то подсказывает ему, что если он не скажет это сейчас, то может быть слишком поздно. — Я ценю тебя и те усилия, что ты приложил, чтобы защитить меня.       Обычно в подобных ситуациях люди говорят «кошки на душе скребут», но в душе Эндрю не осталось уже ни одной кошки, только застарелые шрамы. И вот они как раз таки дико заныли, словно заново открылись раны. А он наивно думал, что всё уже давным давно зажило… Эндрю не знал, как реагировать на эти слова. Он не умеет. Ему никогда не говорили подобное.       А Аарон с Ники переглядываются и кажется догадываются. Будь это кто иной, они смогли бы выразить поддержку прикосновением, показать, что всё в порядке и они рядом. Но не с Эндрю. Они оба не знают, что делать и как передать это чувство их замкнутому брату. Наконец Ники решает, что пока ему доступен единственный способ: слова. И он говорит:       — Мы будем рядом, Эндрю, столько, сколько ты этого захочешь.       Аарон сглатывает, он знает, что вот она точка невозврата, но как же тяжело произнести это вслух, ведь старые обиды не исчезли и продолжают мучить его. Но если он не скажет, то может вообще потерять брата. Он не понимает откуда эта уверенность, но говорит:       — Да. Эндрю, я… Я могу остаться рядом и без сделки. Если ты этого хочешь.       Эндрю до боли сжимает кулаки. Его сегодня решили все доконать?! Этого слишком много, чтобы он сумел это переварить, и он делает то единственное, что умеет:       — Отвалите со своими семейными ценностями, понятно? Нахер мне оно не сдалось. Не пытайтесь облегчить своё моральное состояние за мой счёт.       И может быть раньше, до этих книг, его братья поверили бы, но не сейчас. Они снова переглядываются. Что ж, похоже им придётся доказать свою привязанность через поступки. И это точно произойдёт не сейчас.       Лисы, затаив дыхание, следили за кузенами, опасаясь взрыва, но как ни странно, он так и не произошёл, по крайней мере не такой большой, как они могли ожидать. И это вселяло надежду.       А Джостен слишком хорошо понимал чувства Эндрю, ведь ему тоже никто не говорил подобных слов. Но за эти пару дней он уже привык слышать нечто похожее от лисов, поэтому сейчас это напрягало гораздо меньше. Сейчас с Эндрю словно содрали маску «монстра», оставив незащищенную кровоточащую плоть. И самым лучшим было позволить оголившимся ранам затянуться.              Кевин поверх крыши авто сверлил Эндрю напряженным взглядом, словно пытался проникнуть под бесстрастную маску. Нилу пришлось силком развернуть его в сторону общежития.              — Вовремя, — произнёс Эндрю, решив игнорировать разговор с братьями. — Если бы Кевин сейчас начал говорить про экси — я бы не выдержал.       Дэй бросил на него раздражённый взгляд.       — Может я хотел спросить, как ты?       — Ты?! Ни за что. В твоей голове только мячики для экси и ракетки.       — Ты удивишься, — буркнул Кевин.       — Вперёд, — с вызовом произнёс Миньярд, хотя не был готов к тому, чтобы обнаружить ещё и предполагаемую заботу Кевина, ту единственную, которую он умеет безболезненно показывать.       Дэй уткнулся в книгу, не принимая вызов.              Они поднялись на третий этаж. Аарон отпер комнату, Кевин жестом пригласил Нила войти, но тот отрицательно качнул головой. После того как дверь за обоими закрылась, он прошел в самый конец коридора и включил телефон. Когда мигающий логотип на дисплее сменился главным меню, Нил набрал номер Ваймака.       — Я уже начал думать, что он тебя прибил и бросил гнить на обочине, — вместо приветствия сказал тренер.       — Да пока нет. Мы вернулись.              Лисы хохотнули. Эндрю произнёс с восторгом:       — Как хорошо, что он реально оценивает шансы!       — Кто-то же должен.       Эндрю цокнул языком.       — Знаешь, я всё больше склоняюсь к тому, что предложенный тренером план — самый оптимальный.       — И самый лёгкий. А ты терпеть не можешь лёгких путей, — Эндрю очень, очень, хочется его заткнуть. Желательно губами.              — Если что, я на телефоне. Постарайся тоже быть на связи.       — Да, тренер, — пообещал Нил и отключил мобильник, как только нажал на кнопку отбоя.              — Ты такой исполнительный, — закатил глаза тренер.       — У тебя с телефоном личная вендетта, верно? — с насмешкой уточнил Мэтт. — Нет, я понимаю, тяжёлое прошлое, опасность и всё такое прочее. Но почему ты постоянно говоришь, что будешь использовать телефон и тут же его вырубаешь?       — Привычка, — пожал плечами Нил.       — Ты мог бы перестать врать хотя бы нам.       — Это не так просто, Мэтт.       — Просто постарайся, чувак, может ты даже войдёшь во вкус.       — Это вряд ли.              Ключи он отдал Эндрю, поэтому, чтобы попасть к себе в комнату, пришлось стучать. Нил отнес папку в спальню и достал из шкафа сейф, где хранилось лишь истершееся от времени письмо. Нил спрятал письмо меж страниц папки, закрыл и надежно запер сейф.              Кевин вскинулся:       — Какое письмо?! У тебя было письмо с собой раньше?       — Нет, — покачал головой Нил. — У меня нет никаких писем.       — Он выкрал письмо моей матери? — с недоверием и надеждой переспросил Дэй.       Нилу было невыносимо видеть всеобъемлющую благодарность в его взгляде.       — Возможно, — передёрнул плечами парень. Кевин посмотрел на тренера:       — В книге я смогу доказать вам, что ваш сын с помощью него.       — Я поверил тебе и так. Но письмо — это тоже неплохо.       Кевин слегка улыбнулся.              Вернулся в гостиную; Мэтт дожидался его, сидя на подлокотнике дивана. Нил выдержал его испытующий взгляд, полагая, что сейчас неизбежно последуют расспросы и упреки, но когда Мэтт наконец заговорил, то лишь поинтересовался:       — Ты как вообще?       — Я в порядке, — ответил Нил.       — Имей в виду, я тебе не верю.              — Никто из нас, если честно, — усмехнулся Мэтт.       Эндрю хмыкнул. Неужели у старшекурсников в книгах начало проявляться осознание, когда не стоит лезть со своим авторитетным мнением?              Нил устало дернул плечом.       — Не стоит верить всему, что я говорю.       Мэтт грустно фыркнул — на настоящий смех это не тянуло.       — Такое ощущение, что ничего честнее я от тебя за весь год не слышал.              Лисы хохотнули. Это была правда, не очень приятная, но правда.              — И все-таки, Нил… Если захочешь поговорить, знай: мы рядом.       — Знаю.       Он сам удивился, что это действительно так. Одного взгляда на Мэтта хватило, чтобы осознать: прямо сейчас тот готов выслушать любую правду, даже самую жестокую или фантастичную. Нил поступил верно, поехав в «Эвермор»; сделал правильный выбор, оставшись с Лисами.              Джостен удивлённо покачал головой. Вот теперь старшекурсники действительно были готовы узнать правду. Жаль только, что Нил и сам настолько привязался, что вряд ли расскажет правду, потому что слишком сильно заботится об их чувствах.       Эндрю в раздражении тряс ногой. Вот он точно был уверен, что оно того не стоило. Ни он, ни лисы. Нет, перестать бежать — было верным выбором, но не Эвермор.       И неважно, что при виде собственного отражения в зеркале его коробило до тошноты. Если таким образом он может защитить своих товарищей от зверств Рико, то цена невысока.              — Ты когда таким оптимистом сделался? — насмешливо протянул Эндрю. Раздражение и не думало утихать. И он собирался его выплеснуть.       — Наверно тогда, когда ты дал мне ключи.       — Не замечал раньше за тобой такого идиотизма.       — Возможно ключи дают накопительный эффект.       Парни вновь смотрели друг другу в глаза, и никто не хотел отводить взгляд первым. Нил догадывался, что так бесит Миньярда. Не сложно было догадаться: с того момента как его книжная версия сказала, что едет в Эвермор, это раздражение и не утихало. Эндрю не привык, что ради него кто-то готов на поступки. Что ж… Нил тоже. Так что если ему пришлось привыкать в книгах и помаленьку сейчас, пусть тоже не расслабляется.       Тем более, если Эндрю этого действительно заслуживает. Мысль была странная, но не вызвала протеста.       — Обожаю выигрывать ставки, — констатирует Элисон, отрывая парней друг от друга.       Нил показал ей средний палец, а вот Эндрю потянулся к повязке на руке. Рене покачала головой и пересела так, чтобы могла в любой момент броситься и прикрыть собой девушку.       — Следи за ними внимательнее, некоторые из них начинают действовать мне на нервы, не-монашка.       — Хорошо, спасибо за предупреждение, Эндрю, — кивнула Рене.       Элисон выше вздёрнула подбородок, словно её не напрягает и не пугает возможность того, что в неё бросят нож.              — Ни разу не был в Нью-Йорке, — проговорил он.       Не то, что следовало сказать, и не то, что Мэтт хотел бы услышать, но Мэтт и не давил.              Эндрю слегка раздраженно фыркнул. Кажется, старшекурсники действительно научились не лезть.              Вместо этого он принялся развлекать Нила историями о рождественских каникулах Лисов и рассказал много всего, начиная от неловкого знакомства кузенов с его матерью и заканчивая безумными походами Ники по магазинам.       — Завидую, — захныкал Ники, вызвав смешки окружающих.              Бойд привел Нила на кухню и похвастался зерновым кофе, привезенным из Нью-Йорка. Для кофе было поздновато, но Мэтт устал с дороги, а Нил все еще чувствовал себя неважно, так что достал из шкафчика фильтры, а Мэтт тем временем смолол порцию зерен в кофемолке.       Нил наливал воду в кофейник, когда в дверь постучали. Мэтт, стоявший ближе, пошел открывать. Кто к ним явился, Нилу видно не было, но Мэтт молча впустил гостя, и в проеме показался Ники.       Выглядел он целым и невредимым, хотя заметно нервничал.              — О, допрос окончен? — облегчённо спросил Хэммик.       — А ты думал я буду тебя пытать? Ники-тики, ты бы выболтал всё сам, мне не пришлось бы прикладывать даже усилий.       — Тоже верно, — и парень неловко пожал плечами, смотря на кузена.              — Ты бы… того… не высовывался какое-то время, — сказал он, виновато глядя на Мэтта. — Эндрю только что узнал, кто разрисовал лицо Кевину. Я выгораживал тебя как мог — в конце концов, Кевин сам напросился, а ты внес залог за Аарона, — но, по-моему, ничего не получилось. С логикой наш Эндрю не дружит.              — Мы с ней великолепно дружим, мне всё равно, если ты этого не понимаешь, — бросил Эндрю с ухмылкой. Да-да, он страшный монстр, как он мог забыть. А то что его человека, которого он поклялся защищать, тронули — это ничего. Он должен сосредоточиться на всепрощении, ведь для остальных слова о защите — пустой звук.       — Извини, — покаялся Хэммик, — ты же знаешь, что мне трудно понять тебя. Я стараюсь, но получается у меня редко.       Эндрю махнул рукой, мол не важно. Ники считал, что это важно, но, поджав губы, промолчал.              — Спасибо, что предупредил, — поблагодарил Мэтт. Ники перевел взгляд на Нила.       — Он послал меня за тобой.              — Новый допрос? — спросил пространство Мэтт, не ожидая ответа.       — Торжественное снятие звания мамы-утки, — хихикнул Эндрю. Нил насмешливо отсалютовал.              — Что ты ему рассказал? — осведомился Нил.       — О тебе — ничего. — Ники засунул руки в карманы и смущенно пожал плечами. — Он хотел знать про все остальное: про суд над Аароном, про синяки Кевина, про Воронов. Я рассказал, что мы отобрались в весенний чемпионат, о драке на Рождественском банкете… Я не упоминал, что тебя не было с нами в Нью-Йорке.              — А то я не догадался, — закатил глаза Миньярд.              Нил кивнул и ушел в спальню. Взял пачку сигарет, спрятал в задний карман. Достал из-под подушки повязки Эндрю — они хранились там с ноября. Увидев их, Ники поморщился.       — По-моему, не самая удачная идея — возвращать ему оружие прямо сейчас.       — Все будет хорошо, — пообещал Нил и двинулся по коридору к лестнице.              — Решил задобрить? — предположила Дэн.       — Отдать по праву принадлежащее ему, — покачал головой Нил. Эндрю скрежетнул ногтями по диванной обивке. Этот парень…— Не забывай, я не боюсь Эндрю.       — А зря. За подобные фортели я могу тебя и прибить, — Миньярд расплылся в улыбке.       — Ты бы не стал.       — Да неужели?       — Тебе бы стало скучно без меня, — Нил дёрнул уголком губ в намёке на улыбку.       — А может спокойнее?       — Не без того. Но оно того не стоит, разве не так?       — Когда-нибудь я убью тебя.       — Хм, ты можешь попробовать, — кивнул Джостен. Эндрю хотелось попробовать прямо сейчас.       Элисон тихо прошептала на ухо Сету, вытирая уголки глаз словно от слёз:       — Эх, мой мальчик учится во флирт.       — Мне кажется они только что договорились убить друг друга, — ворчливо произнёс парень.       — У каждого свои методы флиртовать. Главное, что они действуют: смотри как у монстра глаза горят.       Сет не хотел смотреть на Миньярда, увольте. А вот заткнуть Элисон хотелось. Что он и сделал с большим удовольствием, крепко поцеловав.              Эндрю ждал на лестничной площадке, прислонившись спиной к перилам и скрестив руки на груди. Его взгляд мгновенно упал на темную ткань в руках Нила. Не говоря ни слова, он забрал повязки. Надевая их, он отвернулся, хотя Нил уже мельком видел его шрамы.              Миньярд нахмурился, забывая о злости на Джостена. Это был слишком демонстративный жест для человека, который плевать хотел на чужое мнение. Если бегунок уже видел его шрамы, толку скрывать их не было, слишком много усилий для Эндрю, который находил это бессмысленным.       А значит там появилось что-то новое. И он просто понадеялся, что он снова резал себя, после Хэммиков и Дрейка — это было бы не удивительно.       Удивительно было то, что у него получилось сделать это в больнице.       Но Эндрю никогда не был оптимистом, поэтому мысли о селфхарме он отбросил почти сразу. Кулаки сжались до боли: какого хуя с ним сделал в больнице продажный доктор?!              После того как повязки скрылись под рукавами, Эндрю зашагал по ступенькам — но не вниз, а вверх.       Лестница упиралась в дверь с табличкой «Выход на крышу. Только для служебного персонала». Нил предположил, что дверь заперта, однако Эндрю пару раз ее как следует дернул, и она открылась.              — Ну конечно, — закатил глаза Ваймак. — Тебя не могло это остановить.       — Как хорошо вы меня знаете, тренер, — на автомате ответил Эндрю, всё ещё злясь на Рико и врача.              Судя по аккуратным подпилам на косяке и самой двери, с замком Эндрю разобрался давно.       — А тебе пришлось постараться, чтобы выбраться на крышу, — присвистнул Сет.              Не задавая вопросов, Нил вслед за ним шагнул в морозную свежесть дня. Здесь ветер дул сильнее, и Нил пожалел, что не надел новое пальто.       Эндрю подошел к краю и устремил взгляд на раскинувшийся внизу кампус. Нил встал рядом, осторожно вытянул шею. Высоты он не боялся, но из-за отсутствия перил было слегка не по себе — лететь с четвертого этажа как-то не хотелось. Вытряхнув из пачки две сигареты, Нил прикурил обе. Эндрю забрал у него одну, воткнул в зубы. Нил прикрыл свою ладонями, защищая от ветра.              — Не навернитесь, — попросил тренер.       — Ничего не гарантирую. Джостена мне сбросить с крыши хочется уже сейчас.       — Это опасно, можем свалиться вместе, не думаешь? — произнёс Нил.       — Если это будет цена за твоё убийство, то я готов.       Элисон мысленно пропела: «И умерли они в один день».       Эндрю посмотрел ему в глаза.       — Слушаю твои объяснения.       — А ты не мог потребовать ответов внутри, в тепле? — поинтересовался Нил.       — Если ты и умрешь, то уж точно не от переохлаждения.       — Обнадёживающе, — хмыкнул Нил.       Эндрю протянул руку к лицу Нила, и его пальцы замерли буквально в миллиметре от кожи. Он рассматривал не синяки, а глаза, уже не скрытые цветными линзами.       — Это из-за того, что я нарушил свое обещание, или из-за того, что ты сдержал свое?              — И оба варианта неверны, — констатирует Миньярд. Раздражение вспыхнуло с новой силой.              — Ни то ни другое, — ответил Нил.       — Понимаю, в мое отсутствие у тебя была куча времени, чтобы сочинить складную ложь, хотя, помнится, в ноябре я авансом выдал тебе кое-какую правду. Пришла твоя очередь в этой игре, так что не вздумай врать.       — Опять-таки, я не собирался делать ни того ни другого, — сказал Нил.       — Рождество я провел в «Эверморе».       — Всё, капец тебе ебанько, — фыркнул Сет. — Не мог привести к этому как-нибудь плавно, начать с продажного врача и так далее?..       — А зачем? Эндрю этого не оценил бы.       Миньярд скрипнул зубами. О, так бегунок ещё и заботиться о том, что он по достоинству оценит. Поездку в Эвермор тоже, не так ли?              Естественно, первым делом Эндрю потянулся к пластырю на скуле Нила. Аарон и Ники не обратили на этот лоскуток внимания, даже не заметив его среди прочих бинтов и повязок. Эндрю, напротив, достаточно долго находился рядом с Кевином и быстро сообразил, что к чему. Подцепив пластырь за краешек, он отлепил его таким резким движением, словно вместе с ним хотел содрать с Нила кожу. Тот приготовился к удару, однако при виде татуировки равнодушное выражение лица Эндрю ничуть не изменилось.       — Даже для тебя это совсем днище, — заметил он.              — Не ударил, — удивилась Дэн.       — И даже с крыши не сбросил, — кивнул Мэтт.       — Цените мою выдержку, — процедил Эндрю.       Нил больше сосредоточился на фразе про равнодушие на лице Эндрю, которое не менялось. Сейчас Миньярд не мог перестать улыбаться и хихикать, а без таблеток, он не мог изменить выражение лица? Ему казалось, что как таблетки, так и их отсутствие должно работать иначе. Почему оба варианта выглядят такими… калечущими?       Ведь Эндрю не монстр и не бездушная машина. Они уже выяснили, что это не так. Так почему же на его лице даже на мгновение не мелькнула злость, раздражение или разочарование? Улыбочка Эндрю бесила, но и полное равнодушие выглядело неправильно.              — Думаешь, я сам просил ее набить?       — Ты поехал в «Эвермор» по своей воле.       — Я вернулся.       — Точнее, Рико тебя отпустил, — поправил Эндрю. — В этом году мы выступаем слишком хорошо, а ваша вражда у всех на слуху. Никто бы не поверил, что ты в разгар сезона добровольно перешел к «Воронам».       Эндрю с силой прилепил пластырь к скуле Нила и разгладил жесткой подушечкой большого пальца.              — Ну, — протянула Дэн, — как мы выяснили, очень похоже на то, что Рико абсолютно плевать на сезон и как он проходит.       — Глупая птица, — усмехается Эндрю.              — Ты не имел права оставлять Кевина без присмотра, забыл?       — Я обещал, что с ним все будет в порядке, — возразил Нил. — Я не говорил, что буду пасти его на каждом шагу, как это делаешь ты. Свое слово я сдержал.       — Только это тут ни при чем, — фыркнул Эндрю. — Ты уже сказал, что дело не в Кевине. Так почему ты поехал?              — Что-то мне подсказывает, что Эндрю не понравится правда, — произнёс Ники.       — Как я уже говорил, люди не хотят знать правду, — пожал плечами Нил.       — Я хочу, — усмехнулся Миньярд, — но это не значит, что она должна мне понравиться.              Нил сомневался, что сможет произнести это вслух, ведь даже думать об этом было мучительно больно. Эндрю, однако, выжидающе смотрел на него. Переборов накатившую тошноту, Нил с трудом выговорил:       — Рико пригрозил, что, если я не приеду, доктор Пруст…       Эндрю зажал ему рот ладонью, не дав договорить, и Нил понял, что совершил ошибку.              Лисы напряглись.       — Наконец-то дошло! — Эндрю хлопнул в ладоши. — Не прошло и года.       Нил прикрыл глаза, но мотнул головой:       — Мы уже несколько раз обсуждали то, что я не мог не поехать. И дело не только в этом чёртовом Прусте.       — Мне не нужна защита.       — Нужна, если без неё ты не можешь вернуться к нам.       Эндрю разулыбался ещё шире, так сильно, что щеки начинало сводить. Расчёт он понимал. И если бы подобное совершил Кевин, он бы не сомневался, что это сделано ради собственной выгоды, потому что тот без Эндрю не выживет. Бегунок тоже не выживет, но здесь было другое. Джостен делал это ради Эндрю. И он так ненавидит это.       — Поверь, я вернусь из любого ада, чтобы свернуть тебе шею самолично.       Нил кивнул. Если ему так угодно.       Элисон с улыбкой покачала головой. Ну что за прелесть. Эти социально неловкие мальчишки с острыми шипами такие глупые.              Рико упомянул, что доктор Пруст в терапевтических целях применяет «реконструкцию прошлых событий» — метод, в котором психологическую жестокость от настоящего психологического насилия отделяла лишь тонкая грань.              Лисы напряженно переглянулись, осенённые догадками того, что мог реконструировать этот ублюдок. Злость на Рико, этого самого Пруста, вспыхнула в лисах с новой силой.       — Убью, — пробормотал Аарон.       Дэн растерянно моргала, пытаясь уложить в своей голове мысль о том, что врач способен продаться настолько, чтобы творить такие мерзости.       Эндрю не был удивлён. Он уже это понял. Поэтому он похлопал Аарона по плечу:       — Ну-ну, братец, оставь эту ярость на что-нибудь посущественнее.       — А твоя безопасность несущественна?       — В данный момент да.       — Эндрю, мне плевать. Они заслуживают смерти.       — Какой огонь, — покачал восхищённо головой Эндрю. — Да всё без толку. Это книга, Аарон. Просто книга. Ты ничего не способен сейчас сделать.       — А я не говорю о «сейчас».       — Не усложняй мне работу по защите твоей тушки. Я сам разберусь.       Аарон упрямо мотнул головой и посмотрел в сторону. Он не простит этих ублюдков, вредящих его брату.              Более того, Рико ясно дал понять, что в случае отказа Нила подчиняться Пруст эту грань перейдет.              — Вот незадача, а, Нил? — хихикнул Эндрю. — Я был в больнице уже пять недель до того, как ты поехал в Эвермор.       — Ублюдки, — выругалась Дэн. Лисы поддержали её нестройным хором ругательств.       Эбби потрясённо застыла, пытаясь принять новую правду, слишком жестокую и бесчеловечную. Она не могла поверить, что врач способен продаться и творить подобные ужасы. А ведь верно было замечено, что реконструкция травмирующих событий не с тем человеком превращается в пытку. И Эндрю её пережил.       Она утерла слёзы и пообещала себе, что никогда и ни за что не допустит того, чтобы её Эндрю, похожий на дикого, но домашнего кота, попал в лапы к этому зверю. Фамилию она запомнила. И потом ещё поговорит с Бетси о возможности сместить того с должности. Жалобы должны были поступать. Они что-нибудь сделают с этим. Обязательно.              Нил выполнил все, что требовалось, поверив, что в этом случае Рико не исполнит свою угрозу. Он поверил Рико! Жаркая ненависть чуть подтопила кровь в жилах, вновь заледеневшую от страха, но спокойно смотреть на безучастное выражение лица Эндрю Нил просто не мог.       Два месяца назад Эндрю был так накачан таблетками, что хихикал над собственной болью и психотравмой, а сегодня не способен даже на это, настолько ему плевать. И неизвестно еще, что хуже.              — Тебе не угодишь! — насмешливо возмутился Эндрю. — И так тебе не нравится, и иначе не так.       Нил даже не стал отвечать.              Убедившись, что Нил замолчал, Эндрю убрал руку.       — Ты заблуждаешься, если думаешь, будто мне нужна твоя защита.       — Я обязан был попытаться. Если бы я знал, что могу остановить насилие, а сам ничего не сделал, как бы я потом смотрел тебе в глаза? Как жил бы с этим дальше?              — Так же как и раньше. Не беспокоясь о посторонних людях, — произнёс Эндрю.       — Может проблема в том, что ты уже не посторонний?       Миньярд удивлённо посмотрел на парня. То что он говорил — бред. Эндрю его защищает, не более, выполняет функцию так сказать. У них просто сделка. Ты же не привязываешься к микроволновке, которая греет еду? Так какого чёрта он привязался к Эндрю?              — Твоя хрупкая психика — не моя проблема, — ответил Эндрю. — Я пообещал, что ты переживешь этот сезон, но ты так и норовишь сунуть голову в петлю и тем самым сильно усложняешь мне работу.       — Ты постоянно заботишься о нашей безопасности, — сказал Нил. — Кто позаботится о твоей? Только не говори, что ты сам, потому что мы оба знаем: получается у тебя паршиво.              Элисон вздохнула, как влюбленная девочка.             Дэн опустила глаза в пол. Она никогда не думала о том, что Миньярд не заботится сам о себе, о том, что это опасная проблема. И теперь ей очень сильно не по себе от этого.              — А у тебя плохо со слухом, — сделал вывод Эндрю. — Наверное, слишком часто мяч в башку прилетает. По губам читать умеешь? — Он показал на свой рот. — В следующий раз, когда кто-то начнет создавать тебе проблемы, отойди в сторону и не мешай мне их решать. Уяснил?       — Если из-за этого я тебя потеряю, тогда — нет.              Кевин поперхнулся, читая ответ Нила, а затем вытаращился на парня. Впрочем, остальные тоже. Эндрю таращился сильнее всех. Джостен уже говорил нечто подобное, но одно дело, когда они обсуждают персонажей и предполагают события, но другое, когда это звучит вот так.       Нил нахмурился. Это прозвучало слишком честно и откровенно. И даже он чувствовал в этом что-то ещё. Это звучало как… как…       Наконец Элисон не выдержала и издала радостный писк, а затем торжествующе засмеялась.       — Ох, Нил, ты такая прелесть! Ты только что Миньярда отправил в нокаут, гарантирую.       — Эффектно заткнул, — кивнул Мэтт. — Вот это ты попал, чувак.       — Да что такого-то?! Он нас защищает, а мне нельзя делать то же в ответ?!       — Проблема в том, как это прозвучало, Нил, — мягко произнесла Элисон, с нежностью смотря на парня. — Ты выбрал слова, которые звучат… слишком откровенно.       Нил насторожено спросил о том, о чём смутно начал догадываться:       — Влюблённо?       — Хорошо, что ты понял это сам.       — Я не могу влюбиться.       — Для книжного тебя уже поздно. Даже если он это ещё не понял, то слова и поступки говорят сами за себя.       Нил завис, осмысливая слова девушки.       Эндрю качал головой, посмеиваясь. Это нелепо. Не мог Джостен влюбиться в него. Так не бывает. А потом он настороженно подумал: «А Джостен — это в принципе тот человек, каких не бывает». И он доказывает это ему раз за разом. А значит… Значит он мог…       Эндрю отпил из своего стаканчика с пивом, чувствуя себя так, словно в крови внезапно запузырилось шампанское. Это эффект от таблеток. С его стороны это просто дурацкие таблетки, затуманивающие его разум. Не более. Не может быть чем-то более.       Кевин посмотрел на пришибленных лисов и решил, что пора продолжать читать, иначе они застрянут тут надолго.       — Ненавижу тебя, — небрежно бросил Эндрю. Напоследок затянувшись поглубже, он щелчком сбросил окурок с крыши. — Я считал, что ты — побочный эффект моих таблеток.       Эндрю издал невнятный звук, слишком ошарашенный этим откровением. Все его теории и предположения рушились как карточный домик, и он абсолютно не знал, что с этим делать, кроме как громко смеяться. Смеяться так сильно, едва не до слёз.       То есть все эти чувства, желания — это он сам? Это его? Не наносное?       Это не может быть правдой. Нет. Эндрю знает лучше, чем заинтересоваться глупым мальчиком-бегунком, который в скором времени сбежит или умрёт. Нет…       Аарон не знал, что вызывает такой смех у брата, его больше волнует то, что он заговорил о побочках таблеток:       — Эндрю, что ты имеешь в виду под побочкой? Как Джостен может быть ею?       Эндрю продолжал смеяться.       — Эндрю, чёрт побери, прекрати! У тебя были галлюцинации из-за таблеток? Эндрю?!       Он прекращает смеяться и берёт бутылку с водкой, стоящую у ног Кевина, чтобы сделать пару глотков.       — У меня не было галлюцинаций. — Про себя он добавляет: только странные желания, которые какого-то чёрта принадлежат ему самому.       — Тогда что ты имеешь в виду?!       — Тебя это не касается, братец. Би в курсе, а ты точно не мой лечащий врач.       Эндрю откидывается на спинку дивана и закрывает лицо рукой. Это нереально. Не должно быть реальным.       — Я продолжаю? — уточняет Кевин. — Валяй, — машет другой рукой Миньярд, не обращая внимания на пристальный взгляд братьев.              — Я не галлюцинация, — невозмутимо ответил Нил.       — Ты — несбыточная мечта, — проговорил Эндрю.       — А-а!!! — издала крик Элисон, больше не в силах даже пытаться быть деликатной. Она откинулась на спинку кресла, едва не разбив макушкой нос Сету. Она довольно посмеивалась и едва не дрыгала ножками, как маленькая девочка от восторга. — Я знала, я верила!!!       Нил смотрит на Эндрю, как на тяжелобольного. Причем похоже они находятся в одной палате психушки. Крыша у них книжных поехала — это точно.       Ники неловко хихикнул:       — А Эндрю оказывается тот ещё флиртун.       — Я говорил о трипе, а не о том, о чём вы все подумали.       Элисон демонстративно понимающе покивала головой. Да-да, Миньярд, мы все тебе верим.       Мэтт неуверенно улыбнулся и пробормотал:       — Даже если ты сравнил его с наркотиками, это не делает ситуацию лучше.       Эндрю скрипнул зубами. Они переглянулись с Нилом. Слишком много непонятных чувств и личных откровений от их книжных версий. К чёрту.       — Кевин, продолжай читать, пока я кого-нибудь не убил.       Старшекурсники и Ники переглядывались с видом заправских сплетников, готовых перетереть им все косточки.       Аарон страдал. Просто страдал. У него даже матов мысленно не хватало, чтобы описать отношение к ситуации. Он ведь не дурак, его брат признался в своей заинтересованности на своём особом языке, он не мог этого не понять. Про Джостена он вообще старался не думать, там всё и так было очевидно уже как пару глав. Но то, что его близнец выдаст подобное на трезвую голову…       Что ж, Аарон не был к этому готов.       — Иди отсюда и оставь меня в покое.       — Мои ключи у тебя, — напомнил Нил.       Эндрю вытащил связку из кармана и снял с нее ключ от машины, но не вернул остальное Нилу, а отправил вслед за окурком. Нил наклонился посмотреть, не задела ли связка кого-то из прохожих, но тротуар был пуст. Звякнув и не причинив никому вреда, ключи благополучно упали на землю.       Лисы насмешливо фыркнули. Это было немного по-детски, но настолько вредно и похоже на Эндрю.       Нил выпрямился, посмотрел на Эндрю.       Не глядя в его сторону, тот констатировал:       — Уже не у меня.       Нил открыл рот, но в последний момент передумал и молча ушел.       — О, неужели ты промолчал? Не похоже на тебя, — усмехнулся Эндрю.       — Решил не бесить тебя ещё больше.       — Умно, — кивнул парень.       Спустился по лестнице на первый этаж, распахнул стеклянные двери. Ключи приземлились дальше, чем он ожидал, но благодаря блеску металла на солнце найти их не составило труда. Подняв связку, Нил заметил неподалеку окурок Эндрю. При падении пепел осыпался, но кончик еще слегка тлел.       Эндрю наблюдал за Нилом, все так же стоя у края крыши, как будто собирался распрощаться с жизнью. Сам не зная зачем, Нил поднял окурок с асфальта и зажал в зубах.       — Фу-у, — единодушно выдали лисы.       Аарон окончательно убедился, что Джостен больной на голову. И что его брата зацепило в нём? Наверное, именно это.       — У тебя сигарет не осталось что ли? — брезгливо скривилась Элисон.       — Ты слишком вжился в роль бездомного, ебанько, — укорил Сет.       — Идите вы все нафиг. Я не знаю, что он творит, ясно?! — произнёс Нил.       Запрокинул голову, чтобы поймать неподвижный взгляд Эндрю, и отсалютовал двумя пальцами, передразнив жест Миньярда.       — Мда, солнце моё, тебе ещё учиться и учиться флиртовать, — констатирует Элисон.       — Это был флирт? — переспросила Дэн с недоумением.       — Безнадёжен, — усмехается Ники.       — Ну, я бы так не сказала. Гарантирую, Миньярд был впечатлён.       Все посмотрели на Эндрю, который демонстративно не реагировал на них и ковырял диванную обивку. Он не хотел показать ни единым жестом, что он действительно был впечатлён Джостеном. Дерзкое дерьмо. Так бы и…       Эндрю развернулся и исчез из виду. Нил отчего-то почувствовал, что победа осталась за ним.       — Боюсь представить, какой сногсшибательный эффект ты будешь производить, когда начнёшь флиртовать осознанно, — задумчиво протянула Элисон.       Эндрю почему-то передёрнул плечами. Потому что куда ещё больше-то?!       — Я не собираюсь ни с кем флиртовать, — произнёс Нил слегка устало.       — Ну, ты книжный тоже так думал.       Нил не стал говорить, что это-то его и напрягает.              Перед входом в общежитие он затоптал окурок.       Мэтт сидел на диване в гостиной. Кофе как раз заварился, и тепло кружки приятно согревало озябшие ладони Нила. Пока он перемещался по комнате, Мэтт окинул его внимательным взглядом — не добавилось ли синяков и ушибов?       Эндрю закатил глаза. Нашелся тут телохранитель. И вообще, тут оказывается надо не о синяках переживать, а о другом. Ему как раз вспомнилась аннотация и момент с поцелуями. Он напрягся ещё больше. Он не мог поверить, что его книжная версия действительно заинтересована. Да и в заинтересованность книжного Нила тоже.       Чем дальше, тем больше события книг начинали напоминать бред.       Нил аккуратно опустился на другой край дивана и втянул ноздрями ароматный пар, поднимавшийся над кружкой.       — Так на чем мы остановились? — спросил он.       Мэтт вздохнул, но продолжил повествование: описал снег в Центральном парке, рассказал, как они встречали Новый год на Таймс-сквер и хором вели обратный отсчет секунд. Нил слушал с закрытыми глазами, мысленно представляя эти картины, и даже на миг вообразил себя вместе с Лисами.       — Мы обязательно съездим куда-нибудь вместе, Нил, если ты захочешь, — пообещал Мэтт.       Джостен не был уверен в том, что захочет, но на всякий случай кивнул.       Засыпать он не собирался, но чья-то осторожная попытка отнять у него кружку заставила проснуться. Мэтт чуть не схлопотал по лицу и в оборонительном жесте выставил перед собой ладони.       — Тихо, тихо, это я.              Эндрю особенно сильно дёрнул обивку дивана. Звучит знакомо, не так ли?       Эндрю помнил, что при пробуждении Джостен раньше застывал, пытаясь осознать кто он и где он. И Миньярд не был уверен, что эти изменения несут в себе нечто хорошее. Конечно, защищать себя — это всегда лучше, но…       Кофе в кружке давно остыл, освещение как-то странно изменилось. Нил посмотрел в окно, испытывая необходимость увидеть небо, но оказалось, что жалюзи опущены. Он позволил Мэтту забрать кружку и, пошатываясь, поднялся на ноги. Быстро, насколько позволяло измученное тело, подошел к окну. Дернул за шнурок, поднял жалюзи. Солнце уже село, хотя небо еще оставалось светлым. Стояли сумерки — не то утренние, не то вечерние.       Нил прижал ладони к стеклу.       — Какой сегодня день?       — Твою мать, — выругался Сет. — Я уже и забыл, что ты теряешься во времени и пространстве.       Лисы согласились с ним.       — Это пройдёт, — снова пообещал Кевин.              Мэтт долго молчал, потом медленно ответил:       — Вторник.       Значит, за окном вечер. Он проспал всего пару часов.       — Нил, — окликнул его Мэтт, — ты как?       — Что-то я устал, — сказал он. — Пойду лягу пораньше.       — Батарейка, смотрю, полностью истощена. Даже сон не помогает её восстановить, — покачала головой Дэн. — Что за дерьмо делают с игроками в Гнезде?!       — Что-то мне подсказывает, — зловещим тоном произнёс Сет, — что нам лучше не знать.       И лисы молча согласились.             Мэтт горестно нахмурил лоб, всем своим видом показывая, что не поверил отговорке, однако задерживать Нила не стал. Нил плотно закрыл дверь спальни и приступил к болезненной процедуре переодевания. К тому времени, как ему наконец удалось натянуть спортивные штаны, он шумно дышал сквозь стиснутые зубы. Пытаясь унять дрожь в пальцах, он крепко сжал кулаки; после подъема на второй ярус его и вовсе замутило.       — Тебе нужно было просто попросить поменяться со мной кроватями, — произнёс Мэтт. — Зачем вся эта лишняя боль?       Нил пожал плечами. Он не привык просить о помощи, да и к тому, что её действительно могут оказать. Он ведь справился и так.       Время было еще раннее, и каждая клеточка его тела нестерпимо болела, однако Нил укрылся одеялом с головой и заставил себя выкинуть из головы все мысли.       — Конец главы, — проинформировал Кевин. — Кто читает дальше?

Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!