Вернутся к фанфику

3. Глава 5 (часть 1)

28 октября 2024, 20:21
      Лисы переглядывались, что стало уже традицией перед прочтением новой главы. Никто из них не хотел читать, но выбора у них не было. Каждый уже давно понял, почему это необходимо, каждый переживал за себя и остальных, и пусть продиктовано это было из разных побуждений, это чувство было абсолютно единодушным.       Ники наигранно тяжело вздохнул:       — Что ж, похоже придется взять это на себя, — и протянул руки в сторону Сета, беззвучно прося передать книгу.       Хэммик вполне осознавал, что Гордон может запустить этой книгой в него, он не сомневался, что пару дней назад так бы и случилось. Но сейчас что-то изменилось в самом Сете, а может в них всех, но парень спокойно поднялся и передал книгу ему прямо в руки.       Ники смотрел ему вслед, чувствуя, как в груди расцветает маленькая искорка надежды. Даже если он будет получать меньше попрёков за ориентацию даже от одного человека — это уже здорово. Возможно, толк от чтения этих книжек, помимо очевидного изменения своей реальности, будет и в другом. Ники бы этого очень сильно хотел. В глубине души он понадеялся, что и Аарон сможет относиться к его ориентации немного спокойнее. Это бы стало лучшим подарком для Ники.       Он встряхнулся, открыл книжку и начал читать, не обращая внимания на привычную возню лисов, которые пополняли стаканчики с напитками и выбирали снэки.       Двенадцатого января занятия в университете для Лисов прошли впустую.       — Смело утверждать, что впустую на занятиях прошёл только этот день, — усмехнулся Хэммик.       — Ники, — укоризненно произнесла Дэн, хотя мысленно была согласна.       На самом деле ей учеба давалась очень тяжело, она с трудом держала проходной минимум, чтобы не вылететь из команды (и то, благодаря помощи Элисон, Рене и Мэтта). Наверное ей никто не поверит, но в какой-то момент именно Элисон стала её чуть ли не репетитором. Так что заглядывая в их комнату по вечерам, можно было увидеть необычную картину: Дэн с страдальческим видом над учебниками и сидящую рядом Элисон, спокойно, терпеливо и на простых примерах объясняющую ей темы и помогая с решением домашнего задания. Наверно мало кто поверит, что Элли способна на подобное, но практика доказывала иное. Дэн в свою очередь считала, что ей очень повезло с подругами и соседками по совместительству.       — Не, ну что, не так что ли?!       — В большинстве своем так, — согласился с Ники Мэтт, виновато смотря на свою девушку.       — Я вам дам «так», — погрозил кулаком Ваймак. Нет, ему определенно стоит более внимательно отнестись к учебе лисов, а то, чем дальше, тем больше похоже на то, что эти безалаберные дети совсем не учатся!..       Ники сделал вид, что закрыл рот на замок.       Нила мало интересовали перепалки команды, куда больше его заинтересовало то, что перед его днем рождения, словно чтобы он точно смог посчитать сколько осталось дней до него, начали указывать точные даты, когда за осенний сезон указали только дату игры с Воронами, а всё остальное осталось за кадром. Он невольно напрягся. День рождения Натаниэля Веснински и так был одним из его самых нелюбимых дней в году, теперь же он начал опасаться того, что в этот день произойдет нечто экстраординарное. Вашу же мать…       Эндрю задумчиво забарабанил пальцами по спинке дивана, где продолжал лежать. Интересно, почему Джостен так помрачнел? Что Ники успел прочитать такого? На ум ничего не приходило. Хм, любопытно… Стоит последить за ним еще внимательнее.       В расписании Нила значились две утренние пары; он присутствовал на обеих, но едва ли хоть что-то запомнил.       Нил даже не заметил укоризненные взгляды тренера и капитана, всё ещё погруженный в собственные опасения. Теперь он был твердо уверен, что что-то должно произойти.       Голоса преподавателей звучали белым шумом, записи на доске превращались в тактические схемы игры. Нил вооружился ручкой, однако не вывел в тетради ни единой буквы. Он понимал, что позже придется одалживать конспект у одногруппников, но сегодня это совершенно не имело значения. Нил думал только о том, что в час двадцать «Лисы» вылетают в Техас.       «Помешанный», — мысленно усмехнулся Эндрю, распластавшись по своей «лежанке».       Его начало вырубать от усталости. Пожалуй, на сегодня с него хватит. Он старательно игнорировал то, что так он думал практически после каждой главы уже второй день подряд. Да уж, деньки выдались те ещё. И сколько ему, да и остальным, придется всё это разгребать… Мда.       Он попытался откинуть мысль об одной из тем, которую ему еще предстоит разгребать: решительном настрое близнеца на разрыв сделки. Чушь. Эндрю ни за что на это не пойдёт, и уж точно не ради того, чтобы его братец смог встречаться со всякими девицами. А значит, можно избавиться от мыслей об этом. Но у Эндрю не получалось. Аарон, хоть и был во многом тем ещё тюфяком, привыкшим плыть по течению, но иногда был очень упрямым. И что-то ему подсказывает, что это решение было как раз из тех, где близнец упрётся насмерть.       Именно этого Эндрю и не хватало для полного счастья.       Хотя матч начинался в половину восьмого, Ваймак планировал прибытие в Остин двумя часами раньше. Высказавшись насчет коварства зимней погоды, тренер, что называется, накаркал.       — Не хотите присоединиться к моему гадальному салону? — хохотнул Сет. — Вакансия проклятийника ещё свободна.       — Ты высоко ценишь мои способности.       — А то!       — Не боишься, что вытесню тебя с места предсказателя?       — Нет, у вас явно другой профиль, тренер.       Ваймак спрятал улыбку, чувствуя себя гораздо лучше уже просто от осознания, что Сет говорит с ним. Раньше подобного не происходило, его максимум был зло огрызнуться и послать матом, но никогда легкое подтрунивание. Сет отвёл взгляд, потому что спрятать гордость во взгляде тренер не смог. И пожалуй, для Сета это пока был перебор.       За окном хлестал ледяной дождь, и Нил опасался, что рейс могут задержать.       Кевин вскинулся:       — Надо будет купить билеты на более ранний рейс. К чёрту занятия, если мы опоздаем на игру!       — Посмотрим, — мотнул головой в сторону книги Ваймак. Если понадобится — то, конечно, он готов пожертвовать одним учебным днём. Но он небезосновательно полагал, что они не пропустят игру, иначе это бы поставило под вопрос их участие в чемпионате. А по предсказаниям всё того же Сета: они должны сразиться с воронами. Так что покупка других билетов — банальная перестраховка.       После прилета в Атланту в запасе у «Лисов» оставалось целых полтора часа, однако Нил все равно дергался. Он просто не переживет, если они пропустят первую игру чемпионата из-за дурацкой непогоды.       — Маленькое енотское сердечко будет разбито, да? — из последних сил насмешливо произнёс Эндрю.       Нил показал ему средний палец.       Миньярд хихикнул и устало растекся по спинке дивана, закрывая глаза. Перед глазами мелькали разноцветные круги, а образы, о которых он пытался думать, стали вытягиваться в разные стороны, становясь похожими на карикатуры. Это заставляло его голову кружиться, настолько, что его начало медленно подташнивать. И это сказало ему лучше иных симптомов, насколько его нервная система перегружена.       Дождь лил с такой силой, что зонтик не спасал, поэтому Нил натянул капюшон и потрусил к «Лисьей башне». Он задрал голову в надежде увидеть просвет в свинцовых тучах, но лишь намочил глаза. Вытер лицо ладонью; улучив момент, когда поблизости не было машин, метнулся на другую сторону Окружной дороги.       Спортсмен, бежавший навстречу ему вниз по склону и, видимо, торопившийся на занятия, поскользнулся, упал и смачно выругался. Когда Нил поравнялся с парнем, тот уже встал, однако Нил решил не повторять его ошибку и сбавил скорость. Не для того он пережил пытки Рико, чтобы из-за спешки что-нибудь себе сломать.       — Вот это зачем было упоминать? — мрачно уточнила Дэн.       — Видимо, чтобы мы не забывали о корольке Эвермора, — ответил Сет. — А вот зачем нам это помнить?.. Сделать предсказание?       — Да тут и так всё понятно, — отмахнулась Элисон. — Это будет наша первая игра после каникул, а народ ещё не в курсе татуировки, так что этот ублюдок точно сотворит какую-нибудь гадость.       Нил поморщился. Опять его имя будет звучать из каждого утюга. Удивительно, что при всём при этом его так долго не могут найти. Когда они бежали с матерью, погоне хватало гораздо меньшего, чтобы взять след. Что-то тут не чисто. Он задумался, каким образом кто-то мог бы сбить Лолу и Джексона со следа.       Могло ли быть такое, что им вставлял палки в колеса Тэцудзи? Тот ведь хотел его себе, даже старшей ветви ничего о нём не рассказал, хотя был обязан. А не знать того, что за Натаниэлем охотятся люди Мясника — он не мог.       Четыре таблички с надписью «Осторожно! Влажная поверхность» в вестибюле общежития показались ему перебором, и все же на мокром полу его слегка занесло.       Лисы хохотнули.       — Вот поэтому их и четыре, — произнёс Мэтт, знающий из опыта, что так делают всегда, слишком уж скользкую плитку выложили в вестибюле.       Ректору хватило одного неудачного падения ученика, закончившегося сломанной рукой и трещиной копчика. Тот парень был спортсменом, подававшим большие надежды, а его родители пригрозили судом. Теперь уборщицы носились с этими табличками, как с писаной торбой: не дай бог таблички не будет. Засудят ведь.       Чтобы удержать равновесие, он схватился за стену и махнул бумажником перед датчиком у лифта. Сенсор считал данные студенческого билета через плотную кожу бумажника и разблокировал кнопки. Нил нажал стрелочку «Вверх» и вошел в первую открывшуюся кабину.       — Мне кажется это первый раз, когда ебанько едет на лифте по собственному желанию. Раньше ты бегал по лестнице, — уже обращаясь к Нилу, произнёс Сет.       — Кстати, верно, — удивился Мэтт.       — Видимо слишком скользко, — пожал плечами тот. — И что бы вы там не думали, я дорожу своей возможностью играть, а значит и здоровьем.       Эбби горько подумала, что приоритеты должны стоять в другом порядке, но не стала поправлять парня. Всё равно это ничего не изменит.       — Логично, — согласился Гордон.       В лифте стояли лужи, поэтому во время подъема на третий этаж он крепко держался за поручень. Ковровое покрытие в коридоре было заляпано отпечатками мокрой обуви. Шлепая к комнате, Нил добавил к ним и свои следы.       — Ох и бардак будет в общежитии, — покачала головой Дэн.       — Ага, — недовольно произнесла Элисон. — И опять всё пытаются свалить на нас. Как будто мы там крайние. Нас вообще десять, не то что футболистов, так нет же…       — Не ворчи, — мягко произнесла Рене.       — Не ворчи, — ещё более ворчливо передразнила Элли. — Как тут не ворчать. Ещё полы убирать припрягут, хотя это работа уборщиц, а не наша.       — Ну, нам же не сложно.       — Если мне заплатят — то конечно не сложно.       Рене с легкой укоризной посмотрела на подругу. Элисон пробормотала проклятье себе под нос, но ворчать перестала.       Ваймак сделал себе зарубку на память, чтобы узнать, кто там такой резвый на горбу его девочек выезжать решил. Коридоры действительно убирают не ученики, так что стоит разобраться в ситуации.       Даже переодевшись в сухое, он продолжал мерзнуть, а потому лег на диван и укрылся одеялом. Он не помнил, как заснул, а проснулся от звука открывшейся двери. Мокрые волосы облепили череп Мэтта, из-за чего он выглядел на полголовы ниже обычного.       — Эй, — возмутился Мэтт, в то время как Дэн начала от души хохотать.       — Ты просто представь каково было нам, когда он на эти полголовы стал выше, — сквозь смех произнесла девушка. Тут и остальные девочки захихикали. Да, преображение было знатное, и весьма неожиданное, надо признать.       — Я долго не могла привыкнуть, — честно призналась Рене.       — Не так уж я изменился…       — Тебе так только кажется, — возразила Элисон. — Но, как я уже говорила, смена образа пошла тебе на пользу. — Она подмигнула: — Тебе идёт.       Мэтт расплылся в довольной улыбке, Элисон захихикала от его вида.       Несмотря на плачевный вид, Бойд широко улыбался. Он помахал Нилу, чтобы обратить на себя внимание, но заговорил только после того, как дверь за ним закрылась.       — Только что видел Элисон, — сообщил он.       — Тоже под дождь попала? — догадался Нил.       — Не то слово! Кажется, у нее сломался зонтик. Мокрая как мышь.       Тут уж Элисон стало не до смеха, она угрожающе направила указательный палец на Бойда, мол только скажи что-нибудь. Тот не прятал ехидной усмешки, но комментировать не стал.       — Я сказал, что сфотографирую ее в таком виде для ежегодного альбома, а она пригрозила отчикать мне яйца ногтями.       — Как минимум, — медленно, выразительно кивнула девушка, продолжая смотреть на усмехающегося Мэтта.       Рядом с ней старался сдержать смех Сет. Ники спрятался за книжкой, чтобы не компрометировать себя широкой усмешкой, представив подобное фото в ежегодном альбоме.       — Ежегодный альбом? — удивился Нил.       — Да, — кивнул Мэтт. — В конце года университет организует альбомы для спортивных команд.       — Чтобы отслеживать состав, — ехидно заметил Сет.       — Брось, это мило, — произнесла Рене. — Каждый может потом сказать: «Хэй, я учился в один год с такой-то звездой!».       Нил почувствовал, как у него сжалось всё внутри. Отлично, теперь он может засветиться еще и в альбоме с другими спортсменами. Господи, ну какой же он придурок…       Сет покачал головой:       — Рене, ты такая оптимистка. — Он предполагал, что такие альбомы нужны для того, чтобы тыкать пальцем и говорить: «о, вот этот сторчался» или «у него шесть детей, прикинь», а никак не для того, чтобы находить будущих звёзд.       — Что есть, то есть, — пожала плечами девушка.       — Ставлю пять баксов, что Дэн придется тащить ее в аэропорт силой.       — Элисон знает, что нам без нее не обойтись.       — Ставишь на нее?       — Я не делаю ставок.       Старшекурсники наигранно ахнули, словно эти слова ранили их в самое сердце. Ники захихикал от подобного, а вот Нил закатил глаза.       Эндрю в очередной раз удивился тому, насколько однонаправленный мозг у Джостена.       Дело ведь совсем не в игре, а в желании выходить под дождь и мокнуть, после того, как уже и так весь промок. Но тот словно этого не замечал: главное — это игра, и ничего более. Как скучно некоторые живут.       Хотя не Эндрю судить. Не с его призмой высматривать угрозу всегда и везде. Он хихикнул.       — До сих пор? Совсем? — Мэтт пересек гостиную и бросил рюкзак у стола. — Сейчас у нас… погоди, сколько… шестнадцать споров, и тебя ни один не интересует? Ты можешь делать ставки в четырнадцати.       — О, — потёрла ручки Элисон. — Значит два спора открыты.       Нил посмотрел на неё с полным непониманием происходящего, она сжалилась:       — О тебе есть два спора. Интересно, какие? — она оглядела остальных: — Один по-любому насчёт ориентации. Но вот второй… — Было у неё предчувствие ответа, но она сильно сомневалась в их книжных версиях. Вряд ли они заметили напряжение между Нилом и Эндрю.       — Да, сто процентов мы спорили на ориентацию, — согласился оживленно Ники. — Есть идеи насчет второго?       — Есть, — хищно улыбнулась девушка, — но не думаю, что здесь все оценят, если я это озвучу.       — Вот и молчи, — вяло посоветовал Эндрю. А Ники округлил глаза, догадавшись, о чём может быть второй спор.       — Думаешь мы заметили? — с сомнением уточнила Дэн.       — Я — точно да, а этого уже достаточно для спора.       — Тоже верно.       Нил тоже догадался. Он поморщился. Споры и так были выше его понимания, но споры на него были и вовсе омерзительны. Почему народ так и норовит залезть ему в трусы? Неужели окружающих действительно интересуют такие глупости?       Мда, ему точно подобного не понять. И слава богу.       — На кону приличные суммы, и в паре-тройке споров у тебя все шансы сорвать куш.       — Почему в четырнадцати? — не понял Нил. — А что с двумя другими?       — На себя ставить нельзя, — объяснил Мэтт. — Это нечестно.       Нил посмотрел на него, вздернув подбородок.       — Не знал, что вы на меня ставите.       — Мерзость, — констатировал Нил.       Радостная Элисон осеклась и посмотрела на парня. Чёрт, с его стороны наверное это так и выглядит.       — Хей, Нил, это веселая глупость. Не принимай это так близко к сердцу.       Нил резко посмотрел на неё.       — Это не весело и это не глупость. Вы суете нос туда, куда не имеете права.       — Мы не будем выведывать у тебя ответы, — нахмурилась Элисон. — Многие споры просто висят в воздухе, пока кто-нибудь случайно не узнает правду. Но мы не лезем к человеку, о котором спорим. — Нилу с трудом в это верилось.       — Какая разница? Вы всё равно лезете в мою личную жизнь, — мысленно его передернуло от того, что у него вообще может появиться «личная жизнь».       Рейнольдс нахмурилась сильнее. Она любила споры, они были простым развлечением, почти то же самое, что пересказывать сплетни, только азарта куда больше. И она в упор не видела в чём тут проблема.       — Хорошо, — явно пересиливая себя, произнесла в итоге она, когда в поединке взглядов всё-таки проиграла. — Мы не будем спорить на тебя. Устраивает? — лица остальных старшекурсников (кроме Рене) и Ники стали разочарованными.       Нил почти открыл рот, чтобы сказать: «И на Эндрю тоже». Но прикусил язык в последний момент. Какого черта он вообще задумался о Миньярде?!..       Видимо из-за предположения о втором споре на него книжных лисов. Да, точно.       — Согласен, — кивнул он.       Элисон тоже кивнула, задумавшись, с каких это пор её вообще волнует мнение какого-то там мальчишки?! Раздражает, честное слово. Но заботит же!       — Рано или поздно мы ставим на каждого, — пожал плечами Мэтт. — Ты в курсе, что почти вся команда ставила против меня и Дэн? Они считали, что у меня не хватит мужества предложить ей встречаться и что она в любом случае мне откажет. Когда мы познакомились, она была этакой мужененавистницей. Хотелось бы списать это на издержки работы в стрип-клубе, но, скорее всего, дело в тех парнях из команды, над которыми тренер поставил ее на первом курсе. Даже Элисон отговаривала меня подкатывать к Дэн.       — Я ещё плохо знала вас обоих, — буркнула Элисон.       Нил хмыкнул. Почему-то это не мешало ей строить теории и на их с Эндрю счёт.       Девушка прекрасно поняла его посыл, от чего одарила его раздраженным взглядом и повыше вздернула подбородок. Это другое. И она ни черта им не советовала, просто предполагала.       — А ты подкатил, — вставил Нил.       — Я ходил за ней целый год, — ухмыльнулся Мэтт. — И когда она наконец сдалась, Рене положила в карман кругленькую сумму. Только Рене за нас и была. Она вообще любит ставить на безнадежные случаи.       Нил моргнул, слишком знакомая фраза, чтобы он это не отметил. Он посмотрел на Эндрю, а тот как раз приоткрыл один глаз, чтобы хитро взглянуть на него в ответ. В этот момент он так напоминал большого кота, что Джостену почему-то захотелось улыбнуться. По-настоящему, не оскалиться, а просто потому что захотелось.       Вместо этого Нил тщательно стёр любые эмоции с лица и отвернулся, озадачив своим поведением Эндрю, который уже хотел поддразнить того насчёт «безнадежных случаев».       В прошлом году Эндрю назвал Нила «безнадежным случаем», а потом накрыл его рот ладонью, исключив любые возражения. Теперь, когда недостающие части головоломки встали на место, Нил осознал, что на самом деле Эндрю пытался заткнуть вовсе не его.       — Странный вывод, — всё ещё озадаченно протянул Миньярд.       — Какие есть, — не смотря на него ответил Нил. — Ты своими словами перевернул его мир.       — Но не твой?       — Я не он, — резко произнес Нил.       — Именно поэтому я спросил про твой мир отдельно, — насмешливо протянул парень.       Джостену захотелось выругаться. А ведь верно. Но почему-то признать, что Эндрю перевернул своим признанием и его мир не хотелось. Словно это могло что-то значить для него, хотя на самом деле не значило ничего. По крайней мере должно, верно?       — Это не имеет значения, — произнёс парень, скорее сам себе, чем отвечая Эндрю. И тот это понял. А значит его слова имели значение, и может не перевернули, но здорово накренили мирок бегунка.       Эндрю довольно растянулся на спинке дивана. Для него это тоже не должно было иметь значение. Ключевое слово «должно». Он уткнулся лицом в обивку дивана и засмеялся. «Должно» — очень смешное слово. Потому что в реальной жизни оно практически никогда не работало.       Вспоминая об этом сегодня, Нил подивился такой самоцензуре. Рене не могла не предупредить Эндрю, что рассказала Нилу о его сексуальной ориентации, и в пятницу на прямой вопрос Нила Эндрю ответил так же прямо. Тогда что же он чуть не ляпнул в ноябре?       — Я умру от любопытства, — призналась Элисон. — Жаль, что в книге нет частей от лица Миньярда.       — Поскорее бы, — ответил ей на первую часть этот самый Миньярд.       — Да уж, было бы интересно узнать его мысли, — произнёс Мэтт.       — Вам бы это не помогло. — Сама мысль о подобном заставляла шерсть на загривке вставать дыбом. Эндрю категорически был против подобного.       Нил хмыкнул. Ему тоже было немного любопытно, но он бы не пожелал никому повторить его участь и найти книгу, которую будут читать во всеуслышание.       Впрочем, это не имеет значения. Не должно иметь значения.       Эндрю поперхнулся, осознавая как схожи их мысли с бегунком. Вот это — это точно ненормально.       Нет, ну может всё-таки побочка от таблеток?.. Ну не бывает же так…       Эндрю не хочет, чтобы между ними что-то было, да и, в любом случае, Нилу нельзя ни с кем сближаться.       — Ты поздновато об этом вспомнил, — с сочувствием произнес Мэтт.       Нил угрюмо посмотрел на него.       — Хэй, я ни на что такое не намекаю, — Мэтт по его взгляду понял, о чем подумал Джостен. — Я про лисов в целом. Книжный ты уже наш с потрохами, если ты не заметил.       Тут Нилу уже ничего не оставалось, кроме как вздохнуть.       Ники улыбнулся. Хорошо, что хотя бы это парень перестал отрицать.       Так его воспитывали. Благодаря этому он выжил. А сейчас, когда конец уже совсем близко, можно считать, ему повезло не иметь привязанностей. Он нарушил почти все наказы матери, и меньшее, что он может сделать, — выполнить хотя бы один.       «Если я правильно помню, речь все-таки шла про девушек», — мысленно произнесла Элисон, — «так что да, ты сможешь сдержать это обещание».       — И поэтому ты поставил на Рене и Эндрю, — сказал Нил, только чтобы отвлечься от собственных мыслей.       — Ну да, — признал Мэтт. — Какое-то время Рене была единственной, с кем Эндрю общался помимо своей маленькой компании. Рене говорила, что у них много общего, но мы особо над этим не задумывались, а потом Эндрю вдруг дал ей ключи от своей машины. Это «лексус GS», Нил, авто бизнес-класса. Такое кому зря не доверишь.       Аарон дёрнул плечом. О да, он — это именно тот человек, которому Эндрю не доверит авто. Зато он может доверить его двум опасным людям, связанным с преступностью. Это бесило и разочаровывало. Он бы многое отдал за то, чтобы получить хоть капельку доверия брата, но увы, в его глазах Аарон — младенец, несмышленыш, требующий постоянной опеки.       Нет, надо разрывать сделку. От неё одни проблемы, причём для них всех.       Нил отмахнулся, показывая, что не прочувствовал важность аргумента.       — Я не разбираюсь в машинах.       — После того как Эндрю прокачал свою тачку, ее цена поднялась до шестизначной цифры.       Нил удивленно хмыкнул, в то время как Ники гордо надулся:       — О да, наша красотка стоит прилично. Цени оказанное доверие, — наставительно произнес он Нилу. Тот кивнул: оценил.       — Что?! — Нил подскочил и уставился на Мэтта, вывернув шею.       Он, конечно, знал, что Эндрю вбухал в свой автомобиль большую часть материнской страховки. Ники однажды пошутил, что Эндрю выбирал машину по принципу «как бы побыстрее спустить наследство». Нил не спрашивал, какую сумму выплатила близнецам страховая компания после смерти Тильды, но с первого взгляда на авто становилось ясно: деньги за него отданы бешеные. Нилу стало не по себе; связка ключей в кармане внезапно потяжелела, и ему пришлось сделать над собой усилие, чтобы не достать ее из кармана.       — А если ты ещё узнаешь, сколько стоит наш дом, — произнёс Ники наигранно зловеще.       Нил, без шуток, почувствовал, как в кармане его обожгли ключи от дома в Колумбии. Лучше бы он о подобном не задумывался. Ему не хотелось нести груз ответственности. Хотя… Он прислушался к себе. Ключи словно стали сдерживать его ещё крепче на месте. Глупо, ведь ничего по сути не изменилось, но внутри него — да.       — Недвижимость очень дорогая, — горько произнесла Дэн. — Боюсь представить сколько ты платишь за ваш домик.       — Лучше не знать, — согласился Хэммик, которого до сих пор пугала сумма ипотеки и ежемесячных взносов. Иногда он и сам не понимал, как он всё это выплачивает.       — Она стоит почти столько же, сколько «порше» Элисон, а Эндрю пустил Рене за руль всего через два месяца знакомства, — сказал Мэтт.       — Помните раньше упоминалась хреновая охрана парковки? — спросил Сет. — Теперь я на сто процентов уверен, что что-то случится с вашими машинками. А раз подчеркнули стоимость машины Миньярда — то с его в первую очередь.       — Не дай бог, — Ники схватился за сердце. У них не было денег на ремонт, — это он знал как собственное имя. И даже если он распродаст всего себя на органы — починить их машину всё равно не хватит.       — Не каркай, — угрюмо произнес Ваймак, начиная прикидывать во что все это может вылиться и как.       Сет пожал плечами, мол это не я, просто мысли вслух.       Лисы напряженно переглянулись. Никому из них подобная перспектива не нравилась.       — После такого грех было на них не поставить. Чувак, да я был уверен, что подниму бабла.       Был? Нил снова переключил внимание на Мэтта.       — Но потом передумал?       — Типа того, — вздохнул Мэтт. — Но правила есть правила. Если сделал ставку, менять сторону нельзя. Правда, разрешается ставить на противоположный вариант в других спорах, так что, возможно, я отобью часть денег.       Элисон победно вскинула кулак. Она была слегка удивлена тем, что лисы в книге заметили то, что между Джостеном и Миньярдом что-то есть, раз даже Мэтт поставил вторую ставку, перекрывающую первую.       Старшекурсники зашептались.       Нил просто закрыл лицо ладонью, тоже осознав, что к чему. Но это было выше его понимания.       — Черт, уже больше двенадцати! Пора выдвигаться. Если хочешь что-то взять с собой в самолет, не теряй времени.       Мэтт вышел, и Нил не успел спросить, что заставило его переоценить шансы на отношения между Рене и Эндрю.       — А красиво ты тему перевёл и свалил, — хихикнул Ники.       Мэтт пожал плечами: что тут он еще мог сделать. Начни он хоть что-то говорить помимо уже сказанного, и Нил бы догадался что к чему.       Отогнав эту мысль, Нил захватил стопку листков со своими записями о техасцах и вышел в коридор. Заметив, что именно у него в руках, Мэтт понимающе — почти с жалостью — усмехнулся. Нил проигнорировал эту усмешку и запер дверь. Мэтт присоединился к девушкам, которые ждали его возле своей комнаты, Нил прошел чуть дальше по коридору к компании Эндрю.       Теперь он смотрел на машину Эндрю новыми глазами. Он предпочел бы скромно устроиться сзади с Ники и Аароном, но не успел открыть рта, как место рядом с ними занял Кевин.       Ники сочувственно похлопал Дэя по плечу:       — Тебя официально сместили на заднее кресло, — тот только угрюмо сложил руки на груди. Что за фаворитизм?! Как же голос рассудка и логики? Он самый высокий из них, ему нужно сидеть на переднем сиденье, чтобы не чувствовать себя так, словно он вот-вот выломает коленями переднее кресло.       Эндрю успешно игнорировал его возмущенный взгляд, притворяясь спящим.       За время коротких перебежек от общежития до машин и от машин до стадиона все успели изрядно вымокнуть. На этот раз Элисон отказалась от зонтика, а обновленные прическу и макияж защитила при помощи второго дождевика, который накинула на голову. Она промокла меньше остальных, но даже под крышей продолжала на чем свет стоит ругать погоду.       — Два дождевика и ты всё-равно промокла? — удивился Сет. — Вот это у вас там погодка… Рейс точно отменят, — его слова заставили Нила и Кевина напрячься в ожидании разочарования и проигранной игры за неявку.       Сет не стал им напоминать, ощущая злорадное удовольствие от знания, что противостояние с воронами выстраивалось не просто так, а значит им еще предстоит «финальная битва», и лисы пока точно не вылетают из чемпионата.       Лисы шумно ввалились в комнату отдыха. Ваймак отреагировал на их появление в своей обычной нетерпеливой манере и велел поторопиться со сборами.       До аэропорта они добирались на командном автобусе — оставить на стоянке один автобус выходило дешевле, нежели три машины. Окружающее пространство невольно напомнило Нилу о его поездке в Западную Виргинию, и, чтобы не рухнуть в темную бездну болезненных воспоминаний, он стал смотреть на товарищей по команде.       — Снова, — угрюмо заметила Дэн. — Нам точно не дадут забыть о веселых каникулах в Гнезде.       — Было бы слишком странно, если бы дали, — пожал плечами Мэтт. — Все же на Ниле было около пятидесяти швов, а подобное не проходит быстро. Он наверняка всё ещё весь светится жёлтым и зелёным от побоев.       — Моя косметичка наготове, — шутливо отсалютовала Элисон.       — Да, но всё равно. Меня это напрягает, словно должно произойти нечто плохое.       — Кто знает, — пожал плечами Мэтт и обнял девушку: — Мы справимся. Хочешь? — и протянул ей свою пачку кислого мармелада.       — Ну нет, это можешь есть только ты. А у меня язык прожжет насквозь от этой гадости.       Мэтт хохотнул и демонстративно показал ей язык, словно показывая, что он ещё на месте и даже без повреждений. Дэн хихикнула и потерлась щекой о его плечо, сама крепче его обнимая.       Он балансировал на грани, пока Ваймак не смерил его испытующим взглядом. Нил встретился с ним глазами и нашел в себе силы не думать о Рико. Вместо этого он вспомнил, как возвратился сюда, как Ваймак бросил все, примчался за ним и не дал ему сломаться. Тугой обруч, которым стянуло грудь, немного ослаб, и на безмолвный вопрос тренера Нил ответил уверенным кивком.       Эбби довольно вздохнула. Теперь Нил доверяет хотя бы Дэвиду. По сравнению с тем, что было — это огромный шаг. Она в очередной раз понадеялась, что им удастся защитить и спасти мальчика.       Лисы вовремя прошли регистрацию и паспортный контроль и отправились искать свой выход на посадку. Он располагался почти в самом конце терминала, за туалетами и магазинами беспошлинной торговли. Проходя мимо кафе, команда едва устояла перед соблазнительными ароматами кофе и свежей выпечки. Ваймак, как обычно, удержал подопечных в строю при помощи грубых слов и нестрашных угроз.       Ваймак вздохнул с видом очень уставшего воспитателя детского сада, у которого все детки норовят разбежаться в разные стороны, выпрыгнуть в окно и непременно засунуть пальцы в розетку.       Лисы захихикали.       «Лисички», как выяснилось, прибыли в аэропорт первыми и уже выстроились в очередь у гейта.       Аарон бросил косой взгляд на брата и совершенно не удивился, обнаружив его тяжелый взгляд на себе. Он просто понадеялся, что он книжный проинструктировал Кейтлин не соваться к ним, иначе это грозило огромным скандалом прямо под носом камер и десятков человек охраны. Чем все это может кончиться — страшно представить. А он между прочим, вышел под залог…       Нил посмотрел на электронное табло над их головами. На нем горела надпись: «Атланта — 13:20», а значит, несмотря на плохие погодные условия, задерживать рейс не собирались.       Кевин шумно с облегчением выдохнул, да и Нил тоже перевел дух. Остальные засмеялись из-за их реакций.       Тем не менее Нил окончательно поверил в это лишь потому, что самолет уже подали.       С разрешения тренера Лисы разбрелись по сторонам. Одни принялись смотреть в панорамные окна, другие побросали ручную кладь на свободные места. Нил мельком взглянул на Эндрю и заметил, что тот единственный из всех не сдвинулся с места. Миньярд неподвижно стоял, устремив взор в дальнее окно. Нил проследил за его взглядом: на одной из полос в небо взмыл самолет.       Нил задумчиво нахмурился. Могло ли быть такое, что Эндрю ответил ему книжному честно, и тот действительно боится высоты? Если так, то за что такая щедрость?       Он не хотел признавать, но это сделало Миньярда ещё более интересным. Он мог бы поспорить, кто из них более любопытная математическая задачка.       Аарон теперь смотрел на брата куда как внимательнее, только в этот раз Эндрю отвернулся от них, делая вид, что спит. Но Аарон точно знал: нифига подобного. Слишком напряжено его тело для спящего. Неужели за столько лет он умудрился не заметить ещё и того, что его близнец боится высоты?       Внутри скрутилось мерзкое чувство. Он не хотел это ощущать, но не мог избавиться от осознания, что он недалёкий и глупый ребёнок, в то время как его брат взвалил на себя опеку над ним.       Хотя кто на самом деле взвалил опеку, так это Ники. Теперь он посмотрел на него и встретился с растерянным взглядом кузена. Ники тоже не замечал за Эндрю подобного, наоборот, он полагал, что он любит высоту, иначе его тягу оказаться где-нибудь повыше он не мог себе объяснить. Ники разочарованно в самом себе покачал головой. Мог бы догадаться, что всё не так очевидно.       Остальные Лисы были далеко и не могли их слышать, поэтому Нил решился спросить:       — Ты ведь пошутил, когда сказал, что боишься высоты? — Выждав мгновение, он сделал второй заход: — Эндрю, я в это не верю. Тогда что ты делал на крыше?       — Хороший вопрос, кстати, — кивнул Сет.       Эндрю всё ещё прикидывался спящим, хотя не смог обмануть никого в комнате. Вот уж что он точно не собирался делать, так это рассказывать, что чувство страха оставалось чуть ли не единственным, которое таблетки не изменяли. И порой взгляд с огромной высоты, побуждающий в нём страх, был единственным, что помогало ему понять, что он всё ещё он, что таблетки не поработили его разум и реакции полностью. Сложно объяснить, что страх стал единственным приятным чувством в его арсенале, верно? При том, что он терпеть не мог бояться чего-то, воспринимая это слабостью, — это становилось ещё забавнее. Но Эндрю давно привык, что вся его жизнь — это череда нелепостей.       И бегунок грозился стать чуть ли не самой главной из них.       В книгах, разумеется.       Эндрю не ответил, но склонил голову набок, и Нил понял, что тот размышляет над вопросом — то ли подбирает слова, то ли просто прикидывает, какое объяснение выдать.       На мгновение Эндрю подумал, что его книжная версия всё же выболтает всю правду в окружении всякой чепухи, как он это любит делать под таблетками, но потом вспомнил, что книжный Эндрю уже чист. Стало спокойнее.       Наконец Эндрю положил ладонь себе на шею, нащупал пульс и приложил к нужной точке палец Нила. Сердце билось слишком часто. Нил списал это на обстановку.       Лисы переглянулись, ощущая нечто похожее на неловкость. Кажется Миньярд действительно боялся высоты.       Образ «монстра» и так был разрушен, но сейчас даже его осколки перетерлись в пыль.       Эндрю знал это. И ненавидел то, что они тоже знают. Слишком много того, что он бы предпочёл никогда и никому не рассказывать. Слишком человечным он стал в их глазах. А человека слишком легко ранить, кому как не ему это знать.       И они ранят, обязательно попытаются. Лисы просто не могут иначе.       Он ненавидел мысль о том, что сам дал им оружие, которым можно его, если не убить, то покалечить так точно.       — Чувствовал, — наконец произнес Эндрю.       «Ох, Эндрю», — мысленно вздохнула Рене. «Как же тяжело тебе приходится.»             Она старалась думать иначе, но ничего не могла поделать с ненавистью к тем людям, которые довели Эндрю до подобного состояния. Он существовал в пустоте из смешинок, медленно умирая, и никому до этого не было дела. Она знала, что пустота была ему знакома и раньше, но та пустота была иной, тихой, знакомой, в которой можно спрятаться, нарастить как броню поверх тела. Сейчас же его пустота оголяла нервы, заставляя его ментально корчиться в пароксизмах боли.       Единственные моменты, когда она видела проблески настоящего Эндрю, это их спарринги: моменты, когда она начинала побеждать, словно пробуждали его ото сна, но длилось это к сожалению совсем недолго.       Нил в свою очередь думал о том, что помимо экси, по-настоящему живым он себя чувствовал при выбросе адреналина. Так что он понимал Эндрю, но никогда в жизни добровольно не стал бы соваться к людям отца или ему самому, чтобы почувствовать себя «живым». Наверное, все из-за того, что в его случае после подобного «живым» он будет оставаться совсем недолго.       — Вспоминал чувство страха или пытался почувствовать вообще хоть что-нибудь? — задал вопрос Нил.       Дэн переглянулась с Мэттом. Сама мысль о подобном не укладывалось у них в головах. Предположения Нила звучали как бред, но что они в сущности знают об Эндрю и его таблетках? Ничего, верно. Так что всякое может быть.       Но пожалуй, это одна из немногих вещей в происходящем, которая действительно их напугала, почти на равне с фактом отсутствия смысла жизни у Эндрю, который Кевин пообещал ему найти.       От этого всего веяло такой непередаваемой безнадежностью, что сердце сжималось. Дэн не могла до конца простить Эндрю за случай с Мэттом, но и не сопереживать тоже. Её чувства были в полном раздрае.       Мэтту было легче. Он ко многому относился по простому, предпочитая не мудрить там, где это на его взгляд не нужно и просто нести в этот мир чуть больше добра, чем хаоса. Так что со своим отношением к Миньярду он уже определился. Да, выбранный путь будет трудный, но оно стоило того. Точнее, как бы это странно не звучало, Эндрю стоил того.       Эндрю промолчал, и Нил использовал иную тактику:       — Если тебе станет от этого легче, в год разбивается меньше двадцати самолетов, и причины не всегда связаны с погодой. Иногда пилоты допускают ошибки. Как бы то ни было, это быстрая смерть.       — Мастер утешения, — Сет от души залился хохотом. Элисон с умилением смотрела на эту катастрофу, которая выбирала самые странные пути для флирта. Но самое странное, что чаще всего это работало.       — Подожди, — произнёс Ники с непониманием, — ты что, пытаешься вывести его на эмоции?       — Похоже на то, — задумчиво кивнул Нил, поражаясь тому, что ему книжному это вообще надо. Мать всегда говорила, что чувства толкают людей на глупости, но кажется он делает совсем уж глупые вещи. — Он практически ни на что не реагирует, эмоции отсутствуют. Книжному Нилу это не нравится.       Слушающий их Эндрю, вцепившийся в обивку дивана до побеления пальцев, едва снова не задал вопрос: «А тебе?». Он был уверен, что получит тот же ответ.       — Удивительно, — пробормотал Ники.       Эндрю был согласен. Обычно люди пытались успокоить его, вразумить, подавить эмоции, которые им так не нравились. А тут этот совершенно невозможный человек пытается добиться совершенно иного. Вот как ты это опишешь иначе, как не «удивительно».       Рука Эндрю замерла.       — Как его имя? — Нил озадаченно нахмурился, и Эндрю пояснил: — Твоего отца. Как его звали?       Миньярд позабавлено фыркнул. Их вопросы вполне себе можно было расценить как предательство доверия. Они явно раскрывали правду, не для того, чтобы в неё же ударили. С любым человеком, кроме Джостена так и было бы. Но сейчас это было нечто иное. Они делали это не из злобы, а скорее из интереса и желания понять друг друга. Это было крайне необычно, заставляя в Эндрю снова вспыхнуть интерес.       Нил замер. Что ж, это был достойный ответный удар. Он залез ему под кожу, надавив на рану страха, Эндрю сделал в точности так же. Что ж, стоит запомнить это на будущее.       Из Нила как будто вышибли весь воздух. Он не хотел отвечать, не хотел произносить это имя, но сейчас в игре в правду была очередь Эндрю задавать вопросы. Нил не имел права отказываться. Он попробовал утешиться тем, что этот удар ниже пояса Эндрю нанес только потому, что его задела подначка Нила, но утешало это слабо.       — Может это научит тебя не лезть куда не просят, — произнёс Эндрю, всё ещё не поворачиваясь лицом к лисам.       — Это вряд ли, — вместо Нила ответил Сет.       Лисы согласились, а сам Нил закатил глаза.       Он перевел взгляд на команду, убедился, что Лисы достаточно далеко, но на всякий случай шагнул еще ближе к Эндрю.       — Э-э, Нил, я могу прочитать его имя или лучше не стоит? — уточнил Ники.       Нил ощутил короткую благодарность за этот вопрос, прежде чем задуматься. Он предпочел бы его не слышать, а лучше вообще не знать. Но в то же время… Бояться имени, значит давать этому имени слишком большую власть над собой. Он уже снял линзы, а книжный Нил стал выглядеть полностью так, как задумано природой. Имеет ли значение имя?       Имеет. Но не настолько.       Он решительно кивнул Ники:       — Читай.       — Хорошо.       — Натан, — в конце концов проговорил он. — Его звали Натаном.       И все же Нил вздрогнул, услышав это имя.       — Ты не похож на Натана.       Нил с трудом поборол дрожь. И, редкий случай, это был не страх. Хотя что это за чувство, он так и не смог идентифицировать. Просто на короткий момент внутри всё вспыхнуло тысячей искр, прогревая его до костей.       Интересно, а Эндрю сам-то понял, что он ему сказал? Значимость своих слов? Хотя, вряд ли человек вообще способен понять ту бурю эмоций, что вспыхнула в нём, то ощущение одновременного опустошения, облегчения и напряжения. Нил и сам всё это плохо понимал.       Но что он знал точно, так это то, что эти слова Эндрю станут едва ли не важнее слова «дом» из его уст, и Нилу ещё придётся всё это осмыслить, пока оставляя искры гореть внутри сердца. Потому что «ты не Натан»... Он в жизни не слышал ничего прекраснее.       — Я не Натан, — с трудом выдавил Нил.       — Хэй, а это имя я могу прочитать? — неловко улыбаясь и трепля себя по волосам уточнил Ники.       Нил снова ощутил благодарность за этот вопрос и заботу, стоящую за ним. Удивительно, что Ники считал себя обязанным заботиться о его комфорте.       — Читай.       — Я Натаниэль.       — Больно было? — с наигранным сочувствием уточнил Эндрю, наконец разворачиваясь к лисам и поднимаясь на локтях, чтобы получше разглядеть Джостена.       — Гораздо меньше, чем я ожидал, — честно ответил Нил. Он снова подумал, что отвечать честно было приятно. Было в этом нечто необычное, почти загадочное.       А Эндрю захотелось вырвать ему язык. Слишком невозможный человек.       Эндрю ненадолго задержал на нем взгляд, потом молча отвернулся и снова стал смотреть на самолеты.       — Разговор похоже окончен, — с сожалением произнёс Ники. А он только настроился на очередной странный флирт этих двоих.       — Удивительно, — в тон согласилась Элисон, тоже ожидавшая продолжения в их духе.       Эндрю лёг обратно, думая о том, что «удивительного» здесь было ни капли. Они оба ковырнули раны друг друга слишком глубоко, и то, что они сейчас всё прекратили, наоборот доказывало, что это было сделано без умысла и злобы, а из чистого интереса. Таким образом, можно сказать, что это проявление уважения друг к другу. Эндрю ненавидел эти мысли.       Нил отошел в сторону — вдохнуть глоток воздуха, избавиться от этой тянущей боли в жилах. Ники энергично замахал ему руками, жестами подзывая к себе. Как только Нил приблизился, Ники осторожно обнял его за плечо.       — Ты определенно у него в любимчиках, — констатировал Хэммик.       Ники хохотнул. О, книжный он ещё не догадывается насколько. Элисон тоже расплылась в улыбке. Они переглянулись и одновременно весело фыркнули.       — Известно ли тебе, что после Истхейвена он сказал мне от силы десяток слов? Я бы даже приревновал, да не хочу умирать молодым.       Аарон с горечью подумал о том, что даже если Ники было сказано всего десяток слов, то ему, похоже, не было сказано ни одного. Впрочем, он не должен так этому удивляться и расстраиваться, верно? Всё как всегда.       С облегчением он подумал о том, что благодаря книгам они разговаривали с Эндрю гораздо больше и им стали понятнее мотивы друг друга. А значит, у них обоих куда большие шансы на благополучный исход.       Он опасливо подумал о том, что возможно они даже смогут наладить контакт. Но эти мысли были такие робкие, почти неосязаемые, что он тут же их прогнал, опасаясь того, что они никогда не смогут быть осуществлены.       — Слушай, до вылета еще есть время. Может, пойдем выпьем кофейку?       В итоге в кафе отправились половина команды и несколько Лисичек. Ники уверял, что времени в запасе достаточно, но никто не предполагал, что очередь будет ползти так медленно. К тому времени, когда все взяли свой кофе и вернулись к выходу, посадка уже началась.       — Зато время скоротали, — пожал плечами Ники. Он покосился на Кевина, сверлящего его раздражённым взглядом, словно попрекая за чуть не пропущенный рейс из-за какого-то там кофе. — Возможно даже в приятной компании, — намекая на отсутствие рядом с ними Кевина произнёс он.       Нил внимательно наблюдал за Эндрю, готовый к тому, что Миньярд может занервничать.       — Не надейся, — фыркнул Эндрю.       — Реально, — кивнул Мэтт. — Он летал с нами несколько раз, если бы его поведение изменилось бы — мы однозначно заметили бы это.       Нил пожал печами, мол ему всё равно, ведь это волнует совершенно не его.       Видимо, Эндрю ощутил на себе его взгляд, потому что на борт поднялся с выражением величайшей скуки на лице. Спектакль длился, пока все не расселись по местам и стюардессы не приступили к предполетному инструктажу. Лицо Мэтта вытянулось: то есть вы хотите сказать, что дальше Миньярд очевидно начал переживать, а они за столько перелетов ни разу подобного не заметили?! Боже, какие же они слепцы… Он с отчаяньем посмотрел на Дэн, которая ответила таким же потерянным взглядом.       Эндрю не взял с собой в самолет ничего, кроме шариковой ручки. Пока стюардессы показывали, как пользоваться кислородными масками, Эндрю возбужденно крутил ручку в пальцах. Кевин, сидевший между ним и Нилом, держался невозмутимо — видимо, привык к беспокойному поведению Эндрю во время полетов. Нил, в свою очередь, понимал причину этой нервозности лишь потому, что Эндрю честно признался в своем страхе.       Джостен задумался, почему же ему оказано такое доверие. Ведь не только рассказал, но и позволил увидеть, а если вспомнить и про то, что Эндрю позволил ему прикоснуться к себе и ощутить пульс… Ну не может же все это быть только из-за симпатии, верно? Это было бы слишком… банально.       Нил посмотрел в иллюминатор, но из-за плотной стены дождя сквозь стекло едва можно было различить крыло самолета. Огни на взлетной полосе превратились в расплывчатые пятна. Нил опустил шторку; бортпроводники сделали последний обход салона. Взлет никогда не казался Нилу сложной процедурой, и все же он представил, как, наверное, тяжко приходится тому, кто плохо переносит путешествия по воздуху. Наконец самолет покатился по полосе, и Нил рискнул еще раз взглянуть на Эндрю.       Когда колеса оторвались от земли, выражение лица Миньярда не изменилось, однако ручка в пальцах перестала трепыхаться, а сам Эндрю как будто застыл и так просидел все время, пока самолет набирал высоту. Как только это произошло, он снова принялся крутить ручку. Эндрю не мог не замечать взглядов, которые на него бросал Нил, но, полуприкрыв глаза, неотрывно смотрел на спинку переднего кресла.       Эндрю мысленно послал Джостена, абсолютно уверенный, что его книжная версия занималась тем же.       Лисы же в свою очередь переглядываясь, осознавая, что они за столько времени действительно не заметили достаточно очевидного. Разочарование в самом себе у Аарона и Ники снова возросло. Они были такими хреновыми братьями…       В Атланте у них выдалось свободное время, и, удостоверившись, что номер выхода на посадку не изменился, Ваймак на час отпустил команду погулять по аэропорту.       — Это вы зря, — хохотнул Сет. — Вы потом их фиг соберете, а уж какой бедлам они устроят…       — Поверь, я знаю это лучше кого бы то ни было, — ответил ему Ваймак, вызвав смешки у лисов.       — Надеюсь обойдется без катастроф, — с улыбкой произнесла Дэн.       — Не надейся, — возразил тренер, абсолютно уверенный, что лисы куда-нибудь влипнут.       Компания Эндрю провела этот час, бродя по магазинам. Аарон выбирал себе книжку, Ники усиленно затаривался фастфудом. Эндрю куда-то исчез, и в конце концов Нил высмотрел его у витрины с хрустальными безделушками. Предмет внимания Эндрю показался ему странным…       Нил задумался, а Эндрю заметив это, ощутил вспыхнувшее беспокойство и раздражение. Тема Би была слишком личной для него, он не хотел, чтобы кто-то даже догадывался, насколько она стала для него особенной. Книжный Нил действовал наобум, когда договаривался с Бетси о терапии для них с Аароном. Но выбор фигурки мог стать слишком очевидным намеком на реальное положение дел. И то, что он выбирал ей фигурку уже трезвый, говорило лишь о том, что и без таблеток он в ней не разочаруется.       … но долго думать над этим не пришлось: Кевин и Ники готовы были сцепиться в драке, потому что Кевин пытался отобрать у Ники еду и вернуть ее на полки.       — Хэй, Кевин, какого чёрта?! — возмутился Ники.       — Ты наверняка набрал всякого дерьма, — пробормотал Дэй, ощущая себя одновременно и уверенным в своей правоте, но и слегка не в своей тарелке.       — А такая банальная мысль, что я проголодался за эти часы перелетов тебе не приходила?       — Съешь протеиновый батончик.       — И кто им наестся, кроме тебя? — продолжал возмущаться Ники.       Лисы наблюдали за ними, как за игрой в настольный теннис, переводя взгляд с одного на другого в ожидании подачи.       — У нас впереди игра, ты должен заботиться о своем состоянии. Так что тебе нельзя переедать.       — Мне нельзя недоедать! А если я упаду на поле в голодный обморок?! Так ты значит заботишься о своих игроках… Я разочарован, — Ники состроил самую печальную рожицу из своего арсенала и покачал головой.       Несколько мгновений Кевин ошарашенно смотрел на парня, который явно пытался выдавить из себя слезу. Это-то и вернуло Кевину дар речи:       — Ты явно не настолько голодный, чтобы потерять сознание.       — Да, и откуда ты знаешь? Может я от переживаний перед игрой уже сутки не ел, а тут наконец созрел.       — Прекрати, — потребовал раздражённо Кевин. Они просверлили друг друга упрямыми взглядами.       Дэй отвёл глаза первым.       А Ники, продолжая строить из себя оскорбленную невинность, довольный, что ему получилось заткнуть парня, продолжил читать.       — Это не для одного меня, — упирался Ники, стараясь высвободиться из хватки Дэя и при этом не уронить добычу.       — Господи, вы решили устроить сцену прямо в магазине? — уточнил Аарон.       К пререканиям этих двоих по поводу еды он уже привык, но чтобы устроить шоу на людях… Какой позор.       — Почему бы и нет, если меня лишают пропитания, — Ники покосился на Кевина, который теперь делал вид что тут его вообще нет, хотя и хмурил брови в раздражении.       — Незачем есть это перед матчем, — настаивал Кевин. — Если ты голодный, съешь батончик мюсли или протеиновое печенье.       — Всегда одно и то же, — Ники оставалось разве что слезу смахнуть, чтобы дополнить трагичность в голосе, вызывая смешки среди лисов.       — Между прочим, в арахисовом масле уйма протеина, — проинформировал Ники. — Отпусти, не то пожалуюсь Эндрю, что ты запретил есть шоколад.       — А это что, проблема? — спросил Нил.       Ники и Эндрю посмотрели на него, как на предателя или извращенца.       — Если ты не любишь сладкое, это не значит, что другие тоже, — наставительно произнёс Миньярд, начиная тут же хихикать. — Никогда не хотел подсластить себе жизнь?       — Нет, — скривился Нил. — Слишком много сахара. А ты этим и занимаешься: пытаешься подсластить себе жизнь сладким?       Эндрю рассмеялся, ощущая раздражение. И он не знал из-за чего больше: из-за самого вопроса или того, что Джостен продолжал залезать ему под кожу, хотя объективных причин для подобного желания не было никаких.       — Думаю, в моём случае сладкое не поможет. — Нил почему-то подумал: это значит Эндрю просто нравится сладкое.       — Так зачем ты предлагаешь это мне, если в моём тоже?       Мэтт поджал губы, ощущая сожаление. Он бы очень хотел, чтобы этот парень научился ощущать радость, хотя бы от таких мелочей, как сладкое. Да, оно ничего не исправит, но ощущать себя немного легче может помочь.       — Оу, так ты признаёшь, что безнадежный случай?       — Удивительно, что это признаёшь ты.       Элисон издала задушенный писк. Ей хотелось кричать от этих перепалок. Слишком интенсивно, заинтересованно друг в друге и откровенно. Хотя ни один из этих двоих не проявлял подобные качество в общении с кем-либо другим. Они действительно должны или убить друг друга, или полюбить. И на второе гораздо больше шансов.       — Годы терапии, знаешь ли… — Снова рассмеялся Эндрю, хотя в этот раз это вышло как-то натужно. — Тебе бы не помешало это тоже попробовать.       — Думаешь, это мне поможет?       — Я такого не говорил.       Нил кивнул. Он мысленно закончил: но предполагал. Потому что сделать второе подобное предложение, не предполагая, что оно помогает самому Эндрю, а значит может помочь и Нилу — было бы глупо. А значит Эндрю признавал, что работает в его «безнадежном случае». Чёрт…       Эндрю по взгляду Джостена понял, что тот пришёл к верным выводам.       Странный, невероятный человек. Он в очередной раз подумал, что таких не бывает. Гораздо проще поверить, что всё это понимание — это побочка его таблеток. Эндрю раньше никто так не понимал, даже Рене с Ваймаком, которые скорее чувствовали, где не стоит переходить грань. Нил — нечто совершенно иное. Чёрт…       Ники перевёл взгляд с одного на другого, но когда продолжения не последовало, он вернулся к чтению, пряча улыбку. Ох и попал его маленький кузен…       — Отпусти, говорю! Ты мне не босс. Ай! Ты что, меня ударил?       — Так, я пошел. Я тебя не знаю, — заявил Аарон.       Аарон кивнул: давно пора, нечего позориться из-за этих придурков, готовых подраться из-за еды.       — Предатель, — бросил ему в спину Ники.       — Кевин, отпусти уже его, — вмешался Нил. — Было бы из-за чего спорить.       — Спасибо, Нил. Ты спасаешь меня от голодного обморока, — поблагодарил Ники.       Нил хмыкнул, покосился на Кевина и произнёс:       — Обращайся.       Кевин перевел на него раздраженный взгляд.       — Если наши защитники будут ползать по полю, как сонные мухи, это на всех скажется, — отрезал Кевин.       — Да ладно, — отмахнулся Ники. — Игра у нас во сколько? К тому времени из меня уже все выйдет. Если не веришь, возьму тебя посмотреть, как я сру. Не думал, что ты такой извращенец, но… ха! — победно воскликнул Ники, когда Кевин, гневно топая, удалился. Не обращая внимания на взгляды продавцов, Хэммик послал Нилу торжествующую улыбку.       Аарон звучно шлепнул себя по лицу ладонью. И этот человек его брат… Как хорошо, что он книжный уже ушел подальше, а то стыда не оберешься с этими идиотами.       Остальные лисы просто ржали. А Ники смотрел на окружающих демонстративно невинно.       — Это отвратительно, — Кевин толкнул его в плечо.       — Эй, я просто предложил, — возмущенно произнёс он.       — Какой позор, — пробормотал Кевин, надеясь, что поблизости не было никого из фанатов или папарацци, которые зафиксировали этот момент. А то он уже представил заголовки и то, как входит в историю с каким-нибудь дурацким прозвищем, связанным с дерьмом. Он снова толкнул Ники. — Не смей больше произносить подобное.       — Что естественно — то не безобразно, — за что Ники получил в плечо третий раз, а лисы уже просто умирали от смеха.

Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!