19.Любовь, пережившая время.

***

—Ну что, Коща, поздравляю, — похлопал Дед по плечу мужчину, —Теперь это все твое. — и тыкнул в лежащую на столе бумажку, что именуется завещанием. Кощей долго и внимательно смотрел туда, где в данную секунду решилась его жизнь. Назад пути не было. Теперь он добрался к самой вышке криминального мира. —Это конечно риск, но, как говорится: «Кто не рискует, тот не пьет шампанского»,— Дед подмигивает Кощею и достает из кармана пиджака спички и сигарету. Костя покосился на мужчину рядом, вспоминая, как когда-то его отец любил разбрасываться такой фразой. Как итог: лежит в могиле. Нет, Кощей не рискует. Он прочитывает все возможные варианты событий, выстраивает стратегию и так было всегда. Потому что только так будет безопасней. — Ну, ступай, Коща. Отдыхай, набирайся сил, в следующий понедельник будешь тут уже приказы раздавать, — сказал Дед прикуривая. Кощей молчит, не говорит больше ни слова, обходит дубовый стол и идет на выход, только в последний момент слышит обрывки фразы: —Ольке привет передавай. А дальше хлопок дверью и Кощей быстро шагает на выход. Домой Кощей доехал как в тумане. Сам не знал почему такое событие так на нем отражалось, какая-то невидимая тяжесть теперь ощущалась на его плечах. Будто если что-то случится, то обязательно с его Олькой, а этого он себе простить не может. По московским улицам бил сильный проливной дождь, что полностью отражал внутренне состояние мужчины. По радио играет какой-то давно забытый шансон. Кощей сделал музыку чуть громче и указательными пальцами стал отбивать нужный ритм. Ближе к дому он вдавил педаль в пол, чтобы быстрее добраться к ней. На пороге их новой, ещё совсем не заношенной временем и жизнью квартиры, стояла Оля. На её плечах висит розовый халатик, что совсем немного прикрывает её ногое тело. Кучерявые волосы собраны в тугой хвост, а на лице была очаровательная улыбка. Кощей закрывает входную дверь на замок, скидывает с себя недавно купленный черный плащ и прижимает девушку к себе в объятия. Жадно вдыхает аромат её цветочного шампуня и чуть успокаивается. Понимает, что он дома, она рядом, все живы. Все хорошо. —Кость, ты чего? — тихо спрашивает Оля, закидывая свои руки ему на шею. —Оль, — глубокий вдох, — Родная моя, пообещай, чтобы со мной не случилось, ты, — он отстраняется от нее и кладет ладони на плечи, —Слышишь, ты никогда не будешь подвергать себя опасности! А затем снова крепко её обнимает, пытаясь доказать самому себе, что сможет её защитить от всего того дерьма, которое вылезет в любую секунду. Оля округляет глаза, не сильно понимая состояние своего мужчины, но покорно соглашается и только сильнее к нему прижимается, запуская тонкие пальцы в его волосы. — Все прошло хорошо? — шепчет она ему на ухо. —Да. —Точно? Кощей угукнул и чтобы расспросы наконец-то закончились, стал целовать женскую шею. Оля глубоко вздыхает и прикрывает свои глаза. Мужчина разулся и подхватил Олю на руки. Быстрыми, нетерпеливыми шагами он донес её к кровати. Аккуратно положил девушку на мягкий матрас, а сам принялся расстегивать черную рубашку. Оля смотрела на Кощея затуманенным взглядом. Приподнимается на локтях как раз в тот момент, когда видит оголенный торс мужчины. Проводит пальчикам по рельефу его мышц и слышит тяжелое дыхание. Костя наваливается на девушку, закрывая её от всего мира . Он оставляет на её коже жаркие поцелуи, пока Оля хнычет в нетерпении. — Бесовка моя, — шепчет мужчина ей на ухо, а затем отстраняется, приспускает черные брюки с нижним бельем. Берет в кулак кровью набухший член и проводит рукой вверх-вниз, даря себе крупицу удовольствия. Оля сама расставляет ножки пошире и мужчина резко входит в её лоно. Оба громко стонут. Затем мужчина опускает свою голову на женское плечо. Целует и покусывает нежную кожу под громкие и требовательные стоны девушки. С каждым новым глубоким толчком, Оля все сильнее прогибалась в спине, прижималась к мужчине сильнее и оставляла кровавые царапины на его спине. —Костя, — простонала она его имя, прежде чем кончить. Кощей жмурит глаза. Ускоряет свой темп и с оглушительным стоном кончает внутрь нее. Сердца у обоих быстро колотятся в грудной клетке. Мужчина отстраняется от любимой, падая на спину. Смотрит затуманенным взглядом на белый потолок и наслаждается такой комфортной тишиной рядом с ней. —Костя, — зовет она его. —Ммм, — тот поворачивается на бок, подпирает голову кулаком и внимательно смотрит на её выражение лица. —А я беременна, — произносит Оля совсем тихо, будто боится его реакции. Мужчина округляет глаза, сглатывает вязкую слюну и хотел было переспросить, но не стал. С первого раза все прекрасно услышал. Сначала стало как-то не по себе, а потом, мужчина вспомнил, как когда-то они уже лишились ребенка. Теперь он не даст этому случится. —Люблю тебя, Олюня, — и кладет свою ладонь туда, от куда через пару месяцев родится их маленькая копия. Малыш. — Пиздец как люблю. Оля улыбается его словам, наконец-то спокойно выдыхая. —В августе свадьбу сыграем, заживем с тобой, — Кощей снова собственнически прижимает к своему телу девушку, потому что все никак не может ей насытится. Какая-то странная потребность в телесном контакте появилась у него внутри. А Оля этому и рада. — Какие заманчивые угрозы, — Оля поглаживает своей ладонью его щеку, где чувствовалась легкая щетина. Мужчина перехватывает её руку и подносит к обветренным губам. Целует костяшки женских пальцев и серьезным взглядом испепеляет её душу. Дает понять, что совсем не шутит. Женские щеки краснеют от смущения, а внутри все порхает от такой легкой невесомости рядом с ним. Они оба молчат. Слушают тиканье настенных часов и смотрят друг другу в глаза, Знают, что теперь они навсегда вместе. Потому что любовь, пережившая время, уже не каприз судьбы - это клятва, которую шепчут даже тогда, когда губы молчат. А потом дни полетели с невероятной скоростью. Один месяц сменялся другим. Новые заботы появлялись в их семейном быту все больше. То кроватку купят, то коляску. Комнатку выделили для будущего малыша. Ремонт затеяли. Оленька, будучи слишком эмоциональной во время беременности, очень часто выходила из себя за долю секунды. Молота и ещё троих бедолаг довела до нервного срыва, потому что именно они не смогли поклеить обои так, чтобы малышу в стремительно растущем животе понравилось. Костя сначала с этого хохотал, потому что 4 здоровых мужика не могут угодить его хрупкой Оленьке. Только счастье длилось не долго. —А ты че ржешь? — сказала девушка, складывая руки на груди. — Переодевайся и к ним иди. А то одна я тут страдаю. Молот прыснул в кулак от смеха, а затем закивал головой, как бы поддакивая командирше. —Да-да, Константин, давайте присоединяйтесь. — на лице у мужчины расплылась ехидная улыбка. Костя тогда тяжело вздохнул, но перечить беременной женщине не стал. Скинул с себя рубашку, оставаясь по пояс полуголым. Оля сглатывает вязкую слюну, мысленно проклинает его рельефное тело и свои гормоны. А потом к ним приходила Ника. И когда две беременные девушки спелись, мужчинам приходилось не сладко. Но они терпели. Потому что понятия не позволяли слова против них сказать. Бывали дни, когда они втроем ходили в больницу, навещали Таню, Валеру, Алину и Диму. У тех состояния с каждым днем все улучшалась. И как говорил их лечащий врач: —Динамика положительная. Слава богу. Позже Кощей давал очень неприличную сумму денег, лишь бы место в больнице оставалось прежним, а знающие специалисты «порхали над пациентами как бабочки». Под Кощеем теперь ходит вся Москва. Мужчина открывал новые точки с бизнесом, подделывал бумаги так, чтобы ни один фраер залетный ни о чем не догадался. Затем приходил домой, крепко обнимал Олю и молился богу, в которого давно перестал верить, чтобы с ней все было хорошо. Так и жили теперь. Кощей то на работе с бумагами, то дома с обоями. Оленька с Никой то суп наварят, то по магазинам пробегутся. Две подружки всегда были вместе, расставаясь только на ночь. Свободные дни удалось выделить на майские праздники, чтобы приехать в родительский дом. Ясное солнце, вкусный шашлык и такой домашний уют. Все что нужно для простого семейного счастья.

___

Неужели этот день настал? Неужели жизнь наконец-то налаживается и дает возможность двум людям наконец-то обрести свое счастье? В это тяжело было поверить, но это именно так. Кощей стоит у алтаря в черном смокинге, руки в карманах, а взгляд направлен на входную дверь, где через пару минут появится Оленька. В зале бракосочетания полно приглашенных гостей. В первых рядах сидели самые близкие: родители, Дима и Алина, Валера и Таня, все живые и здоровые, не зря Кощей деньги в их лечение вбухивал. Не забыли молодожены и Вову пригласить со своей новой девушкой —Наташей. Чуть дальше, за ними были блатные. Ника, как свидетельница, стояла у алтаря. Её нежно-голубое платье струилось по стройному телу, тем самым создавая легкий, невесомый образ. Так и не скажешь, что недавно девушка родила двух ангелочков: Вику и Даню. Эти два малыша в такой особенный день остались с родителями Сокола , чтобы молодая мама смогла насладится хоть одним днем покоя. Рядом стоит Молот, также играющий роль свидетеля на этой свадьбе. Мужчина сам не понимал, как оказался в зале бракосочетания, когда встал рядом с когда-то: просто сокамерником, теперь—другом. —Ну че, жених, вот оно, твое счастье, да? — Молот похлопывает друга по плечу. Видит его слишком собранный вид, а в глазах тот самый проблеск долгожданного счастья. Вспоминает, как не верил в эту любовь сквозь решетку,самому смешно становится. Кощей хмыкает. Поправляет одной рукой свой идеальный черный галстук и кидает взгляд на мать, что сидела возле Деда. Светлана Викторовна вытирала капельки слез, старалась сдерживать рвущиеся наружу эмоции, но выходило, откровенно, плохо. Дед только и мог подавать бумажные салфетки этой прекрасной женщине, что была через чур эмоциональной. За это он её когда то и полюбил... —Свет мой, ты чего разревелась? —тихо спрашивает Дед, наклонившись к женскому уху, так, чтобы услышала только она. Светлана Викторовна смеется сквозь слезы счастья, поворачивается к мужчине и отвечает: —Счастлива я за своего сына, Паш. Очень! А затем кидает нежный взгляд на Костю, что только отвернулся к другу, дабы что-то сказать. —Костя твой сын, —шепчет Света и отворачивается от Паши к Марии Петровне, что сидела по другую от нее сторону. Женщины тут же принялись о чем-то увлеченно шептаться, оставляя Деда переваривать услышанную информацию в одиночестве. —Что ты сказала? Света не успела ответить ему, ведь дубовые двери наконец-то отворились и под ту самую свадебную музыку, которая играет из раза в раз на каждой церемонии, в зал вошла Оля. Белое длинное, слегка пышное платье, что придавало ее образу больше романтики и нежности. Длинные перчатки в тон платью доходили до локтя. Её всегда распущенные кудрявые локоны были собраны в небрежный пучок, на котором была прикреплена длинная фата из тюля с окантовкой на концах. И единственная важная деталь виднелась за слоем подъюбников — округлый живот из которого вот вот появится здоровый крепкий малыш. Её карие глаза светились счастьем. Она шла под руку со своим отцом, а перед собой видела только его лицо. Спустя долгие годы, пройдя сквозь боль и страдания, они смогли найти белый свет в конце туннеля. Кощей щурил глаза, ухмылялся и был наконец-то спокоен, до такой степени, что готов был отдать бразды правления Молоту, но этого не случится. Пусть Саша даже не мечтает. Оля останавливается у алтаря. Николай Иванович аккуратно передает ладонь своей дочери Кощею, улыбается им двоим и идет к своей жене, что вот-вот заплачет. Мимолетно кидает взгляд на Деда, щурит глаза, пытаясь что-то разглядеть в бывшем друге. Паша поднял краешек губ, стойко выдерживая пронзительный взгляд, а после, коротко кивнул в знак приветствия. Николай Иванович сдался и ответил таким же еле заметным жестом. Несмотря на общее прошлое и обиды, которые хотелось высказать друг другу — они молчат. Потому что понимают, что это особенный день, который они не испортят. И через пару секунд началась церемония. Священник читал молитву, пока Костя и Оля стояли рядом. —Имеешь ли ты,Константин, намерение доброе и непринужденное и крепкую мысль взять себе в жены Ольгу, которую здесь пред собою видишь? — священник поворачивается к Кощею и ждет от него подобающего ответа. —Имею, честной отче. — Не давал ли обещания иной невесте? —Не давал, честной отче. Священник удовлетворительно кивнул и повернулся к девушке. — Имеешь ли ты, Ольга, намерение доброе и непринужденное и твердую мысль взять себе в мужья этого Константина, которого здесь пред собою видишь? —Имею, честной отче. —Не давала ли обещания иному мужу? —Не давала, честной отче. Священник берет в свои руки мужскую и женскую ладонь, скрепляет их вместе. Оленька поворачивает свою голову к Косте, смотрит на его сосредоточенный взгляд и улыбается. Понимает, что с этого дня их ждет новая, счастливая семейная жизнь. —Благословенно Царство Отца и Сына и Святого Духа, ныне и всегда, и во веки веков! А затем им вручается маленькая красная бархатная коробочка. Кощей аккуратно берет её нежную руку и надевает на тонкий пальчик золотое колечко. Оля затаила дыхание, прислушиваясь к биению собственного сердца. А затем берет его шершавую ладонь в свою и быстро надевает точно такое же кольцо. А затем священник гордо объявляет: —Властью, данной мне: объявляю вас мужем и женой, — поворачивает голову к Косте, — Жених может поцеловать Невесту. Оля улыбается, отрывает свой взгляд от кольца на пальце и впервые видит его лицо таким одновременно серьезным и счастливым. Кощей не теряя ни минуты, притягивает её к себе и жадно целует, придерживая женское лицо ладонями. По её щеке скатывается единственная слезинка счастья, которую мужчина быстро смахивает и отстраняется, только для того, чтобы увидеть её искренность, нежность и любовь, от которой Косте теперь будет сложно отказаться. —Ну что, за молодых!, — уже будучи в ресторане Молот первым встает из-за стола с рюмкой водки. —Горько! Все гости подхватили настрой бандита и дружно кричали молодоженам заветное слово, лишь бы те поцеловались. Кощей ехидно поворачивается к своей жене и шепчет ей на ухо: —Ну что, женушка, и в горе и в радости, да? — он аккуратно кладет руку на её выпуклый живот, гладит по нему и чувствует, как их ребенок внутри пихается. Оля смахивает подступающую слезинку счастья и первая тянется к губам напротив. Такой мучительно нежный и трепетный поцелуй, от которого мурашки бегут по коже. Слишком хорошо. —Раз, два, три, четыре, пять, — хором отсчитывали гости длину их поцелуя. А молодожены не собирались так быстро отстраняется друг от друга. Оля положила свою ладонь на мужскую, нежно поглаживая костяшки его пальцев. А когда счет перевалился за 15, где-то уже послышался восторженный шепот. Кощей улыбается сквозь поцелуй и крепче прижимает жену к себе, показывая, что готов целовать её хоть вечность. —Восемнадцать, Девятнадцать, Двадцать, — и только тогда мужчина удовлетворено отпускает Олю. Губы опухли от поцелуя, а ни их лицах довольные улыбки. В ресторане послышались громкие хлопки и радостные поздравления. Костя снова смазано целует жену в щеку и наливает себе в граненный стакан виски. Не забыл и про любимую супругу, поэтому подливает той яблочный сок. —Вот это я понимаю поцелуй, молодец Костя, — хлопает Дед по его плечу, а сам до сих пор поверить не может, что его воспитанник, человек, который когда спас его в тюрьме — оказался его родным сыном. Кощей ухмыляется, затем забирает опустелый стакан из его рук и тут же подливает спиртное. —Ты только не напивайся сильно, ладно? —шепчет ему Оленька, оторвавшись от разговоров с Никой и Таней. — Не боись, родная моя, — и наклонившись, оставляет поцелуй на тыльной стороне её ладони. Оля лишь притворно закатывает глаза, но больше ничего не сказала. А через пару секунд в ресторан входит молодая пара. Разговоры утихли и люди тут же устремили взгляд на только прибывших людей. — А вот и мы, — громко и звонко говорит Алена. А потом тут же бежит поздравлять молодоженов. Вадим, стоящий рядом, тянет свою руку к виновнику торжества, дабы по приветствоваться. —Оооо, — заголосил уже слегка захмелевший Молот и резко встал.Кощей подхватил настрой друга и они оба крепко пожали Желтому руки. — Здорова, Желтый. Милости прошу, так сказать, к нашему шалашу, — сказал жених и махнул рукой в сторону двух свободных стульев. В это же время, Дед гордо стоял чуть дальше от всех. Засунул одну руку в карман, а второй держал стакан с виски. Медленно попивал спиртное и ухмылялся, наблюдая как Аленка расцвела рядом с этим Вадимом. —Ты в курсе, что тогда женил свою племянницу на родном сыне? — тихо спрашивает Светлана Викторовна, которая только что подошла к нему. Дед сразу побледнел и покосился на бывшую жену. —Бля, ну кто ж знал. — сказал мужчина, почесывая затылок правой рукой. Не знал он что ещё тут можно сказать. И тут женщина громко засмеялась, обращая на себя много ненужного внимания. И в особенности, внимания Кости. Тот прищурил глаза, внимательно наблюдая за очень сложившейся картиной. —Объявляю танец молодых! — сказал Молот в микрофон, как самый главный заводила этого вечера. — Сань, ну какой танец! — громко засмеялся Кощей, не воспринимая всерьез сказанные слова. Тут уже спохватилась Оленька. Пихнула мужа рукой в плечо и сердито сказала: —Костя, танец —это святое!

Ты меня зовёшь я здесь

Чтоб узнала ты я есть

Узнаешь меня и я тебя узнал

Через мили и века

Вот тебе моя рука

Ты зовёшь меня, чтоб я тебя позвал

Ее слова тут же подтвердили их родители, поэтому мужчине ничего не оставалось, как послушно пойти на танцпол, чтобы закружить свою жену в медленном танце.

Полетели сквозь окна

Занавешенные дождём

Чтобы ты не промокла

я буду твоим плащом

Полетели сквозь стрелы

Под обстрелом и под огнём

Чтобы ты не сгорела

я буду твоим дождём

Костя аккуратно взял в свою ладонь её, притянул к свою телу ближе и началась медленная, мелодичная песня, что слишком сильно олицетворяет их прошлое и будущее.

Миллион шагов назад

Миллион кругов и Ад

Миллион веков тебя одну искал

В миллионе есть лишь миг

Подаривший мне твой крик

Ты зовёшь меня, чтоб я тебя позвал

Кощей смотрит в её темные, такие любимые и родные глаза, и не может сдержать улыбки, от чего на щеках появляются ямочки. Его нежна, любимая, его Оленька. За которую он перережет глотку любому, кто хоть пальцем её тронет. Он защитит, убережет от всего мира. Её и их ребенка. И Оля об этом знает. Всегда знала. А ещё, несмотря на его просьбы и уговоры, она готова полезть в самое пекло за ним. Вместе с ним. Потому что они семья. И как бы Костя этого не хотел, Оля никогда не оставит его одного. Ляжет в могилу, если надо.

Полетели сквозь окна

Занавешенные дождём

Чтобы ты не промокла

я буду твоим плащом

Полетели сквозь стрелы

Под обстрелом и под огнём

Чтобы ты не сгорела

я буду твоим дождём

И пока молодые кружились в вальсе, а между их телами искрилась настоящая, ничем не поддельная любовь, почти в самом конце стола в одиночестве сидел Суворов. Недавно ушедшая Наташка уже кружилась рядом с женихом и невестой под руку с молотом, что нахально ей улыбался. И кажется она была не против. Вова лишь фыркнул, опрокидывая в себя рюмку с водкой. Спирт обжог горло и мужчина слегка поморщился. Протер свои усы и взял со стола ломтик колбасы. «Пляшите, пляшите. Не долго ваще счастье длится будет!» — подумал Суворов и тут же усмехнулся своим мыслям. — « Смеется тот, кто смеется последним» — вспомнил он фразу, которую любил говорить Косте.